Перейти к основному содержанию

9765 просмотров

Когда придет время серьезных структурных реформ?

«Ресурсное проклятие» отбивает охоту у правительства в реальных структурных реформах

Когда придет время серьезных структурных реформ?

Когда придет время серьезных структурных реформ?

Высокие цены на нефть улучшили экономическое положение Казахстана настолько, что снова стали явно проявляться признаки самоуспокоения и застоя в реформах. Власть вновь стала принимать серьезные стратегические решения «в узком кругу» без консультации с общественностью.

Неизвестные стратегии по госактивам в 50% от ВВП

ФНБ «Самрук-Казына» является государственным холдингом, который управляет коммерческими компаниями с активами, составляющими около 50% от ВВП страны. Деятельность этого монстра, оказывает очень большое влияние на экономику, и она находится под полным контролем со стороны исполнительной власти. Любые решения по изменению стратегии или трансформации фонда могут иметь очень серьезные последствия для страны.

Приход Ахметжана Есимова в «Самрук-Казына» в декабре 2017 года и его первые шаги на новом поприще породили ожидания новых и кардинальных реформ в фонде. В конце концов 19 апреля под руководством главы государства прошло заседание Совета по управлению ФНБ «Самрук-Казына», где была утверждена новая Стратегия развития фонда на 2018-2028 годы и обновлена Программа Трансформации.

К сожалению, несмотря на всю важность решений по ФНБ «Самрук-Казаны» для всей страны, никто не обсуждал их ни с общественностью, ни хотя бы с парламентом. До сих пор новые документы не опубликованы и остается непонятным в чем их новизна, и как утверждённые изменения повлияют на экономику страны и на каждого из нас. Пресс-релиз фонда, опубликованный по этому поводу, не дал никакого понимания тому, чем новая стратегия и программа трансформации отличаются от старых.

В целом, на сегодня можно сказать, что влияние государства на деятельность, так называемых, «коммерческих» госкомпаний стало подавляющим. Помимо ключевых кадровых решений, в закрытом порядке стали утверждаться стратегические документы этого государственного холдинга. То есть, ФНБ «Самрук-Казына» постепенно превращается в непрозрачный «тихий омут», где водятся и еще заведутся много «чертей».

Непонятные и кулуарные решения по сельскому хозяйству

Аналогичная история сейчас происходит и в сельском хозяйстве. Напомню, что в мае 2016 года на пост главы Минсельхоза был назначен Аскар Мырзахметов. Сразу же было объявлено, что он начнет «настоящие» реформы в сельском хозяйстве. В ноябре 2016 министерство презентовало концепцию «Государственной программы развития АПК на 2017-2021», после чего оно начало активную PR компанию по продвижению данной концепции. В конце концов программа была утверждена указом президента в феврале 2017.

Если внимательно изучить ту программу развития АПК (которая без изменений действует до сих пор), то можно легко увидеть, что она ничего принципиально нового не предложила. В ней нет нормального анализа того, какие меры в прошлом предпринимало правительство для повышения конкурентоспособности агробизнеса и почему эти меры не дали результатов. В программе совсем отсутствует анализ международного опыта по эффективности различных мер государственной поддержки сельского хозяйства.

Однако, несмотря на все свои недостатки, программа Аскара Мырзахметова была заранее (до утверждения) опубликована и проходили достаточно активные обсуждения как в прессе, так и на совещаниях с участием специалистов в этой области.

В отличии от Ахметжана Есимова, переход Умирзака Шукеева на пост министра сельского хозяйства не породил ожиданий кардинальных реформ в развитии сельского хозяйства. Прошлый опыт уже показывал, что в конечном итоге вся работа по изменению государственной агрополитики фактически всегда сводилась просто к новому перераспределению государственных субсидий. Именно это сейчас и происходит.

С другой стороны, любое внезапное изменение в политике субсидирования и другой государственной помощи является очень большим шоком для сельхозпроизводителей. К таким переменам им нужно заранее готовиться и планировать свои действия соответственно. Сейчас, в отличии с прошлым разом, Минсельхоз принимает решения в «узком кругу» и вносит очень серьёзные изменения в политику госпомощи, не обсуждая их общественностью и не публикуя никаких серьезных обоснований по их целесообразности и эффективности.

В результате появления «новой метлы» во главе Минсельхоза и из-за крайне большой зависимости от госпомощи, агросектор начало сильно лихорадить, однако кардинальных реформ там как не было, так и нет.

В целом можно сказать, что по-настоящему глубокие реформы в сельском хозяйстве (для перевода его на рыночные рельсы так, как это, например, предлагал Казахстану Всемирный Банк) будут очень болезненными для Казахстана и они однозначно усилят социальное напряжение на селе. По моему мнению, на сегодня у нашей власти просто нет политической воли, чтобы идти по этому сложному пути. Это связано с тем, что возросшие нефтяные цены позволяют государству продолжать оказывать финансовую помощь, поддерживая этот сектор экономики на плаву.

http://documents.worldbank.org/curated/en/829581486543817091/Public-expenditure-and-institutional-review-for-the-agricultural-Sector (документ ВБ)

Во всем виновато «ресурсное проклятие»

Одной из важнейших сторон ресурсного проклятия является отсутствие у властей мотивации и реальной необходимости в структурных реформах для диверсификации экономики и развитии частного предпринимательства. Это связано с тем, что сырьевые доходы позволяют поддерживать достаточно высокий уровень благосостояния всего населения при всех серьезных недостатках государственного строя и устройства экономики (структурные проблемы, застой или упадок несырьевой части экономики).

Как только падают цены на сырье, правительство сразу же вспоминает о структурных реформах, становится более открытым, и начинает активно консультироваться с обществом, опасаясь роста социального напряжения. Когда же цены на нефть и другие природные ресурсы возвращаются на высокий уровень, власти сразу успокаиваются и о реформах тут же забывают. Как изменить эту ситуацию я уже писал ранее – нужны кардинальные политические реформы.

* Мнение редакции может не совпадать с мнением автора

banner_wsj.gif

2439 просмотров

Как казахстанский бизнес переживает «кризис пандемии»  

Эксперты прогнозируют спад после завершения карантина 

Фото: Shutterstock

Из-за резкого падения спроса и отсутствия финансовой подушки безопасности компании по производству несырьевых товаров фактически заморожены. Производственники опасаются, что не смогут удержать специалистов, и кризис перечеркнет достигнутый за последние годы уровень развития. Поэтому они предлагают внедрить комплекс дополнительных антикризисных мер. 

Мебельная промышленность 

Деревообрабатывающая отрасль и производство мебели в настоящий момент функционируют лишь в регионах. При этом 71% технического и производственного потенциала этой сферы приходится на Алматы, Нур-Султан и Шымкент - такие данные приводят в отраслевом объединении. 

По данным президента Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности (АПМДП) РК Каната Ибраева, в крупных городах без работы остались около 30 тыс. работников. И это только официально зарегистрированные специалисты, без учета черного рынка. 

«В нашей отрасли сейчас трудно всем – и большим, и малым предприятием. Крупнейшая мебельная фабрика Южного Казахстана «Grand MIKS» с оборотом около 400 млн тенге встала. 500 человек (с учетом субподрядчиков) сидят без работы. Производство – это не станки и здания, это квалифицированный персонал. Если мы сейчас все потеряем, сможем ли наверстать? У нас раскачка примерно полгода занимает. А далее наступит перенесенный период убытков, когда придет время платить налоги и кредиты. В этом году мы можем не только потерять достигнутые темпы роста (7-8%), но и вообще в минус уйти», - говорит Канат Ибраев

Однако главная проблема мебельщиков в кризисное время заключается даже не в том, что мастера из-за карантина не могут прийти в цех на работу. У производственников значительно сократился объем гарантированного рынка – заказы госорганов и квазигосударственного сектора. С учетом поставок для строительных фирм, недропользователей, фонда «Самрук-Казына» - это, исходя из данных прошлого года, около 30 млрд тенге. 

По информации Каната Ибраева, 25 февраля 2020 года республиканской комиссией дано распоряжение МИО, госучреждениям, администраторам бюджетных программ о приостановке процедур госзакупа мебели. Под сокращение попала как дорогостоящая продукция, так и более дешевый сегмент. 

Члены Ассоциации подписали обращение к председателю госкомиссии по обеспечению режима ЧП Аскару Мамину с просьбой не сокращать ранее запланированный объем госзакупок – это позволит сохранить мебельную промышленность страны.

«Мы видим, что в Казахстане имеется достаточный ресурс для поддержания мебельной отрасли на прежнем уровне. Наши эксперты отмечают, что одной из действующих мер со стороны государства по сохранению потенциала МСБ является увеличение закупок на внутреннем рынке, даже с условием отправки товара для хранения на склад. Мы не просим особых преференций, просто оставьте нам прежний объем заказов», - настаивает глава Ассоциации. 

Кризисный период, по мнению руководителя ОЮЛ, может даже дать толчок развитию мебельной промышленности Казахстана, если на законодательном уровне закрепить понятие отечественного товаропроизводителя. Сейчас в эту категорию входят и филиалы зарубежных компаний, которые импортируют продукцию из других стран, и из-за этого часть средств от госзаказа уходит за рубеж. 

Легкая промышленность 

Для предприятий легкой промышленности Казахстана, которая и до карантина находилась в непростом положении, заморозка внутреннего рынка сбыта в крупных городах стала новым ударом.  

По словам исполнительного директора Союза производителей легкой промышленности Натальи Кузнецовой, резкий спад покупательского спроса, закрытие торговых центров заставило легпром на некоторое время заморозить производство. О банкротстве речь не идет. Все компании стараются сохранить и персонал, и базу. 

«Непонятно, почему льготы, которые выделяет государство, распространяются, в основном на малый и средний бизнес, самозанятых. А что делать предприятиям, относящимся к среднему бизнесу, но с большим количеством человек? Получается, им уже не полагается поддержка. В данной ситуации нельзя делать такую градацию. Мы либо сохраняем все, либо начинаем терять позиции», - отмечает Наталья Кузнецова. 

Представитель Союза не берется делать какие-либо прогнозы даже на ближайшее время. Главная задача – после кризиса остаться на плаву. 

Молочная отрасль 

Производство и переработка молока входит в число тех отраслей, для которых границы городов не закрывались. Учитывая специфику товара, спрос на молочные продукты остался неизменным.  

Исполнительный директор Молочного союза Казахстана Владимир Кожевников говорит, что на перерабатывающих предприятиях достаточно запасов упаковочных материалов, закваски. Проблем с логистикой нет. 

«В нашей отрасли коллапса не будет. Но главный вопрос, который влияет на ситуацию в будущем – как долго продлится карантин? Ведь отчасти мы зависим от зарубежных поставок. Например, в Казахстане очень низкий процент производства твердой упаковки. Ее выпускают только на заводе в Семее – ТОО «Казполиграф», но и он зависит от импортного сырья. Поэтому если ограничения продлятся долго, и не будет закупок из России, молоко не во что будет фасовать», - поясняет Кожевников. 

Возможность отсрочки по налогам – хорошее подспорье для переработчиков. Но, по словам главы союза, каждое предприятие самостоятельно решает, заплатить ли отчисления сейчас или после каникул, когда сумма накопиться за весь период отсрочки. 

Сахарная, пищевая и перерабатывающая промышленность  

Спрос на продовольственные товары на период ограничительных мер как в мегаполисах, так и в областных центрах не снижался. Поэтому ситуация в данной отрасли остается стабильной. По информации президента Ассоциации сахарной, пищевой и перерабатывающей промышленности Айжан Наурзгалиевой, предприятия пищевого комплекса продолжают работать, так как они отнесены к категории разрешенных в период карантина.

Единственная проблема, которая возникла у компаний Алматы - это ограничение на въезд и выезд работников, проживающих в пригороде. Руководители решали ее по-разному. Кто-то нанимал временных сотрудников, проживающих в черте города, кто-то решат вопрос с арендным жильем.

«Негативно на пищевой промышленности сказалось изменение курса тенге по отношению к доллару, так как некоторые виды сырья и вспомогательные материалы для производства (ароматизаторы, упаковка) импортируются из других стран. Незначительные изменения произошли по затратам по транспортировке. Это также отразилось на ситуации», - поясняет Айжан Наурзгалиева. 

Мусоропереработка 

Мусоровывозящие и мусороперерабатывающие предприятия Казахстана могут прекратить свою работу. Одно из следствий социальной изоляции – большее количество бытовых отходов. Другими словами, мусора стало образовываться больше, а вот платить за его вывоз люди перестали. Других источников доходов, кроме тарифа, в мусоропереработке нет. 

«К нам поступило обращение из Усть-Каменогорска от ОЮЛ «Казахстанская ассоциация по управлению отходами KazWaste касательно невозможности осуществления вывоза мусора в связи с прекращением поступления платежей от основной части населения. Чтобы продолжить работу, компаниям нужны субсидии от государства. Поддержка необходима для покупки ГСМ, дезинфекции, средств индивидуальной защиты», - сообщили в пресс-службе Палаты предпринимателей ВКО.

Общее количество компаний, задействованных в отрасли – свыше 400. Из них 370 предприятий относятся к малому и среднему бизнесу. Для того, чтобы не допустить массового сокращения работников, KazWaste предлагает назначить сотрудникам отрасли дополнительные выплаты в размере минимальной заработной платы со стороны государства.

Переработка: общий взгляд 

По данным Комитета по статистике МНЭ РК на 1 марта, из 23 тыс. зарегистрированных предприятий обрабатывающей промышленности действующими являются 15,9 тыс. (68%), временно приостановившими свою деятельность или в процессе ликвидации – 6,3 тыс. (27%). Год назад во второй категории было на одну тыс. компаний меньше. Статистика подтверждает: наибольшая доля в зоне риска – за малыми предприятиями. 

По мнению председателя правления ОЮЛ «Союз обрабатывающей промышленности Казахстана» Марата Баккулова, существование компаний по производству несырьевых товаров в условиях карантина сводится к попыткам сохранить кадровый резерв. Это единственное, что может помочь производственникам выжить после открытия границ между городами.  

«В «обработке» новых сотрудников не наберешь, их готовят годами. Поэтому руководители пытаются сохранить персонал, работая по сути «на склад», но, я думаю, долго они не выдержат. Из крупных предприятий наиболее устойчивым могу назвать Кентауский трансформаторный завод», - сказал свое мнение Марат Баккулов. 

Алматинский вентиляторный завод, которым руководит Марат Баккулов, свою работу продолжил благодаря зарубежным заказам. Появилась перспективная идея наладить производство вентиляционных установок для медорганизаций.  

Руководитель Союза уверен, что кризис в отрасли начнется как раз после завершения карантина, когда закончатся отсрочки и придется платить по всем отложенным обязательствам. 

«Многих волнует не только то, что происходит сейчас, а что будет завтра. Мы уже проходили это в предыдущие кризисы, когда происходил обвал, а потом - долгое восстановление. В этот раз некоторые могут просто не выжить. Если сейчас бизнес еще выплачивает зарплату за счет сэкономленных на налогах и кредитах средств, то без сбыта этот ресурс скоро закончится.», - отмечает спикер. 

Меры поддержки 

6 апреля Союз промышленников и предпринимателей Казахстана «El Tiregi», куда входят 17 отраслевых ассоциаций, опубликовал открытое обращение к Касым-Жомарту Токаеву с просьбой принять пакет антикризисных мер. 

Производственники предлагают рассмотреть вопросы отмены до конца года всех видов налогов и отчислений, введения субсидий на выплату зарплаты. В числе предложений – отмена таможенных пошлин, утилизационных сборов и налогов на импорт сырья, оборудования и комплектующих. 

Отраслевые ассоциации предлагают использовать карантинные ограничения для форсированного развития импортозамещения. Основная идея – запретить госсектору закупать импортные товары, если таковые производятся в Казахстане. А также обеспечить стабильный сбыт за счет у отечественных товаропроизводителей, упростить и ускорить процессы госзакупок, установить 100% предоплату за товар. 

Для снижения долговой нагрузки члены Союза предлагают ввести льготное, под 3% годовых, кредитование для обрабатывающей промышленности и рассмотреть возможность предоставления госгарантий 80% для покрытия залогового обеспечения. 

Напомним, что чуть раньше к президенту страны с просьбой принять срочный комплекс мер для поддержки отрасли обратился Союз строителей, объединяющий более 500 стройфирм. В числе предложенных строителями мер - полугодовая отсрочка по кредитам, компенсация убытков на незавершенных из-за кризиса объектах, субсидирование покупки стройматериалов. 

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif