Перейти к основному содержанию

1082 просмотра

Бизнесменам из Актау начислили 40 млн тенге пени

Начисление произошло из-за несвоевременных выплат управления образования

Фото: Shutterstock

Сразу четверо бизнесменов Актау намерены через суд добиться от управления образования выплат по банковским просрочкам. Из-за несвоевременных перечислений БВУ начислили пени – около 40 миллионов тенге.

Два года назад бизнесмены из Мангистауской области, которые решили участвовать в конкурсе на строительство объектов по механизму ГЧП, подписали договоры с управлением образования и принялись за работу. В 2018 году все объекты были сданы в эксплуатацию. Предприниматели надеялись на скорый возврат тех средств, которые они вложили. По всем объектам областной бюджет должен рассчитаться за три-пять лет, но уже с первого года начались проблемы. 

Просрочили? Получите пени!

ТОО «ХазарМунайГазКурылыс» в октябре 2018 года построило детский сад на 140 мест в Мунайлинском районе. Общий бюджет – 500 млн тенге. Часть средств на строительство были взяты из собственных фондов, часть – в кредит.
 
После принятия объекта в течение 30 календарных дней областное управление образования должно было закрыть первую часть долга в размере 288 млн тенге. Деньги за 2018 год были получены только в текущем, а до середины лета местные власти закрыли долг уже за этот год. Вопросы остались лишь по пеням, которые набежали в банке из-за просрочек.

«Теперь мы готовим иск в суд, собираем документы. За прошлый год была просрочка около ста дней, за каждый набегает 0,1%. В итоге получилось почти 27 млн тенге. Областное управление образования решило, что закрыло основной долг и на этом все, но по договору обязано погасить и просрочку. Поэтому эту сумму мы будем оспаривать уже в суде», – сказал в комментариях «Курсиву» руководитель ТОО «ХазарМунайГазКурылыс» Байбакты Есенгали

Предпринимательница Актолкын Абилова отремонтировала детский сад в Актау.

«За прошлый и за этот год мы получили деньги. Каждый год нам должны выплачивать по 60 млн тенге, но эти средства поступали не единовременно – то 7 млн заплатили, потом 10, и так понемногу с нами расплатились. Бухгалтер сейчас занимается подсчетом просрочки – на январь текущего года было около 2 млн тенге. В ближайшие дни будем подавать в суд», – рассказала «Курсиву» учредитель ТОО «Насихат Курылыс» Актолкын Абилова.

Связываться с ГЧП – себе дороже 

Предприниматель Данияр Нурмаканов, который построил со своим партнером по механизму ГЧП три спортивных зала на территории школ Актау, также жалуется на несвоевременную оплату со стороны управления образования Мангистауской области.

По словам бизнесмена, строительство залов ангарного типа обошлось в 360 млн тенге. Почти 40% от суммы составили собственные средства, остальные пришлось брать в банке. Все объекты были сданы в июле прошлого года. Сумму разбили на пять лет. Ежегодно управление образования должно возвращать бизнесмену по 72 млн тенге. В прошлом году выплату задержали на несколько месяцев, в этом году ситуация та же. 

«Из-за постоянных задержек выплат образовались пени в банке. Это почти 5,5 млн тенге. В банке с пониманием относились, но в любом случае нам пришлось нести убытки. В договоре указано, что пени оплачивает управление образования. Но добровольно эти деньги возвращать власти не хотят, поэтому мы вынуждены подать в суд», – рассказывает Данияр Нурмаканов. 

Предприниматель говорит, что «связываться с ГЧП» он больше никогда не будет. 

Денег нет 

Такая ситуация с выплатами сложилась из-за нехватки средств на контрольном счете наличности (КСН). В областном управлении образования своей вины не видят. 

«Нам постоянно говорят, что на КСН нет денег. Но я считаю, что раз средства предусмотрены на выплаты по ГЧП, договоры подписаны, то они должны лежать на каком-то спецсчете без права распоряжения. А у нас получается, что акимат распоряжается этим КСН по своему усмотрению, любые дыры закрывает, а когда приходит срок выплачивать по ГЧП, то платят по остаточному принципу: есть деньги – заплатят, а нет – значит, ждите», – говорит Данияр Нурмаканов. 

Руководитель управления экономики и бюджетного планирования Мангистауской области Марина Альбекова утверждает, что создать спецсчет специально для выплат по ГЧП невозможно. 

«КНС – это счет, куда поступают доходы от всех источников. Это налоговые и неналоговые платежи, и они аккумулируются на едином казначейском счете. Даже трансферты, которые из республики приходят, поступают туда же. Разделения средств нет», – отмечает г-жа Альбекова. 

Также, по ее словам, выплаты производятся в зависимости от наличия средств, при этом есть и первоочередные платежи – это заработная плата и социальные выплаты. 

В конце августа ожидаются крупные поступления в бюджет от налогов на имущество, тогда же акимат планирует закрыть все долги перед предпринимателями, пояснили в управлении образования.

2722 просмотра

Когда «мусорный» бизнес в Казахстане станет по-настоящему доходным

Несмотря на обилие отходов в стране, заводам все еще не хватает сырья для переработки

Фото: Depositphotos

Объем переработки ТБО в Казахстане увеличился за год на 3% и составляет сейчас 14% от объема сбора. Концепция по переходу страны к зеленой экономике предусматривает, что к 2030 году этот показатель вырастет до 40%. 

В Швеции нет свалок – эта страна перерабатывает 99% своих отходов. Германия превращает 64% твердых бытовых отходов (ТБО) в 50 млрд евро ежегодного дохода. В Японии из спрессованного мусора строят острова. В Казахстане объем переработки твердых бытовых отходов составляет 14% от объема сбора, более 20 полигонов ТБО в стране переполнены, а казахстанские предприниматели-переработчики пока только в поиске эффективной бизнес-модели. В материале «Курсива» – о том, как система переработки и утилизации ТБО работает в республике.

Сколько мусора в стране

В Казахстане, по данным Министерства экологии, накоплено 125 млн т отходов, но сортировочные пункты при этом загружены только на 40%. Предприятия-переработчики готовы принять больше сырья, но для этого ТБО должны пройти систему раздельного сбора, которая сейчас в Казахстане практически отсутствует. 

Информация от Комстата: в 2018 году спецпредприятия собрали 3,6 млн т коммунальных отходов. Из них на сортировку поступило только 17% – 622 тыс. т. И лишь 164 тыс. т были пригодны для переработки. Получается, что только 4% от общей массы вывезенного на свалки мусора стали вторсырьем. 

Минэкологии РК оперирует более позитивными цифрами. Профильное ведомство подсчитало, что в 2016 году доля отсор­тированных и переработанных ТБО составляла 2%, в 2017 году – 9%, в 2018 году – 11%. В 2019 году доля отходов, прошедших через сортировочные линии и перерабатывающие компа­нии, подросла еще немного – до 14%. 

«В Казахстане нет утвержденной методики расчета процента переработки вторсырья. Поэтому никто точно не может сказать, сколько на самом деле отходов перерабатывается. В органах статистики отчитываются только мусоровывозящие организации. Не все переработчики заполняют формы статистической отчетности по отходам. Кроме того, не учитывается тот объем вторсырья, который собирается в Казахстане и экспортируется в Россию и другие страны», – объясняет причину значительных расхождений в показателях разных ведомств исполнительный директор Казахстанской ассоциации по управлению отходами KazWaste Вера Мустафина. 

Лидером по переработке в региональном разрезе, по данным Комитета по статистике  МНЭ РК, является Мангистауская область, где перерабатывается 33% ТБО. Стараются соответствовать экологическим трендам Алматинская (23%) и Карагандинская (17%) области, Шымкент (22%). Самая низкая доля переработки – у ВКО (3%), Акмолинской (3%) и Жамбылской (8%) областей.

kogda-musornyj-biznes-v-kazahstane-stanet-po-nastoyashchemu-dohodnym.png

Первое звено – в слабой позиции

Предприятия по сбору, вывозу, сортировке и первичной переработке ТБО – это первое звено всей мусорной отрасли. Таких компаний, по оценке Минэкологии, в республике 210. И именно они, по словам руководителя KazWaste, находятся сейчас в самом трудном положении – во многом, как ни странно, из-за того, что им не хватает сырья. Эти компании могли бы активно перерабатывать бумагу, картон, плас­тик – те виды отсортированного мусора, рециклинг которых, с одной стороны, менее сложен, с другой – более выгоден. Но именно бумага, картон и пластик чаще всего вывозятся на переработку в соседние страны. Этому способствуют значительные логистические затраты внутри страны (выгоднее и проще вывезти к соседям) и более высокие закупочные цены на такой вид сырья за границей. Плюс, говорит Вера Мустафина, есть и нелегальный трафик ТБО – когда продажа вторсырья идет за наличные в обход налогов как в Казахстане, так и в другой стране. 

По мнению вице-министра экологии, геологии и природных ресурсов Ахметжана Примкулова, объемы переработки ТБО в Казахстане не растут из-за действующих низких тарифов, которые включают только затраты на сбор, вывоз и захоронение отходов. С этими выводами согласны и в Казахстанской ассоциации по управлению отходами.

«Слишком низкие тарифы не обеспечивают даже нулевой рентабельности этого бизнеса. Почти все компании, за исключением некоторых из Алматы и Нур-Султана, работают себе в убыток или дотируют этот бизнес за счет других видов производства. В тариф не входит инвестиционная составляющая. Приобрести мусоровозы, оборудование для сортировки или переработки за счет этих средств невозможно. Поэтому очень сложно разорвать замкнутый круг – необходимо повышать тарифы на сбор и вывоз отходов, развивать раздельный сбор населением», – говорит исполнительный директор ассоциации.

В большинстве областных цент­ров страны размер тарифа на вывоз мусора колеблется в диапазоне от 94 до 230 тенге (за исключением Алматы и Нур-Султана, где данный вид коммунальных платежей равен 553 тенге и 390–411 тенге соответственно). Вера Мустафина, опираясь на данные международной экспертизы, утверждает: чтобы компании покрывали расходы на сбор, вывоз и сортировку отходов, размер тарифа должен быть на уровне 0,8–1% от среднедушевого дохода, а это примерно 500 тенге.

Бизнес второго этапа 

Еще одна категория предприя­тий отрасли – это непосредственные производители готовой продукции из вторсырья. По оценкам экспертов нескольких перерабатывающих предприятий, компании имеют рентабельность до 15%, показатель зависит от объемов и глубины рециклинга.

Государство призывает бизнес активнее развивать сферу сортировки и рециклинга, гос­программа «Дорожная карта бизнеса-2020» предусматривает для переработчиков ряд мер по поддержке: субсидирование ставки вознаграждения, открытие кредитных линий в БВУ и подведение инфраструктуры. Но знают об этом и пользуются мерами господдержки далеко не все предприятия МСБ, которые занимаются переработкой отходов, констатирует Вера Мустафина. 

ТОО «Фабрика нетканых материалов S.M.F.-System» – небольшое предприятие полного цикла из Костанайской области. Компания получила от государства земельный участок для сортировочной линии, но кредитами, даже льготными, не пользуется – слишком высокие риски для бизнеса, который зависит от сезонного спроса. На S.M.F.-System сортируют ТБО, перерабатывают пластик, выпускают полиэтилен, трубы и геотекстиль для дорожного строительства. Рентабельность производства – около 4%.

«Чтобы получить какой-либо готовый продукт, недостаточно просто переработать пластик. Нужно также закупать сопутствующее сырье из-за рубежа. Для каждого вида товара нужно приобретать отдельный вид производственной линии. Это все требует инвестиций. Поэтому переработка – это очень дорогостоящий процесс, нужна государственная поддержка, субсидирование процентных ставок и снижение налоговой нагрузки», – говорит руководитель отдела сбыта фабрики Жандос Жаксыбаев.

На более крупных предприятиях, например KagazyRecycling, рентабельность действительно доходит до 12–15%. Компания выпускает очень востребованную на рынке продукцию – гофрированную картонную тару, которая после использования вновь попадает в цикл переработки. Кроме того, предприятие получает компенсацию за счет расширенных обязательств производителей, которые (вместе с импортерами) уже несколько лет оплачивают взносы за сбор и утилизацию отходов. По словам генерального директора KagazyRecycling Алмата Булегенова, переработкой именно бумажной продукции выгодно заниматься только в случае глубокого передела и больших объемов – до 50 тыс. т в год. 

Гори оно всё

Министр экологии, геологии и природных ресурсов РК Магзум Мирзагалиев видит выход в термической утилизации, другими словами, в сжигании ТБО и выработке за счет этого электроэнергии. По предварительным расчетам Минэкологии, бизнес должен быть рентабельным благодаря в том числе предусмот­ренным для него налоговым преференциям – отмене корпоративного подоходного налога, применению нулевых коэффициентов к ставкам земельного налога и другим (отражены в главе 80 Налогового кодекса РК). Теперь Казахстан рассчитывает на интерес к отрасли со стороны иностранных инвесторов. 

«Государство планирует предоставлять существенные меры поддержки для мусоросжигательных заводов. Мы не против сжигания, но при этом вся остальная отрасль остается без внимания. Так почему бы не оказать гос­поддержку предприятиям по сбору, транспортировке и переработке, которые, по сути, делают новую продукцию из вторсырья, создают рабочие места в регионах, исправно платят налоги», – отмечает руководитель Казахстанской ассоциации по управлению отходами Вера Мустафина.

К 2030 году Казахстан собирается увеличить долю переработки ТБО до 40%. Сейчас Минэкологии разрабатывает концепцию госпрограммы по управлению отходами – она должна предложить и системный подход к проблеме, и эффективную финансовую модель ее решения.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif