Перейти к основному содержанию

2103 просмотра

Производители угля в Казахстане ищут новые рынки через Китай

Угольная отрасль РК видит рынки сбыта в Юго-Восточной Азии, Японии и Корее

Фото: Shutterstock/Mark Agnor

Письмо с просьбой о содействии на межправительственном уровне представители угольной отрасли РК отправили на имя премьер-министра страны Аскара Мамина (редакция «Курсива» располагает копией документа). В письме прямо указывается на необходимость переориентации экспорта на новые для казахстанского угля рынки сбыта: в страны Юго-Восточной Азии и Индийского субконтинента, Японию и Южную Корею.

«Учитывая проблемы c доступом к услугам перевалки в морских портах Дальнего Востока Российской Федерации, одним из возможных решений задачи по обеспечению экспорта казахстанского угля на рынки Азиатско-Тихоокеанского региона является организация перевозок через Китай с использованием транзитного коридора из Казахстана в порт Ляньюньган через погранпереход Достык/Алашанкой», – говорится в документе.

Падение экспорта – падение производства

Причина географической переориентации – казахстанские угольщики теряют традиционные рынки сбыта в Европе и на постсоветском пространстве. И это в то время, когда добыча угля внутри страны растет: по официальным данным, в 2018 году объем добычи составил в натуральном выражении 113 млн 702 тыс. т, что на 6,5% больше, чем в 2017 году, и на 16% – чем в 2016-м. 

Среднесрочные прогнозы Министерства индустрии и инфраструктурного развития предполагали, что уменьшения объемов добычи угля в ближайшие пять-шесть лет в стране не случится. Но не далее как во вторник, 10 сентября, министр национальной экономики Руслан Даленов сообщил: по итогам января – августа 2019 года сокращение добычи угля по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составило 3%. По данным Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий РК (АГМП), на те же 3% в первом полугодии сократился объем экспорта. В прошлом году экспорт составил четвертую часть от всей добычи – 29 млн 192 тыс. т, поэтому падение угольного экспорта с высокой вероятностью приведет к дальнейшему сокращению добычи.

Удары по казахстанским поставкам одновременно наносят и Европа, и Россия. Северный сосед давно настроен на импортозамещение и перевод своих станций, ранее потреблявших экибастузский уголь, на уголь Кузбасса. Генерирующие компании РФ до 2020 года планируют сократить мощности, работающие на казахстанском угле, примерно на 20%.

Враг №1 – квоты

В то же время из-за действий российских властей Казахстан теряет и ряд других рынков, поставки на которые идут транзитом через территорию РФ. Речь идет прежде всего о поставках казахстанского угля в Украину. В начале этой недели заместитель исполнительного директора АГМП Максим Кононов заявил, что казахстанские угольщики потеряли около 60% от совокупного объема запланированного транзита через Россию в Украину из-за того, что россияне не выделили соответствующие квоты. «С июля по сентябрь 2019 года казахстанскими угледобывающими компаниями были заявлены поставки в Украину через РФ в объеме 584,12 тыс. т. Министерством экономического развития России было согласовано 233,5 тыс. т, отклонены заявки на 350,62 тыс. т. Таким образом, потери в экспорте угля в Украину транзитом через Россию составили 60% от совокупного запланированного объема», – цитирует Кононова агентство «Интерфакс-Казахстан».

Напомним, что в середине апреля 2019 года российский премьер-министр Дмитрий Медведев подписал постановление, ограничивающее экспорт угля в Украину. Данным документом определен перечень товаров, которые с 1 июня можно вывозить в Украину только на основании отдельных разрешений, в эту категорию включены отдельные виды нефтепродуктов, а также уголь.

Враг №2 – озеленение

Немногим лучше обстоят дела и на европейском направлении. Во-первых, туда казахстанский уголь идет исключительно транзитом через РФ, и в случае обострения отношений России с ЕС не исключено повторение истории с квотами на транзит в Украину. К тому же Европа сама снижает потребление казахстанского угля, переходя на газ и альтернативные источники энергии.

О том, что экспорт казахстанского угля в Европу становится невыгодным, еще в начале лета заявил обозреватель российского угольного рынка ArgusMedia Юрий Онышкив. Аналитик сообщил, что в апреле цены в Европе на энергетический уголь достигли минимумов за последние 32 месяца: цена за тонну угля в Европейском союзе фиксировалась ниже $52 за тонну, хотя в ноябре она достигала $91 за тонну. 

2342342342.jpg

«Цены на энергетический уголь в ЕС упали ниже $60 за тонну из-за нескольких факторов, – пояснял эксперт. – Во-первых, на европейских складах накопились большие запасы и сложился профицит этого вида топлива. Кроме того, цены на газ на спотовом рынке достигли пятилетних минимумов, что стимулировало газовую генерацию. Вместе с тем давление на угольную цену и спрос оказали ветряные ВИЭ, которые производят все больше электроэнергии в Европе. В итоге сжигание угля в Испании, Германии, Франции и Великобритании снизилось с начала года», – добавил он.

Хотя Онышкив не исключает, что к концу года, то есть к разгару отопительного сезона, цены на уголь в Европе вновь вырастут, в АГМП считают, что тренд на сокращение потребления угля в европейских странах сохранится. Из-за ощутимого падения цен на газ и ужесточения экологических требований в первом полугодии 2019 года угольная энергогенерация в странах ЕС сократилась на 19%.

«Падение спроса на уголь оказало негативное воздействие на экспорт казахстанского угля в Европу, – констатирует Максим Кононов в интервью «Курсиву». – Так, в первом полугодии 2019 года был прекращен экспорт казахстанского угля в Финляндию при том, что в аналогичном периоде 2018 года объем экспорта угля в Финляндию составил в натуральном выражении 695,1 тыс. т. Экспорт угля в Польшу за шесть месяцев 2019 года сократился почти наполовину по сравнению с аналогичным периодом прошлого года», – добавил он.

Европейское направление занимало 14% в общем экспорте страны за последние три года (с 2016 по 2018 год Казахстан отправил на европейские рынки 11 млн т угля). Потерянная Финляндия была лидером по потреблению казахстанского угля на европейском направлении – эта страна закупила 6,5 млн т, или 59% от совокупного объема угольного экспорта в Европу за последние три года. Второй была Швейцария с показателем в 2 млн 446 тыс. т, или 22%. Третье место среди европейских стран – потребителей казахстанского угля  – занимала Украина с показателем 1,3 млн т в год, или 12% от общего объема. Помимо этого относительно крупными покупателями были Кипр – 409,6 тыс. т (4%) и Великобритания – 254,2 тыс. т (2%). И теперь все эти объемы нужно постепенно перенаправлять на другие рынки.

Почему целью стала Юго-Восточная Азия

«Сейчас спрос на уголь растет в большей части Азии. Например, в Индии наблюдается самый большой прирост потребления среди всех стран, он составляет 3,9% в год, – объясняет выбор нового экспортного направления Кононов. – Значительный рост использования угля также ожидается в Индонезии, Вьетнаме, Филиппинах, Малайзии и в Пакистане. Поскольку угольная генерация исторически считается наиболее доступной, способной удовлетворить потребности растущих экономик и населения, в данных странах проектируются и строятся новые угольные электростанции», – добавляет он. 

Объемы вложений в новые угольные станции оцениваются во Вьетнаме в $40 млрд, на Филиппинах – в $30 млрд, в Индонезии – в $50 млрд. Но формирующиеся стабильные рынки сбыта требуют поставок по морю. Казахстанские угольщики планируют организовать их через порт Ляньюньган. Выбор в пользу транспортировки через Китай, а не через Дальний Восток, сделан из-за того, что в настоящее время доступ к перевозке угля через восточные порты России ограничен – идут работ по расширению Байкало-Амурской магистрали. К тому же один из российских портов, Восточный, находится на реконструкции. Ляньюньган же технически вполне готов к приемке казахстанского угля. 

«Предварительные переговоры, проведенные с представителями китайских логистических компаний, подтверждают наличие в порту Ляньюньган технических и технологических возможностей для перевалки угля, а также заинтересованность стивидорных компаний – операторов угольных терминалов в порту Ляньюнган, в перевалке казахстанского угля при его поставках в страны АТР транзитом через порт Ляньюньган», – утверждает Кононов. По его словам, казахстанские угольщики готовы обеспечить заполняемость данного маршрута: только АО «Шубарколь комир» намерено экспортировать по данному маршруту до 3 млн т в год. Но для организации этого маршрута необходимо решить ряд правовых, тарифных, технических и технологических вопросов – и с учетом специфики работы китайских железных дорог, которые являются государственными, без содействия со стороны казахстанского правительства в этом вопросе не обойтись, отмечают в АГМП.

847 просмотров

Должна ли индустрия ископаемого топлива возмещать климатический ущерб

Зависит от того, насколько оправданно сравнение топливной отрасли с табачной промышленностью

Иллюстрация: Mitch Blunt

В последнее время можно наблюдать нескончаемый поток судебных исков против индустрии ископаемого топлива от городов, округов и штатов США. Истцы пытаются взыскать ущерб, который они, по их словам, понесли в результате изменения климата.

Некоторые юристы обвиняют крупные нефтяные компании в мошенничестве с ценными бумагами. По их заявлениям, компании десятилетиями знали, что изменение климата представляет существенный риск для их бизнеса, но скрывали это от инвесторов. Другие юристы мотивируют иски тем, что добыча и продажа нефти и газа – это источник общественного вреда, так как эта деятельность ведет к выбросам парниковых газов и в итоге выливается в пагубные последствия изменения климата.

Пока что ни один из этих исков не увенчался успехом, а какие-то из них федеральный суд вовсе отказался рассматривать. Но все же некоторым таким делам был дан ход.

Те, кто считают, что нефтегазовая индустрия несет какую-то финансовую ответственность за ущерб, нанесенный изменением климата, приводят аналогию с табачными компаниями. Так же, как табачники долгое время тщательно скрывали вред курения от потребителей, топливные компании предвидели ущерб от использования их продуктов. Однако они не приняли никаких мер для предотвращения вреда и не предупредили о нем общественность.

Их оппоненты отвергают сравнение с табачной промышленностью: по их словам, ископаемое топливо, в отличие от табачных изделий, является насущной необходимостью для всех без исключения. Они утверждают, что сокращение выбросов парниковых газов – это не тот вопрос, который должен решаться в суде. Это вопрос государственной политики.

Джастин Гундлах, адвокат Института добросовестной политики в Школе юридических наук Нью-Йоркского университета, считает, что компании, добывающие ископаемое топливо, должны нести ответственность за свой разрушительный вклад в климатический кризис.

Линда Келли, старший вице-президент, главный советник и корпоративный секретарь в Национальной ассоциации производителей США, приводит аргументы против.

ДА: Эти компании знали об ущербе, который наносит использование ископаемого топлива

Автор: Джастин Гундлах

Когда компании производят и продают вредные продукты, то даже если вся опасность изначально неизвестна, они обязаны платить, чтобы исправить нанесенный ущерб.

Пример этого принципа в действии: Генеральное соглашение об урегулировании претензий 1998 года, согласно которому производители сигарет обязались бессрочно выплатить в государственную казну миллиарды долларов – чтобы помочь покрыть расходы на общественное здравоохранение, которые повлекло курение табака.

Другой пример: в 1980 году вступил в действие так называемый закон «О суперфонде», вводящий ответственность за неправильную утилизацию опасных веществ – даже если утилизация произошла до 1980 года.

Топливные компании вовсе не особенные, не является какой-то особенной и их продукция, так что ничто не освобождает их от действия этого принципа и не снимает с них ответственности за разрушительное влияние на климат. Даже наоборот. Крупнейшие компании топливной промышленности еще в начале 1980-х гг. предвидели с пугающей точностью, насколько их продукты увеличат содержание углекислого газа в атмосфере. Они также предвидели, что растущие выбросы парниковых газов приведут к опасному повышению средней температуры и уровня моря, а также другим серьезным последствиям. Согласно недавним судебным заключениям федеральных судов, эти компании предвидели вред и в то же время не сделали ничего для его предотвращения. Вместо этого они принялись за маркетинг и лоббистские кампании, чтобы потребители и власти не могли добраться до истины – связи между потреблением ископаемого топлива, выбросами парниковых газов и изменением климата.

Некоторые будут спорить, что несправедливо возлагать на одну отрасль ответственность за поставки товара, который весь мир жадно требовал и широко использовал. В конце концов, по их словам, в настоящее время мы полагаемся на ископаемое топливо по мириадам причин, а еще оно буквально послужило топливом для экономического развития.

Однако экономические выгоды от сжигания угля, газа и нефти необходимо соотносить с целым рядом расходов, включая наводящую ужас цену возможной дестабилизации климата. А в этом отношении вклад корпораций и частных лиц был далеко не одинаковым, если уж решать, кто должен нести финансовую ответственность.

Учтите, что физические лица, полагающиеся на ископаемое топливо для получения электроэнергии и передвижения, обычно не имеют выбора. Их потребление угля, газа или нефтепродуктов обусловлено решениями по устройству электроэнергетических и дорожных систем, которые за годы и даже десятилетия до этого сделали другие люди. Да, у отдельных людей есть выбор, но в нашем обществе этот выбор структурирован.

Есть несколько способов, которыми можно заставить компании платить за вклад в изменение климата: какие-то с участием судов, другие – с участием законодательных и регулирующих органов.

Например, суд может сослаться на нарушение закона о ценных бумагах в связи с сокрытием от инвесторов рисков, которые для активов и доходов представляет изменение климата: по требованию суда топливным компаниям придется платить штрафы и раскрывать информацию. Или, ссылаясь на принципы общего права, суд может постановить, чтобы одна или несколько компаний возместили истцам причиненный им ущерб.

Между тем власти штатов или федеральные власти могут ввести пошлины, чтобы перенаправить прибыли от продаж угля, нефти и газа на климатические инициативы или на поддержку зарождающихся отраслей экономики, которые, возможно, заменят отрасли, зависимые от ископаемого топлива. Эти и другие методы не являются взаимоисключающими.

И то, что сегодня мы повсеместно используем ископаемое топливо в различных секторах экономики, не освобождает топливные компании от необходимости платить за климатический ущерб. Однако потенциально это усложняет вопрос о том, как и до какой степени они должны этот ущерб возмещать. Например, самые явные осложнения включают вопрос о том, что делать с прошлыми или существующими государственными лицензиями и присутствием других компаний в цепочках поставок, через которые проходит ископаемое топливо. Но и в этом случае табачное соглашение 1998 года и закон о суперфонде доказывают, что общество и раньше сталкивалось с подобными проблемами.

Решения здесь необходимо принимать тщательно, чтобы общество могло признать их последствия законными. И какие бы при этом ни возникли проблемы, они не должны служить оправданием для топливных компаний.

dolzhna-li-industriya-iskopaemogo-topliva-vozmeshchat-klimaticheskij-ushcherb.png

НЕТ: Изменение климата – вопрос государственной политики, а не судебных тяжб

Автор: Линда Келли

В течение 150 лет нефть, газ и другие источники энергии давали нам электричество, питали наши заводы, транспортные системы, охлаждали и согревали наши дома, наращивали экономическую независимость Америки и улучшали уровень жизни по всему миру.

Так что, оценивая, должны ли производители энергии теперь отвечать за изменение климата, федеральный судья в Калифорнии недавно задал ключевой вопрос: «После получения всех выгод от данного исторического прогресса будет ли справедливо теперь игнорировать нашу собственную ответственность за использование ископаемого топлива и обвинять в глобальном потеплении тех, кто поставлял продукт, который мы требовали?».

Ответ – нет, решил федеральный судья Уильям Элсап, когда отклонил иск, касающийся изменения климата.

Использование ископаемого топлива законно, строго регламентировано и, хочется некоторым это признавать или нет, все еще необходимо для нашего существования. Города США, которые подают эти климатические иски вместе с самыми упорными активистами, выступающими против угля, газа и нефти, не смогли бы выжить и дня без использования этих видов топлива. Как и все остальные, они полагаются на эти источники энергии, и при этом они пытаются взыскать компенсацию с их поставщиков.

Делать одну-единственную отрасль козлом отпущения – не только несправедливо, но и непродуктивно, особенно если указанная отрасль уже работает над инновационными решениями климатического кризиса. Так же, как все мы внесли свой вклад в этот кризис, наша общая обязанность теперь – выяснить, как и дальше добиваться экономического и общественного прогресса при снижении выбросов парниковых газов.

Федеральные суды неоднократно отклоняли попытки навесить на компании ответственность за изменение климата. Там поняли, что решение этой проблемы не может быть найдено через судебные тяжбы о материальной ответственности, что это – общественный вопрос, который должны решать Конгресс и исполнительная власть. Правовая система США не предусматривает ответственности за производство законных продуктов, которые работают именно так, как предполагалось. А нет никаких сомнений, что уголь, газ и нефть питают семьи и предприятия Америки так, как предполагалось.

Чтобы обойти этот факт стороной, изобретательные юристы истцов и эко-активисты придумали новый вид судебного разбирательства. Они предъявляют иски местным властям и иным лицам, утверждая, что несмотря на то, что топливо необходимо и выгодно в современном мире, тем не менее реклама и продажа топлива юридически является «источником общественного вреда». То есть необоснованным вмешательством в права широкой общественности. Однако теория общественного вреда не имеет ничего общего с регулированием глобального энергоснабжения. А представление о том, что эти сообщества имеют право требовать финансовой компенсации и в то же время использовать те самые продукты, которые они злостно очерняют в своих исках, просто лишено смысла.

Пришло время прекратить попытки этих деятелей нашуметь в СМИ, которые ничего не меняют. В том числе пора прекратить делать не относящиеся к делу заявления, что энергетические компании каким-то образом устраивали кампании, вводящие общественность в заблуждение касательно изменения климата. Эти аргументы служат для того, чтобы отвлекать СМИ и общественность от бессмысленности этих судебных исков. Дела об общественном вреде не имеют ничего общего с чьей-то публичной или политической повесткой.

Вместо того, чтобы играть в эту лицемерную игру «Найди виноватого» и позволять юристам истцов, гонящихся за наживой, определять федеральную энергетическую политику США, мы должны предпринять шаги для введения политики, которая поспособствует внедрению инноваций для решения этого общего глобального кризиса.

Изменение климата – самое важное испытание современности, и производители стремятся проложить путь через него благодаря инновациям. Мы также осознаем сложность причин и последствий изменения климата, поэтому Национальная ассоциация производителей США призвала представителей власти принять ;законодательство, касающееся изменения климата, а также возобновить присутствие США на международной арене, чтобы достичь справедливого климатического соглашения.

Производители уже работают над решением проблемы и сотрудничают с лидерами как демократов, так и республиканцев. А кто за этим не замечен, так это адвокаты истцов-стяжателей и активисты, которые стремятся превратить глобальную проблему в предмет судебных разбирательств.

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций