Перейти к основному содержанию

3226 просмотров

Когда закончится эпоха легкой нефти

Рассказали эксперты

В день, когда в Атырау праздновали 120-летие казахстанской нефти и на совещании с участием президента Токаева обсуждали перспективы развития нефтегазовой отрасли, на другом конце Евразийского континента строили прогнозы относительно будущего нефтедобывающих стран.

Крыница-Здруй, Польша

Курортный городок Крыница-Здруй на юге Польши в начале века был излюбленным местом отдыха польской элиты и самого маршала Юзефа Пилсудского, возглавившего страну после возрождения ее независимости в 1918 году. Двадцать девять лет назад, после распада социалистического лагеря, в Крынице опять собралась элита – политическая, экономическая, интеллектуальная, – чтобы обсудить, куда двигаться дальше. Дискуссии оказались настолько интересными и плодотворными, что решено было проводить форум ежегодно в начале сентября. Постепенно расширялась география участников, проблематика обсуждений, и в итоге экономический форум в Крынице стал де-факто европейским мини-Давосом.

Крыница без нас

С начала 2000-х в Крыницу начали приглашать политиков, экспертов и журналистов из Казахстана. В декабре 2005 года в рамках экономического форума прошел даже специализированный форум «Казахстан – Польша». Уровень представительства был довольно высок: казахстанскую делегацию, в которую вошли министры, депутаты парламента, независимые эксперты, возглавил вице-спикер мажилиса Сергей Дьяченко.

На том форуме обсуждались пути активизации двустороннего торгово-экономического сотрудничества, трансферта технологий и обмена опытом. Отдельные панельные дискуссии были посвящены роли Казахстана как поставщика нефти в обеспечении энергетической безопасности ЕС.

Однако после этого интерес наших чиновников к форуму в Крынице неожиданно стал падать, приглашенные спикеры по тем или иным причинам вежливо отказывались, и страну на форуме чаще всего представлял посол Казахстана в Варшаве.

На форуме 2019 года Казахстан вообще не звучал ни в ходе пленарного заседания, ни в дискуссиях. Хотя тематика форума была широчайшей и включала в себя вопросы не только политики и экономики, но и кибербезопасности, зеленой энергии, развития местного самоуправления и так далее. А у Украины в этом году был даже отдельный «Украинский дом», где с утра до ночи кипели горячие дискуссии.

Все это наводит на мысль, что каждый по прошествии времени выбрал свой путь движения: Польша – на Запад, в сторону единой Европы, Казахстан – на Север и Восток, в направлении Китая и России.

Эпоха «легкой нефти» закончилась

На расширенном совещании по вопросам развития нефтегазовой отрасли страны в Атырау 5 августа под руководством Касым-Жомарта Токаева министр энергетики Канат Бозумбаев обозначил стратегическую цель: довести добычу нефти в Казахстане к 2025 году до 105 миллионов тонн. Основной прирост должны дать три нефтегазовых гиганта: Кашаган, Тенгиз и Карачаганак, где идут или запланированы масштабные проекты расширения. Цель вполне выполнимая, однако станет ли результат драйвером экономического роста страны и улучшения благосостояния ее граждан? Не опоздали ли мы?

В этот же день в Крынице проходила одна из интереснейших дискуссий под заголовком «Россия на распутье: варианты развития», в которой приняли участие авторитетные московские эксперты. Причем прозвучавшие в ходе нее мнения и выводы применимы не только к нашему северному соседу, но и к нам, учитывая схожую структуру наших экономик и фатальную зависимость от нефти.

Что же ожидает Россию и ее нефтегазовую отрасль в обозримом будущем? По словам главного докладчика, известного эксперта, партнера аналитической компании RusEnergy Михаила Крутихина, ничего хорошего. «Золотой век» у нефтяников уже был, и цену в $100 за баррель мы не увидим уже никогда. А вот $40 – вполне может быть. Наиболее реальный ценовой коридор в ближайшие годы, по его мнению, – $40-$60, но возможно, и $20-$30. Тому причина не только избыток предложения на мировом рынке, что толкает цены вниз, но и грядущая декарбонизация мировой экономики, которая, по мнению Крутихина, наберет силу после 2030 года. Именно тогда одновременно замедлятся темпы роста китайской экономики – основного потребителя углеводородов,  – значительно подешевеет энергия, полученная альтернативным способом, и широкое развитие получат электромобили, которые заменят двигатели внутреннего сгорания. После 2030-го нефти на рынке будет много, а покупателей значительно меньше, чем сегодня, что должно обрушить цены на углеводороды.

Михаил Крутихин считает, что российские чиновники лукавят, говоря, что цена в $40 вполне комфортна для бюджета, так как цена отсечения – $42. Грубо говоря, все, что свыше $40, в России не тратится, а откладывается для будущих поколений в аналог нашего Национального фонда. Но дело в том, считает эксперт, что $42 за баррель не оставляют возможности нефтегазовым компаниям инвестировать в разведку и разработку новых месторождений, учитывая, что сейчас надо идти и бурить на арктический шельф или на большие глубины, где себестоимость и разведки, и добычи несоизмеримо больше.

В Казахстане проблема с восполнением запасов стоит, пожалуй, еще более остро, чем в России.

После Кашагана, открытого 19 лет назад, не было найдено ни одного нового месторождения с более-менее приличными запасами ни на шельфе, ни на суше. А патриарх казахстанской нефтянки, бывший министр нефти и газа Узакбай Карабалин еще восемь лет назад предупреждал: эпоха легко извлекаемой нефти закончена.

Советник генерального директора московской компании «Открытие Брокер» Сергей Хестанов согласен с мнением коллеги. Если посмотреть графики среднегодовых цен на нефть в ретроспективе, то нетрудно заметить, что их рост чередуется с падением и последующей рецессией.

Наиболее масштабные падения выпали на 1986 год, когда нефть в считаные месяцы подешевела в четыре раза (и тогда это закончилось распадом Советского Союза). Следующее крутое пике – 1997 год, что привело к большим экономическим проблемам в бывших советских нефтедобывающих республиках, в том числе и в Казахстане. Потом был 2008 год с его общемировым кризисом. Нетрудно заметить некую цикличность: «черные дни» для нефти наступают раз в 11 лет. А значит, в 2019-20 годах следует ожидать, по словам эксперта, очередного резкого снижения нефтяных котировок. Насколько длительным будет спад, сказать сложно. Но, по мнению г-на Хестанова, если он затянется года на три, то последствия могут быть совершенно непредсказуемыми.

По оценкам, прозвучавшим в ходе дискуссии, доходы от нефти составляют около 30% поступлений в российский бюджет. В то же время доля импорта в России – тоже порядка 30%. И чтобы нивелировать выпадающие от дешевеющей нефти доходы, правительству РФ не остается ничего другого, как плавно проводить девальвацию рубля. Параллели более чем очевидны, особенно если учесть, что у нас в Казахстане и зависимость от нефти, и зависимость от импорта больше как минимум в полтора-два раза. И плавное снижение курса тенге – лучшее тому подтверждение.

1076 просмотров

Фактор газа

Кто построит газоперерабатывающий завод на Кашагане

Фото: Depositphotos/lagereek

Увеличение добычи нефти на Кашагане автоматически влечет за собой вопрос: что делать с попутным газом? Оператор месторождения предпочитает закачивать его обратно в пласт, а власти респуб­лики хотят, чтобы газ перерабатывали. Осталось решить, кто будет финансировать переработку.

Газ – сдерживающий фактор для увеличения добычи на Кашагане: его надо либо закачивать обратно в пласт, либо перерабатывать. В рамках расширения производства первого этапа освоения месторождения к 2022 году консорциум должен увеличить уровень добычи нефти с нынешних 380 тыс. до 420 тыс. баррелей в сутки. Чтобы поддерживать объем производства нефти на сегодняшнем уровне, NCOC приходится ежесуточно закачивать обратно в пласт около 12 млн куб. м попутного газа. При этом чем больше выкачивается нефти, тем больше попутного газа надо утилизировать. Казахстан же заинтересован в переработке газа, чтобы его поставлять на внутренний рынок или отправлять на экспорт.

Обсуждаем детали

Сейчас в правительстве создана рабочая группа, в которой заинтересованные стороны обсуждают детали строительства газоперерабатывающего завода (ГПЗ) мощностью 1 млрд куб. м газа. По сведениям Министерства энергетики РК, начало строительства ГПЗ запланировано на 2020 год, а общий период строительства займет 2,5 года. Разрабатывается проектно-сметная документация объекта, финансирование проекта будет осуществляться за счет инвестора и заемных средств. Завод в год будет выпускать до 700 млн куб. м товарного и около180 тыс. т сжиженного газа, а также серу и газовый конденсат. Поставят ГПЗ в 60 км от города Атырау и в 12 км от установки комплексной подготовки нефти и газа «Болашак» компании North Caspian Operating Company.

В январе на портале yicaiglobal.com появилась информация, что китайская China Oil HBP Science & Technology (HBP) выиграла тендер на строительство ГПЗ на  месторождении Кашаган стоимостью $242 млн. В сообщении  говорилось, что компания предоставит владельцу проекта Gas Processing Company подробный дизайн проекта и все навесное оборудование, а также руководоство по монтажу оборудования и вводу в эксплуатацию проекта.  Однако в Минэнерго эту информацию опровергли. «В настоящее время все вопросы по данному проекту находятся лишь в стадии рассмот­рения, и никаких договоренностей, тем более контрактов не заключалось», – сообщили в ведомстве. Аналогичный ответ дали «Курсиву» в ТОО «Gas Processing Company». К слову, это предприятие построило ГПЗ в Актюбинской области на месторождении Кожасай и закупило часть оборудования у HBP. 
   
В компании отметили, что к проекту ГПЗ на Кашагане имеет отношение ТОО «GPC Investment», и это другое юридическое лицо. Информация об учас­тии в проекте GPC Investment появилась в конце декабря, когда в Макатском районе Атырауской области, где и будет построен завод, были проведены общественные слушания по оценке воздействия на окружающую среду будущего объекта. Как раз там было объявлено, что финансирование ГПЗ берет на себя ТОО «GPC Investment». В компании «Курсиву» сказали, что до официального объявления уполномоченными органами решения по ГПЗ они не могут раскрывать деталей проекта.

Проблемы производства

Найти инвестора, который готов вкладывать свои средства в строительство ГПЗ в Казахстане, не слишком просто. 

Эксперты IHS Markit считают, что производство газа в республике невыгодно. Недропользователи вынуждены продавать газ по ценам, которые значительно ниже его себестоимости. Цены устанавливаются индивидуально путем переговоров между производителями и покупателями, прежде всего АО «КазТрансГаз» (КТГ), за которым закреплены монопольные полномочия, предполагающие наличие преимущественного права на приобретение попутного газа. В 2018 году средняя цена на газ, выплачиваемая казахстанским производителям, составляла 14,5 тыс. тенге за 1 тыс. куб. м, в 2019-м – 14,3 тыс. тенге. «Этого может оказаться достаточно для покрытия себестоимости сухого газа с небольшой глубиной залегания, но не хватает для покрытия себестоимости жирного попутного газа с высоким содержанием серы, который необходимо извлечь, подготовить и транспортировать к месту подачи в газопровод», – поясняют эксперты и отмечают, что, пока цены на газ остаются искусственно заниженными, инвестиций в его производство ожидать трудно.

Нужный продукт

При этом газ – довольно востребованный продукт, который необходим как для внутреннего потребления, так и для отправки на экспорт. 

Газ на внутренний рынок в основном поставляет КТГ – нацио­нальный оператор в сфере газа и газоснабжения. Хотя есть компании, продающие газ напрямую энерговырабатывающим предприятиям. «Тенгизшевройл», к примеру, в год поставляет на Атыраускую ТЭЦ около 1 млрд куб. м газа.

По предварительным данным, в прошлом году продажа 14 млрд куб. м газа населению нанесла КТГ ущерб в размере 101 млрд тенге, поскольку газ коммунально-бытовым потребителям продается по утвержденным Антимонопольным комитетом ценам. Но благодаря экспорту 9,6 млрд куб. м газа компания не только покрыла убыток, но и получила чистую прибыль в размере 330 млрд тенге. Такая схема субсидирования внутреннего рынка работала бы долго, если бы параллельно росту потребления рос еще и объем производства газа.

В целом коммерческие объемы газа, то есть валовая добыча за вычетом обратной закачки, в Казахстане растут. В 2018 году они составили около 36,4 млрд куб. м, что на 10% выше, чем в 2017-м. Но и внутреннее потреб­ление растет – приблизительно на 1 млрд куб. м в год. По прогнозу IHS Markit к 2040 году объем производства товарного газа в республике увеличится всего лишь на 3,6%, до 38 млрд куб. м, тогда как конечное потребление вырастет на 68% – до уровня 25,4 млрд куб. м.

В сложившейся ситуации в увеличении коммерческих объемов казахстанского газа, а значит и строительстве газоперерабатывающих заводов, должны быть заинтересованы «КазТрансГаз» и Китай. Казахстанский национальный оператор не захочет терять экспортную выручку. В 2018 году одним из основных направлений экспорта казахстанского газа стал Китай, куда ушло 5,2 млрд куб. м. КТГ получил свыше $2,4 млрд выручки ($1,7 млрд в 2017-м). Поднебесная заинтересована в том, чтобы объемы казахстанского газа позволили заполнить газопровод «Цент­ральная Азия – Китай». 

Рост поставок из нашей страны в предыдущем году увеличил загрузку газопровода до уровня свыше 90% от существующей пропускной способности, которая составляет 55 млрд куб. м в год. Поэтому в октябре 2018 года КТГ и Petro China International подписали пятилетний контракт об увеличении с 2019 года экспорта газа до 10 млрд куб. м в год.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif