11185 просмотров

Четыре обещания Токаева

Законы, которые в той или иной степени должны их реализовать, уже приняты или находятся в стадии разработки

Фото: Akorda.kz

Перевод мирных собраний с разрешительного на уведомительный порядок, введение 30%-ных квот в предвыборных списках партий для женщин и молодежи, появление понятия «парламентская оппозиция» и снижение порога для регистрации партий – все это новеллы законов, подписанных президентом страны Касым-Жомартом Токаевым буквально за последние несколько недель.

Что поменялось в законах и где они почти не меняют сложившийся статус-кво, разбирался «Курсив».

От разрешительного к уведомительному

Еще в сентябре 2019 года, в первом для себя послании народу, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев высказался о митингах. По его словам, местным властям нужно «идти навстречу», если «мирные акции не преследуют цель нарушения закона и покоя граждан». Позднее, в декаб­ре 2019 года, на заседании Нацио­нального совета общественного доверия (НСОД) он выразил свою позицию еще четче: проведение митингов должно носить уведомительный характер.

Министерство информации и общественного развития взялось за разработку поправок в законодательство о мирных собраниях. Подход ведомства к организации и проведению митингов почти ничего не менял и был широко раскритикован. 

Например, из рабочей группы мажилиса парламента вышел директор Казахстанского бюро по правам человека Евгений Жовтис. Он готовил текст законопроекта с 2007 года, и именно этот документ был взят за основу, но окончательный вариант, по его словам, оказался другим. Правозащитник настаивал, что законопроект в предлагаемом виде не защищал права граждан на свободу выражения мнения в общественных местах.

Основные новеллы законопроекта включали следующее: если ранее нужно было подавать заявление в местные исполнительные органы власти, чтобы получить разрешение на проведение митинга, то теперь организатору собрания достаточно уведомить местные власти о планах провести собрание или пикет не позднее чем за пять дней до проведения мероприятия.

При этом места для собраний и митингов местные маслихаты определяют сами, а вот для одиночных пикетов ограничений нет, за исключением мест массовых захоронений или объектов транспортной инфраструктуры.

Кроме того, в законе появилась новая норма – «презумпция в пользу проведения собрания». Это означает, что при отсутствии обоснованных причин для ограничения или запрета на проведение собрания оно может состояться.

Что касается шествий и массовых демонстраций, то их все же нужно согласовывать. Однако новый закон сокращает срок подачи заявления организаторами с 15 до 10 рабочих дней, а срок рассмотрения – с 10 до 7 дней.

Редакцию законопроекта, которая прошла нижнюю палату парламента, критиковали за рубежом, в том числе ООН, Amnesty International, Human Rights Watch и многие другие организации.

В итоге сенат парламента вернул законопроект в мажилис, предложив свои изменения. Например, количество специальных мест для собраний и митингов в городах республиканского значения и центрах областей должно быть не менее трех, а с организаторов собраний сняли обязанность требовать, чтобы участники не скрывали своих лиц, потому как обеспечение общественного порядка – это компетенция органов внутренних дел. Кроме того, сенаторы предложили, чтобы вероятность нарушения работы транспорта или социальной инф­раструктуры не становилась больше причиной отказа в проведении мирных собраний. 

Мажилис предложенные изменения принял, президент подписал закон 25 мая. В своем новом виде законодательство о митингах стало, очевидно, либеральнее, хотя у местных властей осталось еще много законных поводов отказывать в проведении мирных собраний.

Обязательная квота

Новшество, которое казахстанцы увидят на предстоящих выборах в парламент и маслихаты, – это появление 30%-ных квот для женщин и молодежи в предвыборных списках партий.

О необходимости «стимулировать активный приход женщин в политику» и «приход в парламент и местные представительные органы молодежи» Токаев также заявил в декабре 2019 года на заседании НСОД.

Предложенный разработчиком законопроекта – Министерством юстиции – механизм квотирования слишком размыт. Еще в феврале, представляя концепцию документа на Межведомственной комиссии по законотворчеству, вице-министр юстиции Наталья Пан заявила, что право распределения 30%-ной квоты для женщин и молодежи оставляют «определять самим партиям».

Другой вопрос – это вероятность прохода квотированных кандидатов в окончательный состав органов представительной власти. Дело в том, что по закону, например, при подаче списков на выборы в мажилис парламента партии могут их формировать на полный состав нижней палаты.

Допустим, некая партия представила список на 100 позиций, из которых 30%, или 30 человек, составляют женщины и молодежь. Если по итогам выборов партия получит в палате 60 или 70 мест, то квотированные могут остаться за бортом.

Поэтому, похоже, все остается на откуп самим партиям. Сейчас в мажилисе парламента женщины составляют 26% от всего числа депутатов, а в маслихатах страны к началу года они занимали более 22% мест. Поэтому пространство для достижения гендерного равенства в законодательной власти Казахстана остается.

В парламенте появляется оппозиция 

В нижней палате парламента и ранее была оппозиция – это Коммунистическая народная партия Казахстана и Демократическая партия «Ак жол», которые позиционируются как противовес президентской партии «Нур Отан» и создают многопартийность. Правда, в нижней палате у них на двоих 14 депутатских мандатов на 107-местную палату.

Новый закон вводит понятие «оппозиция» в законодательное поле – ранее его не было. Появляется определение «парламентская оппозиция»: это политические партии, представленные в мажилисе, но не входящие в парламентское большинство и, как правило, выступающие по политическим и социально-экономическим вопросам с позицией, которая отличается от парламентского большинства.

Последние поправки в законодательство дают парламентской оппозиции право инициировать как минимум один раз за сессию парламентские слушания и не менее двух раз за сессию – правительственные часы. Кроме того, закрепляется возможность вносить альтернативные законопроекты к правительственным документам, с которыми они не согласны.

Также поправки гарантируют руководителю или представителю оппозиционных фракций право выступать на совместных заседаниях палат парламента, пленарных заседаниях мажилиса, заседаниях комитетов, рабочих групп, парламентских слушаниях и других мероприятиях, которые проходят в парламенте. Лидеры фракций регулярно выступали на подобных мероприятиях и ранее, хоть это и не было закреплено законодательно. 

20 тысяч – для регистрации партии

И последнее важное изменение – снижение порога для регистрации партий с 40 до 20 тыс. человек. Еще в сентябрьском послании народу Токаев заявлял, что видит свою задачу в том, чтобы «содействовать развитию многопартийности, политической конкуренции и плюрализма мнений в стране».

Очевидно, поправка по снижению порога для регистрации партий подготовлена для предстоящих выборов в мажилис и маслихаты, так как они, по словам Касым-Жомарта Токаева, «должны способствовать дальнейшему развитию многопартийной системы в стране».

Изменение законодательства о партиях в его нынешнем виде похоже скорее на косметическое. Главная проблема в регистрации политических объединений, как не раз заявляли общественники, – это сама процедура. По закону для государственной регистрации в составе новой партии должно быть не менее 20 тыс. членов, которые представляют подразделения во всех областях, городах республиканского значения и столице с численностью не менее 600 членов в каждом из них.

Это, по словам политических активистов, остается значительным препятствием для появления новых партий, которые формируются в крупных городах. На начальном этапе своего становления у инициативных групп попросту нет административного ресурса и возможностей охватить все регионы страны. Потому и появление новых зарегистрированных политических движений затруднено. Изменение этого положения закона смогло бы реально преобразовать ситуацию с партийным строительством.

banner_wsj.gif

357 просмотров

В Казахстане впервые ввели гендерные квоты для партийных списков

Позволят ли они активно вовлечь женщин в общественно-политические процессы?

Фото: Аскар Ахметуллин

В Казахстане впервые были введены гендерные квоты для партийных списков. Согласно закону, в стране вводятся квоты в размере не менее 30% для лиц, не достигших 29-летнего возраста, и женщин от общего числа включенных в список лиц для регистрации кандидатов в депутаты мажилиса и маслихата от одной политической партии.

«Для введения данных квот существует комплекс причин», – говорит эксперт ИМЭП при Фонде Первого Президента РК Айман Жусупова. Во-первых, Казахстан, декларируя свое намерение войти в число развитых стран, должен обеспечивать представительство женщин во власти. Так, Казахстан ратифицировал Конвенцию по ликвидации всех форм дискриминации женщин. В 2019 году ООН рекомендовал Казахстану пересмотреть Концепцию семейной и гендерной политики с целью установить 50%-ную квоту представленности женщин во всех сферах жизни.

Во-вторых, сегодня в стране очевидна активизация женских движений – все чаще выступают многодетные матери, есть движения против насилия над женщинами, а также молодежь в целом более четко стала заявлять о своих проблемах. Увеличение представительства женщин и молодежи в политике позволит вынести на обсуждение, повысить эффективность решения про­б­лем, важных для этих категорий населения, считает эксперт.

На сегодняшний день мажилис парламента РК представлен 104 депутатами, среди них 27 женщин (на момент выборов в 2016 году их было 29), соответственно, доля женщин-депутатов составляет 26%.

По данным Института общественной политики, в маслихатах в среднем по стране 22% женщин депутатов – они занимают 740 из 3335 мест. При этом статистика по регионам сильно различается. Наиболее высокий уровень участия женщин в маслихатах наблюдается в северных регионах страны: в Костанайской области – 31,23%, в Павлодарской области – 29,13%, в СКО – 28,57%.

Самые низкие показатели в южных регионах. В Туркестанской области доля женщин – депутатов маслихатов составляет 5,24%. В городе Шымкенте и Кызылординской области – 10,34% и 14,29% соответственно.

«Женщин у нас среди избирателей 52%, молодежи среди избирателей 17%, то есть обе эти группы суммарно набирают примерно 60% избирателей, а может, и больше», – говорит политолог Марат Шибутов. Он добавляет: «У нас парламент и маслихаты – это государственные органы, которые представляют интересы населения. Может ли мужчина в возрасте 55 лет (средний депутат мажилиса) хорошо представлять интересы молодых женщин? Конечно, есть такая возможность, но в целом там есть много недопонимания, большая разница в восприятии, и поэтому шансов маловато. Поэтому и надо, чтобы эти категории получили своих представителей в законодательной власти на всех уровнях».

Шибутов отмечает несколько положительных моментов введения квот для женщин и молодежи. Во-первых, формирование новых списков заставит политические партии подтягивать вверх эти категории, а потом и давать им места в случае выигрыша. Во-вторых, это сразу ставит вопросы об организации внутри партий соответствующих подразделений – женского и молодежного крыла. В-третьих, это будет влиять на предвыборную программу партий – надо будет вносить соответствующие установки и лозунги, это фокусирует на них внимание и ресурсы. Выборы покажут, насколько население поддерживает новую повестку.

«Сегодня сложно однозначно сказать, как изменится повестка дня в связи с введением гендерной квоты», – говорит Айман Жусупова. Она отмечает ряд ограничений, связанных с введением системы квот в текущих реалиях. Во-первых, 30%-ная квота для регистрации партийного списка не является гарантией того, что она будет соблюдена при распределении мандатов. Политическая партия уже самостоятельно будет решать, какое количество мандатов отдать такой категории. Во-вторых, соотношение обеих категорий в списках той или иной партии будет всецело зависеть от ее руководства. Некоторые депутаты отмечают, что молодежь не имеет достаточного профессионального и жизненного опыта для того, чтобы заниматься законотворческой деятельностью, полноценно осознавать глубину обсуждаемых проблем и последствия принимаемых решений.

Более того, женщины и молодежь должны представлять ту или иную политическую партию, что отсекает от участия в парламентских выборах большое количество молодежи и женщин, которые не являются членами партий.

Тем не менее на текущий момент введение квоты – это, конечно, положительный шаг, считает эксперт. Это позволит вынести на обсуждение проб­лемы, касающиеся женщин и молодежи, более четко, с пониманием истинного положения вещей. «В то же время важно, чтобы кандидаты действительно отражали чаяния и проблемы представляемой категории, были нацелены на их решение», – отмечает Жусупова.

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg