Жамбылским фермерам не заплатили более 3 миллиардов тенге субсидий

Теперь они не хотят производить мясо и молоко

Фото: Shutterstock

Новые правила субсидирования Минсельхоза действуют только для тех, кто участвует в программе «Сыбаға» и завозит крупный и мелкий рогатый скот из-за рубежа. При этом многие жамбылские фермеры до сих пор не получили положенные им субсидии за прошлый год. Сложившаяся ситуация отбивает у крестьян желание производить мясо и молоко.  

Где деньги, Минсельхоз? 

На эту проблему в своем запросе от 13 марта обратили внимание премьер-министра Аскара Мамина депутаты мажилиса, члены депутатских фракций партий «Нур Отан» и «Ак жол». Депутаты рассказали о проблемах актюбинских сельхозпроизводителей, которые не получили выплаты субсидий на сумму более 2,4 млрд тенге. При этом, как было указано, аналогичная ситуация сложилась и в ряде других областей Казахстана – общая сумма задолженности перед сельхозпроизводителями по отрасли составила порядка 36,6 млрд тенге.

Как сообщил «Курсиву» председатель жамбылского областного филиала республиканского общественного объединения «Союз фермеров Казахстана» Жигули Дайрабаев, только животноводческим хозяйствам региона, содержащим КРС, в минувшем году не было выплачено 1,2 млрд тенге. 450 млн тенге не получили фермеры, специализирующиеся на племенном животноводстве. Предприятиям по производству яиц до сих пор не выплатили 13 млн тенге, а за произведенное мясо птицы птицефабрики не получили 50 млн тенге. 70 млн тенге в виде субсидий недополучили производители мяса ягнятины, 200 млн тенге – свиноводы, более 10 млн тенге – овцеводческие хозяйства. Животноводам, занимающимся селекцией скота, не выплатили субсидий на сумму 120 млн тенге, фермерам, производящим молоко, – 80 млн тенге; 950 млн тенге субсидий до сих пор не дошло до производителей говядины. В общей сложности получается около 3,13 млрд тенге.

Для кого субсидии?

Глава крестьянского хозяйства «Жастар болашагы» Алдибек Амреев из Т. Рыскулова района поделился, что из-за проблем с получением субсидий решил отказаться от разведения КРС и лошадей мясного направления в пользу производства молока. «В прошлом году я продал на мясо 180 быков. На каждую голову должен был получить субсидию 45 тыс. тенге. Собрал документы, предоставил их в райотдел сельского хозяйства, но ничего мне не дали. Объяснили, что субсидии выплачиваются только тем, кто содержит в хозяйстве больше 1 тыс. голов. А у меня меньше, но и правила до этого были другие: для получения субсидий достаточно было иметь больше 100 голов КРС. В этом году я сократил поголовье с 70 до 30 быков, еще есть 30 лошадей мясной породы», – рассказал «Курсиву» фермер. 

Он добавил, что в сентябре планирует приобрести в Алматинской области дойных коров, чтобы производить молоко – это направление субсидируется лучше, чем мясное. В прошлом году фермер попытался заняться этим направлением сельхозпроизводства, купил коров в России по программе «Сыбаға». Однако животные не смогли адаптироваться в условиях жамбылского предгорья и пришлось их продать. А разведение коров местной алатауской породы поволит получить ожидаемую прибыль.

Участвовать в программе животновод на этот раз отказался – много сил и времени уходит на подготовку необходимых документов. «Я хочу работать, но без государственной поддержки приходится трудно. Причем с этими проблемами сталкиваются все фермеры», – говорит Алдибек Амреев. 

Официальная точка зрения

По информации главного специалиста отдела животноводства управления сельского хозяйства акимата Жамбылской области Сражаддина Сулейменова, в настоящее время в области действуют 32 специализированных хозяйства по разведению племенного КРС молочного направления, 32 хозяйства разводят скот мясного направления продуктивности. Кроме того, в отрасли племенного овцеводства функционируют 75 племенных овцеводческих хозяйств, 22 хозяйствующих субъекта занимаются выращиванием племенных лошадей. В них разводится более 20 различных пород племенных животных. 

Собеседник отметил, что в прошлом году в рамках бюджетной программы поддержки племенного животноводства товаропроизводителям в общей сложности выплачено субсидий на сумму 4,1 млрд тенге. В рамках реализации программы «Сыбаға» в области принята отраслевая программа развития мясного скотоводства на 2018–2027 годы, утверждены индикативные показатели. В этот период в регион запланирован ввоз более 36 тыс. голов импортного маточного поголовья КРС.   

«В прошлом году в кредитные финансовые институты НУХ «КазАгро» от 34 хозяйств поступили заявки на приобретение 8,2 тыс. КРС, из которых одобрены заявки на покупку 7,9 тыс. голов, фактически завезено около 2 тыс. голов на сумму 852,5 млн тенге, полученных через кредитную организацию. Также в рамках этой программы 77 товаропроизводителям выдано 948,6 млн тенге кредитов, закуплено 32,2 тыс. голов овец. Согласно поручению Министерства сельского хозяйства в 2018 году по Жамбылской области было запланировано экспортировать 1 тыс. т говядины, 1,5 тыс. т баранины. Эти показатели по итогам года были выполнены на 101,4 и 110,6% соответственно», – сообщил специалист облсельхозуправления. 

Сражаддин Сулейменов также проинформировал, что в этом году, по состоянию на 12 апреля, в кредитные организации поступило девять заявок на приобретение 853 голов импортного КРС и выдано кредитов на 45 млн тенге. Кроме этого, на приобретение овец поданы заявки от 57 хозяйств на  покупку 29,3 тыс. голов на сумму 751 млн тенге. Из них получили одобрение 45 заявок на общую сумму 543 млн тенге.

«Сюрприз» с доставкой?

Уделяя внимание импорту племенного скота за рубежом, специалисты Министерства сельского хозяйства делают ставку на повышение качества животных, содержащихся в отечественных хозяйствах. Это и улучшает селекционную работу, и позволяет придать животным казахстанских пород новые признаки, позволяющие получать высокие результаты. 

Между тем руководители крупных животноводческих хозяйств Жамбылской области обращают внимание еще на одну важную проблему – речь идет о заболеваниях скота и вакцинах. 

«Мы уже несколько лет завозим племенной скот из России и Беларуси, Китая и Турции. И вместе с ними приобретаем не известные нам ранее заболевания животных, от которых теперь приходится покупать вакцины. А препараты эти изготавливаются только за рубежом и стоят очень дорого», – говорят фермеры. 

Однако в жамбылской областной территориальной инспекции Комитета ветеринарного контроля и надзора Министерства сельского хозяйства РК отмечают, что в регионе не зафиксировано ни одного факта ввоза экзотических заболеваний животных. 
 
«Импорт крупного и мелкого рогатого скота в регион осуществляется в соответствии с решением комиссии Таможенного союза от 18 июня 2010 года «О применении ветеринарно-санитарных мер в Таможенном союзе», а также согласно алгоритму, утвержденному Минсельхозом, – пояснил «Курсиву» исполняющий обязанности руководителя ведомства Жандар Кулекеев. – Прежде чем покинуть страну отправления, животные проходят 30-дневный карантин, затем они находятся на 30-дневном карантине в стране прибытия. Скот наблюдается на предмет 10 экзотических заболеваний животных. Если хотя бы одно из них выявляется, то принимаются соответствующие меры». 

Как отметил собеседник, он вообще не понимает, в чем проблема: если фермеров что-то беспокоит, пусть обращаются в инспекцию.

9641498.jpg

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

Как зарабатывают коллекционеры предметов искусства

В нынешние непростые времена банкиры с удовольствием принимают в залог современные шедевры

Иллюстрация: John W. Tomac

Вряд ли этот год можно назвать выдающимся для мира искусств. Однако для банков, кредитующих коллекционеров предметов творчества, ситуация обстоит совсем иначе. 

С самого начала кризиса коронавируса три крупнейших в мире аукционных домах – Sotheby’s, Christie’s и Phillips – впервые в истории начали проводить торги в дистанционном режиме. По данным Christie’s, только в этом месяце главный аукцион на площадке посмотрели 80 тыс. человек. На аукционе Sotheby’s во время торгов, где лотом выступил триптих Фрэнсиса Бэкона, был установлен рекорд на сумму $73 млн, что стало самым крупным предложением, поступившим онлайн. Впрочем, в итоге картина была продана другому покупателю, который позвонил по телефону и предложил больше.

Цены на арт-предметы не упали, однако в целом продажи на рынке искусства в этом году, вероятно, будут слабыми, поскольку аукционные дома и галереи испытывают трудности в привлечении лотов и крупных сделок. В рамках аукциона современного искусства и Вечерних торгов Sotheby’s в Нью-Йорке аукционный дом выручил $286 млн, что намного меньше прошлогодних $448 млн. Кроме того, такие ярмарки, как Art Basel, были отменены, и ни один искушенный коллекционер не хочет продавать шедевры в условиях неопределенности. По большому счету, благодаря масштабным денежно-кредитным экономическим стимулам и растущим фондовым рынкам не многим это сейчас по-настоящему нужно.

Впрочем, у подразделений таких учреждений, как Bank of America, JPMorgan Chase и Citigroup, которые оказывают услуги состоятельным клиентам, пожелавшим получить кредит под залог предметов искусства, работы должно быть много. По словам информированного источника, по мере того, как кризис стал набирать силу, состоятельные клиенты, у которых уже были открыты кредитные линии, обеспеченные коллекциями картин, начали их активно использовать. Подобные кредиты стали удобным источником наличных для тех магнатов из сферы недвижимости, чьи арендаторы внезапно прекратили платить арендную плату. Владельцы частного бизнеса поступили так же с целью справиться с краткосрочными финансовыми трудностями.

Когда ставки по кредитам снижаются, как это происходит в текущем году, спрос на кредиты под залог предметов искусства обычно возрастает. Как правило, инвесторы используют такие кредиты для того, чтобы высвободить привязанные к коллекциям миллионы долларов и вложить эти деньги в активы, которые могут обеспечить более высокую доходность. Воротилы из хедж-фондов и бизнеса по управлению частным капиталом уже давно используют кредиты под залог предметов искусства как часть своей стратегии по управлению инвестиционными портфелями, однако теперь эта тактика становится все более популярной и среди других коллекционеров. По данным Masterworks, специальной платформы для арт-инвестиций, в среднем у богатых клиентов около 6% состояния вложено в предметы искусства.

Использование кредита для обеспечения более высокой доходности имеет смысл, если учесть, что сами по себе предметы искусства имеют весьма заурядные инвестиционные перспективы. К примеру, в период с 1985 по 2018 год, по подсчетам Citi, среднегодовая доходность предметов искусства составила всего 5,3%. Современные картины, большинство из которых пользуется спросом у таких боссов хедж-фондов, как Стивен Коэн и Дэниел Леб, принесли чуть больше – 7,5%. И хотя эта категория предметов искусства по доходности значительно превзошла наличные деньги, сырьевые товары и золото, коллекционер мог бы заработать больше, если бы взял кредит под залог предметов искусства и вложил эти деньги в инвестиционный бизнес или в развивающиеся рынки, доходность которых за тот же период составила 13,9% и 10,8% соответственно.

Владелец коллекции наиболее известных послевоенных и современных произведений искусства имеет возможность занять сумму, составляющую до 50% от стоимости коллекции. Впрочем, если она несет в себе определенные риски – например, включает работы только одного или двух художников, размер предлагаемой ссуды будет меньше. Как правило, кредит в ведущих частных банках под залог картин на 1,5–3 процентных пункта выше эталонной лондонской межбанковской ставки, поэтому этот вид долга не такой уж и дешевый.

WSJ_12_Картины по номерам-1.jpg

Тем не менее в текущем году предметы искусства в качестве залога могут быть куда привлекательнее, нежели другие активы. Использование акций как залога по кредиту способно обеспечить лучшую процентную ставку, но не защищает от риска того, что рынки снова охватит волатильность и это приведет к дорогостоящему margin-call. Кредитование же под залог картин, которые оцениваются лишь раз в год, а не ежедневно (как акции) такой опасности не представляет. Также банки могут проявлять большую осторожность в тех случаях, когда в качестве обеспечения по кредиту выступает недвижимость, по крайней мере, до тех пор, пока общая картина с влиянием пандемии на стоимость таких активов, как торговые центры или офисные здания, не прояснится.

По оценкам Deloitte, под залог предметов искусства в мире выдано займов на общую сумму в размере от $21 до $24 млрд. Подавляющее большинство таких кредитов выдал в США Bank of America. Это учреждение является лидером рынка, ежегодно арт-портфель банка пополняется на $1 млрд. И хотя это лишь малая часть его кредитного портфеля в целом, банк уже занял эту привлекательную нишу.

Возможно, в конце текущего года банкам стоит проявить большую консервативность в оценке коллекций, что поможет снизить скорость прироста их кредитных портфелей. Ведь в условиях экономических спадов рынок искусства непредсказуем. К примеру, во время финансового кризиса 2008–2009 годов годовой доход от предметов искусства упал на 24,5%, что все равно было лучше, чем у акций, которые снизились на 40%. Однако рынку потребовалось почти десять лет, чтобы восстановиться после рецессии начала 1990-х годов. Вот и на этот раз ожидается, что свою ценность сохранят работы таких послевоенных и современных мастеров, как Энди Уорхол и Жан-Мишель Баския, тогда как работы менее известных художников остаются в зоне риска.

Как правило, картины ценятся по эстетическим соображениям либо как символ статуса. Для Уолл-стрит же хорошая новость в этом году – это то, что картины также являются полезным источником наличных денег.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

banner_wsj.gif

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg