Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


664 просмотра

Мастер из Сатпаева открыл цех по изготовлению домбры и кобыза

Абилкасым Байбуланов надеется, что наладить производство поможет госзаказ

Фото: Depositphotos

Мастер из Сатпаева открыл цех, где вручную изготавливает домбры и кобызы. Пока на специфичную продукцию нет большого спроса. Но начинающий предприниматель надеется, что наладить производство ему поможет государственный заказ.  

Подарок для дочери 

Абилкасым Байбуланов увлекся изготовлением музыкальных инструментов из дерева еще в студенческие годы. Будучи учащимся политехнического вуза Алматы, в 1989 году он стал подрабатывать в мастерской, а после устроился на местную фабрику. 

Первыми клиентами мастера стали его дети и родственники. Он вспоминает, как стругал из дерева свою первую домбру для дочери. Затем такими подарками он стал баловать и других членов семьи. Увлечение не приносило ему дохода, а лишь помогало снимать усталость после трудовых будней.

По окончании обучения Абилкасыма и его супругу направили работать в небольшой город в Карагандинской области. Так они поселились в Сатпаеве, где мастер больше 20 лет проработал геологом на шахте. 

«Все эти годы я не забывал о своем хобби, делал инструменты для себя, родных, на заказ. Но это были единичные случаи, так как времени на полноценную отдачу себя этому делу не хватало. С годами работа на шахте сказалась на моем здоровье. Поэтому в прошлом году я посоветовался с супругой и решил превратить свое хобби в источник дохода», – говорит мастер.

Простая арифметика 

Супруги приняли участие в конкурсе грантов по государственной программе «Дорожная карта бизнеса-2020», который проводил Фонд развития предпринимательства «Даму». В итоге они выиграли 3 млн тенге. Зарегистрировавшись в качестве ИП, семья закупила пять станков из Китая для обработки дерева и шлифовки. Самый дорогой из них обошелся в 2 млн тенге, остальные четыре – еще в 2 млн тенге. Кроме того, пришлось приобрести рабочие инструменты и расходные материалы. 

«Мы открыли мастерскую в прошлом году. В целом на это у нас ушло больше 5 млн тенге. Помещение под цех нам помог найти местный акимат. Оно находится в подвале местной гостиницы, общая площадь составляет примерно 40 кв. м. Здесь нелегко работать из-за сырости. Но мы довольны, так как получили его бесплатно», – рассказал предприниматель. 

Ставка на профессионализм 

Местные власти, по словам мастера, поддерживают его и приглашают на различные выставки, чтобы он мог показать людям свои изделия. Абилкасым уже ездил в столицу на конкурс «Ұлттық өнім». Также бизнесмен вносит свою лепту в развитие города и открыл кружок для школьников от 12 лет, где любой желающий подросток может овладеть секретами изготовления национальных инструментов совершенно бесплатно.

Сегодня в мастерской Абилкасыма трудятся двое человек. Самостоятельно изготавливать инструменты они пока не могут, поэтому мастер не замахивается на крупные заказы. Ежемесячно он вручную собирает четыре домбры и один кобыз.

«Если нам удастся обучить этому ремеслу толковых людей, то мы будем расширять свой цех и участвовать в госзакупках. Сейчас инструменты почти всех музыкальных школ изношены, многие используются еще с советских времен», – отметил Абилкасым.

Цена зависит от сырья

Сегодня в Жезказганском регионе нет мастерских, которые могли бы составить конкуренцию цеху Байбулановых. В других районах Карагандинской области, да и в самом областном центре, таких умельцев, как Абилкасым, крайне мало. Но производство музыкальных инструментов налажено в Алматы и зарождается в Нур-Султане. В южной столице есть две фирмы с большим штатом и более 10 мастерских, где трудятся по пять человек. 

Абилкасым Байбуланов подчеркивает, что стоимость инструментов ручной работы ненамного выше тех, что продают на рынке. К примеру, домбру для воспитанника детского сада он может изготовить за 15 тыс. тенге, для школьника – за 20–25 тыс. тенге. Прайс на оркестровые домбры – 40 тыс. тенге. Цены мастер устанавливает в зависимости от сырья.

«Для кобыза я обычно использую ствол можжевельника, клена, сосны или березы. Для домбры – древесину твердых пород: клена, сосны либо черного дерева, которое растет в африканских странах. Каждую домбру в зависимости от назначения (для пения, кюев, профессиональная или любительская) я делаю по-разному: если клен придает звуку звонкость, то береза или лиственница – теплоту, – поясняет собеседник. – Древесина сейчас недешевая. К примеру, палисандр, красное или черное дерево стоят от 700 тыс. тенге за куб. Плюс есть расходы на доставку, ведь их обычно приходится заказывать из других стран. Сосна стоит от 50 тыс. тенге. Я тщательно подхожу к выбору дерева, ведь от него зависит чистота звука. Пока стараюсь обходиться местными запасами. Но по желанию клиентов иногда заказываю сырье за границей».

Проблемы со сбытом

По словам мастера, он сталкивается с проблемами при реализации готовых изделий. Инструменты, собранные вручную, вызывают интерес у многих, но не все спешат стать их обладателями, так как это не вещь первой необходимости. 

Поэтому спросом продукция мастерской пользуется только у истинных ценителей искусства.
 
«Это не торговля продуктами питания, поэтому у нас нет больших оборотов. В советские годы в этом плане было легче. Стоимость домбры тогда составляла 10–15 рублей, в то время как себестоимость превышала 100 рублей. Но тогда власть брала издержки на себя, чтобы прививать людям музыкальную грамотность и обеспечить доступность инструмента. Сейчас домбры дорогие, покупателей мало. Мы надеемся, что сможем найти организацию, которая будет приобретать наши изделия массово», – говорит супруга предпринимателя Назым Байбуланова.


3704 просмотра

Почему американцы не будут есть сыр из актюбинского молока

Как проиграть конкуренту, потерять миллионы, но подняться и стать успешным бизнесменом

Фото: Shutterstock

Громко заявив о себе несколько лет назад, хромтауская компания «Агрофирма «Тау» на время исчезла с поля зрения. Однако сейчас предприятие не только восстановило позиции, но и пытается вытеснить российскую кисломолочную продукцию с казахстанского рынка. Как проиграть конкуренту, потерять миллионы, но подняться и стать успешным бизнесменом.

Изучить изнутри 

Экономист по образованию Мирболат Агдаутов успел поработать в одном из отечественных банков. В 2003 году судьба занесла его в крупный холдинг, где он прошел карьеру от рядового сотрудника до генерального директора. Было время и на развитие своего бизнеса – занимался оптовой реализацией сухого молока – белорусского, башкирского, киргизского. «Почему киргизское? Оно по составу белка даже лучше белорусского. Все оттого, что трава у них хорошая», – говорит предприниматель. 

Чтобы лучше освоить молочный рынок, Мирболат решил изучить процесс изнутри. А тут как раз и предложение поступило: поработать в Костанайской области. В 2012 году он, оставив бизнес и пост гендиректора, поехал в поселок Карабалык. 

«Это был новый проект развития мясного животноводства. Привезли из Австралии 3 тыс. голов КРС. К слову, сейчас их 25 тыс. Использовали передовые технологии. Была там и небольшая ферма молочного животноводства», – рассказал Мирболат Агдаутов. 
В течение двух лет он изучал это направление: помимо отечественных предприятий, перенимал опыт в Германии, Австрии, Беларуси, Украине и России. 

Начали и проиграли

В конце 2014 года Мирболат вернулся в Актобе. Заинтересовало предложение о покупке молочного завода в Хромтау (около 90 км от Актобе), построенного еще в 1992 году компанией «Казхром». В 2011 году предприятие было законсервировано. Борьба за «лакомый кусок» длилась почти год. Только вот стоило ли? 

«Мы выкупили кота в мешке. Завод три года стоял на консервации. Мы полностью поменяли коммуникации. Приведение объекта в надлежащий вид заняло несколько месяцев и потребовало десятков миллионов тенге. Если бы мы знали, что нас ждет, наверное, не купили бы», – признается Мирболат.

Помимо ремонта, требовалось и дополнительное оборудование. Вместе с другом и партнером по бизнесу Сергеем Палиевым Агдаутов вложил собственные средства – 120 млн тенге. Но и этого оказалось мало. Тогда пришлось взять в кредит через фонд «Даму» еще 85 млн тенге. 
Первая продукция из Хромтау начала поступать на полки актюбинских супермаркетов в октябре 2015 года. Кефир, варенец, снежок, сметана, творог, масло. Сырье привозили молоковозом из райцентра в Актюбинской области – это в 200 км от завода.

«Мы не рассматривали производство молока в промышленном масштабе, там нужна технология по ультрапастеризации. Такое оборудование стоит миллионы долларов. У нас имеется Pure-Pak, но срок хранения такого молока не больше трех суток. Попытались выйти на рынок, однако возврата было много», – вспоминает Мирболат. 

Против производителя играло и несоблюдение температурного режима со стороны реализаторов. Именно поэтому о выпуске молока большими партиями пришлось забыть. 

Актюбинцы благосклонно приняли продукцию отечественного производителя, но через полгода начались проблемы. Подвело устаревшее оборудование. Когда попробовали запустить предприятие на производственную мощность, механизмы стали ломаться. Перебои сказались на качестве продукции – сметана скисала, кефир получался жидким.

Лето 2016 года стало настоящим адом для молодой компании, которая не выдержала конкуренцию с региональными лидерами. Это был глубокий нокдаун – убытки исчислялись десятками миллионов тенге. Предприятие оказалось на грани закрытия.

Спасительная сметана

Но, как рассказывает Мирболат Агдаутов, взвесив все за и против, предприниматели все же остались на рынке. Но нужно было менять подход. Решение оказалось простым: сузить деятельность до одного продукта. Выбор пал на сметану. Предприниматели снова влезли в кредиты и вложили в дело 30 млн тенге. На эти деньги приобрели оборудование: емкости и упаковочные линии для сметаны. 

«Практически вся сметана к нам завозится из России. На тот момент из Кабардино-Балкарии поступало 60–80 т сметаны в неделю. Мы сделали упор на пластиковые ведра, увеличив граммаж, – поясняет собеседник «Курсива».

Если российская сметана реализовалась в «стаканчиках» массой до 500 гр, то местную предприниматели предложили потребителям покупать от 1 кг. Большим семьям выгоднее брать ведерко, чем несколько стаканчиков. Как показало время, упор на сметану и вытянул бизнес. Сейчас хромтауский завод выпускает сметану в таре от 400 гр до 10 кг.

Особенности рынка

Но упаковку поменять мало. Три месяца Сергей и Мирболат практически жили в лаборатории завода: подбирали ингредиенты, рецептуру, закваску. Все это время продукции компании на полках не было. Предприниматели решили сделать ставку на термостатную технологию. Суть ее заключается в том, что сметана заквашивается сама в термостатной комнате при температуре 45 градусов. Но зато не нужны загустители. 
По словам предпринимателей, потребовался почти год, чтобы потребитель привык к местной сметане. Многих пугала сыворотка, выделяемая на поверхности продукта. 

Позже, когда предприятие встало на ноги, на полках актюбинских магазинов снова появились кефир, творог, масло и варенец от хромтауской агрофирмы. А с прошлого года линейка продукции пополнилась йогуртами и творожной массой. Питьевая кефирная группа нашла своего потребителя не только в Актобе, но и в других городах Казахстана. 

Впрочем, выходить на экспорт предприниматели не торопятся, полагая, что проверяющие ведомства соседнего государства найдут массу причин, чтобы не допустить казахстанские продукты на полки магазинов РФ. 

На российский рынок Мирболат Агдаутов пытался пробиться год, но не вышло. 

«Защита российского бизнеса мощная. А вот у нас защиты нет никакой. Поэтому и дешевого импорта из Воронежа, Астрахани, Волгограда, Самары много. Актюбинским оптовикам легче привести из Нальчика (около 2 тыс. км от Актобе) фуры сметаны и творога», – говорит Мирболат Агдаутов. 

Американский пример

На днях он вернулся из США, где перенимал опыт зарубежных коллег. Поездка состоялась благодаря программе деловой стажировки Special American Business Internship Training Program (SABIT), которая действует с 1990 года. Ее основная цель – содействие экономической реструктуризации стран бывшего СССР. 

Тема стажировки этого года – «Переработка и упаковка молочной продукции в США». Отбор от Казахстана прошли двое: Мирболат Агдаутов из Актюбинской области и Бакыт Аркабаев из Талдыкоргана. Предприниматели побывали на тренингах в Вашингтоне, а потом поехали в «молочную столицу» США город Мэдисон. 

«Их система выверена годами: в каждом штате свои законы для фермеров. И это правильно, ведь никто лучше их самих не знает, как надо работать в сельском хозяйстве. У нас же в эту отрасль вмешиваются все», – рассуждает Мирболат. 

Отметили казахстанцы и различия между европейскими и американскими фермерами. Если в Европе 99% ферм относятся к семейным (от 60 до 400 голов скота), то в США все иначе.

«В Европе развит рынок сервиса: оказание услуг в ветеринарии, посеве и уборке кормов. В Америке многие делают все сами. В США поддерживают своего производителя. Финансируют на длительные сроки под 1% годовых. Фермеры объединяются в ассоциации и трудятся, ни на кого не надеясь. Также американцы уделяют большое внимание науке. Поэтому корова в Мэдисоне дает 15 тыс. литров молока в год, а корова в Мартуке – всего лишь 2,5 тыс. литров. Рентабельность животноводства практически нулевая. И это общемировая тенденция. Те фермеры, кто хочет «выжить», ставят перерабатывающее производство», – делится увиденным Мирболат. 

По его словам, для США характерно сыроделание: 92% «молочки» уходит в сыры, остальное – на йогурты и молоко. «Сыропригодного молока не то что в Актюбинском регионе нет, в стране его мало. Сыр, сделанный из нашего низкосортного молока, американцы есть не станут», – уверен собеседник издания. 

Для качественного молока, по мнению директора агрофирмы, нужны современные фермы. Идея с «двумя коровами» отбросит отечественное сельское хозяйство на десятки лет назад.

«Мир отходит от личного по­дворья. Коровы у нас не породистые, дают второсортное молоко, из которого не сделать нормальную сметану или сыр. Чтобы это изменить, нужно заниматься наукой. В Актобе ничего этого нет, поэтому и качество молока никудышнее», – считает бизнесмен. 

Второй момент – санитария. Если на фермах и заводах имеются соответствующие сертификаты, то частникам никто их не выдает. Соответственно, риск заболеть от молока или айрана «с рук» возрастает в разы. Да и налогов такие дельцы не платят. 

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций