Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


7663 просмотра

Меценаты. Альтернативная история искусства.

Мы привыкли считать, что историю искусства творят художники, поэты, писатели… И по большому счету это так и есть. Но задумывались ли вы когда-нибудь, что многих из них мы бы никогда не узнали, если бы не меценаты и коллекционеры?

Меценаты. Альтернативная история искусства.

Меценаты. Альтернативная история искусства.

Мы привыкли считать, что историю искусства творят художники, поэты, писатели… И по большому счету это так и есть. Но задумывались ли вы когда-нибудь, что многих из них мы бы никогда не узнали, если бы не меценаты и коллекционеры?

Кем и как на самом деле создается история искусства? Кто и с какой целью определяет тенденции его развития? Каким образом художественное творчество зависит от воли и вкуса заказчика?

Именно этим вопросам была посвящена лекция московского искусствоведа и журналиста Армена Апресяна, которая состоялась в «Кастеевке» в рамках Академии искусств «Асем Алем».

Так вот, та история искусства, которую мы с вами знаем, могла бы быть совершенно другой. И те художники, которых мы знаем, тоже могли бы быть совершенно другими. Если бы не какие-то случайные совпадения, если бы не участие людей, которые покупали их картины.

«Мы привыкли думать, что какой-то художник «Икс» решил написать масштабное полотно. Взялся за работу и спустя месяц, три месяца, год – это неважно, полотно появилось. Но при этом мы совершенно не задумываемся о том, что художник – не просто творческий человек, он еще и просто человек. Из плоти и крови. Такой же, как мы с вами. И на протяжении всего года, который он работает над масштабным полотном (собирает информацию, ездит на этюды и т.п.), ему, простите, надо что-то есть, во что-то одеваться… Ему, в конце концов, нужна мастерская. А это тоже, как ни странно, стоит больших денег. Так вот, давайте не будем ничего домысливать и на конкретных примерах рассмотрим, как бы могла измениться история искусств, если бы не было людей, которые помогали художникам на всем протяжении их творчества», – начал свой рассказ г-н Апресян.

Мамонтов и сказочный Васнецов

«Когда говоришь с кем-то о Викторе Васнецове (а его «Богатырей» и «Аленушку» совершенно точно видели все), сразу же возникает ассоциация: художник-сказочник. Но ведь когда Васнецов был совсем еще молодым человеком, начинающим художником, он и не помышлял о сказочных сюжетах».

Для творчества раннего Васнецова характерны жанровые сценки. Сюжеты из жизни, к примеру, французских комедиантов, которых он писал, путешествуя в Париже. Были пейзажи. Работы с социальной направленностью. Но вот однажды он написал полотно «Бой славян со скифами». Пока никаких сказок. Вполне исторический сюжет. Но картина попалась на глаза Савве Ивановичу Мамонтову, который на тот момент подумывал, чем бы оформить правление железной дороги. Ему пришло в голову, что там неплохо смотрелись бы картины на какие-то сказочные темы. И он заказал Виктору Васнецову «Ковер-самолет» – работу, которая должна была символизировать ту скорость, с которой передвигаются поезда по железной дороге, и картину на сказочную же тему «Царевна подземного царства» (сказочное медное царство по понятным причинам было заменено на угольное). Эти картины не просто украсили стены правления, но и появлялись периодически на каких-то выставках. Обратив внимание на то, что подобные вещи пользуются успехом у публики, Васнецов стал все больше обращаться к сказочным темам. Так появились те работы, которые мы знаем с детства. То есть, если бы у Мамонтова не появилась идея заказать именно такие полотна, не было бы ни «Богатырей», ни «Аленушки».

И это лишь малая часть того влияния, которое Савва Мамонтов оказал на историю искусства.

Третьяков и передвижники

Павел Михайлович Третьяков, заработав денег, решил начать вкладывать их в искусство, проще говоря, начать коллекционировать картины. Следуя моде того времени, он приобрел несколько работ голландцев. Чем какое-то время и гордился. Потом знающие люди ему объяснили, что его прекрасные картины не то, что к Малым голландцам, но и вообще к голландцам никакого отношения не имеют. Более того, они и в Европе никогда не были и, скорее всего, были написаны в одной из лавочек на Сухаревской площади.

Третьяков, разумеется, был разгневан и сказал свою знаменитую фразу: «Я буду покупать картины только у художников в мастерских». Так началась его настоящая коллекция. За небольшое время это увлечение стало его страстью. В какой-то момент страсть захватила его настолько, что он стал тратить на картины немыслимые для себя суммы. А представьте себе, что Третьяков не увлекся коллекционированием. То есть в России не было бы человека, для которого многие художники специально писали картины.

Именно благодаря Третьякову состоялись художники-передвижники. Во всяком случае, такими, какими мы их знаем сейчас.

Вместо масштабных (и, несомненно, самых известных) полотен Шишкина, до нас бы дошли солнечные небольшие интерьерные пейзажи. И такого великого исторического живописца, как Суриков, не существовало бы. Был бы автор милых камерных акварелей и городских пейзажей, которые что тогда, что сейчас пользовались спросом у публики. Или вот, например, Перов с его знаменитыми «Изможденными детьми». Этот шедевр изобразительного искусства тоже не появился бы, если бы молодой собиратель искусства разочаровался в своем увлечении.

«Пример Третьякова наглядно иллюстрирует, как один человек может повлиять на целый сегмент истории искусства».

Щукин и Матисс

Огромное влияние не только на русскую, но и на мировую живопись оказал еще один собиратель. Однажды на выставке в Париже в начале ХХ века Сергей Иванович Щукин увидел странные работы, которые буквально покорили его. Несмотря на то, что их никто не понимал и никто не покупал, московский купец и коллекционер прикипел душой к работам художника с первого взгляда. Художника звали Анри Матисс.

В те времена картины Матисса мало кому нравились. Его называли грубым, нахальным недоучкой. Щукин же выкупил 37 работ Матисса и отправил художнику столько же посланий. Сергей Иванович покупал картины, забирая их прямо из мастерской, иногда это были незаконченные, а то и едва начатые работы. Матисс считал Щукина своим «идеальным патроном», так как после знакомства с ним художник забыл о долгих годах нужды. Коллекционер платил за каждое полотно не менее 10 тыс. франков (в то время свои работы Матисс продавал максимум за 250–500 франков).

Покупки сумасшедшего русского всколыхнули французскую публику. О «грубом, нахальном недоучке» начали писать газеты. Говоря современным языком, художник стал раскрученным. Модным. Востребованным.

Таких примеров в истории искусства невероятное множество. Так что быть коллекционером и меценатом – это не просто собирать предметы искусства. Это не просто помогать и поддерживать творческих людей. Это не просто выгодно инвестировать капитал. Это еще и самому творить историю.


877 просмотров

В прокат вышел дебютный фильм Бориса Акопова «Бык»

Картина стала победителем «Кинотавра»

Кадр из фильма

На главном российском кинофестивале «Бык» получил сразу две основные награды: «Лучший фильм» и «Лучшая операторская работа». Позже картину отметили еще и в Карловых Варах – ей достался главный приз в конкурсе «К востоку от запада».

Несмотря на успешную судьбу на фестивалях и разгоревшиеся дискуссии вокруг картины, что обычно является признаком хорошего фильма, драма «Бык» больше похожа на большой и вторичный клип о лихих 90-х, нежели на оригинальное художественное произведение, благодаря которому мы бы взглянули на это время по-новому.

От человека, заявившего, что он «не верит в женскую режиссуру и единственный хороший фильм, снятый женщиной, – это «Восхождение» Ларисы Шепитько, и то потому, что по своей сути это мужской фильм», ждать некого переосмысления эпохи перемен не приходится. К тому же, наверное, стоит уже смириться – лучше и пронзительнее Балабанова о 90-х больше никто никогда не скажет. Ни явившиеся в кино дети 90-х, так называемые миллениалы, которые зачастую видят в этом историческом моменте лишь брутальный антураж, ни самый талантливый автор этого поколения Кантемир Балагов, ни даже народный русский режиссер, которого многие считают преемником Балабанова – Юрий Быков, при всем уважении к последним.

Итак, синопсис «Быка» – это история о молодом парне Антоне Быкове по прозвищу Бык (Юрий Борисов), только что вернувшемся из тюрьмы к своей семье – матери, младшему брату и сестре. Бык мечтает начать новую жизнь, но прошлое не отпускает – криминальные дружки, отсутствие образования, профессии, к тому же герой становится мужчиной на стыке эпох. На дворе 1996 год – в стране полная разруха и ожидание очередного дефолта. Бык с братками ездит на очередные разборки под песни Шатунова и «Комбинации», пока опять не оказывается в милиции. И лишь ходатайство криминального авторитета помогает только что «откинувшемуся» парню выйти на свободу. Естественно, услуга за услугу – его просят разнести рынок, который держат кавказцы, и привезти одного типа, находящегося у тех в плену. Бык слово держит, за что потом и расплачивается. Параллельно развивается история его младшего брата, который с ума сходит по очаровательно-вульгарной парикмахерше Тане (Стася Милославская), а та сходит с ума по англичанину, точнее не по нему, а по возможностям, которые может ей подарить заморский жених. К финалу две параллельные линии сойдутся в одну точку – самым что ни на есть драматическим образом.

Пока смотришь «Быка», кстати, в совершенно пустом зале, ощущение, что все это ты где-то видел – много из «Брата», немного из «Бригады», совсем чуть из балабановского «Груза 200». Тот эпизод, кажется, из «Интердевочки», а этот – из «Маленькой Веры». Исполнитель главной ро­ли взят из относительно нового и, между прочим, отличного фильма Дарьи Жук «Хрусталь». Поэтому неудивительно, что в «Быке» мерещится и «Бумер» Буслова, и даже «Теснота» Кантемира Балагова. К слову, если сравнивать двух режиссеров одного поколения, то Балагову действительно есть что сказать, его «Теснота» выглядит самостоятельным и очень любопытным произведением о том времени, тогда как «Бык» Акопова явно заимствует готовые рецепты хорошего русского кино. Но почему-то не самым удачным образом.

В своих интервью автор «Быка» – симпатичный парень с внешностью молодого Николая Цискаридзе (Борис, оказывается, и правда учился в балетном училище) – говорил, что визуальный язык «Быка» – это прежде всего клипы французского режиссера Ромена Гавраса, а также Дэниела Вульфа. Так оно и есть – модная музыка (и мы имеем в виду не песни «Ласкового мая» и вовсе не звучащий в фильме панк-рок и рейв 90-х), клиповая подача в «Быке» присутствуют, только вот такие видео с большой эпохой перемен склеены формально. Поэтому хоть и уровень тестостерона в кадре зашкаливает, драки там самые жестокие и череп проламывают совсем не фигурально, но в эти жестокие-жестокие 90-е на экране как-то не очень верится.

Финал и вовсе сентиментален – Ельцин уходит в отставку по телику, оставляя целую эпоху в истории. Кажется, пришла пора оставить ее и режиссерам: в конце концов, лучшее о 90-х уже сказано.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций