Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


6517 просмотров

Экс-министр МВД Грузии и Украины Хатия Деканоидзе: «Всякие перемены требуют одного очень серьезного ингредиента – политической воли»

Экс-министр МВД Грузии и Украины Хатия Деканоидзе рассказала о своем опыте участия в строительстве «идеального государства»

Экс-министр МВД Грузии и Украины Хатия Деканоидзе: «Всякие перемены требуют одного очень серьезного ингредиента – политической воли»

Экс-министр МВД Грузии и Украины Хатия Деканоидзе: «Всякие перемены требуют одного очень серьезного ингредиента – политической воли»

Экс-министр МВД Грузии и Украины Хатия Деканоидзе рассказала о своем опыте участия в строительстве «идеального государства». Гостья евразийского медиафорума-2018 – политический деятель Грузии и Украины Хатия Деканоидзе – помимо учебы в Тбилисском госуниверситете, получала образование под эгидой Центрально-европейского университета и Корпорации RAND. Она является одним из авторов полицейской реформы в Грузии, на Украине и в Молдове, цель которой – искоренить коррупцию в правоохранительных органах.

– Хатия, у Вас уникальный опыт работы в правительстве двух стран. Для нашей страны вопрос борьбы с коррупцией, надо признать, весьма важен. Расскажите, пожалуйста, все ли у Вас получилось, что было задумано.

– Я родилась в Советском Союзе, и мы все помним, какое наследие после его развала осталось в постсоветских странах. Честно говоря, ситуация в Грузии была ужасной, потому что в западной прессе ее называли fail state – несостоявшимся государством. В чем заключалось понятие fail state? Коррупция была везде – начиная с низших слоев и заканчивая министрами, премьером и главами государства. Грузинский народ жил очень бедно, доверия к государственным институтам не было. Я не буду рассказывать про «революцию роз», поскольку все хорошо помнят эти события. Но в 2003 году после нее у нового правительства был выбор – либо вытащить страну из болота, которое нас засасывало очень серьезно, либо сделать так, чтобы оставить все как есть, и тогда Грузия как страна, пропала, умерла. Мы сделали свой выбор. И с 2003 года до выборов 2012 года, я думаю, что это был тот период, когда было создано современное грузинское государство без коррупции, с хорошими государственными институтами, с полицией, с современными технологиями, сервисами.

Самое же главное то, что во время всей этой декады появилось новое поколение, которое действительно не знает, что такое коррупция. Так, ровесники моего сына (сыну Хатии 19 лет, в марте прошлого года он был задержан по обвинению в незаконном приобретении и хранении наркотиков, за что ему грозило от 5 до 8 лет лишения свободы, но он пошел на сделку с прокуратурой взамен на условное наказание. – «Къ») и даже более старшие молодые люди, которые попали в университет без коррупции, уже не знают, как платить полиции и так далее. Когда я работала на Украине, сын спрашивал, почему в стране такие проблемы, которых нет у нас, в Грузии, потому что его поколение не понимает этого. Так что я думаю, самое большое наше достижение – это то, что выросло такое поколение, и у нас будет новый политический класс подобно тому, как мы появились в 2003 году, когда нам было по 25-30 лет, а президенту – 36 лет.

Часто спрашивают, почему получилось у Грузии. Почему это трудно сделать на Украине и в других странах? Я сама работала на Украине – это замечательная страна, замечательные люди. И у нас там что-то получилось. Например, полицейская реформа, создание антикоррупционного бюро. Но я должна сказать, что всякие перемены требуют одного очень серьезного ингредиента – политической воли. Если нет политической воли что-то поменять, ввести командную работу, упорядочить законодательство, внедрить нулевую толерантность к коррупции, посадить коррупционеров, то, конечно, ничего не получится. Часто говорят, что Украина большая, а Грузия – маленькая. Размеры никакого значения не имеют. Да, конечно, огромная страна, но если бы была политическая воля, то это было бы реализовано.

- Тем не менее создается ощущение, что это «эксперимент в пробирке», то есть, под хорошим контролем Запада.

– В чем же это эксперимент? В том, чтобы создать современное государство без коррупции?

– Но кроме Ли Куан Ю и Грузии, по-моему, ни у кого не получилось…

– Получилось и у прибалтов. У них тоже была политическая воля. Это зависит от нее и от командной работы. Какими должны быть обязательства у правительства – посадить всех коррупционеров, победить криминал, принять законодательство по организованной преступности? А что касается Запада, то это миф: «Запад за все платил…». Никто ни за что не платил. Я это очень хорошо помню, потому что мы сами закупали новые машины для патрульной полиции и новую форму. Когда перестала существовать «теневая экономика», когда уменьшились налоги, когда бизнес начал дышать, когда не было никаких инспекций (проверяющих органов. – «Къ»), которые просто отнимали деньги, тогда все заработало. Если в 2003 году у нас было 80 тысяч налогоплательщиков из бизнеса, то в 2008 – уже 250 тысяч.

А если бюджет у страны есть, и он пополняется за счет налогоплательщиков, тогда появились и зарплаты для полиции, судей, и средства для приобретения новых машин, появилась абсолютно новая армия.

Это удалось благодаря и экономическим реформам, и либерализации. Например, если в 2003 году было более 140 видов налогов, то их количество снизили до семи. Мы перешли на так называемый e-fill – цифровое заполнение деклараций, более эффективной стала и работа таможенных служб с онлайн-декларированием, созданы новые пропускные пункты.

– Много за эту декаду посадили?

– Честно говоря, не помню. Но скажу одно: посадили где-то 27 «воров в законе», которые были в Грузии (Закон «Об организованной преступности и рэкете» вступил в силу в Грузии в декабре 2005 года. Тогда же в УК появилась новая статья – 223-1 (членство в воровском сообществе, «вор в законе»); в 2009 году портал Slon.ru писал о 45 арестованных «авторитетах». – «Къ»), но около 80% сбежали в Россию. Также посадили нескольких министров. Например, министра энергетики, который продавал электроэнергию другим странам, а грузинам не оставлял ничего. После этого оказалось, что у нас и нет дефицита. Был посажен руководитель контрольной палаты и другие.

– Вы наверняка отслеживаете текущую ситуацию в стране. Ваши достижения сохранились?

– Вы знаете, что произошло в 2013 году. К сожалению, нас победили. Этот человек – олигарх, который заработал очень много денег в России, является акционером «Газпрома». И, честно говоря, он – удобный человек для России, с которой мы в не очень хороших отношениях, поскольку часть нашей территории до сих пор оккупирована, как и в истории с Украиной. Олигарх Иванишвили (нынешний президент Грузии Георгий Маргвелашвили выдвинут коалицией Бидзина Иванишвили «Грузинская мечта». – «Къ»), который после года правления и пребывания на посту премьер-министра ушел в «тень» и сейчас является неформальным лидером.

Сейчас снова есть откат в наших достижениях. Есть и коррупция в высших слоях, чувствуется, что страна не развивается, потому что – и это самое главное – уменьшился экономический рост. Но хочу сказать, что есть какие-то институты, которые работают. Например, полиция. Люди уважают ее, тогда как ранее этого не было. Ее ненавидели.

Отмечу, что самая главная ошибка, которую допускают правительства, которые не хотят что-то менять, – это когда они говорят, что коррупция – это ментальная проблема. Нам всегда говорили, что грузины – это самый коррумпированный народ, воры и так далее. Нет. Когда грузинам сказали, что если будете давать или брать взятки, то будете арестованы на 15 лет, – они перестали это делать. Так что коррупция – не ментальная проблема.

И я не согласна со словами, что коррупция – это ментальная проблема Украины. Украинцы – самые законопослушные замечательные, образованные люди, которых я видела.

– Какие проблемы Украины могут быть решены прямо сейчас?

– Сейчас очень важно, чтобы был создан антикоррупционный суд, потому что уже работают антикоррупционное бюро (НАБУ), антикоррупционная прокуратура (САП), чтобы продолжить работу по этому направлению. Правда, ситуация очень сложная, потому что в 2019 году предстоят президентские выборы. Эти люди, которые сейчас правят страной, во власти уже давно. Они были и при Кучме. Конечно, среди них есть нормальные люди, но я думаю, что нужна новая политическая элита, как это было в Грузии.

– Как Вы попали в правительство Саакашвили?

– Это было в 2004 году, когда новое правительство поменяло и сократило весь госаппарат, уменьшило бюрократию. При этом оно начало приглашать новых молодых профессионалов, у которых было хорошее западное образование. Пригласили не только меня, но и всех моих друзей, которые окончили Гарвард, Принстон, учились в Штатах, в Европе, работали в Грузии в международных проектах и неправительственных и правозащитных организациях.

Я тогда работала в проекте RAND Corporation по безопасности, поскольку моя первая профессия – международные отношения и право. И у меня никого не было, чтобы кто-то за меня «замолвил слово». Мои родители – обыкновенные инженеры. Я работала с 16 лет для того, чтобы обеспечивать свою сесмью. Мне позвонили и сказали, что со мной хочет встретиться секретарь Совета безопасности. Я сначала подумала, что это так шутит мой младший брат, который раньше уже так делал. Но когда мы встретились, мне сказали, что собирается новая команда. Я начала работать главой администрации министерства безопасности, а потом стала главой администрации министерства внутренних дел, когда объединили два ведомства.

Мы хотели помочь стране, помочь Грузии выбраться из болота. И я горжусь сейчас тем, что была частью всего этого. Я также горжусь тем, что была частью каких-то перемен на Украине. У меня такая судьба – я знаю почти всех полицейских двух стран.

– Какой отношение сейчас в Грузии к вашей команде?

– Прессуют нашу партию «Единое национальное движение» (лидер – Михаил Саакашвили. – «Къ»). У нас есть политические заключенные – это бывший премьер-министр (Иване Мирабишвили, бывший три месяца премьером, затем 7,5 лет возглавлял МВД. Задержан в 2013 году по обвинению в подкупе избирателей, присвоении и растрате чужого имущества и злоупотреблении служебными полномочиями, насильственном разгоне оппозиционных митингов в центре Тбилиси и т. д. – «Къ»), министр обороны (Бачана Ахалая. В 2018 году суд признал бывшего министра виновным в организации пыток, организации насильственных действий сексуального характера, злоупотреблении служебными полномочиями, служебном подлоге и организации присвоения или растраты в крупном размере, и приговорил к 9 годам лишения свободы. – «Къ»), генерального прокурора (против Зураба Адеишвили, занимавшего посты генпрокурора и главы Минюста в Грузии и советника правительства Украины возбуждено несколько уголовных дел. Он подозревается в присвоении чужого имущества, в организации пыток и участии в них, сейчас он проживает на территории Украины. – «Къ»), против Михаила Саакашвили возбудили пять дел. Прессовали, вызывали на допросы активистов, арестовали полицейских, которые принимали участие в спецоперациях против российских разведчиков. Я чувствую прессинг каждый день, когда нахожусь в Грузии. Но надо бороться для того, чтобы вернуть свою страну на путь развития. Это «совок» – когда прессуют политических оппонентов. И моя мечта, чтобы вообще исчез Советский Союз из нашей жизни.

– О чем вы говорите? Активисты референдума за независимость Каталонии либо сейчас задержаны, либо в бегах…

– Я бы сказала, что это другое. Например, если помните, у нас большая проблема с оккупированными территориями – Абхазией и Южной Осетией. И уже нет целостности Грузии. Этот процесс начался в начале 90-х: была первая Чеченская кампания, потом Абхазия, потом Карабах, потом вторая Чеченская. Честно говоря, сепаратизм надо наказывать. Потому что суверенитет и свобода – это самое важное для государства. Какая тут Каталония – у нас была война с Россией в 2008 году. Это сосед, который считает, что ему все позволено, и особенно позволено вмешиваться в дела суверенных государств.

– Вы тогда еще работали в министерстве?

– Да, я была ректором полицейской академии. Я очень хорошо помню те дни августа. У меня было несколько дней отпуска, мне позвонили и сказали, что нас бомбят. Нас начали бомбить еще в июне-июле. Я оставила сына в США и приехала назад. Я ехала через Стамбул в Баку, потому что не было прямых рейсов в Тбилиси. И когда люди услышали о том, что я хочу в Грузию, они постарались помочь, чтобы я добралась до страны. Я долетела до Баку, а оттуда на машине – в Тбилиси. Это очень жутко, когда видишь в 15 км от города русские танки.

– Как Вы попали в правительство Украины?

– Меня пригласили после Майдана, «революции гидности». Они пригласили не только грузинских реформаторов, потому что Грузия была такой моделью в нашем регионе. Были привлечены балты из Латвии, Эстонии и поляки, и граждане США, и Канады. Я работала тогда в Киеве в американском проекте, который заключался в создании модели нового набора комплекса мер для новых полицейских без коррупции. Это был проект новой патрульной полиции, когда ликвидировали гаишников. Это был проект Госдепа. И в ноябре 2015 года поступило предложение: «Мы ищем нового главу полиции, а у тебя нет никаких политических и бизнес-интересов в стране». Поначалу я не соглашалась, потом стало интересно, потому что для меня это не было работой ни в Грузии, ни на Украине – это была миссия. У меня было высокое чувство responsibility, что я работаю во благо народа, а не для государства или чиновников.

– И как сейчас с полицией на Украине?

– Говорят, работает. Полагаю, что в таком деле полуфабриката не бывает, и ребята – молодцы. Я надеюсь, что весь «совок» абсолютно уйдет и от полиции, и от прокуратуры. Хотя очень важно, чтобы реформы были в стране синхронными – и судебная система, и полиция. Я сейчас редко бываю в Киеве, но думаю, когда будут новые люди, которые будут считать, что есть политическая воля к тому, чтобы довести все до конца, – всё получится.

– Чем закончилась Ваша работа?

– Я ушла с поста главы полиции в 2016 году. Ту миссию, которая у меня была – я выполнила. Это аттестация, патрульная реформа и так далее, а потом уже не было законодательства для того, чтобы довести это до конца. Я решила, что нужно уйти.

– Это не было связано с конфликтами между нынешней властью Украины и Саакашвили?

– Нет, этот конфликт Саакашвили и Порошенко – конфликт ценностей. Это не вопрос уровня «ты мне не нравишься», и не «разборка по-пацански» – они же политики. Либо ты говоришь «да» системе, которая работает, либо – нет. Аналогично для меня это было работать с системой, которую я уже не поменяю.

– А сейчас чем занимаетесь?

– Работаю в UNDP – это Программа развития ООН в Молдове. Работа касается реформы работы полиции, антикоррупционных мер и так далее. То есть по тому же профилю. Это моя судьба. Они тоже давно хотят реформировать полицию и уже сделали несколько шагов к этому.

Еще я профессор центра Маршалла в Гармише (Центр им. Джорджа Маршалла находится на территории бывшей американской военной базы Шеридан в Германии и управляется МО США. – «Къ») по курсу организованной и транснациональной преступности, я там преподаю.

– Вы не в курсе, не было ли программ в ПРООН, касающихся казахстанской полиции?

– Я не знаю. Мне самой это интересно, поскольку у меня не было возможности путешествовать по Центральной Азии и Казахстану. Но я понимаю, насколько важны стратегически отношения Грузии и вашей страны. Важно и то, что вы поддерживаете наш территориальный суверенитет. Я слышала, что тут, как и везде в постсоветских странах, есть проблемы в правоохранительной системе. Но предложений не поступало.

– А от чего или от кого зависит, чтобы появился такой проект?

– Не знаю, наверное, от правительства. Например, молдаване заинтересованы, чтобы в полиции провести реформы, и они обратились. Когда я работала в полиции, и когда меня интересовало что-то, я обращалась к донорам, к международным партнерам: «Давайте вместе сделаем такой проект». Наверное, так это и работает. То есть, нужна инициатива.

Фото: Eamedia.org/ru/


1010 просмотров

Дебаты в ООН продемонстрировали серьезные разногласия между странами

30 сентября завершилась 74-ая сессия Генеральной Ассамблеи ООН

Фото: Shutterstock.com

Завершая 30 сентября ежегодные прения глав государств на 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, ее назначенный до 2020 года председатель Тиджани Мухаммад-Банде недовольно заметил, что у него вызывает уныние тот факт, что из 192 выступивших ораторов лишь 16 были женщинами.

«Когда мы говорим о представительной Организации Объединенных Наций, это явно не то, что мы имеем в виду. Государства-члены ООН должны сделать все необходимое, чтобы упростить участие женщин в процессе принятия решений на всех уровнях», - почти скороговоркой зачитал свой текст Тиджани Мухаммад-Банде

Претензии по-бразильски

Вот только бурных оваций на слова теперь уже бывшего постоянного представителя Нигерии в ООН так и последовало. Поаплодировав из вежливости Мухаммаду-Банде, делегаты 74-й сессии Генеральной Ассамблеи из 193 стран мира медленно потянулись к выходу. Возможно, что такая их реакция была обусловлена тем, что эта претензия оказалась одной из самых безобидных, что прозвучала с самой главной трибуны в мире в период с 24 по 30 сентября. 

Тон общеполитическим дебатам на тему «Активизация многосторонних усилий в целях искоренения нищеты, обеспечения качественного образования, борьбы с изменением климата и содействия инклюзивности» задал президент Бразилии Жаир Болсонару. По заведенной еще в 1946 году традиции, он первым поднялся на трибуну ООН и сразу же заявил, что Бразилии не по пути с социализмом с его многочисленными пороками. Тут же была упомянута и Венесуэла. «Некогда процветающая и демократическая страна, сегодня Венесуэла испытывает на себе жестокие последствия социализма. Социализм в Венесуэле работает! Все влачат нищенское существование и лишены свободы!» - заявил президент Бразилии, заметив, что его страна испытывает влияние венесуэльской диктатуры в виде многочисленных беженцев. 
 
Однако главным в выступлении Болсонару оказалась вовсе не критика венесуэльского режима, нашедшая понимание у делегаций из демократических стран. К удивлению участников сессии Генеральной Ассамблеи, основную часть своей речи президент Бразилии посвятил претензиям в адрес… стран Западной Европы, которых обвинил в проведении политики неоколониализма и попытке поставить под сомнение суверенитет его страны. 

«Ошибочно утверждать, что Амазония является объектом Всемирного наследия, а представления о том, что наш лес - это легкие мира, как подтверждают ученые, не соответствуют действительности. Пользуясь этими заблуждениями, некоторые страны вместо того, чтобы помогать, начали вторить лживым заявлениям средств массовой информации и повели себя неуважительно, в духе колониализма», - заметил Болсонару, подчеркнув, что леса в Амазонии больше, чем вся территория Западной Европы и к тому же ее коренное население использует огонь, чтобы выжить.  

Более того, он отметил, что в отличие от Франции и Германии, где под сельское хозяйство используется 50 % территории, в Бразилии  обрабатывают только 8 %. 

Откровения Эрдогана

Впрочем, еще больше претензий было в выступлении президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, которое было посвящено вопросам справедливости. Ее, по словам Эрдогана, в мире уже давно не наблюдается. И это порождает нестабильность, борьбу за доминирование, экономические кризисы и бездумное расточительство. В итоге, подчеркнул Эрдоган, одна часть мира живет в условиях процветания и роскоши, а другая страдает от голода, нищеты и неграмотности. «Больно смотреть, когда счастливое меньшинство обсуждает цифровые технологии, роботов, искусственный интеллект, ожирение, в тот момент, когда более 2 млрд человек живут за чертой бедности и ежедневно страдают от голода», - обращаясь к делегатам 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, заметил президент Турецкой республики. 

По его мнению, основная проблема человечества кроется из-за его зависимости от воли ограниченного числа стран, в то время как «мир больше пяти государств». Соответственно, президент Турции уверен, что пора изменить и существующее мышление, и институты, и нормы. «Даже одного только неравенства между государствами, обладающими ядерными оружием и безъядерными государствам достаточно для того, чтобы подорвать глобальное равновесие», - заявил Эрдоган, предложив либо полностью запретить ядерное оружие, либо сделать его доступным для всех. 

Символом же несправедливости Реджеп Эрдоган считает Сирию, откуда в его страну бежали 3 млн 650 тыс. человек из 12 млн сирийский беженцев. По его словам на их обустройство Турция потратила $40 млрд, и при этом получила в качестве поддержки за решение проблем беженцев всего лишь $3 млрд через международные организации от Европейского Союза. 

Предъявил претензии международному сообществу президент Турции и за нерешаемые на протяжении десятилетий проблемы Северного Кипра, Нагорного Карабаха, мусульман-рохинджа в Мьянме, Йемена, Ливии и Палестины. В частности он выразил недовольство, что ООН не реагирует на захват Израилем палестинских земель. «Сегодня практически нет Палестины. Почти все принадлежит Израилю. Но насытился ли Израиль? Нет! Теперь Израиль пытается завладеть и остальными землями. А что в это время делает Совет Безопасности ООН? Принято столько резолюций, но соблюдаются ли они? Нет! Тогда чему служит ООН? Если решения, которые мы принимаем в рамках этой организации, не имеют никакого эффекта, тогда как возникнет справедливость?» - спросил делегатов 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН президент Турции.

Кстати, если ранее Эрдоган, говоря о проблемах Нагорного Карабаха или Северного Кипра, вспоминал и о ситуации в китайском Синьцзяне, то на этот раз «уйгурскую тему» он поднимать не стал. Зато неожиданно выразил недовольство отсутствием должного внимания со стороны ООН к проблеме Кашмира. «В настоящее время, несмотря на принятые СБ ООН резолюции, Кашмир фактически находится в условиях блокады, и 8 млн человек, к сожалению, не могут покинуть регион. Чтобы жители Кашмира могли уверенно смотреть в будущее вместе со своими пакистанскими и индийскими соседями, крайне важно решать эту проблему не путем конфликта, а на основе справедливости и равенства», - подчеркнул Эрдоган, тем самым «взорвав» СМИ, как Индии, так и Пакистана и Китая. Дело в том, что каждая из этих стран контролирует часть территории Кашмира, не признавая его независимость. 

Пакистан не исключил ядерной войны

Тему Кашмира поднял на сессии Генеральной Ассамблеи ООН поднял и премьер-министр Пакистана Имран Хан, который перед своим выступлением встречался с турецким президентом. По наблюдениям как арабской, так  и индийской прессы, речь пакистанского премьера была по своей сути вызывающей и конфликтной. Причина в резких заявлениях, возглавившего правительство Пакистана бывшего игрока сборной этой страны по крикету. В частности, выразив крайнее недовольство решением властей Индии отметить автономию Кашмира, Имран Хан допустил начало очередной войны между Индией и Пакистаном, в том числе и с применением ядерного оружия. 

«Население оккупированных Индией территорий Джамму и Кашмира никогда не смирится с тем, с чем они сталкиваются. За последнее время только в оккупированном Индией Кашмире было изнасиловано 11 тысяч женщин и похищено 13 тысяч молодых людей. Но со стороны мирового сообщества не последовало никакой реакции. Связано это с тем, что Индия представляет собой крупный рынок сбыта товаров», - заметил Имран Хан, обратив внимание, что Индия ввела на территорию Кашмира 900 тысяч своих военнослужащих. 

По мнению премьер-министра Пакистана, вполне вероятно, что когда на территории Джамму и Кашмира будет отменен комендантский час, там начнется «кровавая баня» и это затронет интересы его страны. «Если боевые действия начнутся, как это было в феврале, ситуация может быстро ухудшиться. Все может случиться. Но предположим, что страна в семь раз меньшая, чем ее сосед, стоит перед выбором: либо ты сдаешься, либо сражаешься за свою свободу до самой смерти. Что мы будем делать? Мы будем бороться! И когда страна, обладающая ядерным оружием, будет сражаться до конца, это будет иметь последствия далеко за пределами ее границ. Это не угроза - это справедливое беспокойство», - подчеркнул Имран Хан, выступая на главной трибуне ООН, с которой он призвал международное сообщество вмешаться в ситуацию вокруг Кашмира. 

Между тем, судя по официальному ответу Индии, который в рамках состоявшихся дебатов на сессии Генеральной Ассамблеи ООН зачитала первый секретарь индийского МИДа Видиша Майтра, официальный Дели считает заявление премьер-министра Пакистана безответственным и недопустимым для того, чтобы звучать с трибуны ООН. Более того, подчеркнула Видиша Майтра, действия Индии в штате Джамму и Кашмир, а также на сопредельной к ним территории Ладакха направлены на их развитие. При этом официальный представитель Индии обвинила Пакистан в поддержке таких террористических организаций, как Аль-Каида и ИГИЛ (запрещены в Казахстане - «Курсив»), обратив внимание делегатов Генеральной 

Ассамблеи на преследование Пакистаном последователей христианства, буддизма, сикхизма, индуизма и других религий.  
Кстати, это означает, что в ближайшее время ожидать улучшения индо-пакистанских отношений не стоит. Соответственно, и торговые отношения Казахстана, как с Индией, так и с Пакистаном вряд ли выйдут на более высокий уровень. Более того, если из-за взаимных претензий между этими странами начнутся боевые действия, в ходе которых будет применено ядерное оружие, как это допустил Имран Хан, южная часть Казахстана вполне может оказаться в зоне радиоактивного заражения. 

Сюрпризы от соседей

Впрочем,  очень похоже, что «сюрпризы» для нашей страны готовят и ближайшие соседи по Центральной Азии. В этом случае претензии уже придется высказывать официальному Нур-Султану, как, надо полагать и властям Узбекистана. В частности министр иностранных дел Кыргызстана Чингиз Айдарбеков, в своем выступлении на 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, касаясь вопроса изменения климата в регионе, заметил, что его страну беспокоит процесс таяния ледников. «Формируя основные запасы пресной воды, Кыргызская Республика в рамках существующих отношений стремится получать адекватную экономическую компенсацию за накопление и сохранение водных ресурсов, значимых не только для всего региона, но и всего глобального равновесия. Поэтому Кыргызская Республика выступает за применение интегрированного управления водными ресурсами и предлагает в регионе Центральной Азии экономических механизмов взаимовыгодного сотрудничества в водно-энергетической сфере. Мы делаем ставку на производство экологически чистой электроэнергии. Реализация проектов по строительству ГЭС обеспечит потребности стран Центральной Азии в гидроэнергии, и тем самым создаст благоприятные условия для устойчивого развития всего региона» - заявил Чингиз Айдарбеков, подчеркнув безальтернативность решения этого вопроса. 

Схожей позиции на 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН придерживалась и делегация Таджикистана во главе премьер-министром этой страны Кохиром Расулзода. Как и представитель Кыргызстана, таджикский премьер обратил внимание на глобальное таяние ледников и необходимость в развитии гидроэлектростанций с целью сохранения запасов пресной воды и развития «зеленой энергетики». Вместе с тем, Кохир Расулзода призвал ООН посодействовать Таджикистану в строительстве «энергетического моста» в Афганистан, а также в «возведении барьеров» на пути незаконной торговли наркотиками, организуемой террористами и экстремистами. Нынешнюю помощь со стороны международных организаций, действующих под эгидой ООН, в Таджикистане считают недостаточной. 

Спокойствие, только спокойствие

Вообще, с 24 по 30 сентября в стенах ООН было зафиксировано, пожалуй, рекордное количество взаимных упреков, обвинений и претензий. К примеру, Соединенные Штаты выразили свое недовольство в адрес Китая и Ирана. Россия раскритиковала США. Китай заявил о недопустимости возвращения в мировой политике к «законам джунглей». Украина рассказала о своей войне с Россией. А далекий Уругвай сообщил о своей глубокой обеспокоенности в связи с начинающимся «периодом большой неопределенности во всем мире». При этом сразу несколько стран потребовали немедленного реформирования ООН, которое уже отвечает вызовам современности. 

На фоне всех этих разъединяющих мировую общественность процессов, выступление президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева выглядело более чем спокойно. И это, судя по реакции мировых изданий, выгодно отличало его от лидеров других государств. Во всяком случае, в выступлении Токаева, кстати, на английском языке, не было замечено колких высказываний в адрес какой-либо страны или претензий по отношению к ООН и другим международным организациям. Более того, даже касаясь такого спорного вопроса, как возможное реформирование Организации Объединенных Наций на фоне растущего числа неразрешенных конфликтов и эскалации напряженности, которые могут привести мировые державы к полномасштабному военному противостоянию, Касым-Жомарт Токаев заметил: «Способность ООН выполнять свою основную задачу сталкивается с серьезными испытаниями. По этой причине смелое и четкое видение Генерального секретаря по реформе ООН заслуживает широко поддержки всеми ее государствами-членами». 
 
Кстати, спокоен был и закрывающий 30 сентября дебаты в стенах ООН и президент Генеральной Ассамблеи Тиджани Мухаммад-Банде. Прежде чем выразить свое сожаление по поводу незначительного числа женщин, принявших участие в прениях, он заметил, что многостороннее сотрудничество все еще остается наиболее приемлемым и надежными методом управления отношений между государствами. «Надеюсь, что тот энтузиазм, который продемонстрировали участники дискуссий, продемонстрировавший силу многосторонности, окажется неоценимым по мере приближения 75-й годовщины ООН», - заметил Мухаммад-Банде.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций