Ожившие легенды в спектакле «Счастливые поют»

Вчера в Алматы на сцене театра им. Лермонтова состоялась премьера музыкального спектакля, посвященного 100-летию Фрэнка Синатры и Эдит Пиаф. Роли величайших легенд XX века исполнили молодые казахстанские актеры Чингиз Капин и Айсулу Азимбаева.

Ожившие легенды в спектакле «Счастливые поют»

Ожившие легенды в спектакле «Счастливые поют»

Вчера в Алматы на сцене театра им. Лермонтова состоялась премьера музыкального спектакля, посвященного 100-летию Фрэнка Синатры и Эдит Пиаф. Роли величайших легенд XX века исполнили молодые казахстанские актеры Чингиз Капин и Айсулу Азимбаева.

Идея объединения линий жизни двух ярких исполнителей, пластинки которых до сих бьют все мировые рекорды по продажам, без преувеличения уникальна. Две личности, о судьбе которых написаны сотни биографий и сняты десятки фильмов, никогда не встречались в реальной жизни, но благодаря сценаристу и идейному вдохновителю Ирэн Аравиной они не только встретились, но и запели на одной сцене.

В создании постановки ей помогли Галина Пьянова - актриса, режиссер, основатель, художественный руководитель и арт-директор таетра «АРТиШОК» и самые востребованные казахстанские актеры. Роль американца Синатры, которого современники называли не иначе как «Мистер Магнетизм» исполнил Чингиз Капин, а роль француженки, малышки Пиаф – Айсулу Азимбаева, известная широкой публике по спектаклю «Любовница».

И хотя театральные актеры не пели, а только играли и выступали в роли рассказчиков, зрители смогли услышать бессмертные хиты в живом исполнении. Вокальные партии достались известной джазовой певице Ирэн Аравиной и певцу Алексею Тимофееву. Padam...Padam, La Vie En Rose, Strangers in the night и New York, New York – кажется, что эти нестареющие произведения всегда звучали на одной сцене.

Самые яркие и неоднозначные моменты из жизни легендарных вокалистов Чингиз и Айсулу исполнили с невероятной экспрессией и самоотдачей. Их герои не только пели, но и танцевали, прыгали, кричали, плакали и смеялись, обуреваемые различными эмоциями.

Декорации на сцене не менялись за время всего спектакля. Сцена весьма условно была ограничена несколькими предметами: вешалками, стульями, микрофоном, но от этого повествование нисколько не выглядело скучным и однообразным. Эффект сменяющихся эпизодов, смена настроения создавалась благодаря художественно-постановочным средствам: освещению и дыму.

Стоит отметить, что перед актерами стояла весьма трудная задача – уместить в несколько часов сценического действия целый отрезок жизни своего героя.

Синатра в исполнении Чингиза Капина эмоцианален, пластичен и невероятно харизматичен.

Эдит Пиафф в исполнении Айсулу Азимбаевой получилась женственной и утонченной, но в то же время надломленной и противоречивой. Ее героиня абсолютно естественна во всех своих проявлениях.

Бурю эмоций героев дополняет музыка в исполнении джазового ансамбля Jazz House, а реакция зрителей на все действие, происходящее на сцене весьма разнообразна: от безудержного веселья до печальных размышлений. Интриги, любовь, страсть, отчаяние, веселье и разочарование – во все это зритель погружается с головой. Поэтому, можно смело сказать, что новый спектакль может претендовать на звание самого оригинального проекта в этом году.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

Как за 20 лет архаизировались нравы казахстанского кинематографа

Откровенные сцены в отечественном кино пробиваются на экран буквально с боем

Фото: Shutterstock.com

Сегодня нет лучшего способа снискать добрую дозу хайпа в соцсетях, чем, среди прочего, поднять тему феминизма и эмансипации казахских женщин, сексуальной революции и в ответ получить обвинения в разврате, падении нравов, иначе говоря, в пресловутом уяте. Вся эта ситуация довольно репрезентативно показывает картину: попытки отрефлексировать на тему сексуальной революции, будь то в кино или в общественной жизни, неизменно превращаются во взаимные свары. 

На днях один из казахстанских телеканалов вновь начал трансляцию легендарного телесериала «Перекресток» – первой казахстанской мыльной оперы. На будущий год она отпразднует серебряный юбилей своего первого появления на экране. За эти годы сериал стал культовым, даже своего рода легендой для любящих и ценящих Алма-Ату девяностых. А между тем именно на примере этого сериала видно, насколько другим было отечественное кино и телевидение в то время. 

Надо сказать, что для тех лет сериал был вполне себе революционным, если учесть, что в сценах изнасилования, которые за 465 серий то и дело случались с главными героинями, режиссеры посмели даже показать обнаженный женский бюст. Конечно, на секунду, но все же! 

Что же происходит сейчас? В современных отечественных телевизионных сериалах царит такая свирепая цензура, что для сценариста пробить поцелуй (!) главных героев стало настоящим подвигом. Архаизм настолько воцарился, что кажется, герои этих самых сериалов повторяют опыт непорочного зачатия Девы Марии.

Считается, что такие нравы воцарились из-за того, что аудитория этих сериалов – женщины и девушки из глубокой провинции, для которых видеть даже целующуюся пару – шок. Что уж говорить обо всем остальном? Не хочется проводить прямые параллели, однако нельзя не заметить, что новости о том, как 16–17-летние девушки идут рожать в чисто поле, а то и в дощатый туалет, участились именно с тех пор, как на ТВ закрепились ханжеские нравы. А закрепились они там, похоже, всерьез и надолго. Молодежь и люди средних лет ушли в интернет даже в провинции. Но телесериалы сегодня фактически работают по жанровым законам советского кино 40-х – борьба хорошего с лучшим. 

В полнометражном кино дело обстоит несколько лучше. 

Но и здесь периодически поднимается шум ревнителями строгих нравов. Парадокс в том, что этот шум в социальных сетях у многих казахстанских кинематографистов вызывает опасения, что если вставить в фильм сколько-нибудь откровенную сцену, сеансы неизменно начнут пикетировать возмущенные активисты, показы будут срывать, а кинопрокатчики, испугавшись всего этого, просто откажут в прокате фильма. 

Так, впрочем, однажды уже случилось – в 2012 году, когда публике попытались презентовать эротический киноальманах Жанны Исабаевой «Теряя невинность в Алма-Ате». Тогда в соцсетях поднялась волна возмущения и прокатчики, испугавшись народного гнева, попросту сняли фильм с показа. Для многих эта ситуация стала прецедентом-пугалкой. Хотя в дальнейшем ничего подобного не происходило, а многие картины, причем даже с более откровенным содержанием, выходили на экраны и ни к каким катастрофическим последствиям это не приводило. Причем на экране сцены выглядели эстетично и, выражаясь языком киноведов, были «художественно оправданны». Занятный случай произошел и с картиной Ермека Турсунова «Келин». Но с ней наоборот – шум стал дополнительной рекламой, хотя и в прокате этой ленты не было, многие смотрели ее уже в интернете. 

В 2016 году немного «обнаженки» показали в фильме «Токал». Годом позже и вовсе осмелились на ранее неслыханное – героиня Айсулу Азимбаевой ублажала в кадре саму себя в фильме Акана Сатаева «Она». Фильм, к слову, прошел незаметно. А вместе с ним и эта сцена. 

В целом можно сказать, что откровенность и эротизм все же пробиваются на отечественные киноэкраны. Правда, возможно, в этом самом пуританстве есть и положительная сторона: все-таки волна пошлостей и непристойностей пока не захватывает экран. По крайней мере, в сексуально-эротичном смысле. Что до остального – вопрос открытый и дискуссионный.
 

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg