Перейти к основному содержанию

1577 просмотров

В Казахстане производится лишь 1% продаваемых в стране игрушек

Заполнить эту нишу решила предпринимательница из Усть-Каменогорска

Фото: Автора

Согласно статданным, в стране доля игрушек казахстанского производства не превышает 1%. Соперничать с аналогичными российскими и китайскими товарами, заполонившими отечественные магазины, сегодня мало кто решается. В стране всего 16 действующих фирм, выпускающих игрушки, в основном они изготавливают мягкие и пластмассовые изделия для детей. Наталья Саратова из Усть-Каменогорска решила дополнить этот перечень деревянными.

По данным Комитета по статистике РК, хуже всего данный вид производства развит в регионах. Из 16 предприятий восемь работают в Алматы, два – в Нур-Султане, только шесть приходится на другие города. Самые известные на сегодня – компании в Шымкенте и Караганде. Первая занимается выпуском различных машинок из пластмассы, вторая – выполняет на заказ мягкие игрушки. 

Пока серьезную конкуренцию отечественной продукции составляют импортные изделия. Эксперты уверены, что у казахстанских производителей есть все шансы отвоевать часть рынка, ведь их товар по сравнению с российским и европейским однозначно выигрывает в цене, а по качеству и безопасности может соперничать с китайским. 

Подводные камни

Идея заняться «игрушечным» бизнесом у предпринимательницы из Усть-Каменогорска появилась семь лет назад, когда родилась первая дочь. Сейчас у женщины трое детей. При выборе игрушек для них предпочтение Наталья Саратова отдавала деревянным, максимально качественным, направленным на развитие ребенка. Вот только найти их в Усть-Каменогорске, а как позже выяснилось, и во всем Казахстане, было весьма проблематично. 

Дефицит продукции обнажил незанятую нишу на рынке, и Наталья решила открыть магазин развивающих игр и игрушек известной европейской компании. Однако эта бизнес-идея не получила должного и длительного развития. Из-за статусности бренда товар был слишком дорогим для потребителей, и спустя некоторое время магазин прекратил свое существование в офлайн-формате, оставшись только на просторах интернета. 

Была даже попытка привлечь производителей из Шанхая, где расположен завод по выпуску деревянных игрушек для европейских образовательных брендов, отрыть представительство в Восточном Казахстане. Но китайским изготовителям это показалось невыгодным, ведь во всей РК населения проживает меньше, чем в одном Шанхае.

Пазл сложился

Новый виток в развитии бизнеса произошел случайно, когда Наталья получила подарок – выпиленный из дерева пазл с ладошками своих дочерей. Стало очевидным, что надо думать именно о том, как самим наладить производство.

Первый опыт по изготовлению деревянных игрушек пришелся на город Кокшетау в Акмолинской области, куда семье пришлось переехать по делам мужа. Производство удалось открыть на базе столярного цеха местного колледжа.

«Мы изначально понимали, что с нашей продукцией бизнеса в розницу не сделаешь. Уж очень специфичный товар, который нужен в основном в детских садах и мини-центрах. Поэтому решили сделать ставку на оптовую продажу для детских учреждений. Когда принесли образцы в управление образования Акмолинской области, нашу идею поддержали и помогли начать производство на базе колледжа», – рассказала «Курсиву» Наталья.

Но дело не пошло. Главной причиной стало то, что у детских садов очень ограничены средства на закуп игрушек. И как бы игры и пазлы ни нравились воспитателям, купить детсад их не мог.

Пошли от обратного

На момент возвращения в Усть-Каменогорск у Натальи сформировалась четкая концепция развития бизнеса. 

Предпринимательница понимала, что продукция будет востребована, ведь в ее изготовлении они строго придерживаются государственных стандартов образования, для чего к разработке подключили педагогов и ученых, которые занялись составлением учебно-методических пособий. Более того, учитываются особенности национального колорита, традиций и быта, а ведь именно таких игрушек очень не хватало детским учреждениям. Но главное, считает Наталья, в том, что они всегда ориентировались на конкретные потребности детсадов и мини-центров.

«Мы пошли от обратного, то есть не только предлагали готовую продукцию, но и спрашивали, что требуется тому или другому детскому саду, и только потом авторский коллектив начинал работать над созданием игрушки. В результате получали целые комплекты обучающих материалов. Так родилась идея лабораторий – готовых комплексов игр, развивающих наборов с методическим руководством по использованию. Воспитателям больше не надо было сидеть и вырезать бабочек, чтобы приготовить наглядный материал», – делится Наталья. 

В тандеме

По словам предпринимательницы, на сегодняшний день разработаны и изготовлены более 20 наименований игр, каждая из которых имеет несколько модификаций, на все получены авторские права, налажено сотрудничество с поставщиками экологически чистых материалов и со всеми детскими садами города. 

«В настоящее время решается главная проблема – недостаток средств у детских садов на покупку наших изделий. В августе свой бизнес-проект я представила в акимате города. Нам помогли найти помещение для столярного цеха, а мы обучили и трудоустроили шесть женщин из социально уязвимых категорий. Но самое главное – получили гарантию целевого финансирования детских садов. Для нас это стало толчком – мы закупили современное оборудование на 8 млн тенге. В настоящее время заключаем договоры с дошкольными учреждениями», – говорит Наталья. 

В городском акимате подтвердили, что заинтересовались проектом по изготовлению деревянных развивающих игр для местных детских садов. По словам руководителя отдела экономики и бюджетного планирования города Усть-Каменогорска Армана Искакова, на поддержку этого стартапа в следующем году планируется выделить около 20 млн тенге из городского бюджета.

1 просмотр

Как запустить производство кожаных изделий в Караганде

Кейс от Александра Ермакова

Фото из архива Александра Ермакова

Предприниматель Александр Ермаков работает с кожей более шести лет. Сегодня его заказчиками являются крупные международные компании, имеющие представительства в Казахстане. Мастер намерен развивать свое дело и дальше, чтобы начать конкурировать с безымянными европейскими брендами.

Вначале был чехол

Увлечение Александра Ермакова трансформировалось в бизнес постепенно, по мере роста количества заказов. Сейчас на небольшом производстве, умещающемся на 30 кв. м, работают шесть человек.

«В 2013 году я искал кожаный чехол для планшета в магазинах. Ничего подходящего не нашел, поэтому сшил его сам из старой куртки. Мне понравился сам процесс и то, что получилось. Я стал интересоваться пошивом кожаных изделий: смотрел видео на YouTube, набивал руку, искал материал. И уже спустя три года наладил продажу вещей через Facebook. Вскоре получил заказ от отеля Ritz-Carlton Astana на изготовление кожаных папок для апартаментов. Таким образом, в 2018 году я окончательно оставил прочие приносившие доход занятия, сконцентрировавшись на своем новом увлечении», – рассказывает предприниматель.

Изначально он шил на заказ галантерею, сейчас в фокусе – сумки среднего класса, которые стоят от 40 до 80 тыс. тенге.

«Мы не конкурируем с китайскими производителями. Это бесполезно. В самом дорогом люксе нам делать тоже нечего, потому что там свои игроки. Поэтому мы стремимся в средний сегмент, как европейские безымянные бренды, которых довольно много. Какой-нибудь небожитель типа Hermes работает с лучшими материалами. Но 80% стоимости изделия – это имя. Причем невозможно купить дорогую сумку сразу. Сначала нужно приехать в Париж, заполнить заявку, потом вызовут на собеседование и потом решат, будут они вам шить свои знаменитые Kelly или Birkin», – делится Александр Ермаков.

Фото к коже (7).JPG

Нешуточные контракты

Первое оборудование Александр приобрел в 2016 году. Прямострочная швейная машина с прямым продвижением обошлась предпринимателю всего в 50 тыс. тенге, поскольку не была новой – в магазине подобный образец стоит в шесть раз дороже. Годом позже в его мастерской появились еще две машины – колонковая и брусовочная общей стоимостью 230 тыс. тенге, также уже находившиеся в использовании. Деньги на приобретение сырья он занимал у знакомых.

Поскольку ценник на кожаные изделия, производимые компанией Александра, достаточно высок для местного потребителя, она чаще сотрудничает с покупателями из Алматы и Нур-Султана, реже – из Европы, России и Узбекистана.

«Основной доход нам приносит сотрудничество с международными компаниями: Pernod Ricard, Ritz-Carlton, St. Regis, от которых поступают крупные заказы на изготовление сумок и аксессуаров. Нас выбирают, потому что мы всегда делаем бесплатный образец и лично общаемся с клиентом», – говорит предприниматель.

Сырье для готовой продукции предприятие импортирует из РФ. Оттуда поступает как российская кожа, так и итальянская, которую соседняя страна закупает в больших объемах, а затем перепродает.

«Из Казахстана вывозится огромное количество сырья, однако кожевенные заводы стонут, что недозагружены. Шкуры КРС за копейки закупают Турция и Китай, которые потом продают нам готовые изделия с многократной накруткой», – поясняет бизнесмен.

По его словам, квадратный дециметр кожи обходится от 20 до 100 рублей (курс рубля на 16 декабря 2019 года – 6,16 тенге – «Курсив»). Для сумки среднего размера необходимо 100 кв. дм, или 1 кв. м. Себестоимость готового изделия с учетом фурнитуры – 30 тыс. тенге, не считая логистику, налоги, труд.

Мечты о «штурме»

Александр утверждает: «кожаный» бизнес вряд ли можно назвать самым прибыльным занятием. Большую часть выручки съедают расходы на сырье, фурнитуру, логистику, производство картонной упаковки, которое пока находится на аутсорсинге.

В то же время карагандинское предприятие за практически идентичную продукцию может предложить гораздо меньшую цену, чем мелкие западные конкуренты.

«Если самая дорогая наша сумка стоит 200 евро, то сумка такого же типа где-нибудь в Средней Европе будет стоить 500. Мы дешевы, и в этом для нас кроются определенные перспективы, как для Китая, который в свое время тоже был дешевым. Чтобы поставлять продукцию в Европу, нужно копить деньги на участие в выставках, где можно найти ритейлеров. Например, выступление на выставке в Милане обойдется как минимум в 20 тыс. евро. Но соваться туда сейчас глупо – нет нужных объемов производства. В этом смысле нам было бы интересно побывать в Варшаве, поездка куда обошлась бы в два раза дешевле. Штурм нового рынка – это всегда затраты», – отметил предприниматель.

Пока у Александра и его семьи нет возможности отправиться за рубеж, так как денежный поток зависит от непрерывности производственного процесса. Однако он не теряет надежды, что рано или поздно его планы осуществятся.

Фото к коже (2).jpg

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance