Почему регуляторы не могут в одночасье отключить Telegram?

Эпопея c Telegram, хотя и сошла с первых страниц СМИ, продолжает будоражить

Почему регуляторы не могут в одночасье отключить Telegram?

Почему регуляторы не могут в одночасье отключить Telegram?

Интернет уже не тот. Поэтому даже регуляторы не могут в одночасье отключить тот или иной сервис. Эпопея c Telegram, хотя и сошла с первых страниц СМИ, продолжает будоражить. Но, выдержав паузу, можно сделать кое-какие трезвые выводы.

Ядро и предыстория конфликта – это Закон Яровой, согласно которому Telegram обязан хранить ключи шифрования от всей переписки пользователей и предоставлять их по запросу ФСБ РФ. Со своей стороны руководство Telegram настаивает на том, что это требование технически неисполнимо (ключи хранятся на устройствах пользователей и не попадают на сервера мессенджера) и более того – противоречит Конституции РФ. Решение заблокировать Telegram было принято в апреле Таганским судом Москвы по требованию Роскомнадзора РФ.

Идти на откровенную конфронтацию с властью? Какую игру затеял Дуров? Во-первых, нужно понять, что такое Telegram в России – что-то около 10 млн пользователей – явно этот рынок для Дурова не ключевой, а значит, его можно поставить на карту. Во-вторых, есть ощущение, что на этом фоне Дуров вполне мог и хайпануть. В-третьих, не выглядит убедительным и утверждение, что передача ключей третьим лицам невозможна. Вот, кстати, мнение экс-разработчика Telegram Антона Розенберга. И оно несколько диссонирует с общей тональностью конфликта: «Технически Дуров мог предоставить необходимую информацию. Но не сделал этого и вряд ли сделает. Не потому, что его заботит тайна переписки подозреваемых в терроризме, не потому, что у него какие-то особые принципы по поводу свободы слова. А просто потому, что на мифе об исключительной безопасности Telegram, его якобы уникальной защищенности, построен весь маркетинг Telegram и образ самого Павла Дурова».

Но вернемся к блокировке. 16 апреля 2018 года Роскомнадзор начал блокировать IP-адреса, используемые Telegram – счет шел на миллионы (в первую неделю – более 18 млн). Понятно, что безуспешно. В погоне за IP-адресами Telegram досталось и другим – наблюдались перебои в работе Viber, некоторых платежных систем, сервисов регистрации на авиарейсы и т. д. Это не единичные случаи – за 10 дней блокировки Telegram Роскомнадзор получил 46 тыс. жалоб. Через неделю проблемы в России возникли у Google и некоторых одноименных сервисов. Еще позже, 27 апреля, в реестр запрещенных адресов на несколько часов попали другие соцсети – от Twitter и Facebook до «ВКонтакте» и «Одноклассников».

Игра на поле Дурова

Основатель Telegram не блефовал. Для обхода блокировок у него имеется внушительный набор инструментов. Например, массовое использование различных механизмов по моментальному изменению IPv4-адресов на хостингах (Amazon, Google), блокирование которых способно привести к выводу из строя миллионов ресурсов. Есть еще технология передачи сообщений и информации между клиентами Telegram напрямую по протоколу P2P с использованием встроенного Proxy, подобного по архитектуре Tor. Кстати, данная функциональность находится в разработке в рамках проекта Telegram Open Network, и, по мнению экспертов, заблокировать мессенджер, когда эта сеть заработает на все 100%, будет невозможно, так как Telegram Open Network – это распределенная платформа. Наконец, в арсенале Дурова – IPv6-адреса. Их очень много, раздаются они бесплатно, в отличие, например, от IPv4, которые есть только на вторичном рынке и стоят дорого. Дуров может брать IPv6-адреса миллионами, а регуляторы, например тот же Роскомнадзор, пока не умеют их массово выявлять.

Выводы

Итак, ситуация показала, что регуляторы практически расписались в своем бессилии заблокировать Telegram. Страха перед некой могущественной организацией, которая по мановению переключателя способна заблокировать любой ресурс – стало меньше. Второе, собственно, следует из первого. Тренд на закручивание гаек в интернете, на все большее обособление и фрагментацию локальных сегментов Всемирной сети, в общем-то, сложился не вчера, но он, после всестороннего анализа ситуации с Telegram, а он [анализ], наверняка уже происходит, будет усиливаться. И самый простой способ тут для власти – уменьшить количество каналов. В этом вопросе со мной согласен и Павел Гусев, директор Казахского центра сетевой информации. Он считает, что, с одной стороны, это так – чем меньше каналов, тем легче их контролировать. «Но, с другой стороны, падает надежность, связанность интернета».

Но будет ли это звучать в качестве решающего аргумента?

ФОТО: XanderSt / Shutterstock.com

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

В Казахстане станет проще развивать тепличный бизнес

Новые правительственные поправки снизят число необходимых документов для старта

Фото: Depositphotos/PiLens

Очередной пакет поправок в законодательство по вопросам улучшения бизнес-климата в Казахстане поможет малому бизнесу расширить свои объекты или построить новые. В частности, отменены требования разработки проектно-сметной документации в отношении технически несложных стройобъектов.

Технически несложные объекты – это мобильные комплексы контейнерного, блочного и модульного исполнения, одно­этажные здания для предприятий торговли, общественного питания и бытового обслуживания, которые возводят из сборно-разборных конструкций, склады и хранилища высотой не более 7 метров и площадью до 2 тыс. кв. м, открытые автостоянки на 50 и менее мест. А кроме того, теплицы и парники, строительство которых на госуровне стимулируется с 2015 года. 

Для теплиц и не только

Теплицы должны были сбить ценовые скачки при сезонном подорожании овощей, но при их строительстве бизнес столкнулся с существенными барьерами. Показательна история грузинского бизнесмена, который строил теплицу в Актюбинске.

«Он признался, что когда он такую же теплицу строил в Грузии, то разрешение на строительство теплицы там ему обошлось в 10 тыс. евро и в две-три недели было выдано. У нас стоимость дошла до 100 тыс. евро и по срокам – пять месяцев, но если бы мы не подключились, то разрешение он бы еще полгода получал», – рассказывал Айдос Мамыт из Агентства по противодействию коррупции.

8-й пакет поправок в законодательство по вопросам улучшения бизнес-климата в том числе отменяет требования разработки проектно-сметной документации (ПСД) в отношении технически несложных стройобъектов.

«Изменения, безусловно, произошли в лучшую сторону, поскольку, независимо от того, технически они сложные или несложные, стройобъекты ранее поголовно проходили экспертизу и процедуру разработки проектно-сметной документации», – поясняет руководитель управления анализа и мониторинга бизнес-среды Министерства национальной экономики Мадина Нуртас.

Она говорит, что на разработку ПСД требуется от месяца до года и даже более в зависимости от сложности объекта. 

От экспертизы и ПСД освобождено и строительство сетей электроснабжения с установленной мощностью до 200 кВт для субъектов предпринимательства. Сеть в 200 кВт способно обслуживать помещение с сетью освещения в 83 лампочки мощностью 100 Вт. Ранее, если предприниматель решал расширить свой магазин и, соответственно, увеличить его освещение, ему повторно приходилось разрабатывать ПСД на строительство или модернизацию сети питания, теряя деньги и время. «Тепличная» поправка на самом деле облегчила жизнь всему малому и микробизнесу страны, особенно в том случае, если этот бизнес решит расширяться, наращивая свои производственные и торговые площади. 

KPI для государства

Упрощение процедур в этой сфере может простимулировать рост числа проектов в сфере коммерческого строительства и количества компаний, реализующих такие проекты под ключ, уверены в Министерстве национальной экономики.

Увеличению числа игроков рынка из частного сектора будет способствовать и установленное законом сокращение перечня оснований для создания организаций с государственным участием. Теперь государственные предприятия могут быть созданы исключительно в целях обеспечения национальной безопасности, введения государственной монополии или в связи с недостаточным развитием конкуренции на товарном рынке, которое будет определяться по итогам его анализа со стороны антимонопольного ведомства.

«Анализ состояния конкурентной среды и сейчас проводится при создании госпредприятий либо расширении или изменении осуществляемых ими видов деятельности: им определяется возможное их влияние на рынки», – напоминает руководитель управления правового обеспечения и методологии Комитета по защите и развитию конкуренции Министерства национальной экономики Бахыт Кожикова.

Она поясняет, что для определения уровня развития конкуренции на товарном рынке берутся следующие критерии: рыночная концентрация, доли действующих субъектов частного предпринимательства на этом рынке, показатели спроса и возможности его удовлетворения субъектами частного предпринимательства, а также иные структурные особенности товарного рынка, к примеру, экономические и административные барьеры для входа на рынок. После анализа этих данных будет приниматься решение о целесообразности присутствия государства в предпринимательской среде на конкретном участке.

Напомним, что в начале лета министр национальной экономики Казахстана Руслан Даленов сообщил о том, что по итогам 2019 года участие государства в экономике снизилось до 16% – этот показатель был вычислен путем деления суммы валовой добавленной стоимости продукции, произведенной компаниями квазигосударственного сектора, на объем ВВП страны. При этом доля МСБ в казахстанском ВВП, по оценке того же министерства, составила 30,8%. Государственный KPI – довести этот показатель до 35% к 2025 году.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg