Перейти к основному содержанию

5258 просмотров

Почему каракулеводство стало «удавкой» для сельского хозяйства?

Кызылординские каракулеводы четвертый год занимаются селекцией овец серо-голубого окраса

Почему каракулеводство стало «удавкой» для сельского хозяйства?

Почему каракулеводство стало «удавкой» для сельского хозяйства?

Кызылординские каракулеводы четвертый год занимаются селекцией овец серо-голубого окраса. В хозяйствах Жанакорганского района получили уже второе потомство овец редких окрасов. Но возрождение некогда прибыльной отрасли может закончиться, не успев начаться.

Еще 30 лет назад поголовье каракульских пород овец в Казахстане измерялось сотнями тысяч. Целые районы специализировались именно на их выращивании, казахстанские каракульские смушки поставлялись во многие республики бывшего Союза и в Европу, где использовались для изготовления шапок, шуб и воротников. С распадом Союза развалилось и каракулеводство. Поэтому голубой и серый окрас сейчас вообще штучные экземпляры, а коричневый и черный каракуль производят в мизерных количествах.

«У нас в каждом районе было по несколько специализированных каракулеводческих совхозов, – говорит руководитель управления сельского хозяйства Кызылординской области Бахыт Жаханов. – Каракуль и каракульча из наших краев за валюту уходили с торгов Ленинградского пушного международного аукциона. Во время перестройки и распада СССР эта вертикаль превратилась в цепочку перекупщиков каракуля и каракульчи. Она и стала удавкой для отрасли. Специализированные каракулеводческие хозяйства перестали существовать. Сейчас идет возрождение, но, к сожалению, небольшими шагами».

В 2014 году в нескольких хозяйствах области начался пятилетний эксперимент, итогом которого должен был стать экспорт каракулевых шкурок серого и голубого окрасов до 66 тыс. штук в год. Областная комиссия тогда одобрила проект на сумму 8,7 млн тенге на производство каракуля редких окрасов в хозяйствах «Ынтымак», «Бахытжан», «Таубай», «Аксенгер» Жанакорганского района. Деньги пошли на закуп в России баранов-производителей. Планировалось организовать поставки каракуля для пошива формы военнослужащих армии РК, а в дальнейшем, с увеличением объемов производства, отправлять каракуль на экспорт. Сейчас выясняется, что фермерам заниматься дальнейшим развитием отрасли просто нерентабельно.

«В моем хозяйстве из 8 тыс. овец каракульской породы 2 тыс. имеют серый окрас, – говорит директор ТОО «Бахытжан» Алибек Налибаев. – В мае появились на свет 400 ягнят, которых уже можно пустить на шкуры, но нет покупателей. В прошлом году приезжали несколько коммерсантов и предлагали смешную цену, а в этом вообще нет никаких предложений».

По его словам, ставить на поток производство смушек редких окрасов нет смысла из-за отсутствия оборудования. Его планировали установить в 2017 году, но разговоры о субсидиях так и остались разговорами, а пока нет субсидий на производство каракуля, производить его невыгодно.

В области сейчас 18 овцеводческих хозяйств, из них семь вошли в республиканскую палату каракулеводства, которую возглавил инициатор проекта возрождения каракулеводства в области, президент Международной ассоциации разведения каракульных овец, академик Национальной академии наук Казахстана Хисметолла Укибаев.

«Уверен на 100 процентов, что возрождение каракулеводства в области будет удачным, – говорит Хисметолла Укибаев. – В хозяйствах, где идет эксперимент, есть условия для развития каракулеводства. Но чтобы добиться качественного материала, нужны годы, и я согласен с фермерами, что им сейчас невыгодно этим заниматься. Однако, не увеличив поголовья, не продашь шкур. Ведь по 50–60 штук никто брать не будет, кроме мелких перекупщиков. Крупным фабрикантам нужен объем», – говорит академик.

По сути, только благодаря его энтузиазму фермеры продолжаю эксперимент: Хисметолла Укибаев убеждает их потерпеть, рисуя светлое будущее, когда серо-голубая продукция кызылординских каракулеводов будет уходить на международных аукционах минимум по $250. А по факту казахстанских производителей каракуля давно вытеснили с мирового рынка, и чтобы вернуть свои прежние позиции, надо предложить рынку продукцию очень высокого качества. Для этого нужны в большом количестве крупные племенные хозяйства, более активная совместная работа животноводов и ученых. Для того, чтобы сохранять имеющийся генофонд и преумножать поголовье каракульских овец, необходима государственная материальная поддержка на содержание и разведение маточного поголовья, до того момента, пока фермеры не начнут производить объемы каракуля, способные заинтересовать не только мелких перекупщиков.

Фото: Shutterstock

3485 просмотров

Как гостиничный бизнес Узбекистана пытается догнать растущий поток туристов

Власти республики объявили туротрасль стратегической и выделяют немалые средства из бюджета на поддержку этого бизнеса

Фото: Shutterstock.com/Marina Rich

Увеличить и количество гостиниц, и объем номерного фонда в два раза планирует Узбекистан уже до конца 2021 года – рынок требует все больше мест для туристов.

В 2019 году Узбекистан посетили 6,7 млн туристов. Три года назад этот показатель был равен лишь 2,2 млн человек. По оценке Всемирной туристской организации при ООН, республика сейчас на четвертом месте среди стран с наиболее динамично развивающейся туристической отраслью. Растущий поток гостей выявил слабые места, которые тормозят развитие туризма в Узбекистане. Одна из главных болевых точек – гостиничный фонд.

Койко-место под узбекским солнцем  

На начало года в Узбекистане, по данным Госкомитета по развитию туризма, насчитывалось 1,2 тыс. объектов инфраструктуры гостеприимства, 70% из них – это гостиницы, 18% – хостелы и 12% – другие виды размещения. Общий номерной фонд составляет 24 тыс. и рассчитан на 50 тыс. койко-мест. «Средний уровень загрузки гостиничного фонда по итогам 2019 года составил 83%. Это очень большой показатель. В пиковые сезоны порой невозможно найти свободного номера в Ташкенте и особенно в таких туристических центрах, как Хива, Самарканд, Бухара», – прокомментировал начальник департамента по стратегическому развитию и кадровым ресурсам Госкомтуризма Шухрат Исакулов.

По словам председателя Ассоциации отельеров Узбекистана Фарангиз Абдуллаевой, из-за повышенного спроса понятие сезонности для гостиниц становится менее актуальным. «Узбекистан всегда считался сезонным направлением. Но в 2019 году серьезная загруженность была на протяжении всего года», – подчеркнула Фарангиз Абдуллаева. 

Поддержать сумом

Провозгласив туризм стратегической отраслью, власти Узбекистана взялись за решение проблем с дефицитом гостиничного фонда. В 2019 году в стране стартовала программа субсидирования строительства новых отелей. Государство покрывает расходы застройщиков в размере 40 млн сумов ($4,2 тыс.) за один номер для трехзвездочных гостиниц и 65 млн сумов ($6,8 тыс.) за номер в «четырех звездах». 

Учредитель трехзвездочного отеля «Согдиана» в Самарканде Азиз Ташев – один из тех предпринимателей, кто такой поддержкой уже воспользовался. «Благодаря субсидии государства мы смогли покрыть свои расходы на 20%, а всего получили 4,08 миллиарда сумов (эквивалентно $428 тыс.). Это существенная поддержка для нас. Без дотаций со стороны государства ускоренно развивать туризм невозможно», – уверен Ташев. 

Программа субсидирования будет действовать до 2022 года. За это время количество гостиниц в стране должно вырасти вдвое – до 2,4 тыс, а номерной фонд увеличиться до 50 тыс. Только в прошлом году в Узбекистане появилось 270 новых объектов гостиничного бизнеса. 

Бросить все и уйти в туризм

Власти Узбекистана поддержали предпринимателей не только деньгами, но и административно – упростив порядок и требования к получению лицензии на данный вид деятельности. В результате в стране резко выросло число гостевых домов и хостелов. Именно они, по оценке Шухрата Исакулова, помогли выправить ситуацию в пиковые периоды туристического сезона 2019 года. 

Абдулазиз Икрамжанов полтора года назад с родителями открыл первый хостел в Ташкенте. Сейчас он более чем уверен, что у этого вида гостиниц большие перспективы в Узбекистане. «Мы не ощущаем большой конкуренции, да и разнообразия среди хостелов тоже пока нет. Узбеки привыкли жить в больших домах, а сейчас все больше к людям приходит понимание, что использовать свое жилище для размещения гостей – это нормально. Тем более что никаких проверок или дополнительных бумажек тоже не требуется», – говорит Икрамжанов. 

Отсутствие бюрократии при открытии гостиничного бизнеса приводит к тому, что некоторые предприимчивые владельцы жилплощади в многоквартирных домах регистрируют свое имущество как хостел. Ташкентские риелторы объясняют это тем, что из-за отсутствия номеров в гостиницах туристы часто выбирают посуточную аренду квартир. А по узбекистанским законам если иностранец находится в стране более трех дней, он обязан зарегистрироваться по месту пребывания. 

Хостелы, как и другие объекты размещения, зарегистрированы в единой операционной системе, с помощью которой ведется учет туристов.

«Мы сейчас наблюдаем такую картину, что те предприниматели, которые занимались другими видами деятельности, переключаются в сферу туризма. Потому что туризм быстро окупается. Тем более в условиях дефицита, который есть по номерному фонду», – прокомментировал Шухрат Исакулов. Нехватка средств размещения, по его словам, сказывается на ценовой политике гостиниц. «Стоимость номера в Узбекис­тане относительно выше, чем в других странах. В Ташкенте или Бухаре номер в трехзвездочном отеле будет стоить примерно 40–50 долларов», – отметил Исакулов. Он уверен, что ситуация изменится с появлением большего числа гостиниц в стране.

kak-gostinichnyj-biznes-uzbekistana-pytaetsya-dognat-rastushhij-potok-turistov-2.jpg

Фото: Shutterstock.com/Polina LVT

Красиво жить не запретишь

Рост туристической активности спровоцировал интерес к Узбекистану со стороны компаний, которые специализируются на строительстве пятизвездочных отелей и крупных гостиничных комплексов. В настоящее время в республике всего две гостиницы высшего сегмента – Hyatt Regency и Hilton, обе находятся в Ташкенте. К концу года в узбекской столице откроется отель сети Marriot, сообщила Фарангиз Абдуллаева. «Ведутся переговоры с Sheraton и InterContinental – это те бренды, которые были у нас на рынке, но по определенным причинам ушли с него. Сейчас они возвращаются, и очень активно. Была информация, но пока не подтвержденная, что и Four Seasons хотят войти на наш рынок. Большой интерес крупные бренды проявляют  к Самарканду. Крупные сети хотят выйти на узбекский рынок, потому что для гостиниц в стране действует много разных преференций», – акцентировала председатель Ассоциации отельеров.

Внимание глобальных гостиничных сетей к Узбекистану продиктовано в том числе и ростом деловой активности в стране, которая, в свою очередь, стимулирует развитие такого направления, как MICE-туризм. Этот вид туризма подразумевает проведение крупных бизнес-мероприятий, форумов, конгрессов и так далее. «Мы видим, что строятся отели с конференц-залами, потому что есть спрос, и неплохой. Благодаря этому Узбекистан может позиционировать себя как площадка для организации и проведения деловых мероприятий», – заявила Абдуллаева.

Отели без сервиса – деньги на ветер

Развитие сферы гостеприимства автоматически требует новых, квалифицированных работников отрасли.  Для организации качественного сервиса и подготовки персонала при Госкомтуризме был создан институт развития туризма – это научно-методологический центр, разрабатывающий стандарты и программы обучения, а в Самарканде открыт международный университет «Шелковый путь» для будущих менеджеров в индустрии туризма. 

Кроме того, в прошлом году под юрисдикцию Госкомтуризма перешли 18 профессиональных колледжей во всех регионах страны, а при Ассоциации отельеров Узбекистана появилась академия гостеприимства. Эти учебные заведения будут готовить линейный персонал для стратегически важной индустрии в целом и для гостиниц в частности.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif