Перейти к основному содержанию

2848 просмотров

Производители угля в Казахстане ищут новые рынки через Китай

Угольная отрасль РК видит рынки сбыта в Юго-Восточной Азии, Японии и Корее

Фото: Shutterstock/Mark Agnor

Письмо с просьбой о содействии на межправительственном уровне представители угольной отрасли РК отправили на имя премьер-министра страны Аскара Мамина (редакция «Курсива» располагает копией документа). В письме прямо указывается на необходимость переориентации экспорта на новые для казахстанского угля рынки сбыта: в страны Юго-Восточной Азии и Индийского субконтинента, Японию и Южную Корею.

«Учитывая проблемы c доступом к услугам перевалки в морских портах Дальнего Востока Российской Федерации, одним из возможных решений задачи по обеспечению экспорта казахстанского угля на рынки Азиатско-Тихоокеанского региона является организация перевозок через Китай с использованием транзитного коридора из Казахстана в порт Ляньюньган через погранпереход Достык/Алашанкой», – говорится в документе.

Падение экспорта – падение производства

Причина географической переориентации – казахстанские угольщики теряют традиционные рынки сбыта в Европе и на постсоветском пространстве. И это в то время, когда добыча угля внутри страны растет: по официальным данным, в 2018 году объем добычи составил в натуральном выражении 113 млн 702 тыс. т, что на 6,5% больше, чем в 2017 году, и на 16% – чем в 2016-м. 

Среднесрочные прогнозы Министерства индустрии и инфраструктурного развития предполагали, что уменьшения объемов добычи угля в ближайшие пять-шесть лет в стране не случится. Но не далее как во вторник, 10 сентября, министр национальной экономики Руслан Даленов сообщил: по итогам января – августа 2019 года сокращение добычи угля по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составило 3%. По данным Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий РК (АГМП), на те же 3% в первом полугодии сократился объем экспорта. В прошлом году экспорт составил четвертую часть от всей добычи – 29 млн 192 тыс. т, поэтому падение угольного экспорта с высокой вероятностью приведет к дальнейшему сокращению добычи.

Удары по казахстанским поставкам одновременно наносят и Европа, и Россия. Северный сосед давно настроен на импортозамещение и перевод своих станций, ранее потреблявших экибастузский уголь, на уголь Кузбасса. Генерирующие компании РФ до 2020 года планируют сократить мощности, работающие на казахстанском угле, примерно на 20%.

Враг №1 – квоты

В то же время из-за действий российских властей Казахстан теряет и ряд других рынков, поставки на которые идут транзитом через территорию РФ. Речь идет прежде всего о поставках казахстанского угля в Украину. В начале этой недели заместитель исполнительного директора АГМП Максим Кононов заявил, что казахстанские угольщики потеряли около 60% от совокупного объема запланированного транзита через Россию в Украину из-за того, что россияне не выделили соответствующие квоты. «С июля по сентябрь 2019 года казахстанскими угледобывающими компаниями были заявлены поставки в Украину через РФ в объеме 584,12 тыс. т. Министерством экономического развития России было согласовано 233,5 тыс. т, отклонены заявки на 350,62 тыс. т. Таким образом, потери в экспорте угля в Украину транзитом через Россию составили 60% от совокупного запланированного объема», – цитирует Кононова агентство «Интерфакс-Казахстан».

Напомним, что в середине апреля 2019 года российский премьер-министр Дмитрий Медведев подписал постановление, ограничивающее экспорт угля в Украину. Данным документом определен перечень товаров, которые с 1 июня можно вывозить в Украину только на основании отдельных разрешений, в эту категорию включены отдельные виды нефтепродуктов, а также уголь.

Враг №2 – озеленение

Немногим лучше обстоят дела и на европейском направлении. Во-первых, туда казахстанский уголь идет исключительно транзитом через РФ, и в случае обострения отношений России с ЕС не исключено повторение истории с квотами на транзит в Украину. К тому же Европа сама снижает потребление казахстанского угля, переходя на газ и альтернативные источники энергии.

О том, что экспорт казахстанского угля в Европу становится невыгодным, еще в начале лета заявил обозреватель российского угольного рынка ArgusMedia Юрий Онышкив. Аналитик сообщил, что в апреле цены в Европе на энергетический уголь достигли минимумов за последние 32 месяца: цена за тонну угля в Европейском союзе фиксировалась ниже $52 за тонну, хотя в ноябре она достигала $91 за тонну. 

2342342342.jpg

«Цены на энергетический уголь в ЕС упали ниже $60 за тонну из-за нескольких факторов, – пояснял эксперт. – Во-первых, на европейских складах накопились большие запасы и сложился профицит этого вида топлива. Кроме того, цены на газ на спотовом рынке достигли пятилетних минимумов, что стимулировало газовую генерацию. Вместе с тем давление на угольную цену и спрос оказали ветряные ВИЭ, которые производят все больше электроэнергии в Европе. В итоге сжигание угля в Испании, Германии, Франции и Великобритании снизилось с начала года», – добавил он.

Хотя Онышкив не исключает, что к концу года, то есть к разгару отопительного сезона, цены на уголь в Европе вновь вырастут, в АГМП считают, что тренд на сокращение потребления угля в европейских странах сохранится. Из-за ощутимого падения цен на газ и ужесточения экологических требований в первом полугодии 2019 года угольная энергогенерация в странах ЕС сократилась на 19%.

«Падение спроса на уголь оказало негативное воздействие на экспорт казахстанского угля в Европу, – констатирует Максим Кононов в интервью «Курсиву». – Так, в первом полугодии 2019 года был прекращен экспорт казахстанского угля в Финляндию при том, что в аналогичном периоде 2018 года объем экспорта угля в Финляндию составил в натуральном выражении 695,1 тыс. т. Экспорт угля в Польшу за шесть месяцев 2019 года сократился почти наполовину по сравнению с аналогичным периодом прошлого года», – добавил он.

Европейское направление занимало 14% в общем экспорте страны за последние три года (с 2016 по 2018 год Казахстан отправил на европейские рынки 11 млн т угля). Потерянная Финляндия была лидером по потреблению казахстанского угля на европейском направлении – эта страна закупила 6,5 млн т, или 59% от совокупного объема угольного экспорта в Европу за последние три года. Второй была Швейцария с показателем в 2 млн 446 тыс. т, или 22%. Третье место среди европейских стран – потребителей казахстанского угля  – занимала Украина с показателем 1,3 млн т в год, или 12% от общего объема. Помимо этого относительно крупными покупателями были Кипр – 409,6 тыс. т (4%) и Великобритания – 254,2 тыс. т (2%). И теперь все эти объемы нужно постепенно перенаправлять на другие рынки.

Почему целью стала Юго-Восточная Азия

«Сейчас спрос на уголь растет в большей части Азии. Например, в Индии наблюдается самый большой прирост потребления среди всех стран, он составляет 3,9% в год, – объясняет выбор нового экспортного направления Кононов. – Значительный рост использования угля также ожидается в Индонезии, Вьетнаме, Филиппинах, Малайзии и в Пакистане. Поскольку угольная генерация исторически считается наиболее доступной, способной удовлетворить потребности растущих экономик и населения, в данных странах проектируются и строятся новые угольные электростанции», – добавляет он. 

Объемы вложений в новые угольные станции оцениваются во Вьетнаме в $40 млрд, на Филиппинах – в $30 млрд, в Индонезии – в $50 млрд. Но формирующиеся стабильные рынки сбыта требуют поставок по морю. Казахстанские угольщики планируют организовать их через порт Ляньюньган. Выбор в пользу транспортировки через Китай, а не через Дальний Восток, сделан из-за того, что в настоящее время доступ к перевозке угля через восточные порты России ограничен – идут работ по расширению Байкало-Амурской магистрали. К тому же один из российских портов, Восточный, находится на реконструкции. Ляньюньган же технически вполне готов к приемке казахстанского угля. 

«Предварительные переговоры, проведенные с представителями китайских логистических компаний, подтверждают наличие в порту Ляньюньган технических и технологических возможностей для перевалки угля, а также заинтересованность стивидорных компаний – операторов угольных терминалов в порту Ляньюнган, в перевалке казахстанского угля при его поставках в страны АТР транзитом через порт Ляньюньган», – утверждает Кононов. По его словам, казахстанские угольщики готовы обеспечить заполняемость данного маршрута: только АО «Шубарколь комир» намерено экспортировать по данному маршруту до 3 млн т в год. Но для организации этого маршрута необходимо решить ряд правовых, тарифных, технических и технологических вопросов – и с учетом специфики работы китайских железных дорог, которые являются государственными, без содействия со стороны казахстанского правительства в этом вопросе не обойтись, отмечают в АГМП.

1062 просмотра

Крупнейшие нефтяные компании мира теряют деньги

Chevron, ExxonMobil и Shell почти одновременно отчитались об итогах деятельности за прошедший год и единогласно констатировали резкое сокращение доходов

Фото: Shutterstock

Слабый рост глобальной экономики и падение спроса на нефтепродукты не позволили нефтяным гигантам подтянуть прибыль даже до уровня предыдущего года.

К примеру, Chevron в сегменте «разведка и добыча» получил прибыль в пять раз меньше, чем за предыдущий год – $2,5 млрд, а в переработке и сбыте – $2,4 млрд (-34% к 2018 г.). Общая выручка за год уменьшилась на 11%, а чистая прибыль концерна сократилась в пять раз: с $14,8 млрд в 2018 году до $2,9 млрд в 2019-м. При этом среднегодовая добыча нефти в компании выросла на 4% – до 3,06 млн баррелей в сутки.

Падение прибыли в компании прежде всего связывают со снижением стоимости и списаниями активов на $10,4 млрд в проектах по добыче сланцевого газа в бассейне Appalachia в США, по производству сжиженного попутного газа в Kitimat в Канаде и нефтяном проекте Big Foot в Мексиканском заливе. Chevron пересмотрел свои планы и сокращает финансирование проектов по производству газа и сосредоточится на глубоковод­ных проектах в Мексиканском заливе, на сланцевых активах в Permian и увеличении добычи на Тенгизе. Капитальные затраты корпорации на развитие производства в 2020 году составят $20 млрд. «Мы считаем, что наилучшее использование нашего капитала – это инвестиции в наши наиболее выгодные активы», – объясняет действия компании председатель совета директоров и генеральный директор Chevron Майкл Вирт.

В Казахстане американской компании принадлежит 50% доли в ТОО «Тенгизшевройл» (ТШО), разрабатывающем Тенгизское и Королевское месторождения с общими разведанными запасами в 3,4 млрд т. Помимо этого Chevron имеет 18% доли участия в проекте по разработке Карачаганакского газоконденсатного месторождения, где оператором выступает «Карачаганак Петролиум Оперей­тинг» (КПО), владеет 15% акций АО «Каспийский трубопроводный консорциум» (КТК), эксплуатирующее нефтепровод «Тенгиз – Новороссийск» протяженностью более 1,5 тыс. км.
Другой участник Тенгизского проекта – американская ExxonMobil, правда, с долей намного ниже – в 25%, также объявила о снижении доходов.

Чистая прибыль нефтяной компании в 2019 году по сравнению с предыдущим упала на 31,2%, до $14,3 млрд. Прибыль в сфере разведки и добычи выросла на 2,6%, но в переработке и сбыте сократилась в 2,6 раза. Потери в основном связаны со снижением маржи на промышленное топливо, которое произошло из-за сезонных падений спроса на этот продукт и увеличения предложения на рынке. Кроме того, в IV квартале стало больше планового техобслуживания неф­теперерабатывающих заводов (НПЗ), включая капремонты на семи НПЗ компаний, расположенных в США, Австралии, Великобритании, Канаде и Таиланде.

В Казахстане ExxonMobil также имеет долю (16,81%) в Северо-Каспийском проекте (СКП), в рамках которого разрабатываются четыре морских месторождения, в том числе и Кашаган.

Еще один крупный участник казахстанской нефтянки – англо-голландская Shell объявила о снижении чистой прибыли по итогам прошедшего года на 32%, до $15,8 млрд. В разведке и добыче прибыль компании упала на 38%, а в переработке и сбыте – на 17%. Сокращение доходов в концерне связывают с низкими ценами на нефть. Если в 2018 году компания продавала свою нефть в среднем по $71 за баррель, то в 2019-м цена упала до $64. Кроме того, низкие темпы роста глобальной экономики, дисбаланс спроса и предложения оказали отрицательное влияние на маржинальность продуктов нефтепереработки и нефтехимии. При этом в Shell уверены, что в ближайшем будущем начнут приносить прибыль активы, которые ранее были проинвестированы компанией. Одним из таких активов является Кашаганский проект, где компания имеет долю в 16,81%. В Казахстане Shell также участвует в разработке Карачаганакского месторождения (29,25%), имеет долю (55%) в проекте «Жемчужина» – лицензионном участке, расположенном на шельфе Каспия. В октябре прош­лого года концерн отказался от совместного с NCOC освоения месторождений Хазар и Каламкас-море. По заявлению Shell проект был признан «недостаточно конкурентным по отношению к другим проектам в глобальном портфеле инвестиций концерна». По некоторым сведениям, стоимость разработки этих двух месторождений оценивалась в $4 млрд. 

Прошедший год для всех трех нефтяных гигантов стал финансово неудачным в основном из-за низких цен на углеводородное сырье и снижение спроса на неф­тепродукты.

0001 (2)_1.jpg

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif