1392 просмотра
1392 просмотра

Уроки грузинского

Премьер-министр Карим Масимов лично возглавляет комиссию, которая занимается изучением грузинской реформы правоохранительных органов. Казахстанская система действительно нуждается в срочном реформировании, однако вряд ли плоды этого будут такими же, как в Грузии, убеждены эксперты.

Уроки грузинского

Уроки грузинского
Премьер-министр Карим Масимов лично возглавляет комиссию, которая занимается изучением грузинской реформы правоохранительных органов. Казахстанская система действительно нуждается в срочном реформировании, однако вряд ли плоды этого будут такими же, как в Грузии, убеждены эксперты.

С грузинской правоохранительной практикой казахстанцы массово столкнулись в этом году, когда «закупались впрок» автомобилями перед окончательным вступлением в Таможенный союз. Граждан РК поразило абсолютное отсутствие коррупции как на дорогах, так и за их пределами; нехарактерное для постсоветского пространства предупредительное поведение полицейских и стеклянные здания рай- и горотделов (идея министра внутренних дел Вано Мерабишвили), благодаря которым вся деятельность полиции стала в прямом смысле прозрачной. Кроме того, в стране отменены ежегодные техосмотры, налог на единственный транспорт и автодоверенности.
Как оказалось, власти тоже присматриваются к Грузии (по данным на начало 2011 года, правоохранительным органам доверяют 87% жителей Грузии против 3% «казахов» и 1% россиян). В прошлую пятницу Карим Масимов в ходе онлайн-конференции сообщил, что главой государства создана специальная комиссия во главе с премьер-министром, которая «проводит изучение и, может быть, внедрение некоторых моментов на казахстанскую действительность». «Конечно, Грузия – Грузией, Казахстан – Казахстаном», – оговорился премьер, – «но есть некоторые универсальные принципы, которые Казахстан может применить, и мы сейчас над этим работаем. Когда будут соответствующие результаты, мы доложим президенту и после этого будут приниматься решения».
Карим Масимов признался, что грузинские власти говорили ему о начатых реформах еще в 2007 году, во время официального визита казахстанского правительства в Тбилиси, но он не особенно тогда в них поверил: «Честно признаюсь, у меня были большие сомнения, что это им удастся, и что это получится. Я хочу сказать, что это, наверное, один из немногих положительных примеров реформы правоохранительной системы на постсоветском пространстве... Я считаю, что мы можем и должны с учетом национальной специфики многие элементы внимательно изучить и применить на своей практике».
Что имеется в виду под «национальной спецификой», премьер не уточнил, но и без того ясно, что полный перенос грузинской практики в нынешний Казахстан невозможен в силу серьезных различий в государственном устройстве и бюджетной политике. Так, грузинским полицейским бюджетом, по словам Вано Мерабишвили, распоряжается не министерство, а местные управления или участки полиции, которые сами решают, на что в первую очередь направить средства. Кроме того, сейчас в грузинской полиции осталось не более 30% «дореформирменных» работников (спецназ, часть оперативников), все остальные были либо уволены, либо ушли сами, и были заменены на людей, не имевших опыта работы в коррумпированных структурах. Для Казахстана это должно было бы означать замену только в полиции более 80 тыс. из около 116,5 тыс. имеющихся сотрудников (данные о численности правоохранительных органов Казахстана взяты из исследования Института проблем правоприменения при Европейском университете Санкт-Петербурга), что представляется практически невероятным, особенно с учетом того, что казахстанские правоохранительные органы находятся под влиянием различных элитных групп, которые в этом случае резко теряют влияние.
Какие именно элементы казахстанская комиссия сочтет пригодными, станет ясно ближе к концу года, когда разрабатываемый сейчас новый Закон «Об органах внутренних дел» будет передан в парламент, но эксперты сомневаются, что результат реформирования в РК будет таким же, как в Грузии, хотя коррумпированность уже привела к практической недееспособности, например, силовиков. «Это уже вопрос выживания самой власти. Посмотрите, что у нас происходит в борьбе с экстремизмом. В любой партизанской войне соотношение жертв должно быть 1 к 20 (иначе что-то не в порядке с регулярной армией), у нас же, как показали события в Актобе, это соотношение равняется 1 к 2,5. Так что реформа правоохранительных органов просто необходима», – считает представитель Ассоциации приграничного сотрудничества Марат Шибутов. Существенным фактором успеха грузинской реформы он считает также политическую и моральную поддержку США: «Иначе почему 1400 «воров в законе», которых он пересадил или выдавил из Грузии, не убили его? Я бы на их месте тоже предпочел не связываться с ЦРУ». По его мнению, у казахстанского правительства равноценного ресурса нет: «Реформе будут сопротивляться «агашки», стоящие за теми или иными силовыми структурами, и не факт, что у казахстанской власти хватит денег и влияния, чтобы это сопротивление сломить. Так что, скорее всего, переймут детали в рамках электронного правительства, да зарплату повысят».
«У нас все реально, была бы политическая воля», – говорит вице-президент независимой Ассоциации предпринимателей (НАП) РК Тимур Назханов, но тоже не думает, что все получится как в Грузии: «У нас ведь реформу будут проводить совсем другие люди. Если помните, даже в советское время эта страна была гораздо более коррумпирована, чем Казахстан, так что Саакашвили удалось сделать невероятное. Возможно потому, что он сам человек по менталитету европейский, долгое время работал на Западе». Но надо попробовать, считает Тимур Назханов. Если «пилотный проект» с МВД даст хотя бы средний результат, то можно распространить опыт и на суды, например: «Иначе что даст очищение от коррупции дорожной полиции, если в суде можно вернуть изъятые права за $500?».
Патрульный батумской полиции Нугзар Тавдгеридзе рассказал «Къ», что, кроме всего прочего, сотрудники органов внутренних дел Грузии не имеют права заниматься частным бизнесом или подрабатывать в свободное от службы время: «Это оговорено в контракте. Не очень-то легко прожить с семьей на 500 лари в месяц (около $300), но наказание за коррупцию у нас очень жесткое – тот, кто дал взятку, получит семь лет, тот, кто брал – девять лет. Причем, «развести» в суде или в колонии, как это было при Шеварнадзе (экс-президент Грузии, сверженный «революцией роз»), сейчас невозможно».


Казахстан присматриваетсяВ апреле Тбилиси посетила делегация РК во главе с руководителем отдела правоохранительной системы администрации президента Аликом Шпекпаевым, 28 июня с деятельностью батумского Дома юстиции ознакомился глава Конституционного совета Казахстана Игорь Рогов.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

kursiv_in_telegram.JPG


Материалы по теме


Читайте в этой рубрике

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

kursiv_instagram.gif

Читайте свежий номер

kursiv_opros.gif