Чем стримеры могут заинтересовать мировые бренды

Названы три условия для заключения контрактов

Фото: предоставлено Qazaq Cybersport Federation

Маркетинг-менеджер HYPERX и один из основателей киберспортивной организации Natus Vincere Олег PRB Булавко в подкасте Qazaq Cybersport Federation рассказал, как казахстанские стримеры могут стать партнерами мировых брендов, интересующихся киберспортом.

Стрим – это современный способ ведения репортажа в прямом эфире с помощью специальных интернет-ресурсов, благодаря использованию которых можно добиться ощущения непосредственно присутствия зрителя на месте событий. Стримы с киберспортивных турниров и матчей сегодня востребованы аудиторией – и именно количество зрителей стримера является, по словам Булавко, главной составляющей интереса сотрудничества с ним со стороны брендов и рекламодателей.

«Первая рекомендация начинающим казахстанским стримерам, рассчитывающим на сотрудничество с брендами – приходить к нам с какой-то своей уже сформированной аудиторией. Она может быть небольшой, 100-200 человек. Меньше бренды не рассматривают, и это нужно понять: бренды – это не благотворительные организации, им тоже нужно как-то монетизировать сотрудничество», - сказал Булавко.

Он отметил, что бренды могут поддержать и начинающего стримера, у которого аудитория еще не сформировалась, но он заинтересовал спонсора какой-то неожиданной идеей. Правда, в этом случае, продолжил эксперт, стримеру не нужно сразу рассчитывать на денежные вливания – HYPERX, к примеру, предлагает в таких случаях бартерные сделки, предоставляя стримеру безвозмездно свое оборудование (компания специализируется на киберспортивной периферии) в обмен на упоминания о себе.

Отметим, что для начинающих стримеров это достаточно выгодное предложение, поскольку качество стримов (и, соответственно, количество их просмотров) зависит не только от профессионализма комментатора, но и от используемого технического оборудования и программы для осуществления передачи игрового процесса в прямом эфире. Булавко подчеркнул, что в истории взаимоотношений брендов и стримеров есть достаточное количество кейсов, когда стримеры, начиная с бартерных сделок, постепенно наращивали аудиторию – и садились на полноценные оплачиваемые контракты.

Вторым условием интереса брендов к стримеру PRB считает регулярность выпуска стримов. Здесь он затруднился назвать какую-то жесткую периодичность выпусков, пояснив, что у разных проектов могут быть разные условия, но общий принцип, по его мнению, таков: зритель должен знать, когда выйдет следующий контент – и он должен его получать в заявленные сроки. Наконец, третьим условием является качество контента, который должен быть не только интересен зрителю и востребован им, но и не содержать каких-то оскорбительных и нелицеприятных вещей, поскольку такой контент несет риски для репутации бренда.

Тем не менее, и здесь бывают исключения: тот же HYPERX сотрудничал с известной российской стримершей Кариной (Кариной Козыревой), имеющей в соцсетях более полумиллиона подписчиков и создавшей в своих стримах образ агрессивной девушки-стримера, не стесняющейся в выражениях и способной во время трансляции заняться приготовлением обеда и его поеданием. Булавко пояснил, что Карина, с которой его компания сотрудничала на краткосрочной основе несколько месяцев, является не примером для подражания, а уникальным исключением из общих правил.

«Она интересная и с хорошими показателями стример, насчет ее агрессивности – у нее достаточно много, скажем так, просветляющего контента, и в целом мы понимаем, что ее вызывающее поведение в стриме – это образ, в жизни она не такая, - сказал представитель HYPERX. – Мы же понимаем, что когда человек экспрессивно выражает свои эмоции, это часть современного стрим-комьюнити, и нам интересно наблюдать за такими экспрессивными личностями».

По словам Булавко, сотрудничество брендов с такими исключениями из правил – это не отказ от общих принципов, а понимание индивидуального стиля конкретного стримера. Так что начинающие стримеры из Казахстана также могут создавать свои эпатирующие фишки в погоне за вниманием брендов, не переступая, однако, красные флажки, к которым относятся, к примеру, оскорбления конкретных людей во время трансляций, заключил эксперт.

 

*партнерский материал

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

Как Узбекистан готовится стать крупнейшим поставщиком украшений в Центральной Азии

В республике запускается производство с объемом выпуска в шесть тонн в год к 2023 году

Фото: Артур Коновалов

В ноябре 2020 года в Узбекистане на заводе ювелирных изделий Gold Moon Tashkent запланирован старт производства с целевым объемом выпуска украшений в 6 тонн в год к 2023 г. Об этом «Курсиву» сообщил директор предприятия Жасур Рузаев. Стоимость проекта – $21 млн. Предприятие со 100% долей госучастия, со слов его руководителя, станет самым крупным в Центральной Азии по мощности производства. Несмотря на заявленные цели, за шесть месяцев этого года в РУз все местные ювелиры официально выпустили только 35,1 кг продукции. Способен ли Узбекистан совершить такой рывок? Сможет ли страна обеспечить внутренний спрос и достойно представить свою продукцию на международном ювелирном рынке, выяснял «Курсив». 

Без лидера 

Главный экспортный продукт Узбекистана – золото. По итогам шести месяцев его продали за рубеж на $2,1 млрд. Это треть всего экспорта республики, однако ювелирные украшения занимают лишь малую часть в доле проданных за рубеж товаров. За полгода 59 кг изделий продали только в Арабские Эмираты на $2,6 млн. В другие страны поставки не осуществлялись.

Снимок экрана 2020-08-06 в 14.53.40_1.png

На фото директор завода Gold Moon Tashkent Жасур Рузаев

В беседе с «Курсивом» зампредседателя Ассоциации ювелирной промышленности «Узбекзаргарсаноат» Нодир Мирахмедов сообщил, что в Ташкенте 60-70% реализуемых украшений привезены из-за границы, остальное выпустили местные ювелиры. В регионах соотношение противоположное: 30-40% – это импорт, а другая часть произведена отечественными ювелирами. В республику завозят изделия из Турции, Индии, России и других стран. Что-то попадает легально, а что-то нет.  

По словам Мирахмедова, потенциал роста для производителей Узбекистана большой, так как, по подсчетам специалистов Ассоциации, годовой объем рынка ювелирных изделий в стране может достигать четырех тонн. Однако сейчас в РУз нет отечественного лидера отрасли. За весь прошлый год, по официальным данным, в республике произвели всего 335,1 кг продукции. 

Законный барьер

Постановлением президента от 2017 года были определены прогнозные параметры производства золотых и серебряных украшений. В 2019 году республика должна была выпустить 1,4 тонны на $34 млн. По словам Нодира Мирахмедова, эти прогнозы не исполнены. Причина – несовершенство законодательства.

фото 1 (1)_0.jpg

На фото Нодир Мирахмедов

Ювелиры в РУз не имели права самостоятельно проставлять пробы на изделиях и продавать свои украшения без посредников, в данном случае магазинов. Отсутствовал доступ к сырью, и они были обязаны учитывать расход драгметаллов на каждом этапе производства и отчитываться за это.

Иностранцы, которые хотели вывезти украшения стоимостью от $5 тыс., сталкивались с бюрократическими барьерами. Для этого, помимо оплаты сбора, надо было заполнять грузовую таможенную декларацию, что занимало от одного до двух дней. По мнению зампредседателя Ассоциации, все это было сдерживающими факторами на пути развития отрасли.   

Поворотный этап  

В мае 2019 года президент Шавкат Мирзиёев подписал указ о реформах в ювелирной промышленности, который, по словам Нодира Мирахмедова, либерализовал всю индустрию и рынок. Производители получили право самостоятельно проставлять пробы на изделиях. Исключены процедуры учета драгметаллов на каждом этапе производства украшений.

Ювелиры теперь могут продавать свою продукцию не через магазины, а самостоятельно. До 1 июля 2022 года местные производители освобождены от НДС и уплаты акциза, и для них открылись новые рынки сырья. Теперь они могут его приобретать в коммерческих банках, на бирже, у старателей и напрямую – у аффинажных компаний. Обязанность заполнять грузовую таможенную декларацию при вывозе украшений от $5 тыс. также исключена. 

Вышли из тени

«Раньше ювелиры занимались производством изделий на «давальческой» основе. Клиент приходил, приносил с собой 10 г золота и просил изготовить серьги или кольцо. Это то, что они могли делать официально. В реальности ювелиры скупали на черном рынке золото ломом, производили из этого украшения и продавали на рынках», – сказал зампредседателя Ассоциации. 

Вместе с либерализацией законодательства участники отрасли Узбекистана стали выходить из тени. 

По данным «Узбекзаргарсаноат», в 2018 году в Узбекистане было 13 юрлиц и 80 частных предпринимателей, которые имели разрешение на изготовление ювелирных изделий. Сейчас в отрасли работают 34 и 126 официальных производителей соответственно. Оптовой и розничной торговлей в 2018 году занимались 114 организаций, а в этом году их число выросло до 449.  

«Нашим потенциальным рынком, скорее всего, станут Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Россия», – сказал Нодир Мирахмедов.

Объем рынка также известен. По подсчетам специалистов Ассоциации, только в Центральной Азии он составляет около 35 тонн.  

Лом важнее золота 

Основатель ювелирного бренда Holmuradov Design Улугбек Холмурадов согласен с тем, что в Узбекистане стало легче вести бизнес в последние два года.

«Чтобы организовать свой ювелирный магазин, раньше нужно было пройти департамент торговли, получить разрешение на право продажи и ежемесячно за это платить. Сейчас всего этого нет. Как следствие, на рынке стало больше торговых точек, и они пытаются продавать что-то интересное», – сказал предприниматель. 

Покупать драгметаллы на бирже и в банках Улугбек Холмурадов пока не пробовал. Он считает, что по-прежнему самый простой способом приобрести сырье – это скупка у населения. Так делают и большинство других ювелиров. 

По данным «Курсива», сейчас золото 585-й пробы у населения скупают по 290 тыс. сумов ($28) за грамм. На бирже этот металл продают только 999-й пробы, и он обойдется ювелиру в $58. Из этого сырья можно произвести изделие любой пробы. Цена драгметалла может меняться в зависимости от стоимости тройской унции на Лондонской бирже. 

Чужие модели 

Говоря о качестве ювелирных украшений в Узбекистане, Улугбек Холмурадов отметил, что местную продукцию нельзя назвать конкурентоспособной.

«Знаком со многими ювелирами, и в большинстве случаев они не знают, что нового предложить потребителю. У них нет художественного образования, нет философии бренда и продаж. Для успешной конкуренции на этом рынке нужно разбираться в дизайне, понимать, что это такое, продумывать его на несколько лет вперед, но у них этого нет. В итоге они просто копируют чужие модели», – отметил предприниматель. 

Учение – свет 

По данным «Узбекзаргарсаноат», сегодня в РУз около 2 тыс. человек имеют квалификацию ювелиров. Это те, кто закончил колледжи или учились у мастеров. 

«Мы проработали с турецкой стороной вопрос обучения наших молодых специалистов на грантовой основе в высших учебных заведениях Турции. Это четырехгодичная программа. Сейчас рассматривается вопрос приема 3-4 кандидатов. Также в эту страну планируют отправить 20–30 ювелиров для повышения квалификации», – сказал зампредседателя Ассоциации. 

По словам Нодира Мирахмедова, это станет новым этапом развития отрасли, которая долгое время находилась в тени. В результате местные ювелиры не получали необходимых знаний, технологий и оборудования. Ассоциация намерена восполнить этот пробел с помощью образовательных программ и выставок.  

Фотографии предоставлены Ассоциацией ювелирной промышленности «Узбекзаргарсаноат».

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

qazexpocongresskz.jpg