Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


20673 просмотра

Чем заброшенное золотое месторождение в ВКО заинтересовало россиян

Интервью с директором ТОО «Бакырчикское горнодобывающее предприятие»

Фото из архива Кенбеийла Исаева

Чем заброшенное месторождение в ВКО заинтересовало российскую компанию, почему отечественный концентрат золота увозят в Россию и Китай, а на месторождении Восточного Казахстана работает мало жителей региона, рассказал «Курсиву» директор ТОО «Бакырчикское горнодобывающее предприятие» Кенбеийл Исаев.

– Российская компания Polymetal приобрела месторождение Бакырчик в 2014 году за $618,5 миллионов, до этого периода месторождение было невостребованным. Расскажите, чем Бакырчик привлек крупнейшего производителя золота и серебра России?

– «Кызыл», так мы в Polymetal называем Бакырчикское горнодобывающее предприятие, без преувеличения месторождение мирового класса. Этот золоторудный проект включает в себя два месторождения – Бакырчик и Большевик.

Рудная база Бакырчика впечатляет: почти 30 миллионов тонн руды со средним содержанием золота 7,7 граммов на тонну. В общей сложности это 280 тонн золота. Понятно, что «Кызыл» привлекал инвесторов давно. Но никому из них так и не удавалось достичь рентабельного уровня промышленной переработки руды. А у Polymetal был опыт успешной работы со схожим сырьем на месторождениях в России, например, эксплуатация таких месторождений, как Албазино в Хабаровском крае и Майское на Чукотке. Технология автоклавного выщелачивания и стала «ключиком» к «Кызылу».

Немаловажен и тот факт, что с точки зрения логистики месторождение расположено очень выгодно: это не тайга и не тундра в сотнях километров от ближайшего жилья, как часто бывает с золоторудными месторождениями. Это традиционно горнодобывающий регион с развитой инфраструктурой, доступом к электричеству и железной дороге.
 
– И все-таки, в чем уникальность технологии, которую используют при добыче руды на месторождении Бакырчик, применяется ли она где-то еще? 

– Polymetal первым на территории бывшего Советского Союза освоил автоклавное выщелачивание упорных золотосодержащих концентратов. Это был настоящий прорыв, и он вдохнул жизнь в месторождения, которые были давно разведаны, но не эксплуатировались. Именно по этой технологии уже много лет работает Амурский гидрометаллургический комбинат (АГМК) Polymetal в Хабаровском крае. 

– В чем сложность этого метода? 

– Дело в том, что из-за присутствия мышьяка и углерода руда отличается высокой упорностью. Поэтому всегда возникали серьезные трудности с извлечением золота. Повторюсь, многие пытались найти решение этой проблемы, но у них не получилось. А Polymetal уже умел работать с такой рудой. 

– Ранее говорилось, что на Бакырчике получают два типа золотосодержащих концентратов. Что же уходит из страны на экспорт, а что возвращается назад?

– Да, мы получаем концентрат двух видов – низкоуглеродный с содержанием углерода ниже 1,5% и высокоуглеродный, где содержание углерода выше 1,5%. Первый отправляется на переработку на АГМК. Но важно понимать, что позже это казахстанское золото возвращается на родину в виде сплава Доре на аффинажный завод «Тау-Кен Алтын» в Нур-Султане. Другую часть концентрата, еще более капризного, к которому технологию пока не подобрали, продаем в Китай. Соотношение примерно 50 на 50.

– Почему бы не построить предприятие по переработке у нас, возможно, прямо на Бакырчике? 

– По двум причинам. Во-первых, Бакырчик слишком маленькое предприятие для этого. Например, в России это огромный завод, где половину всего объема занимает только утилизация. Во-вторых, с экологической точки зрения это небезопасно. Представьте, речь идет о мышьяке, углероде в промышленных масштабах. А так в Казахстан приходит уже очищенное золото.

– Каковы же затраты российской компании на строительство производственного комплекса?

– Все объекты «Кызыла» построены с нуля. В их возведение было инвестировано 134 млрд тенге. Собственные средства Polymetal составили более половины этой суммы, остальное вложил Европейский банк реконструкции и развития. Строительство мы завершили с опережением сроков и ниже бюджета капитальных затрат. Помимо строительных работ на карьере компания параллельно занимается возведением обогатительного комплекса, а также ряда объектов социального значения в поселке Ауэзов.

Вернуть вложенные средства компания планирует в течение семи лет, необходимо понимать, что срок возврата инвестиций во многом зависит от стоимости золота. Но за последние четыре года цены драгметалла на мировом рынке не претерпевали значительных изменений. Золото сейчас находится в стабильном ценовом коридоре, и мы не ожидаем ни роста, ни падения.

– Насколько удачным в этом отношении для предприятия был 2018 год? 

– В течение 2018 года на карьере Бакырчик было добыто 1249 тыс. тонн руды со средним содержанием 5,5 граммов на тонну. В переработку поступило 914 тыс. тонн руды, из которых было выработано 56 тыс. тонн концентрата с содержанием золота 75 граммов на тонну. Таким образом, коэффициент извлечения золота при переработке на фабрике в декабре 2018 года составил 86,5%. 

С момента запуска в июне 2018 года Бакырчикское горнодобывающее предприятие произвело 96 тыс. унций золота (условно – 2 тонны 985 килограммов), что значительно превышает первоначальный план в 80 тыс. унций (2 тонны 488 килограммов).

– Каковы прогнозы на 2019 год?

– Если судить по результатам нынешнего года, то он также обещает быть стабильным для Бакырчикского горнодобывающего предприятия. 

Polymetal подписал контракты на реализацию всего объема концентрата на 2019 год, несмотря на заметное сужение рынка сбыта концентрата в Китае. Кроме того, увеличатся поставки на Амурский гидрометаллургический комбинат, где расширяются возможности переработки добытого нами концентрата. И я не вижу ничего, что внушало бы нам опасения.

– Каков коэффициент извлечения золота на «Кызыле»? Можете сравнить эти показатели с другими месторождениями?

– 85,5% по итогам последних трех месяцев. Это очень хороший показатель, и он соответствует плану. Подчеркну, что никто из прежних собственников «Кызыла» так и не смог добиться извлечения выше 50%. Сравнивать же эту цифру с теми, что есть на других предприятиях, не совсем корректно. Говорить об извлечении можно только в привязке к конкретной технологии, ведь каждая руда уникальна.

– А на каком этапе сейчас находится освоение месторождения Большевик?

– Все идет по плану. Защищается документация, разрабатывается проект, проводится геомеханическая разведка. Ожидания от Большевика также впечатляющие. Это два идентичных месторождения, потому что зона смятия земной коры единая. Здесь такая же труднообогатимая руда, точно такое же золото, как и на Бакырчике.

– Каковы ваши планы по развитию производства, в частности, по уровню извлечения золота на Бакырчике?

– Главная задача – к 2021 году довести уровень извлечения золота с 85,5–86,5% до 91%.

– Каковы сроки эксплуатации Бакырчика?

– До 2026 года – работа в карьере, как только она станет нерентабельной, а это произойдет примерно в 2026 году, перейдем в подземную часть. Планируем эксплуатировать месторождение до 2036 года.

– На какой глубине сейчас проводятся работы на месторождении и до какой глубины планируется дойти?

– Сегодня работы проводятся на глубине 120 метров, к концу этого года планируется достичь 135 метров. Это вполне приемлемо, и не оказывает ощутимого влияния ни на себестоимость производимого концентрата, ни на рентабельность работы компании.

– Насколько я знаю, вакансий на вашем предприятии нет, желающие работать на БГК ждут годами. С чем это связано? 

– Одной из отличительных черт нашего отношения к своим сотрудникам является принцип: создай человеку такие условия, чтобы ему было комфортно и работать, и жить. Надо отметить, что наши работники трудятся вахтовым методом – по две недели. Поэтому у нас созданы условия и для времяпрепровождения – есть спортивный зал, места отдыха, магазины. На работе все по возможности автоматизировано, используется современнейшая техника. И люди это ценят, поэтому у нас нет текучки кадров. У нас здесь говорят так: в первую очередь человек, во вторую – экология, в третью – экономика, в четвертую – производство. То есть производство и экономика важны, но не в ущерб здоровью человека. Это касается и производственных заболеваний. Поверьте, у нас по максимуму созданы такие условия, что процент появления болезней даже в будущем сведен к минимуму.

– Из каких регионов Казахстана ваши сотрудники? Привлекаете ли вы на работу иностранцев?

– 99% – жители Казахстана. Если брать ВКО, то здесь большая доля людей из бывшего Семипалатинского региона, там есть карьер Каражыра, а значит, и опыт работы. Также мы привлекаем жителей Северного и Центрального Казахстана. Так сложилось, что карьеры в основном сосредоточены именно там. Представителей дальнего зарубежья нет вообще, 1% – жители России и Узбекистана. Но мы смотрим не на регион, а на профессиональные качества. 

– Говорят, на предприятии свой подход к подбору и обучению кадров.

– Да, мы предпочитаем брать молодежь из местного населения, например, жителей того же поселка Ауэзова, и обучать на производстве. Для нас важно, чтобы поселок жил дальше, развивался. Только представьте, когда-то в Ауэзове проживало 10 тыс. людей, когда мы зашли на месторождение – чуть более тысячи. А сейчас, благодаря тому, что есть рабочие места, строятся дома, детсады, школы, люди поняли, что и здесь есть будущее. Молодежь возвращается. И, кстати, в Ауэзове нет безработных. Не все, конечно, заняты на самом месторождении, но у нас все непрофильные работы отданы на аутсорсинг. Нас окружает множество подрядных организаций, откуда мы привлекаем техничек, работников столовой, водителей.


2570 просмотров

Мукомолы Казахстана теряют среднеазиатский рынок

На афганском рынке их теснит главный импортер нашего зерна – Узбекистан

Фото: Shutterstock.com

За последние годы значительно сократился экспорт муки и выросли поставки пшеницы из Казахстана в Узбекистан, Таджикистан и Кыргызстан. 

О тревожной ситуации в мукомольной отрасли Южного Казахстана заявили в Палате предпринимателей Шымкента. По данным палаты, в Шымкенте простаивают около 70% мукомольных предприятий. Помимо высокой стоимости пшеницы, в этом году это связано с уменьшением объемов внешнего рынка сбыта.

Импортеры-конкуренты 

Как рассказал «Курсиву» эксперт отдела сопровождения проектов Палаты предпринимателей Шымкента Бауыржан Бердалиев, анализ развития мукомольной отрасли Казахстана свидетельствует о значительном снижении объемов экспорта муки в Таджикистан за последние пять лет – на 73,3% и в Узбекистан – на 26,7%. При этом поставки зерна в Таджикистан выросли с 773,7 тыс. т до 1 млн т, в Узбекистан – ­­с 1 млн т до 2,3 млн т.

Более того, как констатировал эксперт, импортеры казахстанской пшеницы становятся нашими конкурентами на мировом рынке муки. Так, Узбекистан, на который приходится 71,1% от всего экспорта пшеницы Казахстана, перехватывает основного зарубежного покупателя нашей муки – Афганистан. 

По представленным Бауыржаном Бердалиевым данным со ссылкой на trademap.org, в прошлом году Казахстан экспортировал в Афганистан муки на $285,9 тыс. (в 2017 году – на $324,9 тыс.). А Узбекистан – на $267,3 тыс. (в 2017 – 0), нарастив объемы экспорта муки в ИРА, начиная с 2014 года, более чем в 10 раз. При этом наш южный сосед импортировал в прошлом году 2,3 млн т казахстанского зерна, а муки – 657,8 тыс. т. 

«Фактически они сейчас сравнялись в экспортных объемах поставок муки в Афганистан с Казахстаном. А ведь цифра в $267,3 тыс. могла быть нашей. За год мы потеряли этот объем, так как Узбекистан увеличивает экспорт муки в Афганистан на нашем сырье, которое мы могли бы переработать сами», – отметил эксперт. 

Казахстанские производители уже не раз заявляли, что узбекистанские компании продают в Афганистан муку, изготовленную из закупленного у нас зерна. По некоторым данным, экспортируемая узбекистанцами мука почти наполовину сделана из казахстанского сырья. Ввиду высокой стоимости железнодорожного транзита, ограничений на импорт муки и тому подобного, казахстанская готовая продукция выходит дороже и не может конкурировать с узбекистанской.

«Вкупе с дорогой пшеницей эти факторы делают мукомольный бизнес в Казахстане нерентабельным. Из-за этого сейчас и простаивают многие предприятия», – резюмировал Бауыржан Бердалиев.

В Узбекистане мука дешевле

Президент Союза мукомолов Южного Казахстана, соучредитель и член правления Союза зернопереработчиков и хлебопеков Казахстана Мукан Абдиев в интервью «Курсиву» отметил, что проблемы, которые приводят сегодня к сокращению рабочих мест, остановке производства и другим неприятным последствиям, копились годами.

«Вследствие применения ограничительных мер на муку традиционными странами-импортерами снижается ее экспорт из РК, увеличивается только экспорт сырья – пшеницы. Наращивание собственных мощностей и введение ими выгодных для отечественных производителей преференций и нетарифных ограничений создают для казахстанских предприятий неравную конкурентную среду. В этом году ситуацию усугубляет низкая урожайность пшеницы, особенно в Костанайской области. Соответственно старт урожая 2019 года начался с высокой цены. Поэтому мы прогнозируем спад казахстанского экспорта», – сказал Мукан Абдиев.

Он подчеркнул, что одной из многолетних проблем также является невозврат мукомольным предприятиям НДС. По словам эксперта, этот вопрос обсуждался с различными министерствами много раз, но так и остался нерешенным. А это очень сильно влияет на деловую активность, экспортный потенциал и конкурентоспособность.  

Глава Союза мукомолов считает, что конкуренция казахстанских производителей с Узбекистаном на афганском рынке будет нарастать. «Преимущества на их стороне. При ввозе зерна по давальческой схеме они не платят импортный НДС. 

Большая разница в транзитных и внутренних тарифах на транспортировку муки через территорию Узбекистана – в пределах $25 за тонну – также значительно влияет на продажи и уровень маржи, который бы позволил поддерживать предприятия и развивать их», – пояснил спикер. 

Расширять и сохранить

При этом он уверен, что рынок Средней Азии и Афганистана ввиду высокого качества производимой нашими переработчиками муки, многолетнего опыта и других преимуществ, Казахстан все же не потеряет. Рынок продаж муки в Китай, к которому в последние годы проявляют интерес казахстанские мукомолы, собеседник также признает перспективным. Но предупреждает, что здесь не все просто. Поставки муки в Китай идут по квотам, поэтому экспортерам необходимо выдержать определенные требования.

По данным спикера, на сегодня в реестре предприятий, которым разрешен ввоз продукции в КНР, более 30 мукомольных компаний Казахстана, а по итогам прошлого маркетингового года туда было завезено всего 35 тыс. т муки. «Это – очень маленькая цифра. Так что тенденция наращивания экспорта в этом направлении есть, и его надо развивать. В то же время важно сохранить наши традиционные рынки», – считает глава Союза мукомолов. 

По его словам, прошлый сельхозгод для мукомолов Казахстана был сложный: многие предприятия простаивали, кто-то работал на четверть или треть мощности, кто-то от сезона до сезона. «По данным наших коллег, в Карагандинской области из 24 мельниц работало всего 10, простаивали предприятия в Костанае и других регионах. В этом году тоже будет очень сложно, уже идет спад производства и экспорта. Сужение рынков сбыта, дороговизна сырья, которая отразится на стоимости конечной продукции, очевидно, приведут к снижению объемов продаж и потребления муки. Число мукомольных компаний в Казахстане будет снижаться, их работа будет останавливаться, если так ничего и не будет предпринято для поддержки мукомольной отрасли», – предполагает г-н Абдиев.

Как он добавил, механизмы и пути решения проблем в этой сфере предлагались много раз, но пока ничего не изменилось. К слову, в числе первостепенных шагов мукомолы неизменно указывают на применение зеркальных мер к странам-экспортерам, которые ввели ограничения на импорт казахстанской муки.

8941849.jpg

Слово экспертам 

Евгений Ган, президент ОЮЛ «Союз зернопереработчиков и хлебопеков Казахстана»: «Говоря о мукомольной отрасли, мы сразу начинаем говорить об экспорте. Это неслучайно, так как мы отправляем на экспорт 2,3 млн тонн муки в год. И любые изменения на внешнем рынке напрямую касаются жизнеспособности отрасли. Следует признать, что на внешнем рынке она давно стагнирует.

Причина в том, что на внешнем рынке у нас сложился целый ряд системных проблем. Причем по большому счету это даже не проблемы мукомолов – это проблемы государства. У нас нет четко сформулированной внешней торговой политики. По крайней мере, не было до последнего времени. Надеемся, что с созданием Министерства торговли и интеграции будет уделяться больше внимания такой экспортоориентированной отрасли, как мукомольная, и, соответственно, будет больше системных мер поддержки.

Как уже много раз говорилось, так как мы сами продаем муку и зерно, наши импортеры теперь предпочитают покупать зерно и создают нам проблемы при торговле мукой. Ограничительные меры на ввоз муки, высокий тариф на транзит через территорию Узбекистана, плюс к этому систематический хронический невозврат НДС, который подрывает экономику наших предприятий – все эти многолетние проблемы делают нашу муку неконкурентной.

А в этом году еще накладывается ситуация с урожаем. Делать какие-то точные оценки, наверное, рано. Но очевидно, что урожай будет намного меньше, чем в прошлом году. Насколько намного, зависит от погоды. В общем, есть опасения за качество и объем зерна.

В целом ситуация в мукомольной отрасли очень тяжелая. И мы считаем, что для ее изменения нужно принимать какие-то кардинальные меры. Мы теряем среднеазиатский рынок муки, но возможность его удержания есть. Если примем зеркальные меры к странам, которые используют нетарифные ограничения, и системные меры поддержки наших производителей. Если же ничего не будем делать, то отрасль будет и дальше стагнировать. В первом полугодии 2019 года мы уже потеряли около 22% экспорта от прошлогоднего объема. И боюсь, что во втором полугодии эта тенденция сохранится.

Что касается сокращения количества мукомольных предприятий в стране, то, с одной стороны, это нормальный процесс: кто-то уходит, идет концентрация рынка. Но когда уходят с рынка из-за внутренней конкуренции – это одно, если же из-за потери рынков – это совсем другое. К сожалению, вторая причина стала преобладать: емкость рынков сокращается».

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Как вы провели или планируете провести отпуск этим летом?

Варианты

b2-uchet_kursiv.png

 

Цифра дня

1,6 млрд
тенге
задолжали казахстанские работодатели своим работникам

Цитата дня

Порой некоторые лозунги и призывы выглядят крайне привлекательными, но их авторы не несут ответственности перед страной. Реформы ради реформ - это верный путь к кризису и потери управляемости государством. Уверен, никто из нас этого не желает. Развитие должно быть последовательным, поступательным, без забегания вперед, но и без отставания.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций