Перейти к основному содержанию

3198 просмотров

«Мы хотели песен, не было слов»

На экраны вышла картина Кирилла Серебренникова «Лето», снятая по воспоминаниям вдовы Майка Науменко Натальи. Мировая премьера фильма состоялась в первые конкурсные дни Каннского кинофестиваля

«Мы хотели песен, не было слов»

«Мы хотели песен, не было слов»

На экраны вышла картина Кирилла Серебренникова «Лето», снятая по воспоминаниям вдовы Майка Науменко Натальи. Мировая премьера фильма состоялась в первые конкурсные дни Каннского кинофестиваля, а многие критики назвали его лучшим на сегодняшний день фильмом Серебренникова.

Ленинград 80-х годов прошлого века. В городе появился рок-клуб. Да, он безоговорочно подчиняется советской цензуре (танцевать, шуметь и свистеть, к примеру, а также демонстрировать кумирам милые плакатики с сердечками во время концертов запрещено), но в то же время выводит из подполья рок-тусовку того времени. Тогда во главе были такие непререкаемые авторитеты, как Борис Гребенщиков и лидер группы «Зоопарк» Майк Науменко (Роман Билык, в титрах – Рома Зверь). И вот однажды к Майку пришел юный паренек с гитарой, которого звали Виктор Цой (Тео Ю). Майку нравятся и песни, и Виктор, несмотря на то, что его жена Наташа (Ирина Старшенбаум) однажды сообщает, что желает Цоя поцеловать…

Майка Науменко сыграл Рома Зверь (это актерский дебют певца). Его Майк – очень харизматичный и немного неуверенный в себе. Его концерты собирают полные залы, но он живет в постоянном творческом кризисе, обложившись тетрадками с переведенными текстами тех, кого он никогда не превзойдет. Да, теми самыми «Psycho Killer» Talking Heads, «The Passenger» Игги Попа и «Perfect day» Лу Рида.

Тео Ю блестяще удалась роль Виктора Цоя, несмотря на то, что актер совершенно не говорит по-русски и считает, что его персонаж сложен из американской музыки, русской поэзии и немного из корейской харизмы. Тем не менее, его мягкая трактовка Цоя просто обезоруживает.

Ирине Старшенбаум удалась роль супруги знаменитого человека, смотрящей на его славу с легкой иронией. Стремящейся быть честной с мужем, которого она любит и уважает. Вообще, это трио получилось на редкость слаженным. И настоящим.

Несмотря на то, что Виктор Цой – центральная фигура картины, а сюжет ее строится вокруг его взаимоотношений с семьей Науменко, главное в ней отнюдь не это. Вопреки ожиданиям зрителей, Серебренников отнюдь не пытается вытрясти чье-то грязное белье и вытащить все скелеты из шкафов. Он не смакует семейные дрязги советских рок-идолов. Напротив, пресловутый «любовный треугольник» дан с невероятной нежностью и тактом – как естественный ход решений глубоко уважающих друг друга людей.

И опять же, несмотря на то, что Цой – центральная фигура этой истории, она не расскажет и о том, как появилась группа «Кино». Если вы ждете очередной байопик – напрасно. Цой и Науменко здесь нарисованы легкими штрихами.

«Лето» – это немножко про другое. Это трогательный и безумно искренний фильм про поиск себя, любовь и настоящую дружбу. И человеческие отношения, остающиеся человеческими. несмотря ни на что. С запахом «Беломора» и привкусом дешевого портвейна.

А главное в фильме – это атмосфера. Атмосфера той уникальной эпохи, когда в СССР повеял ветер перемен. Когда на всевозможных квартирниках, в ленинградских и свердловских клубах зарождался русский рок. Когда в противостоянии с системой рождались шедевры.

А еще это музыка. От «Алюминиевых огурцов», «Дряни», «Восьмиклассницы» и «Бездельника» до «Psycho Killer» Talking Heads, «The Passenger» Игги Попа и «Perfect day» Лу Рида. От раннего творчества Виктора Цоя и песен Майка Науменко до музыки, которая вдохновляла героев.

И все это в очень стильной оправе – черно-белая картинка, картинка, которая время от времени взрывается цветными вставками и криво накарябанными титрами. Становясь то ли клипом, то ли мюзиклом. Причем эти сцены никак не связаны с творчеством Цоя или Науменко.

«Лето» – это авторское кино в самом хорошем смысле этого слова. Легкое, атмосферное, с тонкой ноткой грусти и налетом ностальгии, который размывает контуры и смягчает краски. Про талантливых людей, которые хотят жить, любить и творить.

1345 просмотров

Как за 20 лет архаизировались нравы казахстанского кинематографа

Откровенные сцены в отечественном кино пробиваются на экран буквально с боем

Фото: Shutterstock.com

Сегодня нет лучшего способа снискать добрую дозу хайпа в соцсетях, чем, среди прочего, поднять тему феминизма и эмансипации казахских женщин, сексуальной революции и в ответ получить обвинения в разврате, падении нравов, иначе говоря, в пресловутом уяте. Вся эта ситуация довольно репрезентативно показывает картину: попытки отрефлексировать на тему сексуальной революции, будь то в кино или в общественной жизни, неизменно превращаются во взаимные свары. 

На днях один из казахстанских телеканалов вновь начал трансляцию легендарного телесериала «Перекресток» – первой казахстанской мыльной оперы. На будущий год она отпразднует серебряный юбилей своего первого появления на экране. За эти годы сериал стал культовым, даже своего рода легендой для любящих и ценящих Алма-Ату девяностых. А между тем именно на примере этого сериала видно, насколько другим было отечественное кино и телевидение в то время. 

Надо сказать, что для тех лет сериал был вполне себе революционным, если учесть, что в сценах изнасилования, которые за 465 серий то и дело случались с главными героинями, режиссеры посмели даже показать обнаженный женский бюст. Конечно, на секунду, но все же! 

Что же происходит сейчас? В современных отечественных телевизионных сериалах царит такая свирепая цензура, что для сценариста пробить поцелуй (!) главных героев стало настоящим подвигом. Архаизм настолько воцарился, что кажется, герои этих самых сериалов повторяют опыт непорочного зачатия Девы Марии.

Считается, что такие нравы воцарились из-за того, что аудитория этих сериалов – женщины и девушки из глубокой провинции, для которых видеть даже целующуюся пару – шок. Что уж говорить обо всем остальном? Не хочется проводить прямые параллели, однако нельзя не заметить, что новости о том, как 16–17-летние девушки идут рожать в чисто поле, а то и в дощатый туалет, участились именно с тех пор, как на ТВ закрепились ханжеские нравы. А закрепились они там, похоже, всерьез и надолго. Молодежь и люди средних лет ушли в интернет даже в провинции. Но телесериалы сегодня фактически работают по жанровым законам советского кино 40-х – борьба хорошего с лучшим. 

В полнометражном кино дело обстоит несколько лучше. 

Но и здесь периодически поднимается шум ревнителями строгих нравов. Парадокс в том, что этот шум в социальных сетях у многих казахстанских кинематографистов вызывает опасения, что если вставить в фильм сколько-нибудь откровенную сцену, сеансы неизменно начнут пикетировать возмущенные активисты, показы будут срывать, а кинопрокатчики, испугавшись всего этого, просто откажут в прокате фильма. 

Так, впрочем, однажды уже случилось – в 2012 году, когда публике попытались презентовать эротический киноальманах Жанны Исабаевой «Теряя невинность в Алма-Ате». Тогда в соцсетях поднялась волна возмущения и прокатчики, испугавшись народного гнева, попросту сняли фильм с показа. Для многих эта ситуация стала прецедентом-пугалкой. Хотя в дальнейшем ничего подобного не происходило, а многие картины, причем даже с более откровенным содержанием, выходили на экраны и ни к каким катастрофическим последствиям это не приводило. Причем на экране сцены выглядели эстетично и, выражаясь языком киноведов, были «художественно оправданны». Занятный случай произошел и с картиной Ермека Турсунова «Келин». Но с ней наоборот – шум стал дополнительной рекламой, хотя и в прокате этой ленты не было, многие смотрели ее уже в интернете. 

В 2016 году немного «обнаженки» показали в фильме «Токал». Годом позже и вовсе осмелились на ранее неслыханное – героиня Айсулу Азимбаевой ублажала в кадре саму себя в фильме Акана Сатаева «Она». Фильм, к слову, прошел незаметно. А вместе с ним и эта сцена. 

В целом можно сказать, что откровенность и эротизм все же пробиваются на отечественные киноэкраны. Правда, возможно, в этом самом пуританстве есть и положительная сторона: все-таки волна пошлостей и непристойностей пока не захватывает экран. По крайней мере, в сексуально-эротичном смысле. Что до остального – вопрос открытый и дискуссионный.
 

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance