Перейти к основному содержанию

1749 просмотров

Как открыть цех по переработке овощей в Мангистауской области

История Гульжамал Бекбауовой

Фото предоставлено Индирой Дусенбаевой

Мангистауская область в силу климатических условий, дефицита и дороговизны питьевой воды не может похвастать бурным развитием сферы растениеводства. Из-за нехватки кормовой базы в регионе делают ставку на животноводство. Но находятся предприниматели, которые занимаются переработкой овощей.

Предпринимательница из села Курык Мангистауской области Гульжамал Бекбауова – единственная в регионе, кто занимается консервированием овощей. Цех открыла шесть лет назад, начинала с 200 банок в сутки. За эти годы изменился и расширился ассортимент, а также увеличилась производительность. Сейчас здесь закатывают огурцы, помидоры, баклажаны, аджику, ассорти и лечо – всего 6–7 тыс. банок в месяц. Цех был открыт по одной из госпрограмм и обошелся почти в 8 млн тенге. С кредитом бизнес­вумен уже давно расплатилась, а в прошлом году взяла еще один – на расширение производства. На каркасном мини-заводе, который планируют достроить уже этой осенью, будет выпускаться 1 тыс. банок овощных консервов в сутки. Используют здесь исключительно местные овощи. 

«Когда только начинала, подхозных хозяйств было мало в нашем районе – всего около пятнадцати. И им было выгоднее самим торговать овощами на рынке, чем сдавать продукцию мне. А теперь таких хозяйств около сорока, и они не могут продать на местных рынках всю свою продукцию, много портится. Поэтому они сдают свои овощи в наш цех. Да, подешевле, но зато в больших объемах. И мне выгодно, и им», – говорит Гульжамал Бекбауова. 

В месяц только огурцов и помидоров здесь перерабатывают около четырех тонн. Привозить их из других областей, даже если цена на них будет ниже существующей, невыгодно, считает предпринимательница. 

«На транспортировку мы затратим гораздо больше. Я не считаю, что консервировать местные овощи и фрукты – невыгодно. Просто я первая стала заниматься этим, и конкурентов в области у меня пока нет», – рассуждает предпринимательница.

Запасов продукции, как она уверяет, после нового года на складе уже не остается. Все продают на рынках и ярмарках. В планах – открыть постоянные лавки в Актау и Жанаозене. В среднем двухлитровая банка консервированных огурцов и помидоров из села Курык стоит 400–500 тенге. Себестоимость ее в два раза ниже. 

«На привозные консервированные овощи цена почти такая же, но неизвестно, как долго и где они хранились. Цена на нашу продукцию – экономически оправдана. Того дохода, который мы получаем, хватает и на зарплату сотрудникам, и на коммунальные расходы, и на вложения в бизнес», – рассказывает Гульжамал Бекбауова. 

Местное – не значит лучшее

А молодые предприниматели Кадырбек Кобланов и Чингис Калелов, которые всего месяц назад открыли в Актау пока первое и единственное в регионе предприятие по нарезке и вакуумной упаковке овощей, уверены, что на местной продукции работать никогда не будут. Бизнесмены предпочитают корнеплоды из Беларуси и России. 

«Мы заказываем вагонами. Даже с учетом транспортных расходов получается дешевле. Более того, по вкусу и качеству местные овощи, выращенные на песках Мангистау, сильно уступают тому же картофелю, который был выращен на черноземе», – считает Чингис Калелов. 

За первый месяц работы нового цеха уже было переработано и упаковано 25 тонн овощей, продукция разлетелась быстро. Сейчас ассортимент предприятия насчитывает 14 наименований. Это четыре сорта картофеля, морковь, капуста, свекла, лук и чеснок, а также готовые наборы для борща. 

«Наши покупатели – это рестораны, кафе быстрого питания, мы заключили договоры и с крупными торговыми центрами. Здесь клиенты – в основном те, кто хочет сэкономить время на приготовлении еды», – объясняет предприниматель. 

Одна вакуумная упаковка овощей весит в среднем 500 гр, а ее конечная цена 220–260 тенге. При этом себестоимость готовой продукции ниже цены реализации почти в два раза. К примеру, сейчас в Актау цена за 1 кг картофеля на рынке достигает 190–220 тенге. 

«Многие считают, что это невыгодно, ведь дешевле по логике купить обычный картофель. Но, когда вы принесете этот килограмм домой, вы несколько подпорченных картофелин выбросите, почистите его, в итоге вес составит около 650 гр. А тут у потребителя уже почищенный, отборный картофель, который нужно просто приготовить, не тратя времени на чистку и резку», – говорит Чингис Калелов. 

Чистка и рубка овощей производится по немецкой технологии, при этом ручной труд здесь исключен. Все оборудование бизнесмены приобретали на собственные средства. Обошлось оно в 3 млн тенге. 

«Пока дохода мы не увидели, так как работаем всего месяц, но бизнес этот очень прибыльный. Тем более конкурентов у нас нет», – утверждает бизнесмен. Уже осенью предприниматели планируют покорять рынки Алматы – здесь также будет открыт цех. 

Сыры на дорогом молоке 

Третий год жительница Актау Индира Дусенбаева занимается сыроварением. Сыры изготавливает дома, но на днях выиграла грант и уже в сентябре будет работать в собственном цехе на новом оборудовании. Сейчас объемы небольшие – всего 50–80 кг в месяц, а в новом цехе планируется выпускать до 200 кг сыров. К слову, эта сыроварня станет первой в области. 

«Сейчас я делаю 15 видов сыров – это и твердые, и мягкие сорта, остатков у меня никогда не бывает, продаю их через социальные сети, также сдаю в магазин фермерских продуктов, заказывают постоянно и несколько ресторанов», – говорит Индира Дусенбаева.

В месяц она перерабатывает почти 400 л молока. Его покупает в одном из фермерских хозяйств области. За литр молока отдает летом 300, а зимой 400 тенге. 

«Молоко дорогое по сравнению с другими регионами. Когда я была на выставке в Нур-Султане, то общалась с теми, кто также занимается сыроварением, так они покупают молоко по 50–100 тенге, и естественно, у них сыры в два раза дешевле, чем мои», – отмечает бизнесвумен. 

Предпринимательница установила цену за 1 кг сыра – 5 тыс. тенге. Его изготовление стоит, в среднем, 2,5–3 тыс. тенге. 

«Себестоимость у сыров разная. Например, моцарелла и чечел много теряют в весе, а брынза, наоборот. Но я не могу работать себе в убыток, тем более на таком дорогом молоке. Что-либо конкретно сказать о прибыли можно будет после того, как я начну работать в цехе и делать большие объемы», – добавляет Индира Дусенбаева.

В планах у бизнесвумен – расширить ассортимент, например, изготавливать сыры с плесенью, а также твердый сыр из верблюжьего молока. 

Нужна конкуренция 

Заместитель руководителя областного управления предпринимательства и торговли Мухамеджан Кобеген считает, что у таких небольших предприятий, которые занимаются обработкой продукции с фермерских и подсобных хозяйств, есть будущее. 

«Растениеводство в силу разных причин у нас отстает. Поэтому, если фермеров, которые будут выращивать овощи, тепличных хозяйств, станет больше, то увеличится конкуренция, снизятся цены. Тогда появятся и предприниматели, готовые освоить нишу по переработке этой продукции. Пока, к сожалению, таких – единицы на всю область», – сказал в интервью «Курсиву» Мухамеджан Кобеген.
 

1818 просмотров

Как запустить производство кожаных изделий в Караганде

Кейс от Александра Ермакова

Фото из архива Александра Ермакова

Предприниматель Александр Ермаков работает с кожей более шести лет. Сегодня его заказчиками являются крупные международные компании, имеющие представительства в Казахстане. Мастер намерен развивать свое дело и дальше, чтобы начать конкурировать с безымянными европейскими брендами.

Вначале был чехол

Увлечение Александра Ермакова трансформировалось в бизнес постепенно, по мере роста количества заказов. Сейчас на небольшом производстве, умещающемся на 30 кв. м, работают шесть человек.

«В 2013 году я искал кожаный чехол для планшета в магазинах. Ничего подходящего не нашел, поэтому сшил его сам из старой куртки. Мне понравился сам процесс и то, что получилось. Я стал интересоваться пошивом кожаных изделий: смотрел видео на YouTube, набивал руку, искал материал. И уже спустя три года наладил продажу вещей через Facebook. Вскоре получил заказ от отеля Ritz-Carlton Astana на изготовление кожаных папок для апартаментов. Таким образом, в 2018 году я окончательно оставил прочие приносившие доход занятия, сконцентрировавшись на своем новом увлечении», – рассказывает предприниматель.

Изначально он шил на заказ галантерею, сейчас в фокусе – сумки среднего класса, которые стоят от 40 до 80 тыс. тенге.

«Мы не конкурируем с китайскими производителями. Это бесполезно. В самом дорогом люксе нам делать тоже нечего, потому что там свои игроки. Поэтому мы стремимся в средний сегмент, как европейские безымянные бренды, которых довольно много. Какой-нибудь небожитель типа Hermes работает с лучшими материалами. Но 80% стоимости изделия – это имя. Причем невозможно купить дорогую сумку сразу. Сначала нужно приехать в Париж, заполнить заявку, потом вызовут на собеседование и потом решат, будут они вам шить свои знаменитые Kelly или Birkin», – делится Александр Ермаков.

Фото к коже (7).JPG

Нешуточные контракты

Первое оборудование Александр приобрел в 2016 году. Прямострочная швейная машина с прямым продвижением обошлась предпринимателю всего в 50 тыс. тенге, поскольку не была новой – в магазине подобный образец стоит в шесть раз дороже. Годом позже в его мастерской появились еще две машины – колонковая и брусовочная общей стоимостью 230 тыс. тенге, также уже находившиеся в использовании. Деньги на приобретение сырья он занимал у знакомых.

Поскольку ценник на кожаные изделия, производимые компанией Александра, достаточно высок для местного потребителя, она чаще сотрудничает с покупателями из Алматы и Нур-Султана, реже – из Европы, России и Узбекистана.

«Основной доход нам приносит сотрудничество с международными компаниями: Pernod Ricard, Ritz-Carlton, St. Regis, от которых поступают крупные заказы на изготовление сумок и аксессуаров. Нас выбирают, потому что мы всегда делаем бесплатный образец и лично общаемся с клиентом», – говорит предприниматель.

Сырье для готовой продукции предприятие импортирует из РФ. Оттуда поступает как российская кожа, так и итальянская, которую соседняя страна закупает в больших объемах, а затем перепродает.

«Из Казахстана вывозится огромное количество сырья, однако кожевенные заводы стонут, что недозагружены. Шкуры КРС за копейки закупают Турция и Китай, которые потом продают нам готовые изделия с многократной накруткой», – поясняет бизнесмен.

По его словам, квадратный дециметр кожи обходится от 20 до 100 рублей (курс рубля на 16 декабря 2019 года – 6,16 тенге – «Курсив»). Для сумки среднего размера необходимо 100 кв. дм, или 1 кв. м. Себестоимость готового изделия с учетом фурнитуры – 30 тыс. тенге, не считая логистику, налоги, труд.

Мечты о «штурме»

Александр утверждает: «кожаный» бизнес вряд ли можно назвать самым прибыльным занятием. Большую часть выручки съедают расходы на сырье, фурнитуру, логистику, производство картонной упаковки, которое пока находится на аутсорсинге.

В то же время карагандинское предприятие за практически идентичную продукцию может предложить гораздо меньшую цену, чем мелкие западные конкуренты.

«Если самая дорогая наша сумка стоит 200 евро, то сумка такого же типа где-нибудь в Средней Европе будет стоить 500. Мы дешевы, и в этом для нас кроются определенные перспективы, как для Китая, который в свое время тоже был дешевым. Чтобы поставлять продукцию в Европу, нужно копить деньги на участие в выставках, где можно найти ритейлеров. Например, выступление на выставке в Милане обойдется как минимум в 20 тыс. евро. Но соваться туда сейчас глупо – нет нужных объемов производства. В этом смысле нам было бы интересно побывать в Варшаве, поездка куда обошлась бы в два раза дешевле. Штурм нового рынка – это всегда затраты», – отметил предприниматель.

Пока у Александра и его семьи нет возможности отправиться за рубеж, так как денежный поток зависит от непрерывности производственного процесса. Однако он не теряет надежды, что рано или поздно его планы осуществятся.

Фото к коже (2).jpg

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance