Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


1715 просмотров

Более 40 предприятий легкой промышленности могут закрыться из-за действий МОАП

Министерство оборонной и аэрокосмической промышленности исключило участие отечественных поставщиков сырья в государственном оборонном заказе

Фото: Shutterstock

Министерство оборонной и аэрокосмической промышленности отклонило объединение юридических лиц (Консорциум) в качестве исполнителей государственного оборонного заказа в проекте нового закона «Об оборонной промышленности и государственном оборонном заказе». Нововведение может привести к закрытию более 40 предприятий обрабатывающего сектора и существенному сокращению количества работников. А это более 6 тысяч человек из 13 регионов.

Почти 90% из данного числа - это женщины. Также законопроект повлияет на существенное снижение казахстанского содержания в товарах, что противоречит государственной политике об импортозамещении.

«Касаемо самого законопроекта. Мы в мажилисе участвовали на протяжении года в рабочих группах, жаркие были дебаты, касаемо консорциумов. МОАП категорически был против участия консорциумов. Веских оснований, почему нельзя участвовать консорциумам они не представили. В конце концов депутаты согласились с нашей позицией и внесли поправки, в результате которых участие консорциумов в гособоронзаказе стало возможным. Далее на предпоследнем заседании какие-то поправки уже были приняты, некоторые были на обсуждении. Приходим 12 декабря, открываем таблицу на рабочей группе, ни одной поправки нет, консорциумов больше нет. Никаких объяснений не было, почему было снято», - сказал исполнительный директор союза обрабатывающей промышленности Адилбек Бектибаев.

Если законопроект будет принят в таком виде, то, по его оценке, это приведет к роспуску действующего консорциума и весь «гособоронзаказ будет дробиться между предприятиями».

«Допустим, есть 50 предприятий, ежегодно объем 10 млрд тенге, но не более 200 млн. тенге получит одно предприятие. Во-первых, каждое, имея небольшой объем, будет стараться максимально завысить прибыть. Это ведь бизнес. Зачем покупать сырье чуть дороже наше? Они будут покупать за границей более дешевые ткани и пойдет отток капитала туда. Соответственно, пойдет сокращение производства и рабочих мест. Ни одно нормальное предприятие не будет в убыток инвестировать на расширение или модернизацию (производства - Kursiv), если нет гарантированного сбыта. Исходя из этого, у нас пойдет стагнация отрасли. Я не говорю, что от одного гособоронзаказа зависит вся отрасль. Это одна из возможностей. Без дополнительных средств можно было бы легкой промышленности развиться и при этом полностью одеть наши силовые структуры в нашу одежду», - пояснил он.

С ним солидарна председатель консорциума «Жасампаз» Гулмира Уахитова, по мнению которой, исключение «объединений юридических лиц» из участников оборонного заказа, фактически закрывает гарантированный доступ для отечественных производителей сырья в оборонный заказ, что является для последних единственной возможностью получения стабильной работы и плановой загрузки производства.

Между тем, по ее данным, инициировали поправки о необходимости введения в гособоронзаказ объединения юрлиц депутаты мажилиса Павел Казанцев и Петр Шарапаев и они защищали свою позицию неоднократно на рабочих группах, обосновывали ее доводами.

После 10 сентября министр оборонной и аэрокосмической промышленности Бейбут Атамкулов собрал общественность, присутствовали политические партии, бизнес, представители военной прокуратуры, МИР, НПП, другие госорганы. Тогда общественности удалось убедить министра в том, что объединения юрлиц необходимы в их отраслевом законе. Тогда его протокольным решением данные поправки (об участии объединений юрлиц в оборонном заказе - Kursiv) были внесены с оговоркой, что «будут обговариваться требования к консорциуму в части его работы».

«Но в последствии отработки с юридическим блоком, в частности департаментом гособоронзаказа, наша юридическая служба столкнулась с тем, что дополнительные нормы, регулирующие деятельность консорциума предложенные МОАП шли в разрез с Конституцией, предпринимательским и гражданским Кодексом. МОАП хотели, признав нас исполнителями гособоронзаказа, контролировать, создав нам типовое консорциальное соглашение, то есть диктовать нам какой будет у нас договор о совместной деятельности, кто к нам сможет заходить, выходить, если вдруг одна из компаний попадет в реестр недобросовестных поставщиков, то весь консорциум должен выходить из состава оборонного заказа. Даже здесь шло ущемление прав. Это все было направлено на то, что консорциум мог «щелчком» выпадать из системы работы в оборонном заказе. В итоге нас в целом сняли», - отметила она.

Говоря о предыстории вопроса, Гулмира Уахитова напомнила, что до 2016 года в Казахстане отсутствовал механизм вовлечения отечественных производителей сырья в госзаказы и другие закупки. Тогда отечественный бизнес вынужден был объединиться в консорциум, согласно действующего законодательства (статья 233 Гражданского кодекса РК). Впервые в 2016 году оборонный заказ по вещевому имуществу был размещен через единого оператора среди объединения юридических лиц (консорциума «Жасампаз») благодаря нормам Правил закупок Фонда Национального Благосостояния «Самрук Казына», где исполнителями в закупочном процессе могут быть объединения юридических лиц. 

В рамках реализации обязательств по поставкам вещевого имущества в оборонном заказе, консорциумом было заключено инвестиционное соглашение. Согласно данного документа консорциум принял обязательства инвестировать 6,1 млрд тенге в развитие технологий, автоматизацию и индустриализацию, расширение действующих и создание новых производств, а также увеличить долю местного содержания в сырье и конечной продукции. За период 2016-2018 годы объединение инвестировало 5,4 млрд тенге, что составляет 89% от общей суммы инвестиционного соглашения, рассчитанного на 5 лет. 

Кроме того, членами Консорциума за счет инвестиций были выкуплены и восстанавливаются ТОО «Нимэкс Текстиль» в г. Усть-Каменогорск ТОО «OXYTextile» в г.Шымкент.

Доля местного содержания в сырье, используемого при производстве вещевого имущества была повышена. Так, если в 2015 году местное содержание в сырье для вещевого имущества государственного оборонного заказа практически отсутствовало, то в 2016 году, с созданием Консорциума, оно увеличено до 46,6 %,а в 2017 году – до 60,72 %, в 2018 году – порядка 75%. К 2020 году планируется долю местного содержания в сырье довести до 100%. 

Увеличились и поступления налогов и других обязательных платежей в бюджет. Так, если 2015 году, до создания консорциума, суммарно налоговые поступления от предприятий, исполнявших оборонный заказ составляли 857 млн тенге, то после создания консорциума поступление налогов и других обязательных платежей в бюджет от исполнения ГОЗ по вещевому имуществу, значительно возросли (примерно на 67% - Kursiv) и составили в 2016 году 1,2 млрд тенге, в 2017 году - 2 млрд тенге. 

«Таким образом, министерство оборонной и аэрокосмической промышленности, зная положительную практику работы консорциумов в системе гособоронзаказа с 2016 года, игнорирует модель межзаводской кооперации бизнеса, ущемляет законное право бизнеса на объединение для решения комплексных государственных задач, что ставит под угрозу эффективную производственную деятельность всей отрасли легкой промышленности», - резюмировала она.

Пытается понять, как и почему сняли норму об участии объединений юридических лиц в оборонном заказе, и НПП «Атамекен».

«Мы участвовали с самого начала обсуждения этого законопроекта, и путем больших усилий нам все-таки удалось убедить большинство депутатов, что консорциумы такие же участники рынка, как и отдельные юрлица. А потому такие ограничения – дискриминирующие. Позиция НПП – стимулирование бизнесменов к объединению, кооперации, потому что в этой среде появляются дополнительные цепочки, ценности, выстраивается производственный цикл. В сентябре вышло заключение правительства, где эта норм была посажана. Но в последний день заседании рабочей группы вносятся вот такие изменения. Эту норму отменили, ее не обсуждали, а мы были поставлены перед фактом. У нас еще есть время для обсуждения в сенате, и мы надеемся, что все-таки госорганы примут правильное решение», - сообщил заместитель директора Департамента обрабатывающей промышленности НПП «Атамекен» Нуржан Базыл.


1 просмотр

Что станет с главной морской гаванью Казахстана после приватизации

Интервью с президентом АО «НК «Актауский морской торговый порт»

Фото предоставлено морским торговым портом Актау

В Актауском морском торговом порту увеличились объемы перевалки зерна, а металла – значительно снизились. Как сейчас решается вопрос о наращивании грузоперевозок и каковы перспективы развития морской гавани, «Курсиву» рассказал президент АО «НК «Актауский морской торговый порт» Абай Турикпенбаев. 

– Абай Ногаевич, каков сейчас общий объем перевалки грузов через морской торговый порт Актау и из чего он складывается?

– В 2018 году перевалка грузов составила 3,5 миллиона тонн. Это выше планового показателя на 108%. Такой рост стал возможен за счет увеличения объемов перевалки зерна почти в 1,6 раза. Это было связано прежде всего с хорошим урожаем в республике, а также с привлечением зерна из России. Оба зерновых терминала – наш и Актауского морского северного терминала – работали на полную мощность. Нам удалось при мощности терминалов в 700 тысяч тонн перевалить 843 тысяч тонн зерна. Практически весь объем идет в иранские порты. 

– Какова сегодня ситуация по перевалке нефти? Ведь потоки нефти переориентируются на нефтепроводы. 

– При плановой цифре 2,2 млн тонн нефти мы перевалили 2 млн 89 тыс. тонн за счет увеличения объемов перевалки в сторону Махачкалы. Хоть это и небольшой показатель, но по сравнению с 2017 годом, когда было перевалено лишь 1,5 млн тонн, это существенный рост. Это был самый минимум за последние лет 10. Да, были, конечно, продуктивные годы, когда мы переваливали до 11,5 млн тонн, когда нефть шла от ТШО. Кроме того, около 2 млн тонн шло из Кумколя и около 1 млн тонн – из Актобе. В этом году роста удалось достичь за счет переговоров с нефтяниками. Из нынешних 2 млн тонн 1 млн – это нефть АО «Каражанбасмунайгаз». Она идет в Махачкалу, далее попадает в систему «Транснефть» и транспортируется до порта Новороссийск. Еще 1 млн тонн – это сборная нефть от небольших производителей Мангистауской области. 

– Не секрет, что объем перевалки металла через морской порт Актау значительно упал. Это прежде всего связано с санкциями в отношении Ирана. Насколько снизилась отгрузка металла из порта? 

– Что касается металла, то, действительно, произошло снижение объема перевалки почти в два раза. В прошлом году мы перевалили 188 тыс. тонн из запланированных 300. Это плановое снижение объемов связано с тем, что Иран за последние годы развил собственную металлургическую промышленность и для того, чтобы защитить свои предприятия от импорта, поддержать отечественного производителя, страна подняла импортную пошлину на 25%. Поэтому металл, который шел из Казахстана и России, потерял привлекательность для потребителей в Иране. Раньше шли приличные объемы, но в октябре-ноябре прошлого года отгрузка металла полностью прекратилась – это было связано с санкциями США в отношении Ирана. Международные компании, которые отправляли металл, видимо, опасаясь дисциплинарных мер, перестали отгружать продукцию в Иран. Сейчас в сторону Ирана, а это был основной потребитель металла, идут небольшие объемы, но их пункт назначения – Афганистан. Также небольшие партии мы отправляем в Азербайджан и Грузию. 

– Сегодня в рамках улучшения логистики и доставки грузов портовый мир делает ставку на контейнерные перевозки. Что делается в этом отношении в порту Актау?

– Контейнерные грузы к нам приходят из Баку и Ирана, но они больше сопутствующие. К примеру, загружается на судно металл, и параллельно грузят товары народного потребления, продукты питания, стройматериалы. Сейчас мы в корне меняем ситуацию и переходим на так называемые контейнерные линии, это когда корабль полностью загружен только контейнерами. Весь мир идет к тому, чтобы контейнезировать все процессы транспортировки, потому что контейнеры совершенствуются, создаются их новые типы. Первый контейнеровоз мы запустили 16 апреля. На нем товары из Китая, которые были доставлены с Хоргоса в Актау, отправятся в порт Баку, а далее в Турцию и Европу. Наши возможности составляют порядка 40 тыс. контейнеров в год, а к 2023 году мы рассчитываем получать уже 300 тыс. контейнеров.

– В прошлом году порт перестал быть международным. Что изменилось после того, как морская гавань лишилась такого статуса? 

– По определению порт так и остался международным. Ничего не изменилось, просто было убрано одно слово. Дело в том, что порт стоит в списках объектов, подлежащих приватизации, и сейчас его предлагают купить крупным компаниям, которые имеют опыт в управлениями портами. И для того чтобы не менять ряд законов, в которых слово «международный» не позволяло приватизировать порт, было принято такое решение.

– Что влечет за собой приватизация? Как это может отразиться на порте, ведь это все же стратегический объект?

– Я в этом ничего плохого не вижу. Ведь этот актив никуда с собой не унесешь, если пришел и купил его, твоя обязанность его развивать, чтобы он приносил доход. Когда порт уже приватизирован, у частника больше развязаны руки хотя бы в плане госзакупок, но государство все равно может регулировать эту деятельность, и оно заинтересовано в его развитии. Только теперь вкладываться в порт будет не государство, а частная компания. По этому пути идут все развитые страны мира. Конечно, желательно привлечение хороших операторов, имеющих имя и большой опыт, у которых есть возможности привлечения инвестиций, самих грузов, есть опытный персонал. 

– В чем основные преимущества перевозки грузов через территорию Казахстана, в частности через морпорт Актау? 

– Главная задача – развитие контейнерной логистики и привлечение больших международных компаний и логистических цепочек, которые проходили бы через Казахстан. Наш маршрут мультимодальный и очень сложный, потому что грузы переходят с железнодорожного на морской транспорт, а затем снова на поезда или на автоторанспорт, и это требует большей координации работы. В нем задействованы не только железнодорожные администрации и порты, но и судоходные компании. Преимущество этого маршрута в скорости доставки грузов. Есть уже отработанные десятилетиями маршруты, по которым грузы из Китая в Европу доставляют за 35–40 дней, у нас же более дорогой маршрут, но скорость доставки составляет 15–17 дней. Сейчас время является одним из решающих факторов, и для многих компаний важна именно скорость. В этом мы выигрываем, и в этом наше конкурентное преимущество. Для этого была создана ассоциация «Транскаспийский международный транспортный маршрут», в которую вошли железнодорожные администрации Казахстана, Азербайджана, Грузии, Турции, также присоединились Украина, Румыния и Польша. Учредителями являются АО «Морской торговый порт Актау», порт Баку и азербайджанская национальная судоходная компания. 

– Несколько лет подряд в СМИ появлялись новости о том, что вагоны с зерном простаивают в морском порту Актау. Что делается сейчас для того, чтобы история не повторилась? 

– Порт – это организация, которая не заинтересована в простаивании грузов. Чем быстрее мы их будет пропускать, тем больше будем зарабатывать. Естественно, при организации транзитных перевозок очень важно выдерживать сроки – клиент платит больше, потому что хочет получить груз в два раза быстрее. Для этого мы подписали соглашения и координируем нашу деятельность с АО «Национальная компания «Казахстан Темир Жолы», с пограничным переходом Хоргос. Когда туда приходят вагоны, мы уже заранее знаем всю информацию, готовим все документы. Точно так же отправляем грузы в другие порты – корабль туда еще не пришел, но у них на руках уже есть электронные версии документов, они начинают предварительное декларирование, уведомляют таможню о количестве подходящих контейнеров.
 
В прошлые годы задержки с отправкой грузов были связаны с зерновыми терминалами. На это влияли различные факторы: непогода, праздничные дни в Иране, когда порт не работал, а зерно подходило и застаивалось. Но это были краткосрочные задержки. 

 – Три года назад был поднят вопрос о сокращении времени оформления грузов. Тогда владельцы грузов пожаловались, что вынуждены ждать по несколько суток. Что изменилось с тех пор? 

– Несколько лет назад были проблемы с задержкой оформления, когда почти в девять раз увеличился объем паромных грузов – это были автомашины. Пришлось полностью пересмотреть всю процедуру оформления, и было создано «одно окно». Это дало увеличение приема грузов в два-три раза. Если раньше за сутки мы могли обработать максимум один паром, то после введения «одного окна» мы начали обрабатывать по три парома. 

– Какие объемы экспорта-импорта идут через морской порт Актау? 

– 90% грузов, которые идут через порт, – казахстанские. Конечно, 70–80% в общей доле перевозок занимает экспорт – это приоритетные грузы, такие как зерно и нефть. В прошлом году их общий объем составил почти 2,9 млн тонн. Импорт же больше идет через паромы, а их получает порт Курык. Через нас идут стройматериалы из Ирана, в частности цемент – на рынки Казахстана, и продукты питания. Наша задача в том, чтобы увеличить количество транзитных грузов. Именно их привлечение из Европы в Китай и страны Юго-Восточной Азии должно стать драйвером нашего роста и позволит зарабатывать больше. Но для этого нужно создать достойную инфраструктуру, чтобы быстро, безопасно, выгодно эти грузы проходили как с севера на юг, так и с востока на запад и наоборот. 

– Может ли в будущем порт Курык стать вашим серьезным конкурентом? 

– Порт Курык – это специализированный порт, территории там достаточно большие. У нас вокруг порта территория вся занята, и расширить ее сложно, если, к примеру, делать выставочные пути для приема паромов. В будущем он, конечно, станет нам конкурентом – по мере развития сухогрузных нефтеналивных причалов, но пока этот порт только паромный комплекс. 

– Дальнейшее развитие порта невозможно без поиска новых партнеров. Как решается эта задача? 

– Сейчас активизировалось строительство в Узбекистане, а из Ирана идет цемент. Поэтому для узбекских клиентов мы разработали маршрут и активно их привлекаем. В прошлом году начали работать с компанией, которая перевозит из России калийные удобрения – раньше эти грузы ходили по другому маршруту. Но в связи с санкциями в отношении Ирана они вынуждены были остановить грузоперевозки. Но теперь переключаются на другие грузы химической промышленности и желают возить их через наш порт. 

Мы работаем и с потенциальными клиентами, к примеру с карбомидным заводом в Туркменистане. Оттуда большую часть планируют отправлять на рынки Европы, но какую-то часть – в Казахстан и Среднюю Азию, Россию и Китай. Для них мы тоже прорабатываем маршрут и надеемся, что в этом году сможем перевезти уже около 100 тыс. тонн продукции. Одни из самых приоритетных партнеров – это международные контейнерные линии, которые сейчас везут свои грузы в Казахстан и Среднюю Азию через порты Санкт-Петербурга и Прибалтики.

В результате презентации наших маршрутов мы привлекли компанию «Mediterranean Shipping Company» (MSС) – вторую в мире по вместимости контейнеровозов. Уже в апреле она начинает перевозить контейнеры в направлении Алматы и Ташкента. В прошлом году был заключен меморандум о сотрудничестве с транспортной судоходной компанией CMA CGM со штаб-квартирой в Марселе, которая является самым крупным во Франции и третьим в мире морским контейнерным перевозчиком. Она намеревается использовать морской торговый порт Актау в качестве логистического хаба для импорта, экспорта и транзита контейнеров, погрузки и выгрузки судов. 

– Какие экологические проблемы приходится решать в порту? 

– Проблемных экологических вопросов у нас нет. У нас есть вся необходимая инфраструктура и оборудование для реагирования на разливы нефти. Что касается чистоты акватории, то идет ежедневный мониторинг, как с нашей стороны, так и со стороны государственных служб. Мы за этим строго следим, ведь не секрет, что для многих больших компаний, которые с нами работают, вопрос экологии является очень важным.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Министр образования и науки Куляш Шамшидинова считает, что выпускные вечера школьников не должны выходить за территории школ и уж тем более, превращаться в состязания дорогих нарядов и пышных застолий. Согласны ли вы с ее мнением?

Варианты

Цифра дня

158-е
место
занял Казахстан в рейтинге свободы прессы из возможных 180

Цитата дня

Мой вывод – мы идем правильным курсом. Наш мудрый народ един, государство, как высшая ценность нашей независимости, незыблемо. Поэтому твердо считаю, что досрочные выборы главы государства абсолютно необходимы. Для того, чтобы обеспечить общественно-политическое согласие, уверенно двигаться вперед, решать задачи социально-экономического развития, необходимо снять любую неопределенность.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank