Перейти к основному содержанию

8362 просмотра

Казахстанский бизнес оспаривает решение налоговых органов

Уникальный кейс из судебной практики

Фото: Shutterstock

В последнее время в юридической практике все чаще встречаются дела по искам налоговых органов о признании сделок недействительными.

Для налоговиков такие дела являются быстрыми и простыми альтернативами по уменьшению вычетов для бизнеса, исключению из зачета по НДС, доначислению КПН и, наконец, дают больше оснований для привлечения к уголовной ответственности предпринимателя.

Однако все ли так легко, быстро и обоснованно? На что бизнесу обращать внимание, попав в такую ситуацию? Именно по такому делу недавно в нашей практике возникла нестандартная ситуация.

Вначале все развивалось по обычному сценарию: комплексная налоговая проверка; у проверяющих претензии к сделкам с несколькими контрагентами; предпринимателю выписываются акт и уведомление. Проверяющих не устроило то, что в отношении некоторых контрагентов были возбуждены уголовные дела, а у одного из контрагентов имелись взаимоотношения с неблагонадежными налогоплательщиками и не имелось «достаточного» количества сотрудников для выполнения работ.

Начиналось все довольно стандартно для таких ситуаций. Мы, как юристы, обжалуем уведомление в уполномоченный орган. Относительно легко «отбиваемся» по сделкам с контрагентами с возбужденными уголовными делами: раз нет приговора, то нет и основания для корректировки. Правда, определенные сложности возникли с контрагентом, у которого «некондиция» по количеству сотрудников. По этому моменту объясняем апелляционной комиссии, что по договору контр­агент устанавливал программное обеспечение и занимался настройкой оборудования под программное обеспечение. Такая работа по силам одному-двум специалистам. При этом взаимоотношения этого контрагента с неблагонадежными налогоплательщиками нашей сделки никак не касаются. 

Вроде убедили членов апелляционной комиссии, однако проверяющие подают иск о признании сделки с этим контрагентом недействительной. Рассмотрение жалобы приостановлено, а налогоплательщик оказывается в суде в качестве ответчика.

Далее, в суде представляем доказательства того, что все работы выполнены в полном объеме. В суд предоставляются акт рабочей комиссии, акт государственной приемочной комиссии (проект республиканского значения), фотографии с установленным оборудованием, лицензии на программное обеспечение, благодарственное письмо от заказчика.

Проверяющие не сдаются и заходят с другой стороны – якобы на момент выписки счетов-фактур руководитель контрагента был за пределами РК. В качестве доказательства проверяющие предоставляют выписку из базы «Беркут» – сведения о пересечении государственной границы РК.

У налоговых органов есть доступ к этой базе, которая находится в ведении Комитета национальной безопасности (КНБ РК), для установления срока пребывания нерезидентов в Казахстане.

В свою очередь налогоплательщик уверяет, что в указанный период руководитель компании лично находился на объектах и занимался настройкой оборудования и, соответственно, находился в РК. Мы заявляем ходатайство о содействии в получении доказательств у первоисточника – Пограничной службы КНБ РК. Суд отказывает в удовлетворении и выносит решение в пользу налогового органа на основании единственного доказательства – выписки из базы «Беркут». Мы обжалуем решение в апелляции и через адвокатский запрос получаем выписку из КНБ РК, которая подтверждает нашу версию.

После этого мы заявляем ходатайство о фальсификации и недопустимости доказательства. Суд апелляционной инстанции, имея на руках две разных версии одного документа, решает привлечь представителя КНБ РК в качестве свидетеля. Свидетель полностью подтвердил нашу версию документа. В результате решение суда первой инстанции отменено, вынесено новое решение об отказе в удовлетворении искового заявления налогового органа. Более того, в отношении налогового органа вынесено частное определение.

Исходя из описанного выше кейса, мы думаем, что количество дел о признании сделок недействительными будет расти, ведь намного легче доказать фиктивность сделки (особенно в случае оказания услуг) в гражданском процессе, чем доказывать фиктивность выписки счетов-фактур в уголовном процессе: вина, ущерб, экспертизы и т. п.

Мы считаем, что судебная практика трактуется однозначно не в пользу налогоплательщиков. Это особенно касается сделок по оказанию услуг, результаты которых являются нематериальными. Тем не менее недавно утверждены Методические рекомендации о некоторых вопросах признания сделок недействительными. В этом документе содержатся достаточно подробные указания для налоговых органов по оценке сделок на предмет фиктивности и по сбору доказательной базы.
 

1 просмотр

Обратная сторона минимальной зарплаты

Почему бизнес будет платить больше налогов, если повысить МЗП знает основатель «Учет.кз»

Фото: Shutterstock

Министерство нацэкономики и Минтруда изучают варианты поэтапного повышения минимальной зарплаты (МЗП) с июля 2020 года. При этом ведомства отмечают, что просчитываются дополнительные расходы и потери бюджета, связанные с тем, что МЗП относится к вычетам при исчислении индивидуального подоходного налога (ИПН) и социального налога.

Казалось бы, позитивная инициатива. Однако тут есть некоторые вопросы, давайте разберемся.

Во-первых, заработная плата сотрудников – это предмет договоренности между работодателем и работником. В Трудовом кодексе указано, что заработная плата работника (при определенных условиях) не может быть ниже МЗП. Предприниматели считают свои расходы и, возможно, будут вынуждены сокращать штат работников на фоне повышения заработной платы или переводить их на неполный рабочий день. Есть другой риск – что предприниматели для сохранения уровня своих расходов на прежнем уровне повысят цены на продукты или услуги.

Во-вторых, от размера МЗП зависит не только размер заработной платы и вычета при расчете ИПН, но и размер всех социальных платежей, таких как социальный налог, социальные отчисления, обязательные пенсионные взносы, отчисления и взносы на обязательное медицинское страхование.

Увеличение размера МЗП сразу ударит по карману индивидуальных предпринимателей, ведь они оплачивают обязательные пенсионные взносы, социальные отчисления и взносы на обязательное социальное медицинское страхование из суммы МЗП (минимально). Сегодня в Казахстане зарегистрировано около миллиона индивидуальных предпринимателей, которые ежемесячно оплачивают минимум 8 713 тенге. В том числе: обязательные пенсионные взносы 4250 тенге (10% от МЗП), социальные отчисления 1 488 тенге (3,5% от МЗП) и взносы на обязательное медицинское страхование 2 975 тенге (5% от 1,4 МЗП).

Также увеличатся взносы на обязательное медицинское страхование в размере 5% от 1 МЗП (2 125 тенге), которые ежемесячно обязаны перечислять самостоятельные плательщики, в том числе не зарегистрированные на бирже труда безработные, а также приостановившие представление налоговой отчетности или признанные бездействующими индивидуальные предприниматели.

В-третьих, увеличение размера минимальной заработной платы с июля 2020 года приведет еще и к тому, что работающим по патенту предпринимателям необходимо будет представить дополнительную отчетность и доплатить социальные платежи за 2020 год, так как зачастую они платят на год вперед. А малому бизнесу, не имеющему в штате бухгалтера, сложно уследить за всеми изменениями в законодательстве, поэтому любые изменения, касающиеся платежей в фонды, правильности их расчетов и своевременной оплаты, могут привести к доначислению пеней и штрафов.

При увеличении минимального размера оплаты труда мы не добьемся улучшения состояния неплатежеспособного населения, а добавится хлопот малому бизнесу. Считаю, что необходимо пересмотреть налогообложение оплаты труда в целом, снизить ставку индивидуального подоходного налога и объединить социальные платежи (социальный налог, социальные отчисления, отчисления и взносы на обязательное медицинское страхование) в один – социальный налог, как это было сделано в 1999 году.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif