Перейти к основному содержанию
940 просмотров

Как вывести социальный бизнес на самоокупаемость

История зоозащитника Инны Радченко

Фото автора

Мода на котокафе пришла в Казахстан из Японии и Европы пять лет назад. Первооткрывателями стали два крупных мегаполиса – Нур-Султан и Алматы. В Караганде подобное заведение появилось только в 2018 году. Во главу угла здесь ставят не прибыль, а самоокупаемость. 

Непростой бизнес 

Первое котокафе в Караганде открыла председатель волонтерского зоозащитного движения «Дари Добро» Инна Радченко. Главным в этой идее стал новый формат старой задачи – помочь бывшим бездомным обрести свой дом. 

«Если животное оказывается на улице, то на нем зачастую ставят крест. Привычный формат спасения – только приюты и передержки. Приютов в городе нет, передержек на всех не хватает. Волонтеры несут на своих плечах огромную и непосильную работу только за свои деньги с помощью жителей города. Мы решили предложить другое решение и позволить бывшим «бездомышам» самим заработать на свое содержание и помогать тем, кто в беде. Все просто: гости пришли в тайм-кафе, заплатили за билет, почитали книги, погладили котов, поиграли в настольные игры, отдохнули, выпили чашечку чая с печеньем. Но при этом сделали доброе дело для тех, кто сам себя не может защитить», – говорит хозяйка заведения. 

Посетители рассчитываются с кошачьим кафе, исходя из количества времени, проведенного в нем. Один час стоит 1 тыс. тенге. Для «засидевшихся» действуют скидки – третьи по счету 60 минут они получают в подарок. Безлимита не существует, поскольку пушистым сотрудникам тоже необходим отдых. 

«Если бы в приоритете была коммерция и прибыль, то животных должно было бы быть намного меньше. Но для нас точкой предела является комфорт самих животных и посетителей, а главной целью все же спасение и дальнейшее пристройство в семью. Изначально у нас было 37 котосотрудников, сейчас – 47. При этом за год более 60 животных от нас обрели свою семью и на их место пришли новенькие. А о том, насколько остро стоит эта проблема, говорит хотя бы тот факт, что ежедневно мы получаем пять-семь звонков и еще столько же обращений в соцсетях с просьбой принять как уличных, так и домашних питомцев. Но мы не приют! Всех принять мы не можем, и для попадания к нам существует ряд жестких условий. Часто люди интересуются, как открыть котокафе, но когда вникают во все детали, уходят в глубокой задумчивости. Последователей пока не нашлось», – рассказывает Инна Радченко. 

К слову, первые отечественные котокафе перестали работать спустя всего год после открытия. Образовавшуюся нишу почти сразу заполнили новые заведения. Их владельцы утверждают, что бизнес на животных не приносит большого дохода, но постоянно требует вложений. 

Выйти в ноль

С самого начала Инна Радченко понимала, что нестандартное для Караганды заведение будет сложно вывести на самоокупаемость. Поэтому вместе с ним открыла еще и кошачью гостиницу. Получив разрешения в санитарных и ветеринарных службах, в оба проекта она вложила более 3 млн тенге. Деньги ушли на ремонт, мебель и дезинфицирующее оборудование, клетки и благоустройство. Однако до сих пор не вернулись обратно. 

«Гостиница, действительно, приносила серьезный доход. Это очень востребовано для нашего города. Но соседство бывших «бездомышей» и домашних питомцев оказалось слишком большим стрессом для последних. Да и работа одного и того же персонала там и тут была ошибкой. Поэтому гостиницу пришлось закрыть», – отмечает предпринимательница. 

Недавно котокафе начало работать по другому адресу. Ежемесячная аренда прежнего помещения оказалась непосильной, пришлось искать более приемлемые варианты. Хотя оба объекта коммерческой недвижимости находятся в центре Караганды, первый расположен ближе к оживленной проезжей части, чем и объясняется большая разница в стоимости. 

Самую большую статью расходов котокафе составляют корма, наполнители для кошачьих туалетов и медикаменты. На них уходит около 200 тыс. тенге ежемесячно. В основном в котокафе работают волонтеры, а постоянный персонал зарабатывают в месяц всего 50–70 тыс. тенге. Их смена длится дольше, чем время работы заведения, – с утра до позднего вечера. Помимо прочих обязанностей, они убирают помещения и ухаживают за животными.

«С учетом переезда и нового ремонта пока, к сожалению, чтобы удержать котокафе на плаву, мне приходится тратить и свою зарплату, которую я получаю вне этого бизнеса. Очень надеюсь, что после переезда мы перестанем работать в убыток и рассчитаемся с долгами. Иначе какое же это предпринимательство? Нам нужно в выходные принимать 60–70 человек, в будни – 30–40. Это вполне реально, учитывая, что в день открытия нас посетило 92 человека. Для нас важно не столько получение дохода, сколько выполнение той социальной миссии, ради которой мы открывались. Но сам факт предпринимательства подразумевает, что мы должны окупать себя сами», – поясняет зоозащитница. 

Помощь бездомным 

Из бюджета Караганды на отлов бездомных животных ежегодно уходит 8 млн тенге. Предложения зоозащитников о направлении части этих средств на программу стерилизации по примеру Нур-Султана, Алматы, Усть-Каменогорска остаются неуслышанными. Между тем данные об эффективности траты выделяемых средств отсутствуют: власти не ведут мониторинга популяции собак и кошек, живущих на улице. 

«Сколько бы ни убивали бездомных животных, их численность будет только расти. Ситуацию можно изменить только ужесточением требований к владельцам животных, регистрацией каждого животного на хозяина, который будет платить за него налоги и нести ответственность по закону, как это давно происходит в цивилизованных странах», – уверена зоозащитница. 

Свой бизнес Инна Радченко позиционирует как социальный. Подобное понятие относительно недавно закрепили в законодательстве Казахстана. На поддержку предпринимателей, решающих и смягчающих важные проблемы общества, выделяют большое количество грантов. Однако год назад, открываясь, она об этом не знала и встала на учет в налоговых органах в качестве ИП. А чтобы рассчитывать на гранты и прочую поддержку, нужен статус фонда или ОО.

«Теперь, набив шишек и получив кучу отказов, мы собираемся создать отдельный общественный фонд, на базе которого будет существовать котокафе. А потом снова строить планы, подавать заявки, участвовать в конкурсах и осуществлять новые планы и проекты, которых у нас очень много», – отметила она.

Рядом с кошачьим кафе уже работает зоомагазин. В планах его хозяйки – привлечь к сотрудничеству больше предпринимателей, которые бы открыли на свободной площади ветеринарную клинику и, возможно, небольшую кофейню или кулинарию – в самом котокафе еду не готовят из гигиенических соображений. По ее мнению, подобный комплекс может привлечь многих горожан. 

Кроме того, два месяца назад Инна Радченко, собрав команду психологов и канис-терапевтов, предложила благотворительному фонду «Халык», учрежденному акционерами Народного банка, совместно реализовать первый в Казахстане проект анимал-терапии для детей с аутизмом и ограниченными возможностями. Стартовая цена проекта всего 4 млн тенге. Однако четкого ответа на свое предложение она еще не получила.

banner_wsj.gif

2013 просмотров

Как в Казахстане заработать на цветах

Делится личным опытом сооснователь магазина Ayala flowers

Фото: Офелия Жакаева

Первые деньги на цветочном рынке я заработала 14 февраля 2015 года, открыв онлайн-магазин буквально накануне – продажи цветов в интернете тогда были новинкой, дневной доход составил 7 тысяч тенге. Хороший стимул для студентки со стипендией в 20 тысяч. К 8 марта я подготовилась более основательно, заработала 100 тысяч тенге и укрепилась в желании развивать бизнес дальше.

В то время, по моим подсчетам, через интернет продавалось около 4% цветов. Я понимала, что эта доля будет расти и стала изучать стратегии лидеров онлайн-продаж одежды и доставки еды. Было очевидно, что их преимущество построено на тщательном ведении клиентской базы и внимании к бизнес-процессам.

Скоро я пришла к выводу о важности сочетания онлайн- и офлайн-инструментов. Открыла физический магазин, он стал складом и местом встречи с клиентами, впервые обратившимися ко мне за букетом. Если качество цветов и обслуживания их устраивало, в последующем они оформляли заказы через интернет-магазин.

Параллельно я инвестировала в развитие технологий для упрощения ведения бизнеса. Специальных решений для рынка цветов тогда не было и меня увлекла идея стать первопроходцем, а потом на основе созданных технологий развивать франшизу.

kak-v-kazaxstane-zarabotat-na-cvetax2.JPGФото: Офелия Жакаева

Должна признаться, что до сих пор не осмеливаюсь подсчитать итоговую сумму, потраченную на эту идею. Я пробовала разные модели взаимодействия с разработчиками, но внедрить цифровизацию в том виде, в каком я ее себе представляла, пока еще не удалось. Хотя на исходе второго года разработок я в значительной степени разгрузила себя от операционной работы – бизнес работал уже автономно, без моего активного участия. 

В декабре 2018 года по личным причинам я оставила бизнес в Алматы и переехала в столицу. В соцсетях о переезде сообщила в канун 14 февраля 2019 года и была удивлена реакции: среди моих подписчиков оказалось много жителей Нур-Султана – они следили за моей работой в Алматы и были уверены, что теперь я буду развивать такой же бизнес и в столице. Так я стала знакомиться со столичным рынком цветов и уже к мартовскому празднику вместе с сестрой запустила новый онлайн-магазин цветов.

kak-v-kazaxstane-zarabotat-na-cvetax3.JPGФото: Офелия Жакаева

За год работы в Нур-Султане заметила, что участники цветочного рынка, по сравнению со своими коллегами из Алматы, здесь более открыты и дружелюбны – охотнее делятся опытом, информацией о товаре. Второе отличие касается покупателей – люди менее привередливы и быстрее принимают решения, на согласование букета уходит меньше времени. Особенность цветочного онлайн-бизнеса в том, что клиенты могут выбрать и оценить букет только по фотографии. Собрав букет с учетом предпочтений клиента, я отправляю фото заказчику. В 95% случаев жителей столицы все устраивает и только в 5% случаев надо немного менять состав или упаковку букета.

С оптовыми поставщиками дела обстоят не очень хорошо – в столице их явно не хватает, часто приходится сталкиваться с дефицитом цветов. Еще одно отличие рынка Алматы и Нур-Султана продиктовано погодой. В столице зимой букеты дополнительно упаковывают в специальную обертку, чтобы защитить от холода, это увеличивает временные и финансовые затраты. И еще, по моим наблюдениям, в Алматы цветы дарят чаще.

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png