Перейти к основному содержанию

2662 просмотра

Казахстанские ученые придумали, как использовать ненужный уголь

И теперь ищут инвесторов

Автор: Jamikorn Sooktaramorn

Группа казахстанских ученых разработала технологию по использованию некондиционного угля в производстве ферросплава. Но пока инвесторов эта идея не заинтересовала.

Сплав из отвалов

Инвесторы из Арабских Эмиратов и Индии не случайно рассматривают Экибастуз как лучшее место для выпуска ферросиликоалюминия. Во-первых, для производства этого сплава необходимы угольные отходы, которых здесь предостаточно. Во-вторых, дешевая электроэнергия. 

Индийская компания Brij Cement побывала в регионе в августе текущего года. Она занимается выпуском цемента, стекла и плитки, годовой оборот предприятия при этом составляет примерно $1,1 млрд. Теперь инвесторы из Индии рассматривают возможность строительства металлургического завода на севере Казахстана.

Пока иностранные бизнесмены лишь приглядываются к региону, экибастузский предприниматель Николай Арсютин планирует уже в следующем году вбить первый колышек на месте нового завода. Он рассказал «Курсиву», что уже приобрел на аукционе участок земли, выполнил технико-экономическое обоснование и подписал договор на разработку сметной документации с одним из российских институтов.

Предполагается, что на новом объекте будет четыре печи по 16 мегаватт, мощность – 50 тыс. тонн ферросиликоалюминия в год. 

«Сырье – углистая порода местных разрезов, то, что сегодня идет в отвалы. Угольные компании готовы ею поделиться даже безвозмездно. Необходимую металлическую стружку договорился брать на местном предприятии «Проммашкомплект», она образуется в результате обработки колесных пар. С электроэнергией тоже проблем не будет», – отметил Николай Арсютин. 

На сегодня, по его словам, главный вопрос – финансирование проекта, общая стоимость которого оценивается в $68 млн. 

«Все сейчас делается за счет моих средств. Есть два пути: либо привлечение средств Банка развития Казахстана, либо поиск соинвестора», – поделился предприниматель.

Свой среди чужих

Технологию производства ферросиликоалюминия из отходов угледобычи (название сплава – «Казахстанский») разработала группа ученых Национального центра по комплексной переработке минерального сырья РК. В 2011 году казахстанские ученые продали патент европейской компании, зарегистрированной в Швейцарии. Ее партнером является лидер мировой металлургии – компания ThyssenKrupp. 

Прежде чем пойти на этот шаг, ученые предлагали свою разработку отечественным структурам. 

«Мы обращались в различные инновационные фонды, банки. Меня вежливо выслушивали, а когда уходил, чувствовал, что смеялись. Мол, казахстанские ученые что-то придумали, чего в мире нет. Так воспринималось, пока патент не купили европейцы на очень хороших условиях. Роялти составляет 6,5% от тонны продукции, где бы та ни производилась. Обычно ученым дают, как правило, 2–3%. Это исключительные условия», – поделился с «Курсивом» генеральный директор Национального центра по комплексной переработке минерального сырья РК Абдурасул Жарменов

По данным спикера, некая немецкая компания, занимающаяся продвижением патентов, оценила казахстанское изобретение в $360 млн. 

«Это оценка эффективности использования технологии», – уточнил ученый. 

Приобретая патент, европейцы намеревались построить производство именно в Казахстане. Но пока не сложилось. 

За все надо платить

В Павлодарской области уже дважды запускали производство ферросиликоалюминия по казахстанской технологии. Сначала в 1998 году, еще до того как патент ушел за границу, ТОО «АиК» в Экибастузе поставило экспериментальную электропечь по выпуску нового сплава. Тогда завод стал опытной площадкой для Национального центра. Объект вошел в состав экибастузской финансово-промышленной группы «Заман», основным видом деятельности которой является горнорудная промышленность, добыча и реализация угля. В течение четырех лет группа инвестировала в развитие нового направления $4,5 млн. Годовая производительность завода составляла 3,6 тыс. тонн. По словам Абдурасула Жарменова, проект свернули. 

В 2013 году в Павлодаре в одном из цехов трубного завода KSP Steel с использованием той же технологии был запущен цех по выплавке ферросиликоалюминия проектной мощностью 30 тыс. тонн. В предприятие вложили 8 млрд тенге, цех открывали с помпой. Но спустя время его работу приостановили. 

«Предприятие не выполнило договоренности по выплате роялти. Когда запускали цех, руководитель компании говорил, что все позже подпишем. Немцы поверили и согласились. А когда процесс пошел, бизнесмен начал от всего отказываться. В итоге нам дважды пришлось отстаивать свои права на разработку в суде», – говорит Абдурасул Жарменов.

По его словам, завод по выпуску ферросиликоалюминия по казахстанской технологии мощностью 200 тыс. тонн в год южнокорейская фирма Posco планировала построить в Кыргызстане. Затем речь шла о запуске предприятия в Бразилии и, наконец, в Караганде. Ни один из проектов реализовать до конца так и не удалось.

Как отмечает ученый, в Бразилии строить завод прекратили после того, как там подскочила цена на электроэнергию, а она составляет до 60% в себестоимости продукта. В стране закрылись все ферросплавные заводы. Как писал «Курсив», в 2011 году было заключено трехстороннее соглашение о строительстве завода по выпуску ферросиликоалюминия в Кыргызстане между Национальным центром по комплексной переработке минерального сырья РК, швейцарским холдингом ICMD и южнокорейской Posco M-Tech. Камнем преткновения вновь стала цена на электроэнергию. На тот момент правительство соседней страны дало гарантии, что предприятие будет получать электроэнергию по цене 1 цент за 1 киловатт. Ниже в мире не было. Время шло, сроки строительства отодвигались. В сентябре 2015 года компания Posco заморозила финансирование, потребовав от тогда еще Астаны и Бишкека заключить соглашение по тарифам на электроэнергию. Но к тому времени у соседей и власть сменилась, и законы. 

В 2012 году власти Карагандинской области заявили о намерении построить завод комплексных сплавов в регионе. Согласно информации издания «Индустриальная Караганда», первый этап строительства запланировали на 2019–2020 годы. 
По словам Абдурасула Жарменова, строительство в Караганде из числа долгоиграющих. 

«Потенциальные инвесторы, среди которых немецкая ThyssenKrupp, японская Hanwa, та же Posco, изъявили желание построить завод по нашей технологии. Но у них было условие – собственная сырьевая база», – говорит ученый.

В регионе имеется бесхозное угольное месторождение, по причине его плохого качества интереса к нему ни у кого не было. Но это как раз то, что нужно для сплава. 

«Пять лет потребовалось нашему правительству для принятия решения. Инвесторы столько ждать не могли. Наконец два года назад месторождение передали. Но и сегодня нет ясности по финансированию с казахстанской стороны», – отметил Жарменов.

Всего за эти годы на разных производствах было выпущено 35 тыс. тонн сплава «Казахстанский». По данным маркетинговых исследований Национального центра, подтвержденный сегодня спрос на сплав «Казахстанский» составляет 800 тыс. тонн в год, в последующем ожидается повышение до 6 млн тонн в год. По мнению инициатора проекта Николая Арсютина, вероятность появления в Экибастузе нового завода составляет 90%.

7766 просмотров

Кому помешал экспорт живого скота из Казахстана

Намерение Минсельхоза вызвало протест со стороны мелких крестьянских хозяйств и даже некоторых мясокомбинатов

Фото: Shutterstock

О готовности проекта решения по введению эмбарго на экспорт стало известно в понедельник, 20 января. Главный аргумент Минсельхоза – из-за вывоза живого скота за рубеж на внутреннем рынке образовался дефицит поголовья для отечественных откормочных площадок и сырья для мясокомбинатов. В итоге, по информации директора департамента производства и переработки животноводческой продукции МСХ РК Еркебулана Ахметова, мощности этих предприятий оказались загружены всего на 50% – и их решили загрузить за счет закрытия границ, заодно решив проблему с ценами. «Массовый экспорт живого скота для дальнейшей переработки и перепродажи создал основу для спекулятивного роста цен на мясную продукцию», утверждают в аграрном ведомстве.

Производители против

Мясной союз РК имеет прямо противоположную позицию. Аргументация председателя правления отраслевого союза Асылжана Мамытбекова строится на следующих цифрах. В год в Казахстане забивают 2 млн голов скота, а экспортируют в живом виде 160 тыс. голов крупного рогатого скота, то есть меньше 10% от общего количества забоя. По мнению Мамытбекова, ни на цены, ни на загрузку эта доля критически повлиять не может. 

Второй аргумент Мясного союза – соотношение экспорта и импорта мяса в стране в 2019 году. Отраслевая ассоциация оперирует следующими данными: Казахстан экспортировал в прошлом году 63 тыс. т мяса, из них примерно половина – это проданный за рубеж живой скот в пересчете на убойный вес. Импортировала же республика 26,7 тыс. т говядины, баранины, конины и свинины суммарно, причем экспорт превышал импорт по всем видам мяса. По оценке Мясного союза, обеспеченность внутреннего рынка мясом составляет сейчас 102%.

«Мы экспортируем мяса больше, чем импортируем, о каком дефиците может идти речь? – недоумевает Мамытбеков. – Разговоры о том, что у нас страдает поголовье оттого, что вывозится живой скот, тоже не имеют под собой оснований: у нас в 2011 году, когда экспорт был нулевой, поголовье казахской белоголовой в стране было всего 111 тыс. голов, на сегодня, когда экспорт развернут, ее поголовье 350 тысяч».

В не меньшем недоумении от инициативы минсельхоза директор ТОО «Мясная Индустрия» Кайыржан Наурызгалиев – он уверен, что в рыночной экономике может быть только один принцип: кто платит фермеру максимальную цену, тот и получает скот.

«Будет платить Китай – пусть покупает Китай, будет платить Узбекистан – пусть он покупает. Будет платить наш отечественный мясокомбинат – мы будем сдавать туда», – говорит директор откормочной площадки из ЗКО. Глава крестьянского хозяйства «Тлеу» и ответсек «Фермерского центра» Актобе Александр Мандрыкин предполагает, что попытки директивно увеличивать предложение на рынке будут иметь обратный эффект: запрет приведет к сокращению доходов производителя скота, соответственно, уменьшится и предложение им своей продукции, в конечном счете цены на мясо только вырастут.

Переработчики за, но не все

На вопрос о том, кто поддержал проект запрета на вывоз живого скота, Еркебулан Ахметов ответил: на площадке НПП «Атамекен» была выработана консолидированная позиция предприятий, имеющих отношение к отрасли. Фактически это мнение владельцев большинства откормочных площадок и мясокомбинатов, в особенности из южных регионов страны. Именно оттуда в первую очередь вывозится скот в Узбекистан. Соседняя республика – главный импортер казахстанского живого скота; взрывной рост экспорта пришелся на 2018 год, в денежном выражении он тогда увеличился более чем в 30 раз.

Считать позицию переработчиков консолидированным мнением отрасли не совсем корректно, замечает Наурызгалиев. Ведь за высказываются 94 мясокомбината, за вычетом ТОО «Актеп», а против – 20 тыс. фермеров, непосредственно выращивающих скот.

В настоящее время нормативно-правовой акт, который преду­сматривает введение запрета, находится на согласовании в правительстве, то есть пока в действие он не вступил. Ввести запрет предполагается на полгода, но при этом, по словам директора департамента производства и переработки животноводческой продукции МСХ РК Еркебулана Ахметова, у минсельхоза будет возможность запрет продлевать. «Мы посмотрим, как запрет повлия­ет на ситуацию: будем анализировать и оценивать, а потом принимать решение», – заверил Ахметов.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance