Перейти к основному содержанию
826 просмотров

Кто пытается «нажиться» на успехе паралимпийской чемпионки

Интервью с Зульфией Габидуллиной

Фото: Виктор Барбаш

Что значит для нее спорт, как паралимпийцы решают финансовые вопросы и как к ним относится государство – об этом и многом другом в интервью «Курсиву» рассказала чемпионка Зульфия Габидуллина.
 
– Зульфия, Ваш спортивный стаж составляет более 25 лет. Трудно было в самом начале, когда приходилось искать деньги на выезды? 

– К счастью, нас эти проблемы не сильно беспокоили, так как наши поездки на соревнования финансировались через областное управление физической культуры и спорта. Но был период, когда нам приходилось выезжать на соревнования за свой счет. Нам тогда так и говорили: «Если вы хотите ехать, то придется за все платить самим, в бюджете денег нет». И я ехала, если соревнования проводились в Алматы или Шымкенте. Даже к спонсорам не обращалась. Помню, меня отговаривали, но я все равно ехала, чтобы попробовать свои силы. И также старалась не пропускать ни одного соревнования, которые проводились раз в четыре года. 

Вот где неописуемые эмоции! А в период подготовки к ним переживаю, читаю специальную литературу, усиленно тренируюсь, чтобы прийти в наилучшую спортивную форму. Причем довольно долгое время я обходилась без тренера, занималась самостоятельно. 

В общем, то, что я вложила в себя сама, теперь возвращается в виде таких своеобразных дивидендов. Если одни считают спорт стилем жизни, другие – способом зарабатывания денег, кто-то ставит его в один ряд с политикой, то для меня это работа. Она состоит из рабочего дня и определенных обязательств. У меня есть спортивная заработная плата. И если раньше я занималась спортом для того, чтобы поддерживать мышечный тонус в рамках реабилитационных мероприятий, то сегодня это моя ежедневная работа – в партнерстве с моим тренером Саттаром Бейсембаевым, который ведет меня с 2007 года. 

– Какие у Вас еще имеются обязанности помимо спорта и тренировок?

– Я являюсь исполнительным директором областной ассоциации инвалидов-колясочников. В основном эту работу провожу по телефону. Иногда подключаюсь к благотворительным проектам. 

– Много людей обращается за помощью?  

– Очень много. И в основном все просят оказать материальную помощь. Честно признаться, я никогда не думала, что ко мне буквально выстроится очередь из просителей подобного рода. Причем одни просто просят деньги, а некоторые считают, что я обязана поделиться с ними. Но приходят постоянно, мой адрес знают все, номер моего телефона добывают правдами и неправдами. Один товарищ пришел в ассоциацию и представился журналистом. Ему дали мои контакты. 

Поэтому теперь я предельно внимательно отношусь ко всем обращениям и просьбам. Хотя в самом начале, после получения положенной мне за победу премии, я рассталась благодаря таким просителям с немалой суммой денег. 

– Вы не пробовали обзавестись помощником, который бы отсеивал желающих поживиться за Ваш счет?  

– Зачем? Я и сама сейчас справляюсь с этим. Тем более что давно приняла решение не давать деньги кому попало. Как бы ни просили и какие бумаги ни подсовывали. А свою благотворительность направляю тем, кому действительно нужна помощь. 

В последний раз стала Дедом Морозом для девочки из многодетной семьи, которая оставила свое письмо на «елке желаний» в одном из городских супермаркетов. Мы с дочкой покупали там продукты, и я решила исполнить детскую мечту. Попалось письмо девочки, которая просила у Деда Мороза куклу с длинными волосами, розовую курточку и розовую шапочку. Вроде бы ничего сложного. Куклу мы купили в том же супермаркете. 

А вот дальше начался настоящий квест, так как розовую куртку на семилетнюю девочку мы не смогли найти ни в одном магазине города. Позвонили ее родителям и спросили, можно ли вместо розовой куртки подарить красную? Оказалось, ребенок любит носить только розовую одежду. Но все-таки нашли мы эту куртку. Когда вручали подарок, убедились, что семья многодетная и действительно малоимущая. Но постоянно поддерживать я их не могу. У этих детей есть отец, который сам должен заботиться о них. Это теперь мое убеждение. 

– Зульфия, а как Вы относитесь к спортивному бизнесу? 

– Я знаю, что в профессиональном и любительском спорте деньги могут играть какую-то решающую роль. Но в нашем спорте действуют другие правила. Мы ведем исключительно честную борьбу, так как все находимся в равном положении. 

Сегодня я считаюсь сильнейшей в своей спортивной категории, а завтра меня обойдет кто-то другой, и это будет совершенно чистая победа. Но я все же надеюсь, что в Токио покажу себя с самой лучшей стороны. 

– У Вас была возможность заняться тренерской работой? 

– Да. Но для этого мне бы пришлось оставить свои тренировки. А я пока не хочу отказываться от участия в ответственных спортивных соревнованиях. Но в будущем я обязательно наберу свою группу, чтобы растить чемпионов.  

– А у тренеров заработная плата хорошая?  

– Я не скажу про других, но в паралимпийском спорте тренеры получают очень скромную зарплату. В каждом районе устанавливают свою ставку, но она не превышает минимального размера заработной платы. Где-то тренеры работают на полставки, в итоге у них выходит чуть больше 20 тыс. тенге. Но они все равно занимаются с инвалидами. 

У нас к паралимпийцам долгое время отношение было, мягко сказать, пренебрежительное. Лишь в последнее время мы начинаем видеть положительные изменения. Но даже сейчас, когда идет подготовка к Олимпиаде в Токио, на олимпийцев выделяется больше денег, чем для нас. К примеру, всего годового бюджета, который нам определили, хватит только на разовый выезд по одному виду спорта на международные соревнования. А чтобы  одного спортсмена свозить за рубеж, необходимо 1,5–2 млн. тенге. Сюда входят дорога, проживание, питание, предстартовые взносы. А в паралимпийский спорт входит 26 видов. 

И всех спортсменов необходимо вывозить на соревнования и турниры, показывать достижения. Так что нам приходится нелегко показывать и доказывать, что мы что-то можем и умеем. Но тем, кто состоит в республиканской команде, легче. Другим же нужно искать спонсоров, обращаться в профессиональные спортивные клубы, чтобы получить финансирование. 

– Но ведь Вы регулярно привозите медали и кубки. Неужели это не показатель? 

– Должна сказать, что олимпийская медаль ценится выше, чем паралимпийская. Это факт. То же самое касается и игр. Мы пропускаем важные промежуточные турниры лишь из-за того, что в бюджете нет денег. Нас финансируют только по основным нуждам, чтобы мы заняли предстартовые позиции. Такая ситуация сложилась и в плавании, и в легкой атлетике, и в настольных играх.  

– В чем же причина? Проблема имеет местный характер или вопрос необходимо адресовать Министерству культуры и спорта РК? 

– Конечно, Минкультспорта. И все из-за того, что в Законе РК «О физической культуре и спорте» понятие «паралимпийский спорт»  появилось лишь в 2017 году по инициативе Республиканского паралимпийского комитета. Эта организация делает очень много для нас, и я думаю, что в скором времени паралимпийцы в нашей стране будут стоять на одной позиции с участниками Олимпийских игр.

banner_wsj.gif

954 просмотра

Сколько известные атлеты зарабатывают на торговых марках их имени

Выбрали наиболее яркие примеры спортсменов, которые монетизировали свою популярность

Коллаж Kursiv

Всемирно известное имя и народная любовь помогают спортсменам зарабатывать за пределами футбольного поля, теннисного корта или баскетбольной площадки. 

Кофе Pele

«Короля футбола» можно считать пионером в брендировании собственного имени среди спортсменов. Еще будучи действующим футболистом, Эдсон Арантис ду Насименто обнаружил в себе коммерческую жилку и занялся кофейным бизнесом. Пеле предложил использовать свое имя бразильской компании Cacique, которая занималась выпуском бодрящего напитка, но дела ее шли ни шатко ни валко.

Контракт между спортивной легендой и производителем кофе был заключен в 1972 году, что принесло огромную финансовую пользу обеим сторонам соглашения. Бренд Cafе Pele совершенно не нуждался в раскрутке, оборот компании мгновенно вырос, и быстрорастворимый кофе «Пеле» столь же быстро завоевал как внутренний, так и мировой рынок. А сам трехкратный чемпион мира стал очень богатым человеком – спонсорский договор принес прибыль в размере $70 млн. И до сих пор с каждой проданной банки напитка «Королю футбола» капает процент.

Кроссовки Air Jordan

В начале 1984 года, еще задолго до того, как лучший баскетболист всех времен завоевал свой первый из шести чемпионских перстней НБА, фирма NIKE заключила с Майклом Джорданом контракт на создание именного бренда спортивной обуви. Специально для него был выпущен пробный экземпляр, и уже через несколько месяцев кроссовки Air Jordan были запущены в серийное производство.

Изначально их розничная цена составляла $100, сейчас в продаже есть модели стоимостью до $2 тыс. В настоящее время бренд Air Jordan спонсирует и экипирует 21 игрока Национальной баскетбольной ассоциации. Что касается «Его Воздушества», то Джордану пожизненный именной контракт с NIKE приносит ежегодно $100 млн чистой прибыли.

Бейсболки RF

Тот же самый NIKE в 2006 году начал результативное сотрудничество с одним из лучших теннисистов в истории Роджером Федерером. Американская компания заключила со швейцарцем долгосрочный индивидуальный контракт, и мир увидел новую монограмму RF, которая стала появляться на бейсболках, кроссовках, спортивных костюмах. Товары с инициалами Роджера стали прекрасно продаваться, причем намного дороже, чем без них. Сейчас личный бренд Федерера оценивается в $26 млн. Кроме того, 20-кратный победитель турниров серии «Большого шлема» каждый год вне корта зарабатывает $86 млн благодаря личным соглашениям с такими гигантами, как Credit Suisse, Mercedes-Benz и Rolex.

Носки CR7

Один из величайших футболистов современности Криштиану Роналду не раз заявлял, что по окончании карьеры не видит себя в роли тренера или спортивного чиновника. Известный модник уже давно продвигает на рынке личный бренд CR7, под которым выпускается целая линейка товаров – от носков и трусов до чемоданов и одеколона. С таким сочетанием букв и цифр в 2019 году была открыта и сеть отелей. После ухода из большого спорта португалец планирует полностью посвятить себя раскрутке персонального бренда CR7.

Парфюм David Beckham

Еще одного футбольного щеголя, англичанина Дэвида Бекхэма, к созданию личного бренда подтолкнула жена, экс-солистка группы Spice Girls Виктория Адамс. Вместе они организовали холдинговую компанию Beckham Brand Holdings, которая стала заниматься выпуском различной продукции: стильных мужских костюмов, солнцезащитных очков, элитных сортов виски и даже мужской косметики. Одеколон David Beckham получил признание у профессионалов парфюмерного дела. Правда, в прошлом году бизнес-империя супругов Бекхэм столкнулась с серьезными проблемами, впервые получив убыток, который составил 1,6 млн фунтов стерлингов.

Ресторан TGR

Прославленный гольфист уже давно относится к профессиональному спорту как к хобби. Львиная доля дохода Тайгера Вудса приходится на рекламные контракты и спонсорские соглашения, которые с 1996 года обогатили его на $1,4 млрд. Ежегодно вне зеленого газона Вудс зарабатывает более $30 млн. Десять лет назад американец с филиппинскими корнями основал собственную фирму TW, в 2016-м она претерпела ребрендинг и стала называться TGR. Собственная компания Тайгера занимается близким его сердцу делом – дизайном гольф-полей, ей также принадлежит несколько элитных ресторанов.

Конфеты Sugarpova

До скандала, связанного с допингом, у Марии Шараповой не было отбоя от желающих заключить с ней выгодные спонсорские соглашения. Однако на пике популярности российская теннисистка решила заняться бизнесом, причем довольно неожиданным – она основала фирму по производству сладостей. Обыграв свою фамилию с английским словом sugar (сахар), Мария активно приступила к раскрутке личного бренда, проводя роскошные презентации прямо по ходу теннисных турниров. Перед Открытым чемпионатом США-2013 даже появилась информация о том, что Шарапова заявится на US Open под фамилией Sugarpova. Понятно, что это был всего лишь грамотный PR-ход, но он сработал: прибыль спортсменки от продажи конфет и жевательной резинки после него резко пошла вверх. На запуск бренда Шарапова потратила $500 тыс., каждый год торговля сладостями приносит ей доход в размере $10 млн.

Детская одежда Messi kids

В 2012 году компания Adidas обратилась к Лионелю Месси с предложением организовать собственную марку спортивной одежды. Лидер «Барселоны» без особого энтузиазма воспринял эту идею и собирался отказаться от затеи создания личного бренда. Однако в дело вмешалась жена аргентинского футбольного гения, благодаря которой на свет и появилась детская линия Messi kids. Это одежда для мальчиков и девочек в возрасте от 8 до 13 лет, а также спортивная обувь и аксессуары. Большой прибыли «именной» бизнес чете Месси не приносит, так как Лео сам поставил Adidas  такое условие: с каждой проданной единицы товара на его банковский счет падает ровно один евроцент.

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png