Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


329 просмотров

Можно ли сделать успешным малобюджетное кино?

История карагандинца Константина Павленко

Фото: Shutterstock.com

Имея репутацию шахтерской столицы, Караганда никогда не славилась киноиндустрией. Однако времена меняются: с каждым годом здесь снимают все больше фильмов самых разных жанров – от комедий до артхауса. Правда, пока не на профессиональном уровне. 

Рамок нет 

Карагандинец Константин Павленко называет себя режиссером-любителем, а свои работы – киноавантюрами. Его творчество началось всего два года назад с социальной комедии «Тоси-боси», победившей на местном кинофестивале в номинации «Лучший фильм». Затем он снял короткометражку «Эндшпиль». И попал в финал международного конкурса «Снять за 48 часов», обойдя более 400 конкурентов. Еще две картины – «Путь пилигрима» и «Чертог бытия» – сейчас оценивает жюри фестивалей авторского кино в США и Европе. 

«Можно бесконечно теоретизировать, а можно снять что-то, увидеть свои ошибки, понять, как делать не нужно, и снимать дальше. Главное – история, идея. Я не верю, что камера может написать за человека сценарий или сыграть. Сейчас любой фотоаппарат дает качество, о котором режиссеры прошлого века могли только мечтать», – говорит Константин Павленко. 

По его мнению, большой бюджет не залог коммерческого успеха и популярности создателя фильма. 

«С появлением интернета исчезли рамки: тебя могут заметить в любой точке планеты. Сделай что-нибудь, и, если мир ответит симпатией, ты станешь известным. Многие фильмы прославились без бюджета, например «Брат». Балабанов потратил все деньги на пленку. Он снял этот фильм, чтобы получить авторитет и доступ к средствам, которые бы позволили ему снимать новые фильмы», – отмечает режиссер. 

«Только вкладываю»

Увлечение Константина Павленко держится исключительно на его собственном энтузиазме и энтузиазме людей, которых он привлекает к съемкам. Бюджет его первой картины, в которой снялись четыре человека, составил всего 5 тыс. тенге. Его получил в качестве гонорара мужчина без определенного места жительства, сыгравший самого себя. Две последние работы потребовали участия большего количества людей и, соответственно, расходов.

«Самое сложное – собрать людей, подготовить детали. Например, мне был нужен большой двуручный меч, который оказался очень дорогим. Но когда я объяснил мастерам свою цель, они его изготовили бесплатно. Также мне предоставили просто так цех по производству мебели, в котором мы нашли кочегарку и декорировали ее своими силами. В основном деньги уходят на оплату участия в кинофестивале – от 100 до 200 тыс. тенге. Это доступная сумма, чтобы твою работу посмотрели и оценили за рубежом», – рассказывает начинающий режиссер. 

Он утверждает, что не стремится к прибыли, а в первую очередь получает удовольствие от съемочного процесса. 

«Я только вкладываю деньги и ничего не зарабатываю. Фильм должна снимать команда. Для этого нужны люди, которые готовы посвятить съемкам свое время без всяких задних мыслей, и капитал, чтобы не задаваться вопросом, как себя прокормить. Я бы с радостью платил зарплаты, если бы была такая возможность», – отмечает собеседник. 

Собственно, по этой причине он и участвует в фестивалях: обычно их победители получают гранты на обучение за рубежом и деньги на новые проекты. Второй путь к финансированию – поиск инвестора. Правда, в этом случае перспективным авторам, по мнению Константина Павленко, прежде всего следует хорошо зарекомендовать себя. То есть иметь в арсенале значимые награды. Вместе с тем он считает, что молодые таланты должно поддерживать государство. 

«Кино – это деньги. Если они взяты у налогоплательщиков и просто освоены, то возникает вопрос, зачем вообще нужно было их брать. Какой-то процент от выделенных сумм должен возвращаться в бюджет, иначе получится то же самое, что и с ремонтом дорог. Нужно создавать конкурентную среду посредством конкурсов и фестивалей, проводимых на уровне городов, областей и республики, выявлять таланты и предоставлять им гранты», – заключает режиссер-любитель.


402 просмотра

Сторителлинг, digital-инструменты и вековые традиции

Как классические люксовые бренды находят подход к новому поколению

Серебряные столовые приборы, столовая посуда и хрусталь, предметы декора для дома класса люкс, изысканные и дорогие – очень узкая ниша рынка. Такие товары производятся не на конвейере, а вручную, в ограниченных количествах, а сами бренды имеют историю не в одну сотню лет. Топ-менеджеры Puiforcat, французского бренда столового серебра и фарфора, и французского Дома хрусталя Saint-Louis рассказали «Курсиву», как продавать серебро и хрусталь миллениалам.

Больше, чем просто серебро

«Как будет выглядеть бокал для коньяка в XXI веке?» – с таким вопросом представители Puiforcat обратились к студентам школы дизайна в Париже. 

По эскизу одного из таких студентов, 26-летнего Луи Дубрейля, был сделан серебряный сосуд, съемная основа которого одновременно может быть крышкой, а внутренняя позолота создает впечатление, что напиток внутри бокала уже есть.

«Это микс традиций серебряной мастерской и современного взгляда перспективного молодого дизайнера», – говорит Люк Деламбр, генеральный директор Puiforcat.

История Puiforcat началась в Париже в 1820 году с семейной мастерской, где изготавливали тогда только высококлассные серебряные ножи. Во второй половине XIX века дочь владельца мастерской вышла замуж за Луи-Виктора Табуре, который взял фамилию супруги – для того времени поступок экстраординарный. По инициативе Луи-Виктора в мастерской начался выпуск копий антикварной серебряной посуды и предметов быта XVII–XVIII веков. Эти изделия оказались настолько популярны, что логотипом Puiforcat был выбран золотой кубок XVII века, когда-то принадлежавший Анне Австрийской, матери Людовика XIV.

Сын Луи, Жан Пьюфорка, стал художником – он известен и как скульптор, и как график. У Жана был совершенно другой взгляд на то, какими должны быть изделия дома Puiforcat. Благодаря ему появились коллекции в стиле ар-деко, которые до сих пор выглядят ультрасовременно.

«Это нарисовано в 1925 году, но абсолютно современно, графично и релевантно сегодняшнему дню, хотя создано 100 лет назад в Париже», – Люк Деламбр показывает тарелки, рисунками на которых служит графика Жана Пьюфорка. Если присмотреться, то можно понять, что художник вписал в круг буквы латинского алфавита. Было создано 1200 таких комбинаций – Puiforcat пока использовал для декора посуды только шесть из них. В следующем году, обещает Деламбр, на тарелках появятся новые варианты графики Жана Пьюфорка. 

У Puiforcat сегодня три направления – королевская посуда эпохи Просвещения, стиль начала XX века, работать в котором компания начала благодаря Жану Пьюфорка, и современный стиль. В последнем классический бренд не боится экспериментировать, и коньячный бокал XXI века – не единственный тому пример. В одной из коллекций дегустационных бокалов для вина, созданной в коллаборации с известным сомелье Энрико Бернардо, Puiforcat отказался от ножки. Такое решение пришло после того, как Бернардо поделился наблюдениями – гости чаще берут бокал за основание чаши, чем за ножку.

«Это не просто продукт, это новый опыт», – резюмирует Деламбр, демонстрируя новаторский бокал от английского дизайнера Майкла Анастасиадеса.

Header_Soupière_Desktop.jpg

Копия супницы Людовика XIV, на создание которой ушло более 7 кг серебра

Хрустальный Haute Couture

Новый опыт от Дома хрусталя Saint-Louis, чья история началась еще в XVI веке, связан с кастомизацией и новыми технологиями. В приложении – конструкторе хрустальных люстр можно собрать именно тот вариант, который нравится клиенту: выбрать высоту и цвет основы люстры, количество ламп на ней – от 8 до 48, цвет и форму плафонов или абажуров, декоративных элементов. В коллекции Royal можно собрать на выбор до 15 тыс. вариантов люстр. Впишется ли готовая модель в интерьер конкретной квартиры, можно оценить, просто загрузив фотографию помещения.

«Клиенты хотят создавать и декорировать свое жилище сами, они хотят иметь свою собственную люстру», – говорит Жером де Лаверньоль, президент французского Дома хрусталя Saint-Louis. В случаях, когда приложение не справляется, за дело берутся дизайнеры.

Saint-Louis выполнил заказ от клиентки из России, которой все варианты из каталога показались слишком маленькими. Три дня дизайнеры рисовали эскизы – и создали модель, которая понравилась заказчице и подошла под интерьер помещения с потолками 15-метровой высоты. Люстра для большого дома получилась немаленькой – весом 2,5 тонны, длиной 9 метров и с 220 лампами. 

Президент Saint-Louis – сторонник эклектики. Продолжая тему домашнего освещения, он рассказывает: «Классические люстры спускаются каскадами вниз, а мы придумали вариант горизонтальный, высотой всего 85 сантиметров, под современные апартаменты». Жером де Лаверньоль рекомендует не бояться сочетать современный интерьер с классическими элементами, такими, как хрустальные люстры.

«Миксуйте и дополняйте», – советует он. 

Сам бренд тоже активно миксует традиции и инновации, то есть классические техники и ноу-хау и современный подход. Несколько лет назад де Лаверньоль пригласил дизайнера Кики ван Эйк, чтобы создать коллекцию напольных и настольных ламп и бра. Кики сразу пришла с набросками, но глава Saint-Louis отказался даже смотреть их.

«Я сказал, что хочу, чтобы сначала дизайнер провела какое-то время на фабрике, чтобы вдохнуть атмосферу, посмотреть на людей, сходить в музей, чтобы понять идею Saint-Louis. Тогда можно создать что-то новое и не потерять подлинность бренда», – объясняет он.

На фабрике Кики увидела работу пресс-форм и была так впечатлена, что решила воспроизвести ее в лампе. Де Лаверньоль не поверил, но Кики ван Эйк действительно создала потрясающую коллекцию Matrice, форма ламп в которой похожа на одну из пресс-форм. Настольная лампа из этой коллекции стоит около $11 тыс.

Kiki-van-Eijk_Matrice-Copper_zoom.jpg

Настольная лампа Matrice, сделанная для Saint-Louis дизайнером Кики ван Эй, весит 12,5 кг

Инвестиции во вкус жизни

«Он может быть разбит, но если вы его не разобьете, то он будет совершенно таким же 20 лет спустя, – де Лаверньоль держит в руках бокал из коллекции Tommy, которую бренд регулярно повторяет с 1928 года. – Но эти бокалы созданы не для того, чтобы стоять в шкафу, а чтобы наслаждаться вином, используйте их в повседневной жизни», – продолжает он. 

Предметы из коллекций Saint-Louis и Puiforcat стирают грани между функциональностью и искусством, но главы этих брендов настаивают – не храните их для особых случаев.

«Не мешайте себе быть счастливым и использовать все это в повседневной жизни, когда проводите свое свободное время со своей семьей и друзьями, готовите еду или обедаете. Конечно, когда вы покупаете серебряную посуду, вы покупаете не только для себя. Она останется вашим детям, а потом перейдет следующим поколениям. Но все равно это больше про семейные традиции, чем про инвестиции», – говорит Люк Деламбр.

В сентябре Puiforcat анонсировали выпуск солонки и перечницы для кухни – направление кухонных приборов серебряный бренд считает перспективным, ведь их клиенты все чаще убирают стену между гостиной, где накрывается обед, и помещением, где его готовят. Люк Деламбр напоминает: «Серебро темнеет, если им не пользоваться».

DSC06749.jpg

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций