Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


2270 просмотров

Зачем Япония возобновила китобойный промысел

Спрос на мясо этих млекопитающих в стране невелик

Фото: Shutterstock

В июле Япония начала охоту на китов в коммерческих целях – китобойная отрасль страны вернулась на бизнес-рельсы после перерыва в 30 с лишним лет. Чтобы заниматься коммерческим выловом китов на законных основаниях, Япония вышла из состава Международной китобойной комиссии (МКК). Эта организация установила запрет на китобойный промысел в 1986 году, дабы популяции разных видов китовых могли восстановить свою численность.

Научная добыча

Квота по добыче китов на 2019 год, которую сами для себя установили японцы, – 227 особей. В исключительной экономической зоне (см. инфографику) японские китобои могут добыть 52 малых полосатика, 150 полосатиков Брайда и 25 ивасевых китов. По мнению японских властей, первые два вида полностью восстановили численность, да и популяция ивасевого кита растет. В прошлом году японские китобои добыли 330 китов, правда, не в своих территориальных водах, а в антарктических. Дело в том, что МКК запрещает коммерческую добычу китов, но ловля того же малого полосатика в исследовательских целях разрешена (опять же в рамках установленных квот). Так что более 30 лет запрета Япония не прекращала охоту на китов, но эта охота шла в рамках исследовательской антарктической программы.

Экологи называли эту программу «замаскированным коммерческим китобойным промыслом», поскольку мясо животных, пойманных в исследовательских целях, в результате оказывалось на прилавках магазинов и кухнях ресторанов. На практике же ситуация складывалась следующим образом: прибыль от «научной» добычи, с одной стороны, шла на финансирование экспедиций в Антарктику, с другой – эта прибыль не могла превышать затрат на экспедиционную деятельность, поскольку исследования фактически проводились госструктурой.

Теперь китобоям не придется снаряжать экспедиции – киты водятся и у берегов Японии. Объем японского рынка, который удовлетворяла «научная» добыча, – около 5 тыс. тонн китового мяса в год. Это примерно 50 граммов китового мяса на одного жителя Страны восходящего солнца в год – для наглядности такой вес можно сравнить с половиной крупного яблока. 

Очень маленькая отрасль

Тридцать лет назад, когда МКК ввел запрет на китобойный промысел, объем рынка китового мяса составлял примерно 6 тыс.тонн, то есть немногим больше, чем сейчас. Китовое мясо – дешевый источник белка – действительно было массовым продуктом после Второй мировой войны – тогда объем рынка оценивался в 200 тыс. тонн. Но с ростом уровня жизни японцы перешли на птицу, свинину и говядину. Для того чтобы снова создать высокий спрос на китовое мясо в стране, требуется время, считают сторонники охоты на китов. «В Японии так много еды, что ее выбрасывают, поэтому мы не ожидаем, что спрос на китовое мясо будет расти быстро», – эту цитату Казуо Ямамуры, президента Японской китобойной ассоциации, приводит Reuters. 

1 июля пять японских китобойных судов вышли в море из поселка Кусиро, еще три – из Симоносеки. Киты, привыкшие к безопасности у берегов Японии, стали легкой добычей: в первый же день флотилия из Кусиро вернулась с двумя малыми полосатиками. Их мясо через два дня было продано на первом в XXI веке аукционе по продаже китового мяса – таких аукционов в Японии тоже не было несколько десятилетий. По данным агентства Kyodo, на торгах было продано около 66 кг мяса, цена доходила и даже превышала $150 за килограмм. Основными покупателями были супермаркеты и рестораны. 

Непосредственно в китобойный промысел в Японии вовлечены примерно 300 человек. Перед ними нет задачи добыть как можно больше китов и заполнить прилавки магазинов – как минимум этого не позволит квота, как максимум – спрос, поскольку особой моды на упот­ребление мяса кита в Японии нет, это больше нишевой деликатес. Ставка скорее сделана на развитие китобойного туризма: и местным, и иностранным туристам предложат знакомство с историей китобойного промысла, посещение китобойных судов и даже мест переработки туш. Дегустация тоже включена, а пос­ле нее в программе посещение буддийского храма, где почитают души убитых китов. 

Выбор за туристом

Создание целой индустрии (сувениры, обслуживание турпотока и т. д.) вокруг охоты на китов – это пока только возможная перспектива. В то же время в Японии уже создана и активно растет туристическая отрасль вокруг совсем другого направления – наблюдение за китами. С 1998 по 2015 год количество наблюдателей за китами увеличилось более чем вдвое. Местечко Раусу находится всего в 160 км от Кусиро. В Раусу в прошлом году 33,5 тыс. человек нанимали туристические катеры для наблюдения за китами и птицами. Это на 2 тыс. человек больше, чем в 2017 году, и на 9 тыс. человек больше, чем в 2016-м. Многие туристы останавливаются в местных отелях, едят в местных ресторанах и покупают местные продукты – морских ежей и водоросли.

«65% бизнеса туристических лодок занимается наблюдением за китами. Здесь можно увидеть не один вид китов, а несколько. Наблюдение за китами – это огромный туристический ресурс для Раусу, и я надеюсь, что это будет продолжаться», – цитирует Reuters слова Икуйо Вакабаяши, исполнительного директора туристической ассоциации Shiretoko Rausu. 

Владелец судна, с которого можно наблюдать за китами, Масато Хасегава – бывший рыбак. Он начал свой туристический бизнес в 2006 году, и хотя первые несколько лет были непростыми, сейчас он доволен: слава о Раусу расходится по миру, и в высокий сезон число желающих наблюдать за китами настолько велико, что приходится составлять лист ожидания, поэтому Хасегава уже заказал второе судно для наблюдений за китами.

Мужчина сомневается в том, что спрос на китовое мясо в будущем возрастет – во всяком случае, рестораны и отели Раусу его закупать не собираются. Хасегава объясняет, почему:

«У нас много детей на летних каникулах. Что им говорить – смотрите, это такой же кит, как тот, которого мы ели вчера вечером?».

Киты Япония.png

 


1955 просмотров

Производители обуви в Казахстане не могут конкурировать с дешевой продукцией

И просят ограничить ввоз импорта

Фото: Офелия Жакаева

Представители обувной промышленности Казахстана заявляют о невозможности конкурировать с дешевой завозной продукцией и просят принять меры по защите внутреннего рынка от нее. В первую очередь – ограничить ввоз импорта путем введения минимального ценового порога за пару обуви в $20.

Импорт правит бал

О необходимости использования антидемпинговых мер при импорте обуви заявили отечественные производители. Как отметил в комментариях «Курсиву» генеральный директор ТОО «Lux Shoes» Гайрат Хасанбаев, главной проблемой казахстанских обувщиков является засилье импорта, занявшего свыше 90% рынка.

«Если исходить из того, что каждому казахстанцу нужны как минимум четыре пары обуви в год, по числу сезонов, то, по грубым расчетам, годовая емкость нашего рынка – 70–80 млн пар обуви. Наш рынок перенасыщен, так как завозится гораздо больший объем. Сколько точно, трудно определить, так как идет бесконтрольный «серый» импорт», – отметил Гайрат Хасанбаев.

По данным Комитета по статистике МНЭ РК, импорт обувной продукции в Казахстане на начало 2019 года составил 96,7%. В Палате предпринимателей Шымкента «Курсиву» представили его распределение по странам: 60% рынка обуви в Казахстане приходится на Китай, 20% – на Турцию, 10% – на Россию, 10% – на другие страны, в том числе Узбекистан. 

Конкурировать в неравной борьбе с завозной дешевой обувью, по демпинговым ценам, казахстанским производителям тяжело. Продавать же свою продукцию ниже себестоимости они не могут.

«Средняя себестоимость пары кожаных туфель в мире не превышает $30, то есть примерно 12–13 тыс. в пересчете на тенге. Маржинальность в мире одинаковая – 10–15%. В розницу в среднем туфли продаются в пределах 15–20 тыс. тенге. Самые дорогие модели (зимнего сезона) на нашей фабрике стоят 18–20 тыс. тенге, отпускная цена на самые дешевые модели – 10 тыс. тенге», – представил ценовой расклад г-н Хасанбаев. 

Эффект 20

Для обеспечения равных условий на рынке и поддержки отечественных производителей руководство шымкентской фабрики предлагает не допускать на казахстанский рынок импортную кожаную обувь стоимостью ниже $20 по примеру Турции. По словам эксперта, введение там такого запрета на законодательном уровне оказало позитивное влияние на развитие отрасли в этой стране. Он также привел пример соседнего Узбекистана: импортные таможенные пошлины и другие меры позволили произвести импортозамещение и увеличить долю отечественного производства обуви до 50–60%. 

Введение пороговой цены на импортную обувь в Казахстане, как считает гендиректор фабрики, так же изменит ситуацию на нашем рынке.

«Завозить обувь при таких условиях будет невыгодно. Появится ее дефицит, а это подстегнет развитие отечественной промышленности. Появится больше производств, а уже действующие начнут наращивать мощности. Будет создано множество рабочих мест. Деньги, которые уходили за границу, будут оставаться в нашей стране и работать на ее экономику», – прогнозирует руководитель предприятия. 

Кроме того, по его словам, обувная отрасль тянет за собой и обеспечивает рост 50–70 различных производств – кожи, колодок, подошв, коробок, фурнитуры. То есть ее рост и развитие будут иметь еще и дополнительный мультипликативный эффект.

Меры всякие нужны

Другой мерой по импортозамещению собеседник назвал локализацию производства. В этом вопросе, по его мнению, Казахстану надо ориентироваться на опыт России. Заходящие на их рынок зарубежные брендовые компании, крупные сетевые магазины размещают в России 30–40% производства своих товаров.

Обязательной бизнесмен также считает сертификацию товаров. Большая часть импорта, как он констатировал, – это контрафактная несертифицированная продукция. Бороться с ней призван запущенный в стране в пилотном режиме с 30 июля 2019 года проект маркировки обувных товаров. Напомним, как было заявлено МИИР, маркировка необходима для снижения незаконного ввоза, производства и оборота обуви в Казахстане. К слову, фабрика Lux Shoes была инициатором этого проекта.

Кроме того, для решения проблемных вопросов, мешающих эффективному развитию отечественной обувной промышленности, по мнению производителей, нужно принять комплекс мер. Это снижение НДС с 12 до 8%, уменьшение стоимости комуслуг, зеркальные меры на узбекистанские акцизы, оплата за счет государства половины зарплаты новых работников в течение года, 45% аренды в магазинах на два года, обеспечение госзаказами, кредитование по низким процентам на длительные сроки.

Гайрат Хасанбаев особо подчеркнул необходимость открытия в местных вузах специальности «производство мужской, женской и детской обуви», поскольку, по его мнению, нехватка квалифицированных кадров для производителей сегодня очень актуальная проблема.

«Наши работники обучались практически только на самой фабрике. Пока мы полностью готовим их сами. У нас всегда больше 20 вакансий, сегодня на фабрике работает около 60 человек», – рассказал гендиректор предприятия.

Все выработанные предложения руководство компании отправило в РПП с просьбой оказать содействие в решении проблем и поддержать отечественных производителей. Эксперт отмечает, что для постоянной и комплексной защиты и представления их интересов назрела необходимость создания в Казахстане профильной ассоциации. Более того, он считает, что обувную промышленность необходимо отделить от легкой. Напомним, сегодня ряд обувных компаний входит в Ассоциацию предприятий легкой промышленности (АПЛП) РК. 

Отвоевать ниши

Эксперт отдела сопровождения проектов Палаты предпринимателей Шымкента Бауыржан Бердалиев уверен, что предлагаемые меры позволят стимулировать развитие отечественного обувьпрома. При этом он отметил, что, так как большая часть сырья и комплектующих завозится из-за рубежа, эти сферы производства – потенциальные ниши для казахстанского бизнеса. 

Президент АПЛП РК Любовь Худова также убеждена: не надо импортировать продукцию, которую можно производить у себя в стране, как это делается в Узбекистане.

«Наши обувные предприятия обеспечивают потребности внутреннего рынка всего на 1,5%. То есть почти 99% занимает импорт. Почему бы не отвоевывать постепенно этот рынок и не завоевать его собственным товаром?! Мы импортируем даже элементарные тапочки. Что, мы не можем сами их производить?! Можем. Но так как они завозятся к нам кубами без уплаты налогов, конечно, такой товар дешевле. И казахстанскому производителю экономически нецелесообразно делать такую обувь. Поэтому наши компании в основном производят спецодежду и спецобувь, то есть выживают на госзакупках», – констатировала Любовь Худова. 

В управлении предпринимательства и индустриально-инновационного развития Шымкента считают, что бороться с дешевым импортом можно только одним – качеством. А удешевить продукцию можно путем наращивания мощностей и современных технологий: выпуск более крупных партий снизит себестоимость единичного товара.

В госоргане предполагают, что программа «экономики простых вещей» придаст новый импульс обувному бизнесу. К слову, Lux Shoes является ее участницей. На поддержку по этой программе подали заявки и другие обувные компании Шымкента.

Немного статистики

По данным городского управления предпринимательства и индустриально-инновационного развития, за семь месяцев 2019 года в Шымкенте было произведено кожаной и относящейся к ней продукции на 288,6 млн тенге, ИФО – 135,4%. Доля отрасли в объеме республике составляет 5,5%. 

Помимо Lux Shoes в Шымкенте производят обувь цех «Заря», ТОО «Кирал достык», ИП «Софи». Переработкой шкур, кожи, их выделкой и изготовлением кожаных изделий занимаются компании Turan-Skin, «Умалп», AL-SHYM, «Куат-2002», «Оңтүстік тері». Кроме того, планируется реализовать в СЭЗ «ОҢТҮСТІК» проекты по изготовлению садово-летней обуви, обуви и изделий из кожи.

Самое крупное предприятие в этой сфере – ТОО «Lux Shoes». Проектная мощность фабрики – 120 тыс. пар обуви в год. Запущенная год назад, сегодня она работает в половину мощности. Здесь производится более 450 моделей обуви для всех сезонов. Казахстанское содержание сейчас составляет 50%.

«Мы уже выходим на 70–80%. Часть кожи закупаем в Шымкенте. Подошву заливаем сами. К 2022 году хотим довести этот показатель до 100%, а к 2025 году выйти на полную мощность», – рассказал Гайрат Хасанбаев.

По его информации, всего в Казахстане действует около 25 обувных фабрик. По данным NadLoc, производством обуви в Казахстане, главным образом специализированной, занимаются более 40 предприятий. В прошлом году, согласно исследованию energyprom.kz, три четверти всего производства обуви в РК пришлись на Алматы, Жамбылскую область и Шымкент.

В числе самых крупных предприятий отрасли в стране ТОО «Казлегпром-Алматы» (мощность – 500 тыс. пар обуви в год), АО «Жетiсу» (более 570 тыс. пар), ТОО «ТаразКожОбувь» (500 тыс. пар), ТОО «Семипалатинская обувная фабрика» (200 тыс. пар обуви в год). Как указано на сайте организации, членами АПЛП являются восемь предприятий сферы. 

В 2018 году, по данным Комитета по статистике МНЭ РК, в Казахстане было произведено свыше 1 млн пар обуви, за шесть месяцев 2019 года – 328,2 тыс. пар.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций