Перейти к основному содержанию

7155 просмотров

В Карагандинской области горящая степь грозит разорением местным фермерам

И что их ждет в августе

Фото: Shutterstock

За последнее время степные пожары охватили более 7 тыс. га пастбищных и сенокосных угодий, нанеся серьезный удар по сельскому хозяйству. Впрочем, подводить итоги еще рано: август обещает новую волну засухи. 

Хлопушки – в дело

Основная масса возгораний пришлась на июль, оказавшийся особенно жарким: среднемесячная температура превысила норму на 2 С. Зачастую сухая трава вспыхивала из-за неосторожного обращения с огнем, грозовых разрядов, битого стекла, выброшенных окурков.

«Тушение степных пожаров – дело акиматов, которые формируют добровольные пожарные отряды из числа местных жителей. Мы им всячески помогаем. С апреля по август в регионе зарегистрировано 241 горение степи, 187 из которых ликвидированы с участием подразделений ДЧС. Перехода огня на посевы допущено не было», – комментирует официальный представитель ДЧС Карагандинской области Жанна Дауренбекова. 

Сегодня наиболее подверженными природным пожарам остаются Бухар-Жырауский, Улытауский, Осакаровский, Актогайский, Шетский, Абайский и Жанааркинский районы. 

«Чаще всего огонь сбивают вручную при помощи хлопушек – черенков от лопат с резиновыми пластинами на конце. Другими способами потушить степной пожар практически невозможно из-за его быстрого распространения, сопочного рельефа и безводности местности. Огонь засыпают землей или по возможности заливают водой, после чего проводят опашку территории», – пояснила г-жа Дауренбекова.

На счету каждый гектар

В 2019 году на тушение степных пожаров в областном бюджете предусмотрено 26,3 млн тенге. К 1 июля из этой суммы акиматам выделено 9,7 млн тенге. Деньги потратили в основном на приобретение горюче-смазочных материалов для техники, находящейся на вооружении у добровольных пожарных формирований. 

Как говорит замруководителя областного сельхозуправления Сырым Бошпанов, выжженные огнем 7 тыс. га выглядят не такими большими на фоне общей площади пастбищ (35,3 млн га) и сенокосов (386 тыс. га). Но фермерам важен каждый клочок земли. 

В общей сложности из-за степных пожаров фермеры уже потеряли порядка 42 тыс. центнеров сена. 

По словам Сырыма Бошпанова, засушливая погода не только провоцирует возникновение природных пожаров, но и ведет к снижению урожайности зерновых культур. 

«Сейчас происходит налив зерна пшеницы. Если дождя не будет, то все в таком виде и останется. Урожайность упала на 5 ц/га, и в среднем выходит 7,5 ц/га», – констатировал г-н Бошпанов. 

Хата с краю

Как оказалось, подчас добровольные пожарные дружины, которые акиматы формируют из числа местных жителей, собрать достаточно сложно. 

«Нашим животноводам буквально негде пасти скот. 80% пастбищ сгорело, вопрос с заготовкой сена открытый. Это большой материальный ущерб: покупать сено – дорогое удовольствие, тем более из-за засухи травостой совсем низкий. Дует сильный ветер, поэтому мы практически ничего не можем сделать. Выезжаем, определяем площадь пожара. Если остановить распространение огня опашкой невозможно, то вызываем пожарных. Людей нужно собирать оперативно. Но, к сожалению, у нас все фермеры заняты. Тушат  лишь те, чьи земли горят», – делится аким Коксунского сельского округа Абайского района Батыржан Оразбеков. 

Он утверждает, что в похожем бедственном положении находятся фермеры четырех соседних сельских округов, а также двух районов – Шетского и Жанааркинского. 

Выживает сильнейший

Крестьянское хозяйство «Шанс» – одно из крупнейших в Карагандинской области. Наряду с остальными оно пострадало от степных пожаров. Наиболее крупный произошел недавно – загорелись тюки сена, весившие порядка 300 т. 

«Все крестьяне остались без пастбищ и сенокосных угодий. В один миг сгорело и то и другое. У нас было без вариантов: либо спасай сено, либо зерновые. Поэтому мы кинулись зерновые спасать. Ветер был сильный, ничего не сделаешь. Этот пожар тушили четыре дня. Крестьяне пассивные: мое не горит, у соседа горит, пусть сам и спасает. Нет же такого, чтобы все вышли скопом и потушили. Пусть даже пожар в другом сельском округе, нужно его локализовать там, а все ждут, пока он подойдет к их подворью. В том году космическая съемка работала, нас предупреждали: надвигается пожар, а в этом – нет», – рассказывает глава КХ «Шанс» Игорь Жабяк.

По его мнению, сложившаяся ситуация может повлиять на повышение себестоимости сельхозпродукции, а также серьезно подкосить мелких фермеров. 

«Такой глобальный пожар у нас впервые. Каждый будет выживать как сможет. Сейчас пойдет одно за другим: сначала цена на сено подпрыгнет, а потом на молоко и мясо. Небольшие хозяйства могут из-за всего этого разориться», – резюмировал г-н Жабяк.

Еще не вечер

По данным РГП «Казгидромет», средняя температура августа будет выше нормы на 1 градус – плюс 19–24 градуса по Цельсию. Наряду с этим прог­нозируется малое количество осадков. Подобные погодные условия будут способствовать дальнейшему возникновению степных пожаров. 
Член центрального совета Союза фермеров Казахстана по Осакаровскому району Ерлан Оспанов предупреждает: аграриям следует быть предельно осторожными и строго придерживаться правил пожарной безопасности. 

«Сейчас малейшая искра, отлетевшая от работающей сельхозтехники, может привести к возгоранию. Поэтому в каждом крестьянском хозяйстве необходимо организовать инструктаж», – считает Оспанов.

2722 просмотра

Когда «мусорный» бизнес в Казахстане станет по-настоящему доходным

Несмотря на обилие отходов в стране, заводам все еще не хватает сырья для переработки

Фото: Depositphotos

Объем переработки ТБО в Казахстане увеличился за год на 3% и составляет сейчас 14% от объема сбора. Концепция по переходу страны к зеленой экономике предусматривает, что к 2030 году этот показатель вырастет до 40%. 

В Швеции нет свалок – эта страна перерабатывает 99% своих отходов. Германия превращает 64% твердых бытовых отходов (ТБО) в 50 млрд евро ежегодного дохода. В Японии из спрессованного мусора строят острова. В Казахстане объем переработки твердых бытовых отходов составляет 14% от объема сбора, более 20 полигонов ТБО в стране переполнены, а казахстанские предприниматели-переработчики пока только в поиске эффективной бизнес-модели. В материале «Курсива» – о том, как система переработки и утилизации ТБО работает в республике.

Сколько мусора в стране

В Казахстане, по данным Министерства экологии, накоплено 125 млн т отходов, но сортировочные пункты при этом загружены только на 40%. Предприятия-переработчики готовы принять больше сырья, но для этого ТБО должны пройти систему раздельного сбора, которая сейчас в Казахстане практически отсутствует. 

Информация от Комстата: в 2018 году спецпредприятия собрали 3,6 млн т коммунальных отходов. Из них на сортировку поступило только 17% – 622 тыс. т. И лишь 164 тыс. т были пригодны для переработки. Получается, что только 4% от общей массы вывезенного на свалки мусора стали вторсырьем. 

Минэкологии РК оперирует более позитивными цифрами. Профильное ведомство подсчитало, что в 2016 году доля отсор­тированных и переработанных ТБО составляла 2%, в 2017 году – 9%, в 2018 году – 11%. В 2019 году доля отходов, прошедших через сортировочные линии и перерабатывающие компа­нии, подросла еще немного – до 14%. 

«В Казахстане нет утвержденной методики расчета процента переработки вторсырья. Поэтому никто точно не может сказать, сколько на самом деле отходов перерабатывается. В органах статистики отчитываются только мусоровывозящие организации. Не все переработчики заполняют формы статистической отчетности по отходам. Кроме того, не учитывается тот объем вторсырья, который собирается в Казахстане и экспортируется в Россию и другие страны», – объясняет причину значительных расхождений в показателях разных ведомств исполнительный директор Казахстанской ассоциации по управлению отходами KazWaste Вера Мустафина. 

Лидером по переработке в региональном разрезе, по данным Комитета по статистике  МНЭ РК, является Мангистауская область, где перерабатывается 33% ТБО. Стараются соответствовать экологическим трендам Алматинская (23%) и Карагандинская (17%) области, Шымкент (22%). Самая низкая доля переработки – у ВКО (3%), Акмолинской (3%) и Жамбылской (8%) областей.

kogda-musornyj-biznes-v-kazahstane-stanet-po-nastoyashchemu-dohodnym.png

Первое звено – в слабой позиции

Предприятия по сбору, вывозу, сортировке и первичной переработке ТБО – это первое звено всей мусорной отрасли. Таких компаний, по оценке Минэкологии, в республике 210. И именно они, по словам руководителя KazWaste, находятся сейчас в самом трудном положении – во многом, как ни странно, из-за того, что им не хватает сырья. Эти компании могли бы активно перерабатывать бумагу, картон, плас­тик – те виды отсортированного мусора, рециклинг которых, с одной стороны, менее сложен, с другой – более выгоден. Но именно бумага, картон и пластик чаще всего вывозятся на переработку в соседние страны. Этому способствуют значительные логистические затраты внутри страны (выгоднее и проще вывезти к соседям) и более высокие закупочные цены на такой вид сырья за границей. Плюс, говорит Вера Мустафина, есть и нелегальный трафик ТБО – когда продажа вторсырья идет за наличные в обход налогов как в Казахстане, так и в другой стране. 

По мнению вице-министра экологии, геологии и природных ресурсов Ахметжана Примкулова, объемы переработки ТБО в Казахстане не растут из-за действующих низких тарифов, которые включают только затраты на сбор, вывоз и захоронение отходов. С этими выводами согласны и в Казахстанской ассоциации по управлению отходами.

«Слишком низкие тарифы не обеспечивают даже нулевой рентабельности этого бизнеса. Почти все компании, за исключением некоторых из Алматы и Нур-Султана, работают себе в убыток или дотируют этот бизнес за счет других видов производства. В тариф не входит инвестиционная составляющая. Приобрести мусоровозы, оборудование для сортировки или переработки за счет этих средств невозможно. Поэтому очень сложно разорвать замкнутый круг – необходимо повышать тарифы на сбор и вывоз отходов, развивать раздельный сбор населением», – говорит исполнительный директор ассоциации.

В большинстве областных цент­ров страны размер тарифа на вывоз мусора колеблется в диапазоне от 94 до 230 тенге (за исключением Алматы и Нур-Султана, где данный вид коммунальных платежей равен 553 тенге и 390–411 тенге соответственно). Вера Мустафина, опираясь на данные международной экспертизы, утверждает: чтобы компании покрывали расходы на сбор, вывоз и сортировку отходов, размер тарифа должен быть на уровне 0,8–1% от среднедушевого дохода, а это примерно 500 тенге.

Бизнес второго этапа 

Еще одна категория предприя­тий отрасли – это непосредственные производители готовой продукции из вторсырья. По оценкам экспертов нескольких перерабатывающих предприятий, компании имеют рентабельность до 15%, показатель зависит от объемов и глубины рециклинга.

Государство призывает бизнес активнее развивать сферу сортировки и рециклинга, гос­программа «Дорожная карта бизнеса-2020» предусматривает для переработчиков ряд мер по поддержке: субсидирование ставки вознаграждения, открытие кредитных линий в БВУ и подведение инфраструктуры. Но знают об этом и пользуются мерами господдержки далеко не все предприятия МСБ, которые занимаются переработкой отходов, констатирует Вера Мустафина. 

ТОО «Фабрика нетканых материалов S.M.F.-System» – небольшое предприятие полного цикла из Костанайской области. Компания получила от государства земельный участок для сортировочной линии, но кредитами, даже льготными, не пользуется – слишком высокие риски для бизнеса, который зависит от сезонного спроса. На S.M.F.-System сортируют ТБО, перерабатывают пластик, выпускают полиэтилен, трубы и геотекстиль для дорожного строительства. Рентабельность производства – около 4%.

«Чтобы получить какой-либо готовый продукт, недостаточно просто переработать пластик. Нужно также закупать сопутствующее сырье из-за рубежа. Для каждого вида товара нужно приобретать отдельный вид производственной линии. Это все требует инвестиций. Поэтому переработка – это очень дорогостоящий процесс, нужна государственная поддержка, субсидирование процентных ставок и снижение налоговой нагрузки», – говорит руководитель отдела сбыта фабрики Жандос Жаксыбаев.

На более крупных предприятиях, например KagazyRecycling, рентабельность действительно доходит до 12–15%. Компания выпускает очень востребованную на рынке продукцию – гофрированную картонную тару, которая после использования вновь попадает в цикл переработки. Кроме того, предприятие получает компенсацию за счет расширенных обязательств производителей, которые (вместе с импортерами) уже несколько лет оплачивают взносы за сбор и утилизацию отходов. По словам генерального директора KagazyRecycling Алмата Булегенова, переработкой именно бумажной продукции выгодно заниматься только в случае глубокого передела и больших объемов – до 50 тыс. т в год. 

Гори оно всё

Министр экологии, геологии и природных ресурсов РК Магзум Мирзагалиев видит выход в термической утилизации, другими словами, в сжигании ТБО и выработке за счет этого электроэнергии. По предварительным расчетам Минэкологии, бизнес должен быть рентабельным благодаря в том числе предусмот­ренным для него налоговым преференциям – отмене корпоративного подоходного налога, применению нулевых коэффициентов к ставкам земельного налога и другим (отражены в главе 80 Налогового кодекса РК). Теперь Казахстан рассчитывает на интерес к отрасли со стороны иностранных инвесторов. 

«Государство планирует предоставлять существенные меры поддержки для мусоросжигательных заводов. Мы не против сжигания, но при этом вся остальная отрасль остается без внимания. Так почему бы не оказать гос­поддержку предприятиям по сбору, транспортировке и переработке, которые, по сути, делают новую продукцию из вторсырья, создают рабочие места в регионах, исправно платят налоги», – отмечает руководитель Казахстанской ассоциации по управлению отходами Вера Мустафина.

К 2030 году Казахстан собирается увеличить долю переработки ТБО до 40%. Сейчас Минэкологии разрабатывает концепцию госпрограммы по управлению отходами – она должна предложить и системный подход к проблеме, и эффективную финансовую модель ее решения.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif