Когда Казахстан перестанет покупать «ножки Буша»

На данный момент производство мяса птицы только наполовину покрывает внутреннюю потребность

Автор: David Tadevosian

Министерство сельского хозяйства обещает обеспечить импортозамещение по мясу птицы к 2021 году, птицеводы отодвигают достижение этой цели до 2023 года и настаивают на дополнительной господдержке.

Избавиться от «ножек Буша» за два года пообещал глава Минсельхоза Сапархан Омаров, хотя пока производство мяса птицы в Казахстане только наполовину покрывает внутреннюю потребность. Программа развития отрасли предусматривает, что к 2021 году объем производства достигнет 300 тыс. т – это почти весь объем потребления республики. А в 2027 году, согласно той же программе, производство мяса птицы в РК вырастет до 740 тыс. т, из них 150 тыс. т уйдет на экспорт. Для сравнения: экспорт мяса птицы в 2017 году составлял 11 тыс. т.

Справедливости ради стоит отметить, что производство мяса птицы в стране действительно растет, но не так быстро, какпредусмотрено отраслевой программой. Запланированный объем производства на 2018 год – 220 тыс. т, реальный – 190 тыс. По оценке главы Союза птицеводов РК Руслана Шарипова, казахстанские производители все-таки достигнут показателя в 200 тыс. т.

«Будет запущена крупная фабрика в Алматы «КазРосбройлер», она будет давать 30 тыс. т мяса птицы. Есть еще три-четыре инвестора, которые хотят строить новые производства – крупные птицефабрики. Макинская птицефабрика сейчас вторую очередь заводит. Поэтому я считаю, что в ближайшие три-четыре года мы будем полностью себя обеспечивать мясом птицы», – говорит Шарипов.

Отраслевая программа развития птицеводства предполагала, что в 2019 году в стране будет произведено 274 тыс. т мяса птицы.

Почему курица важнее яйца 

По оценке мировых экспертов, с 2010 по 2050 год объем производства мяса в мире увеличится на 70% и составит 505 млн т. При этом прогнозируемый рост объемов производства для свинины – 59,3%, для говядины – 28%, а для птицы – 122,5%. 

«Мясо птицы в мире по потреблению вышло на первое место в мире еще в 2016 году. В 2017 году в мире произведено 122 млн т мяса птицы, свинина на втором месте – 119 млн, говядина только 66 млн и баранина – 9 млн т – такие цифры приводит президент Евразийской птицеводческой ассоциации Владимир Фисинин

Он отмечает, что сейчас в глобальных масштабах ставка действительно делается на развитие птицеводства, но обращает внимание, что вызовом для отрасли станет сокращение кормовой базы на фоне нехватки плодородных земель. Второй вызов для отрасли, по его мнению, – необходимость диверсификации кормов: пшеница идет на биотоп­ливо, поэтому нужно наращивать производство кукурузы и сои как альтернативы. Эта задача актуальна и для России, и для Казахстана. Еще одна нерешенная проблема связана с биобезопасностью. 

«Болезни птиц кочуют вместе с родительскими стадами повсеместно», – констатирует Фисинин. По мнению эксперта, здесь должно помочь выведение собственных пород – в России на эти цели выделено около 5 млрд рублей, в Казахстане этот вопрос на государственном уровне не поднимался. 

Чем «птичий грипп» в России чреват для Казахстана

Необходимость собственного племенного птицеводства обозначил и Руслан Шарипов. 

«У нас нет своих племенных репродукторов, прародителей – мы закупаем их за рубежом. А когда закупаешься за границей, всю заразу завозишь оттуда, и с каждым завозом мы садимся на иглу вакцинации», – говорит глава отраслевого союза. Шарипов напоминает, что в Казахстане были свои по­роды – несушка породы «Алатау» стойко переносила не только  суровые климатические условия, но и нарушения в режиме кормления или в рационе. Импортные курицы в таких случаях перестают нестись на два-три месяца, а «Алатау» способна была восстанавливаться за считаные дни. 

Несколько казахстанских компаний сейчас пытаются заниматься разведением племенных пород и даже экспортируют цыплят в соседние страны. Но при этом, по словам Светланы Ивановой, директора ТОО «Когер», это как раз одно из таких предприятий – ждут государственной поддержки. Сейчас репродуктор «Когер» производит около 2,5 млн цыплят в год, 60% из них уходит на экспорт.

«В Казахстане племенных предприятий, по большому счету, нет. Мы одни из первых открывали репродуктор 10 лет назад, – говорит Иванова. – Сейчас наш племенной репродуктор широко известен в Таджикистане, могу сказать с уверенностью: 85% рынка Таджикистана – это наши цыплята. Мы успешно экспортируем цыплят, а в своей стране должной поддержки не находим».

Вариант поддержки со стороны государства она видит в возврате НДС за поставки племенных цыплят и в установлении зеленого коридора при прохождении таможенной очистки на границе. Узбекская таможня, транзитом через которую казахстанский товар идет в Таджикистан, обеспечивает казахстанскому производителю досмотр за 15 минут, а казахстанская, по словам Ивановой, растягивает процедуру на часы. 

В то же время директор ТОО «Когер» констатирует: первые меры поддержки в пользу отечественного репродуктора приняты – государство ввело дотацию для покупателя при покупке цыплят у местного производителя. 

856849158.jpg

И снова фуражный фонд

Следующим шагом, по мнению птицеводов, должно стать появление фуражного фонда объемом как минимум в 300 тыс. т. Идея 10-летней давности реанимирована из-за скачка цен на зерно – оно занимает около 70% в себестоимости мяса птицы и яйца. 

«Цена на зерно и жмых возросла по сравнению с прошлым годом вдвое, – рассказывал директор ТОО «Фирма Алекри» Александр Прядко. – Еще до нового года мы закупали зерновые по 30–35 тыс. тенге, сейчас – по 65–70 тыс. за тонну. Удорожание – просто фатальная необходимость, никогда себестоимость яйца еще не подходила к 18–20 тенге за штуку, а для того чтобы нам развиваться, рентабельность должна быть не менее 20–25%. Мы сейчас продаем яйца по 22 тенге за штуку», – поясняет он. 

По словам производителя, птицеводы могли бы оставить цены при гарантии сохранения низких осенних цен на кормовые в течение всего года. Закупать корма впрок птицеводы не могут: нет ни оборотных средств, ни площадей для хранения. Поэтому стать таким закупщиком, по мнению птицеводов, должно государство.

Управляющий директор – член правления АО «НК «Продовольственная контрактная корпорация» Сабит Кашкимбаев в интервью «Курсиву» заявлял, что проблему нехватки «оборотки» для закупа фуража и недостаточности мощностей для его круглогодичного хранения может решить и «Продкорпорация», если ей выделят на это бюджетные средства. Правда, Кашкимбаев при этом акцентировал внимание на необходимости гарантий по полному освоению заготовленного объема. 

В 2018 году импорт мяса птицы в Казахстан из США, по данным ITC, составил 106 тыс. т, это примерно треть объема потребления страны. Судя по складывающимся в отрасли тенденциям, мясу птицы казахстанского производства будет непросто вытеснить с рынка дешевые «ножки Буша».

banner_wsj.gif

108 просмотров

Сокращение добычи помогло повысить цены на нефть

По мнению финансиста и экономиста Мурата Темирханова, в этом году ВВП Казахстана должен сократиться на 4%

Фото: КМГ

Соглашение о коллективном сокращении добычи нефти положительно отразилось на ее стоимости. Цена на Brent с начала вступ­ления в силу сделки ОПЕК+ выросла более чем на 60%, хотя не все страны стопроцентно выполнили свои обязательства.

Сделка Организации стран – экспортеров нефти и государств, не входящих в картель, о коллективном сокращении добычи на 9,7 млн баррелей в сутки сыграла важную роль в поддержании стабильности на рынке нефти, считают в ОПЕК. И это несмотря на то, что в мае общее соответствие принятым обязательствам по сокращению добычи составило 87%. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), мировые поставки нефти в мае упали на 11,8 млн баррелей в сутки. 

Помимо альянса добычу снизили США, Канада и другие экспортеры углеводородного сырья. Казахстан выполнил свои обязательства на 71%.

Спрос и предложение

В ОПЕК+ подсчитали, кто и насколько снизил производство нефти в первом месяце сделки, вступившей в силу 1 мая. Общее соответствие квоте за прошедший месяц составило 87%. В частности, Россия выполнила условия соглашения на 94%, Конго – на 72%, Казахстан и Ангола – на 71%, Нигерия – на 57%, Ирак – на 46%.

Соглашение о коллективном сокращении добычи страны – экспортеры нефти заключили 12 апреля. Продиктовано оно было сильным падением спроса на энергоносители в I квартале. Согласно договору в мае-июне этого года производство нефти должно было уменьшиться на 9,7 млн баррелей в сутки, на 7,7 млн – в течение второго полугодия и на 5,8 млн – с 1 января 2021 года по 30 апреля 2022 года. Исходным показателем для расчета корректировок для участников сделки (за исключением Саудовской Аравии и России) стал уровень октября 2018 года. Казахстан взял на себя обязательства сократить суточную добычу на 390 тыс. баррелей. При этом республике пришлось снижать добычу с гораздо более высоких уровней, чем этом было осенью позапрошлого года. Суточная добыча тогда составляла 1,7 млн баррелей, а в I квартале этого года – 1,88 млн. Практически страна должна снизить добычу более чем на полмиллиона баррелей в сутки. В итоге совокупное перепроизводство нефти в республике в первые 12 дней мая составило 3,13 млн баррелей в сутки и связано это «с инертностью отрасли», сообщил в ходе заседания комитета по мониторингу ОПЕК+, прошедшего 18 июня, министр энергетики РК Нурлан Ногаев. По его словам, компенсация невыполненного объема запланирована на август и сентябрь. Получается, что в этот период, с учетом компенсируемых объемов, суточная добыча должна упасть и вовсе до 1,26 млн баррелей.

Эксперты отмечают, что рес­публика сейчас использует старую тактику, когда пытается перенести сокращение на более поздний срок, который к тому же может совпасть с периодом проведения плановых ремонтных работ на Тенгизе, Кашагане и Карачаганаке либо на других крупных месторождениях. Аналогичным образом поступают многие экспортеры нефти, в том числе и Россия.

При этом постановление «О введении временных ограничений на пользование участками недр для средних, крупных и гигантских месторождений пропорционально экспортным объемам» правительство приняло буквально на этой неделе, 23 июня.

А как же ВВП?

Выполнение условий сделки может отрицательно отразиться на состоянии экономики респуб­лики. Финансист и экономист Мурат Темирханов отмечает, что в прошлом году в Казахстане было добыто 90,5 млн т нефти. В этом году после падения спроса в Минэнерго снизили прогноз по добыче до 86 млн т. По расчетам эксперта, если республика будет полноценно соблюдать требования ОПЕК+, то добыча должна снизиться до около 81 млн т, если не меньше. До 86 млн т добыча может снизиться в результате естественного падения производства на старых и дорогих по себестоимости месторождениях в условиях низких цен на нефть. 

С другой стороны, если мы будем выполнять требования ОПЕК+, то это нанесет двойной удар по росту ВВП. Во-первых, в марте-апреле из-за введения режима ЧП и карантинных мер половина экономики республики остановилась, что сильно отразит­ся на ВВП. «Честно говоря, я немного удивлен статистикой, которая показывает гораздо меньшее падение. В той же Европе за этот период произошло значительное падение экономик. По моим ожиданиям, в мае падение ВВП должно было быть не 1,7%, как говорят в правительстве, а гораздо больше», – поясняет Темирханов. До апреля был рост около 3%, а в апреле, наоборот, ВВП сократился на 0,2%. В мае вдруг темпы падения резко замедлились, хотя карантин был в полном разгаре. Статистические данные по падению ВВП в мае у эксперта вызывают большие сомнения.

«Во-вторых, сильно повлияют на экономику страны низкие цены на нефть и сокращение объемов ее добычи. По моей оценке, в целом по году ВВП Казахстана должен сократиться на 4%, и это с учетом того, что до конца марта у нас экономика выросла примерно на 3% в годовом выражении», – говорит Темирханов.

sokrashhenie-dobychi-pomoglo-povysit-ceny-na-neft-2.jpgФото: КМГ

Застрахованная Мексика

В целом, по данным МЭА, в мае страны – участницы соглашения ОПЕК+ сократили поставки нефти на 9,4 млн баррелей в сутки. Другие мировые производители сырья, не участвующие в сделке, с начала года снизили ежесуточную добычу на 4,5 млн баррелей. 

В начале июня члены альянса договорились продлить условия соглашения за первые два месяца еще и на июль. Решение было принято из-за сохраняющегося переизбытка сырья на рынке. По сведениям исследовательской компании Rystad Energy, в мае спрос на автомобильное топливо упал на 19,9%, до 38 млн баррелей в сутки. Тяжелая ситуация сохраняется в авиационном секторе, отмечает МЭА. Данные Международной ассоциации воздушного транспорта демонстрируют, что пассажиропоток в этом году будет почти на 55% ниже, чем в прошлом. Чтобы ускорить процесс восстановления спроса, экспортеры нефти, участники альянса приняли дополнительное соглашение. За исключением Мексики, которая решила выйти из соглашения ОПЕК+. В мае она выполнила свою квоту на 93%. В апреле, когда участники альянса обговаривали условия сделки, Мексике предложили сократить добычу на 400 тыс. баррелей. Тогда она отказалась, и часть ее квоты в размере 300 тыс. баррелей взяли на себя США.

По данным Bloomberg, правительство Мексики застраховало в американских банках свои поставки нефти по цене в $49 за баррель, поэтому она не идет на сделку с остальными производителями нефти и не ограничивает добычу. Хеджирование позволит этой стране получить около $6,2 млрд в результате падения цен на нефть в этом году. За последние 20 лет хедж защищал Мексику от каждого серьезного кризиса. В 2009 году, во время мирового финансового кризиса, когда цены на нефть также сильно упали, она получила $5,1 млрд, а при нефтяном кризисе 2015–2016 годов – $9,1 млрд.

Могут ли аналогичным образом поступить другие производители нефти, такие как Россия и Казахстан? Заместитель начальника департамента Государственной информационной системы топливно-энергетического комплекса (ГИС ТЭК) Российского энергетического агентства, эксперт «Русского гео­графического общества» (РГО) Наталья Гриб считает, что вопрос, надо ли России страховать свою добычу, дискуссионный. Потому что у нее бюджет сверстан, исходя из $42 за баррель. «И несмотря на обнуление мировых цен на нефть в апреле, у меня есть ожидания, что этот уровень рынок вернет себе уже в августе», – говорит эксперт. Она отмечает, что Россия была готова к данному спаду цен: есть фонд с запасом финансовых ресурсов, есть активные игроки, кто участвовал во всех этих играх ОПЕК+. И есть существенные политические выгоды в международных отношениях на высшем уровне.

Для Казахстана все зависит от уровня цен на нефть, заложенного в республиканский бюджет. С одной стороны, Казахстан – средний по объему игрок на мировом рынке. И страховка какой-то части добычи была бы нелишней. С другой – речь идет о довольно существенных платежах на постоянной основе страховым институтам. То есть о перекладывании на них ответственности за прогноз и всех рисков.

«Я бы сказала, что сегодня важнее модернизировать фонд скважин и применить новые технологии, позволяющие останавливать и вводить добычные скважины так же оперативно и без последствий обводнения, как это делают саудиты», – считает Наталья Гриб.

По ее словам, прямого ответа на вопрос, нужно ли Казахстану хеджировать риски, не существует. Когда ты доверяешь собственному планированию и прогнозу, то в этом нет необходимости, но если сохраняется слишком много факторов неизвестности, то можно попробовать застраховать какую-то часть.

Цены и запасы

Заключение сделки ОПЕК+ о сокращении добычи оказало положительное влияние на стоимость нефти в мае. Но ситуация на нефтяном рынке улучшилась не только благодаря сокращению добычи, но и росту потребления нефти, который произошел на фоне ослабления карантинных мер. В Китае в марте-апреле наблюдалось общее восстановление спроса, а в Индии в мае произошел резкий рост потреб­ления топлива. Об увеличении продаж нефтепродуктов объявили на неделе Великобритания и Италия. 23 июня нефть марки Brent на международных рынках продавалась уже по $43 за баррель. 

Первого мая, в первый день вступления в силу соглашения ОПЕК+, она торговалась по $26 за баррель. Стоимость WTI за этот же период выросла с $19 до 39 за бочку.

По прогнозу управления энергетической информации (EIA) Минэнерго США ежемесячные цены на Brent во втором полугодии составят в среднем $37 за баррель и вырастут до $48 в следующем году. EIA ожидает, что высокие запасы сырой нефти в хранилищах государств ограничат повышение цен в ближайшие месяцы, но по мере их сокращения в 2021 году рост цен будет увеличиваться.

В Rystad Energy считают, что общее потребление нефти восстановится не скоро. К примеру, в США в этом году спрос на нефть сократится на 2,4 млн баррелей в сутки, до 18,1 млн баррелей, что на 11,8% меньше, чем в прошлом году. В Европе суточная потребность в углеводородном сырье снизится на 2,2 млн баррелей, или до 12 млн баррелей, что на 15,6% меньше по сравнению с 2019 годом. В целом в этом году мировой спрос снизится на 11,8%, или на 11,7 млн баррелей, до 87,8 млн баррелей в сутки. При этом последствия сегодняшних сокращений добычи могут отрицательно сказаться на объемах производства нефти в будущем.

Эксперты ожидают, что глобальные расходы в нефтедобычу в этом году упадут до $383 млрд, что является самым низким показателем за последние 15 лет. По сравнению с прошлым годом затраты сократятся на 29%, или на $156 млрд. Уменьшение инвестиций в разведку и добычу приведет к снижению мировых запасов углеводородного сырья примерно на 282 млрд баррелей. Глобальные извлекаемые запасы нефти уменьшатся до 1,9 трлн баррелей.

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg