Перейти к основному содержанию
7852 просмотра

Почем фунт ветра

За последний месяц в Казахстане были заявлены сразу несколько проектов в области ветроэнергетики. Но все они пока находятся «на бумаге». По словам экспертов, их реализация будет зависеть от господдержки, без которой ветроэнергетика не может развиваться даже в богатых на ветровые проекты странах Западной Европы.

Почем фунт ветра

Почем фунт ветра
За последний месяц в Казахстане были заявлены сразу несколько проектов в области ветроэнергетики. Но все они пока находятся «на бумаге». По словам экспертов, их реализация будет зависеть от господдержки, без которой ветроэнергетика не может развиваться даже в богатых на ветровые проекты странах Западной Европы.

Где капитализуют ветер

В октябре нынешнего года ТОО «Первая Ветровая Электрическая Станция» (ПВЭС) заявила о начале строительства ветровой электростанции (ВЭС) мощностью 45 МВт в районе Ерейментау (Акмолинская область). Проект стоимостью $100 млн планируется реализовать в 2012-2013 годах. Компания согласовала с МИНТом ТЭО проекта и получила размер отпускного тарифа. Точных данных о тарифе узнать не удалось. Однако в прединвестиционном исследовании ветростанции вблизи Ерейментау, расположенном на сайте комитета по возобновляемым источникам энергии Казахстанской электроэнергетической ассоциации (ВИЭ КЭА), этот тариф (для станции мощностью 41 МВт) определен на уровне 9 тг/кВтч. К слову, должности гендиректора ТОО New Smart Energy (владелец ПВЭС) и замгендиректора комитета ВИЭ КЭА совмещает один человек - Гульбану Пазылхаирова. Одновременно ПВЭС занимается разработкой проекта по строительству ветровой электрической станции на площадке Жузымдык (Южно-Казахстанская область).

В Ерейментау будет строить ветростанцию мощностью 51 МВт и АО «Самрук-Энерго». Компания подписала договор на разработку ТЭО. Завершить разработку ТЭО планируется в декабре 2011 года. Тогда же должно быть разработано ТЭО ВЭС мощностью 60 МВт в Шелекском коридоре (Алматинская область).

Кроме того, в 2011-2012 году АО «НК «СПК «Каспий» (Актау) собирается построить ВЭС мощностью 19,5 МВт в Мангистауской области. На его строительство потребуется около $37 млн.

О своем интересе к ветровой энергетике Казахстана в середине октября нынешнего года заявило германское представительство Vestas – лидера по производству ветровых установок в мире. По словам участников встречи, руководство концерна и национальное агентство по экспорту и инвестициям KAZNEX INVESTобсуждали перспективы строительства ветростанций в Казахстане общей мощностью до 500 МВт. Германская сторона предварительно согласилась потратить 200 млн евро, но потребовала от Казахстана гарантированный сбыт.

Наконец, в Казахстане есть и собственные разработки по производству ветроустановок. Однако у ТОО «Эко Ватт Ака» пока нет инвестора на строительство опытно-промышленной установки.

Государственные сомнения

В отличие от традиционной энергетики, альтернативная в настоящее время не самодостаточна. «Ветровая энергетика, хотя и очень интенсивно развивается в Европе и Америке, субсидируется государством. Электроэнергия эта достаточно дорогая, и без помощи государства ВИЭ работать не будет. Поддержка осуществляется следующим образом: либо государство дает прямые субсидии, либо обязывает сети выкупать дорогую альтернативную энергию. Те, в свою очередь, покупают дешевую традиционную энергию, вычисляют средний тариф и предоставляют его потребителям. Такая схема будет в Казахстане будет работать в рамках проектов в Ерейментау и Шелекском коридоре: электроэнергию будет покупать КЕГОК», – пояснил «Къ» президент АО «ЦАЭК» Еркын Амирханов. «Электроэнергия ВИЭ весьма дорога. Например, 1 кВтч электроэнергии, произведенной ветровой электростанцией, оценивается примерно в 25-30 тг/кВтч. Это гораздо выше стоимости электроэнергии экибастузких ГРЭС - 5,6 тг/кВтч (предельный тариф на 2011г). Очевидно, что в покупке электроэнергии непосредственно от ВИЭ, потребители заинтересованы не будут», – пояснили «Къ» в АО KEGOC.

В Казахстане государство уже знает, чего оно хочет от ветроэнергетики. «Цель использования ВИЭ для продажи ее в общую электросеть – диверсификация генерации электроэнергии в масштабах страны, сокращение использования ископаемого топлива для выработки электроэнергии и снижение экологической нагрузки на окружающую среду от производства электроэнергии, в том числе выбросов парниковых газов. Как известно, Казахстан находится в группе стран – лидеров по удельным выбросам ПГ на единицу ВВП», – рассказал «Къ» о достоинствах ветроэнергетики советник проекта ПРООН по ветроэнергетике Геннадий Дорошин. По прогнозам проекта правительства и ПРООН «Казахстан - инициатива развития рынка ветроэнергии», в 2015 году планируется вырабатывать около 250 МВт электроэнергии в год (менее 1 % от общего производства) и около 2000 МВт в год к 2030 г (около 4 %). Однако по уточненным прогнозам г-на Дорошина, до 2015 года в РК будет введено лишь несколько ВЭС общим объемом 100-200 МВт. Отметим, что установленная мощность крупных ветроустановок в мире превышает 200 000 МВт и они обеспечивают 2% мирового потребления электроэнергии.

Между тем, какие именно меры нужны для поддержки ветроэнергетики, пока не совсем понятно. Поэтому конкретные шаги для развития ветроэнергетики государство делает весьма осторожно.

Например, в проекте «Казахстан – Инициатива развития рынка энергетики», рассматривалась идея введения сертификатов. Смысл ее примерно таков: «обьекты ВИЭ продают электроэнергию по рыночной цене, а государство для стимулирования инвестиций в ВИЭ, организует рынок сертификатов ВИЭ. На нем ВИЭ предоставляется право продавать свои сертификаты на каждый отпущенный в сеть кВтч электроэнергии. В свою очередь, традиционные электростанции, работающие на ископаемом топливе , обязываются государством иметь определенное количество сертификатов ВИЭ. Их количество пропорционально обьему производимой ими электроэнергии. Таким образом, ВИЭ получают дополнительный доход от продажи своих сертификатов, а традиционные источники энергии вносят вклад в развитие ВИЭ. В общем случае, цена сертификата ВИЭ устанавливается спросом и предложением на рынке сертификатов. Рынок сертификатов ВИЭ регулируется уполномоченным государственным агентством», – пояснил «Къ» Геннадий Дорошин. Однако эта идея в законе «О поддержке использования возобновляемых источников энергии» так и не была реализована.

Закон этот был принят в 2009 году. Документ, по сути, рамочный: в нем лишь в общем виде прописаны направления госрегулирования в области поддержки ВИЭ, компетенции правительства, уполномоченного органа (без названия) и местных исполнительных органов. Интерес представляет только 9 статья, где указывается, что РЭКи, к сетям которых подключены объекты по использованию ВИЭ, обязаны покупать в полном объеме электрическую энергию, «производимую соответствующими квалифицированными энергопроизводящими организациями», чтобы компенсировать не больше 50% нормативных потерь в своих сетях. Если объем производства электроэнергии квалифицированными энергопроизводящими организациями превысит 50% нормативных потерь РЭКа, оставшийся объем электроэнергии выкупает системный оператор для компенсации нормативных потерь в национальной электрической сети. А тепловую энергию выкупают энергоснабжающие организации.

При этом, как сообщили «Къ» в АО КЕGОС, суммарный объем потерь электроэнергии в электрических сетях ограничен. Поэтому действующий Закон уже в ближайшей перспективе не обеспечит гарантированную покупку электроэнергии от ВИЭ. В этой связи, в рамках совершенствования действующего законодательства рассматривается вопрос о внесении изменений в Закон, предусматривающих распределение произведенной электроэнергии от ВИЭ между всеми потребителями электроэнергии в Казахстане.
Стоимость льготного тарифа, по которому РЭКи и КЕGОС будут выкупать энергию у станций на ВИЭ, пока не определена. По мнению экспертов, именно это стало камнем преткновения для инвесторов, проявляющих интерес к капитализации казахстанского ветра: «Зарубежные фонды готовы инвестировать в ветроэнергетику Казахстана, но им нужны гарантии возврата инвестиций. Раньше в Казахстане не было закона о ВИЭ, а сейчас все ждут принятия закона, регламентирующего фиксированные тарифы», – заявил «Къ» гендиректор ТОО Energy Partner Даурен Токбаев.

Мощности малых сих

А пока тарифов нет, даже созданные в промышленных объемах ВЭС не находят рынок сбыта. Ветростанция мощностью 5 МВт в Джунгарских воротах так и не смогла продать никому свою продукцию. «В Казахстане электроэнергия, производимая за счет ветра, не может конкурировать с низкими тарифами, основанными на использовании угольных мощностей. После приватизации все энергораспределяющие компании ориентированы на получение прибыли и не заинтересованы в покупке более дорогой ветровой энергии. Соглашение по Покупке Энергии не было заключено, так как цена за единицу электроэнергии по данному проекту будет выше, нежели любой потенциальный покупатель готов заплатить за нее», – отмечается в промежуточном отчете о реализации проекта «Казахстан – инициатива развития рынка энергетики». «На текущий момент, какие либо договоренности (договор, предварительный договор) о закупе АО «KEGOC» электроэнергии от объектов ВИЭ отсутствуют», – подтвердили «Къ» в KEGOC.

Пока же ветровая энергетика развивается на уровне «малых форм»: фермерские хозяйства, небольшие поселения и другие удаленные потребители, например, ретрансляционные станции устанавливают у себя автономные возобновляемые источники энергии (АИВЭ). Так, например, АО «Казахтелеком» выделило в нынешнем году 119,4 млн тг на закупку и установку комбинированных ветро-солнечных энергокомплексов мощностью 5кВт каждая в Жамбылской области. Энергокосплексы установят в горах, где расположены радиолинейные станции, а также населенный пункт Езехан со спутниковой станцией и АТС.

«В Казахстане имеются несколько десятков автономных ветроустановок малой мощности. Мини- ветростанции оказывают помощь в энергоснабжении отдаленных потребителей, не имеющих доступа к электросети. Но развитие АИВЭ в Казахстане тормозится отсутствием рынка АИВЭ и их поддержки со стороны государства», – отметил Геннадий Дорошин. Кроме того, по его словам, АИВЭ не выполняют одну из главных задач альтернативной энергетики: в масштабах страны они не решат экологических проблем энергетического сектора. Для этого требуется развивать большие мощности ВЭС.

  • Насколько сейчас развита законодательная база по ВИЭ?
  • Новый тариф все равно будет переложен на потребителей. В какой степени это будет для них ощутимым?
  • Верно ли, что для того, чтобы ветроэнергия была эффективна, тарифы «традиционной» энергетики должны быть сопоставимы с «альтернативными» тарифами?
  • С какими проблемами, кроме тарифных, сталкивается ветровая энергетика в Казахстане?
  • Как может казахстанская ветроэнергетика увеличить свою инвестиционную привлекательность?

  • Генеральный директор ТОО Energy Partner Даурен Токбаев:
    Почем фунт ветра 1. В 2009 году был принят закон о возобновляемых источниках энергии. Сейчас он пересматривается. Поправки внесли на рассмотрение в парламент в конце прошлого месяца. Их суть – введение фиксированных тарифов (Feed-in tariff). Это по сути льготный тариф, по которому региональные электросетевые компании должны будут покупать электроэнергию, произведенную за счет возобновляемых источников энергии. Обычно, согласно международной практике, такие тарифы вводятся для стимулирования развития альтернативной энергетики. В ближайшее время они должны быть приняты и у нас. Насколько они будут велики, мы узнаем, когда поправки будут приняты. Однозначно, что тарифная ставка будет намного выше, чем обычная продажная стоимость электрической энергии. Насколько мне известно, тариф разрабатывался дважды: в 2010-м и в 2011 году. В этом деле Министерству индустрии и новых технологий оказывал содействие Европейский банк реконструкции и развития. Уровень фиксированных тарифов был разработан для ветровой, солнечной и гидроэнергии, а также для биоэнергии (биогаз, биомасса).

    2. Незначительно. Ежегодный прирост тарифа на электроэнергию из традиционных источников составляете около 15%. Если в энергобаланс нашей страны будут вовлечены возобновляемые источники энергии, объемы которой, если помните, в 2015 году должны достичь 1%, а в 2020 году – 4%, прирост тарифа может составить 1–2%. На первых порах, когда будут реализовываться первые проекты, повышение может быть практически незаметным.

    3. Чтобы они выросли до такого уровня, ждать придется очень долго. Дело в том, что технологию (сами ветроустановки) мы покупаем по европейским ценам, а тарифы на электроэнергию у нас казахстанские, сравнительно низкие. В Европе они гораздо выше, поэтому и окупаемость проектов происходит быстрее, в пределах 7 лет. В Казахстане мы бы окупали альтернативную энергию при нынешних тарифах практически бесконечно.

    4. С кредитоспособностью потенциальных инвесторов. Они могут презентовать отличные проекты, но как только речь заходит о финансировании, у них нет ни залогового обеспечения, ни кредитной истории. И еще один важный момент, о котором пока говорить рано, но который все равно встанет на повестку: обслуживание станций. Построить, может, и построят, но кто будет обслуживать и ремонтировать?

    5. Чтобы привлечь инвесторов, надо предлагать им интересные условия по продаже электроэнергии. Сколько с нами ни разговаривали инвесторы, все ждут фиксированных тарифов. Доход, получаемый инвестором от денег, вложенных в проект, должен быть больше 25%. А для банков, которые будут финансировать проект, коэффициент обслуживания долга должен быть больше 1,2. Кроме того, максимальный срок окупаемости проекта не должен быть больше 7, а лучше – 5 лет. Больший срок инвесторам неинтересен. Кроме того, нужны надежные партнеры на территории Казахстана.


    Советник проекта ПРООН по ветроэнергетике Геннадий Дорошин:
    Почем фунт ветра 1. С принятием закона РК «О поддержке использования возобновляемых источников энергии» в 2009 году активизировалась работа по развитию ВИЭ, подключенных к электросети, в основном это малые ГЭС и ВЭС. В области ветроэнергетики в данное время инвесторами разрабатываются несколько проектов ВЭС суммарной мощностью 100-200 МВТ. Крупная ветроэнергетика – это новая технология для Казахстана. Проекты ВЭС капиталоемкие, стадии разработки и согласования ветропроектов с уполномоченными органами занимают достаточно длительное время. На данный момент согласовано одно ТЭО ВЭС мощностью 40 МВт. Масштаб использования ветроэнергетики в рамках закона по поддержке использования ВИЭ контролируется уполномоченным органом со стороны государства. В перспективе, к 2015 году может быть введено несколько ВЭС мощностью порядка 100–200 МВт.

    2. Цена вклада ВИЭ в тарифе электроэнергии будет составлять менее одного тенге. Использование повышенных тарифов для закупки электроэнергии от ВИЭ предусмотрено в законе РК «О поддержке использования возобновляемых источников энергии». Платить за «ветер», а иными словами, за переход к экологически «чистым» возобновляемым источникам энергии, будут все потребители электроэнергии, внося таким образом свой вклад в сохранение окружающей среды и устойчивое развитие.

    3. Если Казахстан хочет строить новые электростанции, а насущная потребность в этом есть, необходимо, чтобы стоимость электроэнергии от новых электростанций соответствовала ожиданиям инвесторов, а не тарифам на «традиционную» энергию. И эти инвестиционные тарифы существенно выше существующих сейчас в Казахстане цен на «традиционную» энергию. Инвестиционные тарифы на ветровую энергию не намного превышают инвестиционные тарифы для новой угольной мощности при условии ее соответствия международным экологическим стандартам. По опыту других стран, развивающих коммерческую ветроэнергетику, ветростанции могут продавать электроэнергию по ценам, сопоставимым с рыночной, после возврата инвестиций в строительство ветростанций.

    4. В Казахстане нет каких-либо неустранимых преград для развития ветроэнергетики. По опыту других стран, необходимые условия для развития ветроэнергетики – наличие официальных планов (программ) государства по долгосрочному развитию ветроэнергетики, ясная и прозрачная нормативно-правовая база, поддерживающая и стимулирующая инвестиции в ВИЭ, привлекательный инвестиционный климат в Казахстане. Отсутствие этих условий или наличие проблем в исполнении этих условий будет мешать развитию ветроэнергетики в Казахстане.

    5. Путем создания необходимых условий для инвестиций в ветроэнергетику, о чем я уже сказал.

    banner_wsj.gif

    5847 просмотров

    Сколько заработали компании по страхованию жизни в Казахстане

    Около 16% доходов пришлось на инвестиционную деятельность

    Фото: Depositphotos/Baurka

    В Казахстане функционируют семь компаний по страхованию жизни (КСЖ). Одной из статей в общей структуре доходов являются доходы от инвестирования активов. «Курсив» выяснил, куда вкладывают средства КСЖ и сколько они заработали на такой деятельности.

    Совокупные активы компаний по страхованию жизни в Казахстане, по данным Национального банка, на начало октября 2019 года составили 396,9 млрд тенге. В аналогичный период 2018 года активы были значительно ниже – 314,1 млрд тенге.

    Собственный капитал таких организаций в этом году достиг 65,7 млрд тенге, увеличившись на 42% – с 46,4 млрд тенге в начале октября 2018 года. Сумма собранных страховых премий выросла за год с 89,6 млрд тенге до 139,1 млрд тенге на 1 октября 2019 года.

    Расходы по осуществлению страховых выплат приблизились к 15,8 млрд тенге против 13,4 млрд тенге в прошлом году.

    Нераспределенный доход (прибыль) компаний по страхованию жизни составил 14,1 млрд тенге. Аналогичный прошлогодний показатель – 11,3 млрд тенге.

    Доходы от инвестиционной деятельности

    Из отчетов о прибылях и убытках компаний по страхованию жизни следует, что инвестиционные доходы всех организаций (без учета расходов) на рынке составили 23,7 млрд тенге. Тогда как совокупные доходы КСЖ приблизились к 151,2 млрд тенге. Отметим, что основной деятельностью таких компаний является страхование, а не инвестирование.

    Как правило, крупные страховые компании в силу размеров активов имеют возможность инвестировать больше средств и, соответственно, получать больший доход. Важное значение имеет инвестиционная политика самой компании – консервативная («меньший риск – меньшая доходность»), агрессивная («больший риск – большая доходность») или умеренная.

    По данным финансовых отчетов КСЖ, общие доходы самой крупной компании по страхованию жизни «Халык-Life» за январь – сентябрь 2019 года составили 62,5 млрд тенге, в том числе от инвестиционной деятельности – 10,3 млрд тенге, или 16,5% от всех доходов. В прош­лом году доходы от инвестирования равнялись 5,8 млрд тенге, что на 78,5% меньше показателя этого года.

    Отметим, что общие активы КСЖ на 1 октября этого года увеличились по сравнению с тем же периодом прошлого года на 111,5% и достигли почти 163 млрд тенге.

    Nomad Life является второй по размерам активов компанией на рынке. Объем активов на начало октября текущего года приблизился к 124,4 млрд тенге. Еще в прошлом году такой показатель был на уровне 78,8 млрд тенге. Рост составил более 57% за год.

    Компания за девять месяцев смогла получить доход, равный 48,5 млрд тенге, в том числе за счет инвестиционной деятельности – 6,9 млрд тенге (14,2% от совокупных доходов), за счет основной деятельности (страховой) – 41,6 млрд тенге. В аналогичный период прошлого года инвестиционный доход компании был на уровне 6,3 млрд тенге.

    Государственная аннуитетная компания (ГАК) с активами в размере 36,1 млрд за анализируемый период за счет инвестиционной деятельности получила 2,3 млрд тенге дохода. Общие доходы приравнивались к 4,3 млрд тенге. Доля инвестиционного дохода от всех доходов составляла 54,9%.

    Standard Life c активами в размере 33,6 млрд тенге получила общий доход в размере 10,6 млрд тенге, в том числе от инвестиционной деятельности – 2,1 млрд тенге (19,7% от всех доходов организации).

    «Европейская страховая компания» с активами в размере 15,9 млрд тенге заработала за три квартала 19,1 млрд тенге против 11,6 млрд тенге в прошлом году. Из всей суммы доходов на инвестиционную деятельность пришлось 0,8 млрд тенге (4,2% от всех доходов), все остальное – на страховую деятельность.

    Совокупные доходы Freedom Finance Life достигли 15,5 млрд тенге. Доходы от инвестиционной деятельности – 0,9 млрд тенге (18,9% от всех доходов), от страховой – 4,6 млрд тенге. Совокупные активы приравнивались к 14,9 млрд тенге. Инвестдоход компании за аналогичный период прошлого года – 0,7 млрд тенге.

    В 2019 году на рынок страхования жизни Казахстана вышла дочерняя компания страховой компании «Евразия» с одноименным названием. Общие активы компании составили на 1 октября текущего года 9 млрд тенге. С начала открытия компания смогла заработать 0,8 млрд тенге, в том числе от страховой и инвестиционной деятельности по 0,4 млрд тенге. Напомним, КСЖ была выдана лицензия Национального банка в начале марта 2019 года.

    Инвестиционный портфель страховых компаний

    АО «Халык-Life» имеет самый большой инвестиционный портфель на рынке страхования жизни – по состоянию на 1 октября 2019 года он составлял 143,6 млрд тенге. Прирост к началу года составил 14%.

    Причинами заметного роста инвестиционного портфеля и активов в целом стало присоединение в прошлом году к страховой компании КСЖ «Казкоммерц-Life» и рост объемов бизнеса.

    По данным страховой компании, основную долю в инвестиционном портфеле занимают ценные бумаги (87,8%) как казахстанских, так и иностранных эмитентов, далее следуют депозиты (11,8%) и операции обратного РЕПО (0,4%).

    В «Халык-Life» сообщили, что в структуре инвестиционного портфеля компании по сравнению с началом года выросла доля негосударственных ценных бумаг казахстанских эмитентов на 14 процентных пунктов в абсолютном выражении (с 25% до 39%).

    Доля государственных ценных бумаг в инвестиционном портфеле выросла на 8 процентных пунктов в абсолютном выражении (с 30% до 38%), доля обратного РЕПО снизилась с 18% до 0,4%.

    «Изменение инвестиционного портфеля связано исключительно с целью максимизации рентабельности инвестиций», – отметили в страховой компании.

    В другой компании по страхованию жизни, Nomad Life, рассказали, что при формировании активов инвестиционного портфеля КСЖ учитывает кредитное качество активов с целью обеспечения средневзвешенного долгосрочного кредитного рейтинга инвестиционного портфеля на уровне не ниже «BB» по шкале S&P. Также компанией установлены ограничения по инвестициям в активы с рейтингом «B+», «B», «B-» – не более 5% от суммы активов.

    Инвестиционный портфель компании формируется прежде всего с учетом основного принципа – иммунизации обязательств по срокам (Liability driven investing).

    Иммунизация – это формирование структуры инвестиционного портфеля с учетом структуры срочности обязательств компании.

    Кроме LDI компания использует и тактическое управление инвестиционным портфелем. При тактическом управлении инвестиционным портфелем компания может не применять 100%-ное покрытие обязательств по срокам и определять те активы для инвестирования, по которым доходность выше, но все остальные параметры остаются без изменений. Данное отклонение в структуре портфеля допустимо при наличии surplus (в переводе с англ. – «избыток»), то есть когда сумма активов больше суммы обязательств.

    Инвестиционный портфель КСЖ на 1 октября 2019 года составил 117,9 млрд тенге. Доля государственных ценных бумаг составила 31,7%, ценных бумаг и средств в депозитах банков второго уровня – 33,6%, ценных бумаг прочих эмитентов – 17%, ценных бумаг международных финансовых организаций – 7,9%, ценных бумаг нерезидентов Республики Казахстан – 5%, облигаций АО «Банк Развития Казахстана» – 4,4%, денежных средств – 0,1%.

    По данным компании, средневзвешенная доходность инвестиционного портфеля на начало октября текущего года составила 8,17%.

    В компании отметили, что такой уровень доходности является комфортным для них уровнем, так как позволяет исполнять все принятые на себя обязательства и при этом поддерживать кредитное качество активов.

    В КСЖ «Государственная аннуитетная компания» рассказали, что на 1 октября инвестиционный портфель компании приравнивался к 33,5 млрд тенге, в том числе ценные бумаги – 22,8 млрд тенге (68,1%), среди них облигации – 22,5 млрд тенге (67,2%), акции – 0,3 млрд тенге (0,9%). Депозиты в портфеле достигли уровня 10,7 млрд тенге (31,9%).

    В ГАК напомнили, что инвестиционный портфель компании на 1 января 2019 года составлял 32,8 млрд тенге, более 52% из которых приходилось на ценные бумаги (17,2 млрд тенге), 41,3% – на депозиты (13,6 млрд тенге) и 6,2% – на операции РЕПО (около 2 млрд тенге).

    Доля депозитов за девять месяцев снизилась с 41,3% до 31,9%, доля ценных бумаг увеличилась с 52,1% до 67,2%. Как отметили в компании, за счет изменения структуры инвестиционного портфеля компании удалось увеличить процентные доходы.

    В ГАК подчеркнули, что основными принципами политики компании являются обеспечение стабильного прироста активов и умеренная консервативная политика вложений с учетом принципов возвратности, диверсификации, прибыльности, ликвидности.

    Инвестиционный портфель КСЖ Freedom Finance Life на 1 октября 2019 года составлял почти 13 млрд тенге. Структура портфеля КСЖ состоит на 78,8% из ценных бумаг, в том числе государственные бумаги – 14,7%, облигации банков второго уровня РК – 22,3%, облигации казахстанских компаний – 26,1%, акции казахстанских компаний – 4,2%, а также операций обратного РЕПО – 14,3%, вкладов – 6,3% и денег – 0,7%.

    В компании поделились, что средства КСЖ размещаются в суверенные облигации таких стран, как Турция и РФ, акции ведущих международных компаний и облигации крупнейших зарубежных банков. Основной костяк портфеля – это казахстанские квазигосударственные облигации АО «Фонд национального благосостояния «Самрук-Казына» и его дочерних компаний. Компания распределяет инвестиции в различные секторы экономики, придерживаясь принципа максимальной диверсификации портфеля.

    На 1 января 2019 года объем такого портфеля составлял только 8,8 млрд тенге. Увеличение портфеля в значительной степени было вызвано поступлением страховых премий по договорам страхования.

    На начало октября этого года доходность инвестирования с учетом нереализованного дохода составила 13,1%.

    Компания размещает собранные страховые премии в ценные бумаги, опираясь на умеренно консервативную инвестиционную стратегию.

    Как отметили представители компании, в первую очередь данная стратегия строится на обслуживании обязательств компании перед клиентами, в том числе и по добровольным видам страхования. Например, по 10-летнему пенсионному аннуитету компания имеет «длинные» обязательства, и КСЖ соответственно нужны ценные бумаги, которые смогут не только перекрыть расходы по данным обязательствам, но и дать дополнительный доход.

    Поэтому компания балансирует между 10-15-летними государственными облигациями и более доходными корпоративными ценными бумагами, постоянно отслеживая, чтобы доходы по ценным бумагам покрывали обязательства по добровольным накопительным видам страхования.

    В заключение в КСЖ Freedom Finance Life подчеркнули, что на текущий момент портфель компании – один из самых диверсифицированных на страховом рынке и состоит из 36 различных выпусков ценных бумаг. Но даже при таком умеренно консервативном подходе компании удается опережать ставки по депозитам банков второго уровня.

    Отметим, что опрошенные изданием «Курсив» страховые компании формируют консервативный инвестиционный портфель, инвестируя преимущественно в ценные бумаги (государственные и казахстанских эмитентов) и в депозиты банков второго уровня, что снижает риски вложений.

    Все остальные страховые компании по тем или иным причинам отказались отвечать на запрос издания, поясняя это нежеланием раскрывать коммерческую тайную или в силу занятости.

    banner_wsj.gif

    #Коронавирус в Казахстане

    Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

    Читайте свежий номер

    kursiv_kaz.png