Перейти к основному содержанию

11346 просмотров

Казахстанский рынок доставки еды оказался на грани серьезного передела

Сразу три крупные международные службы включаются в игру

Foodtech – услуга, растущая во всем мире ударными темпами и меняющая не только привычный ландшафт бизнеса, но и привычки людей. Нас ждут рестораны без клиентов, рост big data в бизнесе и жесточайшая конкуренция за клиента. К нам заходят глобальные игроки: Яндекс.Еда, Glovo, Wolt. 

Глобальный рынок готовой еды – $96,2 млрд

Эксперты McKinsey оценивают мировой рынок доставки продуктов питания и готовой еды в $96,2 млрд. Через приложения курьерских служб во всем мире пока продается около 1% всех продуктов питания и примерно 4% готовой еды, которую производят рестораны и сети фастфуд. 

Если уйти от усредненных оценок, то безусловным лидером по потреблению готовой еды являются США – около половины американцев покупают ее в ближайших ресторанах или заказывают ее доставку домой. В Европе эта привычка менее распространена, однако в Великобритании через приложения еду заказывают 7% населения. Интересно, что в некоторых крупных городах России проникновение этой услуги достигло примерно 9%.

Самые популярные готовые продукты – пицца и суши. Менее востребованы бизнес-ланчи, традиционные блюда и десерты. В последнее время одним из главных факторов для клиентов стало время доставки заказа. Но логистика – не самое сильное звено ресторанного бизнеса. Быть рядом с клиентом и доставлять заказ быстро – значит постоянно расширять производственную сеть и число курьеров, внедрять свои IT-системы для управления всеми процессами.

В это слабое место и вклинились курьерские компании, обладающие наработанными технологиями быстрого обмена информацией и оптимизированной системой доставки. Для ресторанов это нарушение традиционной схемы, благодаря которой они понимали своего покупателя и его вкусы. Обычно покупатель звонил в ресторан или онлайн заказывал блюдо, которое ему доставлял курьер этого заведения. Это создавало прямую связь ресторана с потребителем. С появлением универсальных приложений эта связь оказалась нарушена – теперь клиент общается с посредником-приложением. О меняющихся клиентских вкусах ресторан догадывается с запозданием, обнаружив падение продаж еды на вынос.

Примеров, показывающих уязвимость даже крупных компаний, на рынке достаточно. Крупнейший мировой производитель пиццы Domino пытается бороться за сохранение традиционной схемы. Дело в том, что курьерские приложения привлекают много инвестиций, благодаря чему занижают стоимость доставки, ставя целью быстрое расширение своей доли рынка. 

Domino отказывается сотрудничать с ними, но «война с приложениями» обрушила стоимость акций компании на 15%, ежегодный рост продаж сократился с 7 до 3%. 

В свою очередь компании по доставке еды объединяются, чтобы оказывать большее влияние на рынок. К примеру, этим летом началось объединение таких крупных игроков, как голландская Takeaway.com N.V. и американская Just Eat PLC. Объединенная компания будет обслуживать 355 млн клиентов в год на общую сумму заказов более $8 млрд.

«Темные кухни» кормят удаленного клиента 

M&A сделки свидетельствуют о сохраняющемся потенциале роста рынка доставки продуктов и готовой еды. По оценке Target Global, foodtech растет на 20–30% ежегодно, что делает этот сегмент самой перспективной отраслью для инвестирования. Наиболее популярные секторы – онлайн-сервисы, «темные кухни» – так называются рестораны, ориентированные только на онлайн-клиентов, а также сервисы по обеспечению ресторанов продуктами.

Пример стремительного роста популярности этого вида услуг в СНГ – Яндекс.Еда. Проект появился в 2017 году, когда на рынке России безраздельно господствовала DeliveryClub группы Mail.ru. 

Яндекс.Еда сформирована на базе поглощенных Foodfox и UberEATS. В первый год клиентами стали 100 тыс. человек, год спустя их было уже 1 млн, а в текущем году, по оценкам экспертов, компания отвоевала 20% всего рынка России, закрепившись в 25 крупных городах. Считается, что DeliveryClub, работая в 97 городах, контролирует 80% рынка.
 
Как раз сейчас все внимание привлечено к очередному витку борьбы между этими конкурентами: Яндекс.Еда объявила о введении бесплатной доставки, компания DeliveryClub на этот шаг пока никак не отреагировала. Напомним, сейчас рынок готовой еды в России составляет 132 млрд рублей (примерно 764,7 млрд тенге). В связи с этим возникает вопрос: как изменится рынок Казахстана с появлением иностранных игроков, закаленных конкуренцией недоступного для нас уровня и способных поднимать ставки в игре настолько высоко?

Какие глобальные игроки зашли на рынок Казахстана

Выход Яндекс.Еды на рынок РК можно считать свершившимся фактом. Компания не дает комментариев до официального запуска локального проекта, однако признала, что тестирует услугу на базе собственного сервиса такси. Одновременно компания начинает экспансию на рынок Беларуси.

Ожидается приход в страну еще одного игрока – финского стартапа Wolt, сейчас компания на стадии подбора ключевого персонала. Этот проект работает в 14 странах Европы, в его базе 1,5 млн клиентов, специализация – доставка готовой еды из ресторанов.

Наконец, с начала текущего лета в Казахстане работает испанская компания Glovo. Она специализируется на поставках любого товара, включая продукты питания и готовую еду. Glovo работает в 22 странах мира, начиная с 2015 года курьеры компании выполнили более 40 млн поставок. Среди глобальных партнеров McDonald’s, KFC и Starbucks.

Появление в Казахстане таких серьезных игроков позволяет предположить, что и у нас повторится сценарий, типичный для стран, уже переживших экспансию сервисов поставки: производители еды либо передают доставку специализированным компаниям, либо сливаются с ними. Инструментов давления у курьерских компаний великое множество. Например, формирование собственных брендов на рынке еды и переманивание клиентов в эту нишу льготными тарифами на поставку за счет масштаба бизнеса и поддержки со стороны глобальных материнских структур. 

Что такое рынок доставки еды в Казахстане?

По данным компании Chocofood, в РК оборот услуг по поставкам продуктов и готовой еды достиг показателя 11,6 млрд тенге. В деньгах эти услуги ежегодно растут на 20%. В большей степени это касается городов Алматы, Нур-Султан, Шымкент и Караганда. По собственной оценке, Chocofood контролирует 24% рынка доставки еды и 82% рынка foodtech, фактически львиная доля заказов еды в мобильных приложениях – это заказы через chocofood.kz. Другие основные игроки рынка доставки еды – Samurai Sushi, KFC/Hardee’s, Burger King, McDonald’s, Gippo, которые имеют собственные службы доставки. 

Комментируя грядущие конкурентные войны, компания подчеркнула, что усиление конкуренции приведет к общему росту рынка. К примеру, значительно сократится среднее время доставки, благодаря внедрению технологий big data бизнес сможет предвосхищать пожелания клиента. Также здесь уверены, что местные компании лучше «чувствуют» потребителя и знают его особенности.
 
Напомним, что начиная с 2014 года ключевым конкурентом Chocofood была Foodpanda Kazakhstan, часть международного сервиса по онлайн-заказу и доставке еды Delivery Hero. В 2017 году Chocofood поглотил конкурента и стал абсолютным лидером среди foodtech-сервисов.

21 августа, CEO Сhocofamily Рамиль Мухоряпов заявил о привлечении дополнительного капитала в компанию. $5 млн инвестировал Айдын Рахимбаев, основатель BI Group. Мухоряпов подчеркнул, что основные ресурсы будут направлены как раз на развитие сервиса «Рахмет» и Chocofood. Сейчас сервис доставки еды сhocofood.kz совершает 2,5 тыс. доставок в день из 650 ресторанов. Глава Сhocofamily рассчитывает, что компания вырастет в 18 раз в ближайшие пять лет, причем 70% прибыли должны принести иностранные проекты. Как минимум, конкуренция с новыми иностранными игроками на домашнем поле позволит Chocofood, а значит, и Сhocofamily в целом, получить опыт, который холдинг сможет применить уже при своей международной экспансии.

banner_wsj.gif

Как казахстанский бизнес переживает «кризис пандемии»  

Эксперты прогнозируют спад после завершения карантина 

Фото: Shutterstock

Из-за резкого падения спроса и отсутствия финансовой подушки безопасности компании по производству несырьевых товаров фактически заморожены. Производственники опасаются, что не смогут удержать специалистов, и кризис перечеркнет достигнутый за последние годы уровень развития. Поэтому они предлагают внедрить комплекс дополнительных антикризисных мер. 

Мебельная промышленность 

Деревообрабатывающая отрасль и производство мебели в настоящий момент функционируют лишь в регионах. При этом 71% технического и производственного потенциала этой сферы приходится на Алматы, Нур-Султан и Шымкент - такие данные приводят в отраслевом объединении. 

По данным президента Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности (АПМДП) РК Каната Ибраева, в крупных городах без работы остались около 30 тыс. работников. И это только официально зарегистрированные специалисты, без учета черного рынка. 

«В нашей отрасли сейчас трудно всем – и большим, и малым предприятием. Крупнейшая мебельная фабрика Южного Казахстана «Grand MIKS» с оборотом около 400 млн тенге встала. 500 человек (с учетом субподрядчиков) сидят без работы. Производство – это не станки и здания, это квалифицированный персонал. Если мы сейчас все потеряем, сможем ли наверстать? У нас раскачка примерно полгода занимает. А далее наступит перенесенный период убытков, когда придет время платить налоги и кредиты. В этом году мы можем не только потерять достигнутые темпы роста (7-8%), но и вообще в минус уйти», - говорит Канат Ибраев

Однако главная проблема мебельщиков в кризисное время заключается даже не в том, что мастера из-за карантина не могут прийти в цех на работу. У производственников значительно сократился объем гарантированного рынка – заказы госорганов и квазигосударственного сектора. С учетом поставок для строительных фирм, недропользователей, фонда «Самрук-Казына» - это, исходя из данных прошлого года, около 30 млрд тенге. 

По информации Каната Ибраева, 25 февраля 2020 года республиканской комиссией дано распоряжение МИО, госучреждениям, администраторам бюджетных программ о приостановке процедур госзакупа мебели. Под сокращение попала как дорогостоящая продукция, так и более дешевый сегмент. 

Члены Ассоциации подписали обращение к председателю госкомиссии по обеспечению режима ЧП Аскару Мамину с просьбой не сокращать ранее запланированный объем госзакупок – это позволит сохранить мебельную промышленность страны.

«Мы видим, что в Казахстане имеется достаточный ресурс для поддержания мебельной отрасли на прежнем уровне. Наши эксперты отмечают, что одной из действующих мер со стороны государства по сохранению потенциала МСБ является увеличение закупок на внутреннем рынке, даже с условием отправки товара для хранения на склад. Мы не просим особых преференций, просто оставьте нам прежний объем заказов», - настаивает глава Ассоциации. 

Кризисный период, по мнению руководителя ОЮЛ, может даже дать толчок развитию мебельной промышленности Казахстана, если на законодательном уровне закрепить понятие отечественного товаропроизводителя. Сейчас в эту категорию входят и филиалы зарубежных компаний, которые импортируют продукцию из других стран, и из-за этого часть средств от госзаказа уходит за рубеж. 

Легкая промышленность 

Для предприятий легкой промышленности Казахстана, которая и до карантина находилась в непростом положении, заморозка внутреннего рынка сбыта в крупных городах стала новым ударом.  

По словам исполнительного директора Союза производителей легкой промышленности Натальи Кузнецовой, резкий спад покупательского спроса, закрытие торговых центров заставило легпром на некоторое время заморозить производство. О банкротстве речь не идет. Все компании стараются сохранить и персонал, и базу. 

«Непонятно, почему льготы, которые выделяет государство, распространяются, в основном на малый и средний бизнес, самозанятых. А что делать предприятиям, относящимся к среднему бизнесу, но с большим количеством человек? Получается, им уже не полагается поддержка. В данной ситуации нельзя делать такую градацию. Мы либо сохраняем все, либо начинаем терять позиции», - отмечает Наталья Кузнецова. 

Представитель Союза не берется делать какие-либо прогнозы даже на ближайшее время. Главная задача – после кризиса остаться на плаву. 

Молочная отрасль 

Производство и переработка молока входит в число тех отраслей, для которых границы городов не закрывались. Учитывая специфику товара, спрос на молочные продукты остался неизменным.  

Исполнительный директор Молочного союза Казахстана Владимир Кожевников говорит, что на перерабатывающих предприятиях достаточно запасов упаковочных материалов, закваски. Проблем с логистикой нет. 

«В нашей отрасли коллапса не будет. Но главный вопрос, который влияет на ситуацию в будущем – как долго продлится карантин? Ведь отчасти мы зависим от зарубежных поставок. Например, в Казахстане очень низкий процент производства твердой упаковки. Ее выпускают только на заводе в Семее – ТОО «Казполиграф», но и он зависит от импортного сырья. Поэтому если ограничения продлятся долго, и не будет закупок из России, молоко не во что будет фасовать», - поясняет Кожевников. 

Возможность отсрочки по налогам – хорошее подспорье для переработчиков. Но, по словам главы союза, каждое предприятие самостоятельно решает, заплатить ли отчисления сейчас или после каникул, когда сумма накопиться за весь период отсрочки. 

Сахарная, пищевая и перерабатывающая промышленность  

Спрос на продовольственные товары на период ограничительных мер как в мегаполисах, так и в областных центрах не снижался. Поэтому ситуация в данной отрасли остается стабильной. По информации президента Ассоциации сахарной, пищевой и перерабатывающей промышленности Айжан Наурзгалиевой, предприятия пищевого комплекса продолжают работать, так как они отнесены к категории разрешенных в период карантина.

Единственная проблема, которая возникла у компаний Алматы - это ограничение на въезд и выезд работников, проживающих в пригороде. Руководители решали ее по-разному. Кто-то нанимал временных сотрудников, проживающих в черте города, кто-то решат вопрос с арендным жильем.

«Негативно на пищевой промышленности сказалось изменение курса тенге по отношению к доллару, так как некоторые виды сырья и вспомогательные материалы для производства (ароматизаторы, упаковка) импортируются из других стран. Незначительные изменения произошли по затратам по транспортировке. Это также отразилось на ситуации», - поясняет Айжан Наурзгалиева. 

Мусоропереработка 

Мусоровывозящие и мусороперерабатывающие предприятия Казахстана могут прекратить свою работу. Одно из следствий социальной изоляции – большее количество бытовых отходов. Другими словами, мусора стало образовываться больше, а вот платить за его вывоз люди перестали. Других источников доходов, кроме тарифа, в мусоропереработке нет. 

«К нам поступило обращение из Усть-Каменогорска от ОЮЛ «Казахстанская ассоциация по управлению отходами KazWaste касательно невозможности осуществления вывоза мусора в связи с прекращением поступления платежей от основной части населения. Чтобы продолжить работу, компаниям нужны субсидии от государства. Поддержка необходима для покупки ГСМ, дезинфекции, средств индивидуальной защиты», - сообщили в пресс-службе Палаты предпринимателей ВКО.

Общее количество компаний, задействованных в отрасли – свыше 400. Из них 370 предприятий относятся к малому и среднему бизнесу. Для того, чтобы не допустить массового сокращения работников, KazWaste предлагает назначить сотрудникам отрасли дополнительные выплаты в размере минимальной заработной платы со стороны государства.

Переработка: общий взгляд 

По данным Комитета по статистике МНЭ РК на 1 марта, из 23 тыс. зарегистрированных предприятий обрабатывающей промышленности действующими являются 15,9 тыс. (68%), временно приостановившими свою деятельность или в процессе ликвидации – 6,3 тыс. (27%). Год назад во второй категории было на одну тыс. компаний меньше. Статистика подтверждает: наибольшая доля в зоне риска – за малыми предприятиями. 

По мнению председателя правления ОЮЛ «Союз обрабатывающей промышленности Казахстана» Марата Баккулова, существование компаний по производству несырьевых товаров в условиях карантина сводится к попыткам сохранить кадровый резерв. Это единственное, что может помочь производственникам выжить после открытия границ между городами.  

«В «обработке» новых сотрудников не наберешь, их готовят годами. Поэтому руководители пытаются сохранить персонал, работая по сути «на склад», но, я думаю, долго они не выдержат. Из крупных предприятий наиболее устойчивым могу назвать Кентауский трансформаторный завод», - сказал свое мнение Марат Баккулов. 

Алматинский вентиляторный завод, которым руководит Марат Баккулов, свою работу продолжил благодаря зарубежным заказам. Появилась перспективная идея наладить производство вентиляционных установок для медорганизаций.  

Руководитель Союза уверен, что кризис в отрасли начнется как раз после завершения карантина, когда закончатся отсрочки и придется платить по всем отложенным обязательствам. 

«Многих волнует не только то, что происходит сейчас, а что будет завтра. Мы уже проходили это в предыдущие кризисы, когда происходил обвал, а потом - долгое восстановление. В этот раз некоторые могут просто не выжить. Если сейчас бизнес еще выплачивает зарплату за счет сэкономленных на налогах и кредитах средств, то без сбыта этот ресурс скоро закончится.», - отмечает спикер. 

Меры поддержки 

6 апреля Союз промышленников и предпринимателей Казахстана «El Tiregi», куда входят 17 отраслевых ассоциаций, опубликовал открытое обращение к Касым-Жомарту Токаеву с просьбой принять пакет антикризисных мер. 

Производственники предлагают рассмотреть вопросы отмены до конца года всех видов налогов и отчислений, введения субсидий на выплату зарплаты. В числе предложений – отмена таможенных пошлин, утилизационных сборов и налогов на импорт сырья, оборудования и комплектующих. 

Отраслевые ассоциации предлагают использовать карантинные ограничения для форсированного развития импортозамещения. Основная идея – запретить госсектору закупать импортные товары, если таковые производятся в Казахстане. А также обеспечить стабильный сбыт за счет у отечественных товаропроизводителей, упростить и ускорить процессы госзакупок, установить 100% предоплату за товар. 

Для снижения долговой нагрузки члены Союза предлагают ввести льготное, под 3% годовых, кредитование для обрабатывающей промышленности и рассмотреть возможность предоставления госгарантий 80% для покрытия залогового обеспечения. 

Напомним, что чуть раньше к президенту страны с просьбой принять срочный комплекс мер для поддержки отрасли обратился Союз строителей, объединяющий более 500 стройфирм. В числе предложенных строителями мер - полугодовая отсрочка по кредитам, компенсация убытков на незавершенных из-за кризиса объектах, субсидирование покупки стройматериалов. 

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif