Перейти к основному содержанию

746 просмотров

Законы Евразийского союза теперь действуют и в футболе

А игроки из этих стран перестанут считаться «иностранцами» в казахстанских командах 

Фото: Олег Спивак

С начала 2020 года граждане России, Беларуси, Армении и Кыргызстана не будут считаться легионерами в Казахстанской Премьер-лиге (КПЛ). Так постановил исполком Казахстанской федерации футбола (КФФ).

Это решение не стало неожиданностью – все шло к тому, что игра миллионов будет жить на территории единого экономического пространства по тем же правилам, что и любая другая сфера трудовой деятельности. Особенно после того, как Российский футбольный союз (РФС) еще в марте 2019 года избавил от ярлыка «легионер» игроков из ЕАЭС. По сути, решение КФФ – ответная вежливость. 

Даже немного странно, что с момента принятия четвертой статьи договора «четырех свобод», обеспечивающей в союзе беспрепятственное передвижение товаров, услуг, капитала и рабочей силы, до применения ее к футболу прошло более пяти лет. 

Как и во всех жизненных сферах, нововведение разделило спортивное сообщество на согласных, противников и тех, кто еще не определился со своим мнением, а ждет развития ситуации. У каждой стороны есть свои весомые аргументы, даже у «флюгеров» – чтобы после иметь возможность быть причастными к правым. 

В чем суть

В КПЛ действует лимит на легионеров, согласно которому в заявке каждой команды на сезон может находиться не более восьми иностранцев. При этом непосредственно на поле ограничения более жесткие – одновременно разрешается появление максимум шести «варягов». Примечательно, что 15 октября Казахстанская федерация оставила без изменений эту статью регламента, так что, на первый взгляд, все осталось по-прежнему. Однако в действительности клубы нашей премьер-лиги уже в зимнее мезсезонье могут измениться до неузнаваемости.

Суть реформы заключается в том, что отныне легионером будет считаться любой футболист, не являющийся гражданином Казахстана либо гражданином любой из стран, входящих в ЕАЭС. Заявочный лист клуба Премьер-лиги теперь будет включать в себя, как минимум, двенадцать мест для воспитанников казахстанского футбола и не более восьми позиций для зарубежных игроков. Оставшиеся десять мест в заявке на сезон могут занимать либо воспитанники, либо футболисты любой из стран ЕАЭС на усмотрение клуба. Что касается ограничений на поле во время игры, то таковое будет только одно – не более шести легионеров. Другими словами, игроки из России, Беларуси, Армении и Кыргызстана в казахстанских клубах теперь полностью уравнены в правах с казахстанскими футболистами.

Плюсы

От новшества в первую очередь могут пострадать те, кого нанимали на работу исключительно благодаря наличию казахстанского гражданства. Так называемые «паспортисты» – одна из главных бед нашего футбола. Местные футболисты, в особенности молодые, пользуются сложившимся положением и с помощью своих агентов вешают на себя непомерно дорогие ценники, абсолютно не соответствующие уровню их мастерства. 

А клубы в условиях довольно жесткого лимита вынуждены пополнять свои ряды казахстанцами, без которых сформировать состав на игру не представляется возможным. Высококлассных исполнителей у нас наперечет, и подавляющее большинство из них аккумулировались в сильнейших командах страны – «Астане», «Кайрате», «Ордабасы» и «Тоболе». Остальным же приходится «лепить» из того, что осталось, порой заключая контракты с откровенным «неликвидом». А что делать, если таковы правила?

Теперь же теплые места «паспортистов» с большим удовольствием займут соседи по ЕАЭС, они с радостью поедут в чемпионат Казахстана, где тепло и сыто. А нашим футболистам, которым раньше попадание в состав было гарантировано априори, теперь придется либо повысить к себе требования и согласиться на понижение зарплаты, либо переходить в клубы низших дивизионов, что также приведет к уменьшению их доходов. «Паспортисты» уже не смогут диктовать свои условия, им придется адаптироваться к суровым реалиям рынка.

Минусы

Конкурентная среда – двигатель прогресса, в том числе и в футболе. Однако есть и ощутимый минус. Ни один из игроков из России, Беларуси, Армении и Кыргызстана не сможет стать полноправным казахстанцем – в том смысле, что не будет иметь права представлять честь страны на международной арене, выступать за нашу сборную. Ведь для этого они не должны быть заиграны за свои национальные команды. К тому же, нужных «иностранцев» мы успешно натурализовывали и прежде, никакой лимит помехой тому не был.

Главным тренерам команд Премьер-лиги (среди которых, к слову, иностранцев больше половины) отныне не придется ломать голову над тем, как бы вписаться в лимит. Теперь совсем не обязательно находить пятерых граждан Казахстана для основного состава. Клубный наставник – человек подневольный, перед ним стоят локальные задачи, которые редко пересекаются с интересами сборной, их он вообще не обязан учитывать. Поэтому не стоит удивляться, если со следующего года в матчах чемпионата КПЛ мы не увидим на поле ни одного доморощенного игрока. Шесть легионеров плюс пять граждан ЕАЭС, и никакого нарушения регламента. Смогут ли в таких реалиях развиваться кандидаты в главную команду страны? И будут ли болельщики считать такие коллективы своими, искренне переживать за них?

Другая малоприятная перспектива от решения КФФ непосредственно к мастерству исполнителей отношения не имеет, хотя связана с футболом прочными канатами. Не секрет, что весь отечественный спорт, за редким исключением, находится на государственном финансировании. В Премьер-лиге есть только одна относительно частная команда – алматинский «Кайрат», все другие получают средства из казны. Бюджеты успешно «пилились» и раньше, теперь же у не совсем честных на руку руководителей, агентов и прочих представителей всевозможных интересов игроков будут все условия вывести свою бурную деятельность на новый уровень. В мутной трансферной воде в виде граждан России, Беларуси, Армении и Кыргызстана теперь появилась гораздо более крупная рыба, чем «паспортисты».

Чего ожидать

Если взглянуть на приведенную таблицу, то может показаться, что игроки из ЕАЭС не делают погоду в отечественном футболе. Всего одиннадцать человек, распределенных по семи командам. При этом две из них – «Атырау» и «Актобе» – по итогам сезона покинули высший дивизион, а из «Кайрата» ушел белорус Сергей Политевич. Казалось бы, влияние представителей этих стран на развитие футбола у нас в стране совсем незначительное. Отчасти это правда, но так было в уходящем году, в 2020-м ситуация в корне изменится, тут двух мнений быть не может. 

Что дадут нам новые правила, будет ясно уже по ходу следующего сезона. Возможно, «нелегионеры» помогут нашим клубам успешнее выступить в еврокубках. А может быть, сборная Казахстана рухнет со своей 121-й позиции в рейтинге ФИФА еще ниже. Запасаемся терпением и ждем.

inffootball.png

banner_wsj.gif

484 просмотра

Каким будет спорт в будущем

Пять спортивных дисциплин, чья популярность растет

Иллюстрации: Kyle Hilton

Кибатлон

Кибатлон – это международное спортивное соревнование для спортсменов, которые используют бионические протезы или другие механические устройства, заменяющие потерянные или безвозвратно поврежденные части тела. Проходит это соревнование раз в четыре года. Участники Кибатлона – люди с ограниченными возможностями, которые состязаются друг с другом, используя робототехнику, экзоскелеты и другие технологии. На одном из соревнований участники использовали силовой протез для того, чтобы нарезать хлеб, надеть толстовку с капюшоном и вкрутить лампочку. При помощи мозг­компьютерного интерфейса в гонках онлайн­аватаров участвуют даже парализованные люди; по подключенным к голове участника проводам сигналы мозга передаются на компьютеры, что и обеспечивает движение аватара. В случае функциональной электронной симуляции велогонки участники с парализованными ногами едут на полурикамбентах, а двигаться их мышцы заставляет ток, проходящий через электроды на коже.

Пока в Паралимпийских играх атлеты с ограниченными возможностями соревнуются в олимпийских видах спорта, кибатлон выступает площадкой для испытаний различных технологий на эффективность. Это место, где молодые компании и исследовательские лаборатории могут продемонстрировать технологии, которые они разработали для людей с ограниченными возможностями. По словам профессора Цюрихского университета по сенсомоторным системам Роберта Райнера, он инициировал эти соревнования для того, чтобы они приносили пользу участникам и служили выставочной площадкой для новейшей робототехники. Первый Кибатлон, в котором приняли участие 66 команд, состоялся в Цюрихе в 2016 году. Во втором Кибатлоне в сентябре прошлого года команд­участниц было уже 96.

im-162483.jpg

Брейк-данс

Брейк­данс возник на улицах Нью­Йорка в 1970­х годах – и покорил всю Америку. Теперь этот вид спорта может появиться в программе Олимпийских игр. В июне прошлого года Международный олимпийский комитет дал предварительное согласие на включение брейк­данса в программу Олимпиады в Париже в 2024 году. Окончательное решение МОК примет в декабре.

На соревнованиях по брейк­дансу танцоры в течение одной минуты выполняют различные элементы на пространстве размером 12 на 12 футов. Судьи оценивают танцоров по их креативности, техничности, оригинальности, музыкальности и личной харизме. Один из самых эффектных элементов брейк­данса – headspin, вращение на голове. Танцор балансирует на собственной голове, зачастую не касаясь руками пола. По данным официальных представителей этого направления в США, ежегодно количество участников соревнований увеличивается на 40%. Наибольший прирост приходится на детей младше 13 лет, говорит Антонио Кастилло, председатель некоммерческой организации USA Breakin, продвигающей этот вида спорта.

«Это очень доступный вид спорта. Вам не потребуется ничего, кроме пола. Некоторые участники соревнования даже не надевают обувь», – отмечает он.

Как правило, выступления проходят под музыку hip­hop, поэтому диджеи и граффити – неотъемлемая часть шоу.

«Этот танец понятен всем, вне зависимости от принадлежности человека к какой­то конкретной расе или религии. Это значительная часть американской культуры», – отмечает Кастилло.

im-162484.jpg

Квиддич

Квиддич – игра в виде комбинации рэгби, доджбола и салок, появившаяся под влиянием воздушных развлечений Гарри Поттера и его друзей­волшебников, уже пользуется популярностью в американских колледжах, а теперь выходит и за их пределы. В квиддич играют две команды по семь игроков на поле длиной в 60 ярдов. Чтобы получить балл, команда преследователей должна забить или забросить квоффл (волейбольный мяч) в одно из трех колец соперника. Это обеспечивает команде 10 очков. Тем временем два игрока используют бладжер – мяч­вышибалу, чтобы вывести оппонентов из игры. Каждая команда также имеет ловца, который пытается поймать снитч – мяч, прикрепленный к поясу бегуна со снитчем, нейтрального участника игры, который старается, чтобы его никто не поймал. Снитч приносит 30 очков, и его поимка означает конец игры. Также игроки удерживают между ног шест длиной 39–41 дюйм – так называемую метлу, это реверанс в сторону произведений Дж. Роулинг, где играют в квиддич, летая на метлах. Впервые эта игра возникла среди студентов Вермонтского Миддл бери­колледжа в 2005 году, а затем распространилась и в других университетах.

Сегодня образованная в 2015 году Старшая лига квиддича является полупрофессиональной лигой в США и Канаде, в нее входят 15 команд по 30 игроков, получающих небольшую стипендию. Кубок США по квиддичу, национальный чемпионат среди любителей, собирает 2–3 тыс. зрителей, говорит исполнительный директор U. S. Quidditch Мэри Кимбэлл. В этом году соревнование пройдет в Чарльстоне, Западная Вирджиния, в апреле. По словам Кимбэлл, одним из современных аспектов этого вида спорта является то, что в США нет отдельных лиг для мужчин и женщин.

«Это позволяет спортсменам разной комплекции и уровня подготовки выступать вместе», – отмечает она.

im-162551.jpg

Подводный хоккей
 
По сути это обычный хоккей, только под водой. Игра, где площадкой служит плавательный бассейн, аналогична хоккею на льду, когда при помощи клюшек игроки пытаются забить шайбу в ворота. Однако в хоккее под водой нет вратарей, вместо ворот с сеткой здесь лоток девять футов длиной, клюшки всего 11 дюймов, а форма игроков – это лишь ласты и дыхательная трубка. В каждой команде шесть игроков, которые остаются под водой на период от 15 до 30 секунд, а сама игра состоит из двух таймов по 15 минут.

«Популярность хоккея под водой постоянно растет», – говорит Тристан Рейнард, директор мирового чемпионата по этой дисциплине при Международной федерации подводных видов спорта.

К примеру, о своем участии в Чемпионате мира в австралийском Голд­Косте в июле заявили 52 команды из 19 стран. Сама игра, которая изначально называлась octopush, была изобретена в Великобритании в 1954 году для того, чтобы ныряльщики не теряли физическую форму в зимний период. Большая часть игры проходит под водой, что мешает болельщикам наблюдать за игрой и сдерживает распространение этого вида спорта. Организаторы соревнований пытаются решить проблему при помощи камер (в том числе и мобильных), размещая их над и под водой. Трансляция игры ведется онлайн, также фанаты могут следить за хоккеем на большом экране. Более совершенные подводные камеры и онлайн­трансляция обеспечили рост популярности этого вида спорта, и он был включен в программу Игр Юго­Восточной Азии 2019 года, рассказывает Рейнард. 

im-162481.jpg

Гонки дронов

Профессиональный дрон­рейсинг, возникший в 2016 году в США, пожалуй, не является мейнстримом, однако число его поклонников растет.

Телеканалы NBC и NBC Sports начали трансляции с гонок Drone Racing League в прошлом году и, по данным лиги, первые четыре сезона гонок DRL посмотрело свыше 100 млн человек. На этих гонках специальные гоночные дроны – они построены самой лигой и имеют обычно 10 дюймов в диаметре – носятся по кругу со скоростью 90 миль в час. Пилоты при этом используют очки, которые, благодаря закрепленным на дроне камерам, позволяют им наблюдать за полетом от первого лица. Обычно продолжительность гонки – около одной минуты. Дроны подсвечены разными цветами (каждый цвет соответствует отдельному пилоту), чтобы зрители могли их видеть. Пролетая через прямоугольные ворота и другие препятствия, дроны во время гонки двигаются по озаренному неоновым светом маршруту вокруг трибун со зрителями. На подобных мероприятиях некоторые фанаты надевают очки «от первого лица», чтобы наблюдать за полетом дронов. Для этого им нужно подключиться к каналу понравившегося пилота – и в итоге зрители могут видеть то же самое, что и сами участники гонок. По словам основателя и руководителя Drone Racing League Николаса Хорбачевски, такой микс цифровых технологий и реальности придает зрелищу особый эффект. 

«Наши фанаты называют это видеоигрой в реальной жизни», – говорит он.

Пилоты DRL, призовые которым оплачивает лига, на этом спорте вполне могут зарабатывать себе на жизнь. Раньше победители получали шестизначные зарплаты, что позволяло им выступать и в следующем году, сообщают в лиге. Не исключена и поддержка спонсоров. Основное препятствие к росту популярности этого вида спорта – некоторым зрителям порой сложно уследить за высокоскоростным полетом маленького дрона.

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif