Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


497 просмотров

Экс-солистка группы «Лениград» Юлия Коган: «Сейчас время синглов»

Сейчас Юля строит сольную карьеру, и перед концертом в алматинском клубе Motor она рассказала «Курсиву» о ненормативной лексике и удаче

Фото: Infovoronezh.ru

Юлия Коган пела оперу, джаз и эстраду. Выступала в детском музыкальном театре, но известность обрела благодаря песне «Сладкий сон», которую для нее написал Сергей Шнуров, как обычно – не стесняясь в выражениях. 

Сейчас Юля строит сольную карьеру, и перед концертом в алматинском клубе Motor она рассказала «Курсиву» о ненормативной лексике и удаче.

– Вы прошли долгий путь на эстраду. От Театральной академии до детского музыкального театра, где пели оперные партии. Потом эстрада – группа «Ленинград» и, наконец, сольный проект…

– Все более чем логично. Я хотела быть певицей и шла по этой стезе. В детском оперном театре был очень серьезный вокал. И хотя я училась на оперную певицу, мне всегда больше была близка эстрада. А эти два жанра нельзя совмещать. Есть люди, которые это делают, но, на мой профессиональный взгляд, чтобы делать что-то хорошо, надо выбирать что-то одно. Очень много нюансов, разные вокальные приемы. Ты не будешь хорошим оперным певцом, если будешь время от времени петь на эстраде. Эстрадный стиль мне нравится за откровенность. Он ближе к зрителю. В опере ты больше находишься в действии, а не в общении со зрителем. 

– Вы одно время даже джаз пели…

– Нет. Я не пела настоящий джаз. Я пела что-то подобное тому, что пела Барбара Стрейзанд. Или Фрэнк Синатра. Но это же не джаз. Это поп-джаз. Такой мюзикловый джаз мне нравится. А вот настоящий джаз… Не представляю себя на джазовом фестивале. Я и он не совместимы. 

– Насколько я знаю, вы с Сергеем Шнуровым расстались не очень хорошо. Есть ли жизнь после «Ленинграда»? Не сожалеете, что пришлось расстаться?

– Жизнь, конечно, есть. Вот сейчас я в Алматы. Да и в целом у меня много концертов. Многим людям нравится то, что я делаю. Хотя, конечно, я понимаю, что еще больше людей даже не знает про мои сольные концерты. Но это вопрос времени. И стараний. Что касается сожалений: если бы они были, я бы вернулась в группу. У нас был не такой конфликт, чтобы нельзя было вернуться. По сути, мы нормально расстались – спустя годы это очевидно. 

– Кстати, о стараниях. Как вы думаете, ваша сценическая карьера – это плоды долгой и кропотливой работы или все же удача? Вообще, насколько в карьере артиста важен элемент везения?

– Это чистая удача. Есть миллион шикарных певцов и хороших профессионалов, которые не востребованы. Сцена – это мир, в который очень сложно попасть. И то, что я здесь, – это невероятная удача. Особенно с учетом моего не самого легкого характера. Я не умею уступать, льстить, подлизываться. 

– Что принесло вам ту самую удачу?

– «Ленинград», конечно. До этого я просто училась, развивала себя как личность. Мне повезло, что пришла в «Ленинград» уже сформировавшимся артистом. И просто применила свой талант там, где нужно.

– Вам с вашим характером тяжело было работать с Сергеем Шнуровым?

– Нет. Ко мне никогда не было никакой жесткости. У нас все было идеально.

– Тем не менее вы расстались…

– Посмотрите на миллиарды групп, которые распадаются. Просто кому-то шлея под хвост попала, и все. Но с другой стороны, раз это произошло, значит, это должно было произойти. И всем это было на пользу. Сергей нашел вдохновение в каких-то других людях, я – в себе. И приспособила себя к единоличному присутствию на сцене и перестала быть тенью Сергея Шнурова.

– Для вас ваша сольная карьера – это прежде всего коммерческий проект или самоутверждение, поиск себя?

– Я всегда пела для себя. Я достаточно рано решила, что хочу петь, и очень долго и упорно шла к этой цели. Даже тогда, когда училась и работала кондитером. Сейчас я пришла к этой цели и делаю то, чему научилась за столько лет. Я пою разные песни в разных жанрах. Мое творчество нельзя определить в какой-то один стиль. Я не пою рок, поп или техно. Я пою то, что мне нравится. А это уже говорит о том, что это не коммерческий проект.

– Вы сами пишете песни?

– Есть песни, мною спродюсированные: я нашла текст, нашла человека, который к этому тексту напишет музыку. Есть песни, написанные мной. Но это скорее от отчаяния, что я не могу найти то, что мне надо, чем от того, что я хороший поэт или композитор. В этом я тоже себя не вижу. Хотя мои песни оказались очень удачными. Но это опять же случайность. 

– В группе «Ленинград» было много ненормативной лексики. Никто не говорил традиционного «ты же девушка»?

– Нет. Тем, кто ходил на концерты группы «Ленинград», это нравилось. 

0745377443.jpg

– Тем не менее в своем сольном проекте вы от нее ушли. Не сталкиваетесь с тем, что зрители хотят ту Юлю из «Ленинграда»?

– В первые пару лет – возможно. Сейчас люди уже знают, что я пою. Хотя, конечно, бывает, что кто-то хочет услышать те песни. Но это бывает крайне редко. Год или полтора назад Сергей разрешил мне петь несколько песен «Ленинграда», и чувства этих страждущих успокоились. Потому что им, по сути дела, нужна была только одна песня – «Я такая крутая». И я ее пою. Понимаете, мои песни мне очень подходят. К середине концерта даже человек неподготовленный понимает, что это хорошо. И к концу концерта он полностью удовлетворен.
Мое творчество гораздо интереснее того, что я делала в «Ленинграде». Тематика же не изменилась. Изменился характер музыки. Мои краски в «Ленинграде» были очень примитивны – просто стоишь и орешь. В этом тоже есть свой кайф. Но сейчас я могу внести в свой концерт разнообразие. Под мои песни можно посмеяться, потанцевать, поплакать. Когда ты поешь двухчасовой концерт с «Ленинградом» и среди них свои шесть песен – это круто. Но если ты поешь свой концерт, ты должен брать мастерством, глубиной.

– А если слушаете новые композиции «Ленинграда», не возникает ощущение, что вы бы спели их лучше?

– Я не слушаю никакие композиции «Ленинграда» и не ассоциирую себя с «Ленинградом» с тех пор, как ушла оттуда. Я закрыла эту тему. Более того, я себя не ассоциирую даже с теми песнями, которые когда-то спела. Я не представляю, как запою «Сладкий сон» или «Прощай» на своем концерте. Это не мое. Это песни группы «Ленинград». Я бы не стала их петь сама. Они талантливые и мне, безусловно, нравились, но их для своего проекта выбирает Сергей Шнуров. Я для своего проекта выбираю другие. И на самом деле это круто, что все могут продвигать что-то свое.

– Юлия Коган на сцене – это «огонь-баба». Бунтарка. Какая Юлия Коган в жизни?

– Другая. На самом деле я не бунтарка. Подложи матерный текст – это будет что-то бунтарское. Положи страстный текст – это будет страсть. Я просто очень эмоционально пою. Поэтому и ушла из оперы. В оперном исполнении не должно быть страсти. Опера – это техника. И все страсти эту технику убивают. А эстрада позволяет все это делать.

– Юлия, вы не только певица, вы еще и мама. Какое будущее вы видите для своей дочери? Она пойдет по вашим стопам?

– Когда ребенку шесть лет, планировать что-то сложно. В него пока можно только вкладывать, вкладывать и вкладывать. В том числе то, чего была лишена я. У меня, к примеру, нет за плечами музыкальной школы. И я чувствую, что это пробел. На моем исполнительском искусстве это не отразилось, но для меня как для личности было бы очень полезно, если бы я владела каким-нибудь музыкальным инструментом. И все это я хочу вложить в свою дочь.

– Сейчас на вашем счету два сольных альбома. Что в планах?

– Мы записываем четыре новых песни. Планируем еще несколько. Чтобы это был полноценный альбом. Хотя сейчас время синглов и можно выпускать и по отдельной песне.


155 просмотров

Илья Авербух: «Шоу становится твоим, когда в нем есть эксклюзив»

Илья Авербух отметил 15 лет со дня премьеры своего первого ледового шоу.  Эта дата вылилась в новое шок «15 лет успеха», в котором приняли участие ведущие фигуристы мира. Бывшие и действующие чемпионы мира и олимпийских игр

Илья Авербух - серебряный призер олимпийских игр, четырехкратный чемпион России, чемпион мира, Европы, победитель финала Гран-при, ныне бизнесмен, продюсер, хореограф, постановщик  - отметил 15 лет со дня премьеры своего первого ледового шоу.  Эта дата вылилась в новое шок «15 лет успеха», в котором приняли участие ведущие фигуристы мира. Бывшие и действующие чемпионы мира и олимпийских игр

- Своим новым шоу «15 лет успеха» вы отмечаете юбилей своей компании …. И в какой-то степени подведение итогов. Что в ваших планах дальше?

- В этом году мы подводим определенную черту. 15 лет назад я сделал свое первое ледовое шоу.  За это время было сделано очень много. 12 сезонов телевизионных проектов – это и «Звезды на льду», и «Ледниковый период», и «Лед и пламя», и «Танцуй». Причем каждый проект шел с сентября по декабрь.  Если посчитать, то это шесть лет. Очень большой объем. Помимо этого были еще ледовые спектакли, среди которых «Ромео и Джульета» и «Кармен». Совсем недавно вдохновившись Универсиадой, которая проходила в Алматы, я выступил режиссером открытия и закрытия Универсиады в Красноярске. А это уже не ледовое шоу, но  одно из больших направлений, в которых я развиваюсь. Хочется браться за все и работать везде.

- Недавно Элизабет Турсынбаева установила мировой рекорд на Чемпионате мира, когдаисполнила четверной сальхов.  Насколько уникален этот прыжок?

- Это действительно абсолютный рекорд. На данный момент четверные прыжки в группе Этери Тутберидзе становятся планкой, которую взяли уже многие. Но я хочу подчеркнуть, что это именно девочки-юниоры. А здесь речь идет о исполненном прыжке на взрослом турнире. Это очень важно, потому что в детском возрасте прыгать антропометрически проще. А на чемпионате мира, на главном турнире сезона, когда самое волнение и самая нагрузка.

- Как Вы думаете, успех Элизабет как-то может повлиять на казахстанское фигурное катание в целом?

- Да, я думаю, результаты, которые показала Элизабет будут толкать развития фигурного катания в Казахстане. У вас много катков и очень хорошие условия. Но фигурное катание – это прежде всего тренеры. Без хорошего тренерского состава ничего не будет. Поэтому надо здесь организовывать сборы, притягивать кадры.

- Не планируете заняться тренерской работой?

- У меня нет своей школы. Вернее, она есть, но для тех детей, чьи родители просто хотят, чтобы их дети умели кататься на коньках, развивались, были многогранными личностями. Но это не ступень к спортивному успеху. Я никогда никого не тренировал.  Я сотрудничал с любителями, с действующими спортсменами как хореограф. В частности, я ставил программу Юле Лепницкой, которую она катала на олимпийских играх под музыку из кинофильма «Список Шиндлера». Три года я сотрудничал с Женей Медведевой. Как постановщик я продолжаю работать. Но я никому не предлагаю свои услуги. Если кто-то обращается ко мне и у меня есть время – работаю. Резюме я, конечно, не рассылаю.

Единственное, с кем я не очень люблю работать – это танцы на льду. А вот одиночное и парное катание мне интересно. А вот как тренер я никогда не работал. Вообще тренерская работа вызывает у меня колоссально уважение. Но ее ни с чем нельзя совмещать. Если это настоящая тренерская работа. Ты можешь быть человеком-оркестром  в любой индустрии. Творить. Идти в любом направлении. Тренер должен заниматься только спортсменом. С утра до ночи стоять за бортиком. Это колоссальная работа. А так просто взять ученика, чтобы просто говорить, что ты тренер…

- В чем секрет успеха Ваших шоу?

- Очень многие ребята 15 лет назад начинали вместе со мной.  Это сложно представить, потому что в основном жизнь спортсменов после завершения карьеры – это 5-6 лет в различных ледовых шоу, а потом переход в тренерскую деятельность. Или работа на телевидении. То, что мне удалось создать такую рабочую историю…  Я говорю именно в плане работы. Как бы мы друг друга не любили, если бы ребята не получали очень большое количество работы, ничего бы этого не было. В этом и есть моя основная заслуга. Люди хотят быть единственными и незаменимыми. Самыми-самыми. Поэтому в спектаклях я всегда старался найти каждому главную роль. Найти свой подход к каждому. Донести, что только пока мы вместе, мы эксклюзивны и мы сила. А иначе мы становимся рядовым ледовым шоу, которых достаточно много. Пройден большой путь, но впереди, я надеюсь, еще много интересного.

- Вы и продюсер и постановщик. И бизнесмен, и художник. Кем вы себя чувствуете в первую очередь и насколько это совместимо?

- В моем случае это получилось совместить. Во-первых потому, что у меня нет конфликта «режиссер и продюсер». Когда режиссер что-то придумывает, а продюсер говорит, что на это нет денег. У меня сразу есть понимание на какую сумму я могу придумывать.  Или я понимаю, что это какая-то вещь, в которой я хочу реализовать свои амбиции и не ставлю перед собой цели заработать. Или я понимаю, что сейчас надо зарабатывать. Это очень важно. Во-вторых, мне нравится быть с первых моментов создания шоу.  Я пишу и бизнес план, и вал билетов, и рекламную кампанию, и макеты афиш. Смотрю площадку. С этого все начинается. Понятно, что есть юридическая служба, которая составляет договоры и все проверяет. Но все равно в запуске я знаю, сколько стоит каждый световой прибор. А когда процесс уже запущен, для меня очень важно иметь эксклюзивность.

Начиналось все с ледовых шоу, когда я приглашал разных фигуристов, которые приезжали со своими номерами. Но в этом нет твоей эксклюзивности. Да, ты продюсер и ты все это организовал, но завтра этих же фигуристов пригласил кто-то другой, и там они будут катать ту же программу. Мне в этом было тесно. Это не твое шоу на самом деле. А вот твоим оно начинает быть, когда ребята катают твои номера, когда есть единая сюжетная линия, когда есть эксклюзив. Когда специально для шоу разработали костюмы, а то и написали музыку. Тогда это действительно твое шоу.

Конечно и телевизионный проект, который стал хорошей школой с точки зрения постановок и режиссуры. Разумеется, я на нем работал не один. У меня есть команда, с которой я работаю уже долгие годы. Но руковожу всем я.

- Насколько музыкальное сопровождение важно в работе?

- Музыка в фигурном катании – это 80% успеха. Перед началом нового сезона самая главная проблема – это как раз найти музыку, под которую кататься. Это главный вопрос: попасть с музыкальной композицией. Даже не так важен, как музыка. Несмотря на то, что я являюсь хореографом, всегда говорю, что вся хореография пропадает, когда фигуристы начинают падать. И так же любая чисто исполненная программа все нивелирует.

Музыка должна тянуть все на себе. Всегда ставится амбициозная задача: найти такую музыку, которая бы держала зрителя, но раньше никогда не использовалась. Ты начинаешь искать. И понимаешь, что все, что ранее не использовалось на льду не подходт. Потом ты идешь на компромисс – только не «Ромео и Джульетта» и не «Кармен». А потом: «Кармен» такая сильная музыка. Давайте в этом году будет «Кармен», а в следующем обязательно найдем что-то другое. Это условно, но схема приблизительно такая.

- В Ваших шоу участвует много знаменитых фигуристов, которые тоже очень амбициозны. Как вы с ними справляетесь?

- Во время спектакля мне важно все выстроить так, чтобы каждый чувствовал себя солистом. Когда у меня уже сюжетная линия  выстроена, ребята спокойны, потому что у каждого из них будет возможность себя показать. И когда мы уже ставим номера, мне важно, чтобы часть элементов была придумана именно ими. Тогда спектакль становится их родным детищем тоже. Я не ставлю номера до каждой точки. Я ставлю задачу. Вот здесь я хочу получить определенную эмоцию, здесь – сделать остановку. А вот здесь набрать скорость. Мне важен единый темпоритм спектакля.   Но само наполнение  и само движение спортсмены могут делать что-то свое. Тот же Леша Ягудин в каждый спектакль вносит импровизацию. Мне порой кажется, что он живет в какой-то своей истории.  Мы не стоим на месте. Мы все постоянно развиваемся.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Министр образования и науки Куляш Шамшидинова считает, что выпускные вечера школьников не должны выходить за территории школ и уж тем более, превращаться в состязания дорогих нарядов и пышных застолий. Согласны ли вы с ее мнением?

Варианты

Цифра дня

158-е
место
занял Казахстан в рейтинге свободы прессы из возможных 180

Цитата дня

Мой вывод – мы идем правильным курсом. Наш мудрый народ един, государство, как высшая ценность нашей независимости, незыблемо. Поэтому твердо считаю, что досрочные выборы главы государства абсолютно необходимы. Для того, чтобы обеспечить общественно-политическое согласие, уверенно двигаться вперед, решать задачи социально-экономического развития, необходимо снять любую неопределенность.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank