Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


3090 просмотров

Как долго будет востребована казахстанская нефть

И что может ее заменить

Фото: Shutterstock.com

Несмотря на сегодняшний активный спрос на нефть, век нефтяной индустрии идет к своему закату. В мире наблюдается тенденция к замене топлива из углеводородного сырья на более легкие, возобновляемые источники энергии. Какую стратегию развития должен выбрать Казахстан, чтобы не отстать от мирового прогресса и не потерять доходы от своего главного экспортного продукта?

Прошлое и настоящее

По итогам 2018 года нефтегазовый комплекс обеспечил более 20% ВВП республики, две третьих поступлений в Национальный фонд, около 62% товарного экспорта и половину прямых иностранных инвестиций. При этом, по данным British Petroleum (BP), Казахстан в числе первых пяти стран, которые c 1990-го по 2018 год нарастили добычу нефти более чем в три раза. По информации же ОПЕК, РК входит в топ-10 стран-экспортеров нефти. 

«Главной тенденцией мирового рынка является рост спроса на углеводороды. Долгосрочные прогнозы всех ведущих энергетических компаний мира также демонстрируют сохранение ведущей роли нефти и газа в структуре энергоресурсов планеты в обозримой перспективе», – сказал заместитель председателя Ассоциации «Kazenergy» Узакбай Карабалин, выступая на международной научно-практической конференции «Казахстанская нефть: прошлое, настоящее и будущее», прошедшей 1 сентября в Атырау. К примеру, согласно исследованиям BP, доля нефти и газа в спросе на энергоресурсы в 2040 году составит более 53%.

Между тем в мире наблюдается тенденция завершения периода легкоизвлекаемой нефти. По прогнозу другой нефтегазовой компании – Exxon Mobil и Общества инженеров-нефтяников (SPE), к 2030 году только половина жидких углеводородов будет производиться из традиционных месторождений на суше. Другая половина придется на низкопроницаемые коллектора, шельфовые и глубоководные месторождения. По данным исследовательской и консалтинговой группы по энергетике Wood Mackenzie, с 1990 года морские проекты обеспечивают около 20% прироста запасов нефти на планете.

«При этом практически каждое недавно открытое месторождение обладает набором проблемных факторов, значительно увеличивающих финансовые и временные затраты», – отмечает Узакбай Карабалин.

К примеру, при реализации Кашаганского проекта консорциум недропользователей столкнулся с необходимостью применения принципиально новых технологических решений и вложения значительных инвестиций, а также коллизией вокруг статуса Каспия. Все это в совокупности не позволило приступить к масштабному освоению в сжатые сроки. Эксперт считает, что опыт Кашагана станет отправной точкой для реализации других потенциально крупных проектов на шельфе Каспия.

Кому нужна нефть

С 1996 года наблюдается последовательный рост потребления нефти со стороны развивающихся стран. В 2014 году эти государства опередили страны-участницы Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) по спросу на нефть, в 2017 году – побили рекорд ОЭСР по максимальному показателю. Определяющим фактором в такой динамике являются объемы спроса со стороны Китая и Индии. По данным Международного энергетического агентства, если десять лет назад Китай потреблял менее 9 млн баррелей нефти в сутки, то в 2019 году ожидается около 13,5 млн. Похожая ситуация наблюдается в Индии, где спрос вырос с 3 млн до 5 млн баррелей в сутки.

8941498.jpg

Уже не топливо, но продукт

Вместе с тем во всем мире идет процесс постепенного перехода от главенства применения нефти и газа в транспортной сфере в сторону промышленности. То есть нефть становится интересна как сырье для производства не только топлива, но и продукции нефтехимии.

«Емкость глобального химического рынка сейчас составляет порядка $4,5 трлн, что сопоставимо с ВВП Японии. Между тем в ближайшие 15 лет ожидается удвоение размера данного рынка», – отмечает Узакбай Карабалин.

По его данным, за последние 40 лет спрос на пластик в мире вырос практически в 10 раз. По данным Международного энергетического агентства, в ближайшие 30 лет производство базовой нефтехимии – олефинов и ароматических веществ – в Азиатско-Тихоокеанском регионе достигнет 300 млн т в год против 160 млн т сегодня. В Северной Америке произойдет рост с 60 млн т до 90 млн т, на Ближнем Востоке – с 40 млн т до 110 млн т. 

При этом Казахстан определенно отстает в вопросе формирования нефтегазохимического комплекса. Текущие объемы экспорта базовой нефтехимии составляют около $70 млн. Доля производства нефтепереработки и нефтехимии в ВВП страны ниже 2%. Валовая добавленная стоимость и производительность труда в нефтегазохимии составляет $17 тыс. на человека в год. Возможно, ситуация изменится с вводом в эксплуатацию интегрированного газохимического комплекса в Атырауской области, строительство которого ведется на данный момент.

До 2080 года

Аналогичного мнения придерживается и другой эксперт – Арман Сатимов, советник председателя Ассоциации «Kazenergy». По его словам, потребление нефти снизится в транспорте, а в нефтехимии увеличится. Следующие 30 лет суточное потребление нефти вырастет с 94 млн баррелей до 110 млн.

«Необходимо учитывать, что практически любые металлы будущего для автомобилей и самолетов будут представлять собой не металл, а композитный пластик», – отмечает спикер. 

В связи с сильной конкуренцией со стороны газа и других источников энергии потребление угля снизится с 5,6 млрд т до 3,5–4,5 млрд т в год. Потребление газа вырастет на 30–40% – с 3 трлн куб. м до 5 трлн куб. м в год. Вырастет и спрос на атомную энергию. К уже действующим и строящимся 350 атомным электростанциям (АЭС) добавятся еще 150 АЭС.

Однако, по данным эксперта, к 2030 году ожидается снижение потребления нефти. Согласно прогнозу концерна Shell, разработанному до 2100 года, по так называемому «небесному сценарию» потребность в нефти будет существовать у людей приблизительно до 2080 года. Наступает эра возобновляемых источников энергии. 


1920 просмотров

Может ли казахстанская нефть быть прозрачной

Что такое инициатива прозрачности добывающих отраслей и почему общество должно задавать правительству неудобные вопросы

Фото: Shutterstock/PhotoStock10

26 сентября в Нур-Султане прошла 10-я Нацио­нальная конференция Инициативы прозрачности добывающих отраслей (ИПДО). ИПДО – это общемировой стандарт надлежащего управления нефтяными, газовыми и минеральными ресурсами. Мария Лобачева, модератор диалоговой площадки объединений НПО по ИПДО, в интервью «Курсиву» рассказывает, что дает Казахстану участие в этой инициативе.

– Казахстан заявил о присо­единении к глобальной Инициативе прозрачности в добывающих отраслях в июне 2005 года, спустя всего три года после ее учреждения. Чем продиктован был, на Ваш взгляд, этот шаг: искренним стремлением искоренить коррупцию в сфере недропользования, данью моде или чем-то другим?

– Присоединению Казахстана предшествовала почти годовая кампания НПО. В 2004 году НПО объединились в коалицию «Нефтяные доходы – под контроль общества!». Мы писали письма парламентариям, убеждая их в необходимости присоединения Казахстана к инициативе. Кампания сработала. Почему Казахстан присоединился? Скорее всего, была совокупность причин. Конечно, мы, как гражданское общество, ставили своей целью в первую очередь искоренение коррупции. Что касается правительства, вероятнее всего, это было стремление улучшить имидж в глазах международного сообщества, подчеркивающее стремление страны к прозрачности. 

Кроме того, это было и намерением привлечь инвестиции – инвесторы ценят, когда страна устанавливает одинаковые правила для всех участников рынка. 

– Какую информацию обязаны раскрывать государства и компании, присоединившиеся к ИПДО? Если, допустим, какая-то нефтегазовая компания сделала по просьбе правительства некие выплаты во внебюджетные фонды, эти цифры будут обнародованы?

– Изначально суть ИПДО состояла в том, чтобы раскрывать платежи недропользователей стране обеими сторонами – и плательщиками, и получателями – и проводить независимую сверку этих платежей. Сейчас помимо этого инициатива требует раскрывать гораздо больший объем информации. Например, доходы государства от транспортировки полезных ископаемых, дивиденды от компаний, в которых у государства есть доли собственности, информацию об объемах экспорта, о правилах и итогах распределения лицензий, о бартерных сделках, о доходах в натуральной форме, о социальных и квазифискальных расходах, о вкладе добывающего сектора в экономику государства. Все требования перечислены в стандарте ИПДО, в котором восемь разделов посвящено описанию требований. 

Насчет внебюджетных фондов: еще с 2015 года в отчеты ИПДО включена форма отчетности по расходам на социальное развитие и местную инфраструктуру, за исключением средств, перечисленных на КБК 206114. Кстати, появление кода платежа 206114 «Отчисления недропользователей на социально-экономическое развитие региона и развитие его инфраструктуры» стало результатом работы по ИПДО, когда НПО обратили внимание представителей правительства, что серьезные суммы идут не в бюджет, а во внебюджетные фонды, непрозрачные и неподотчетные. 

Согласно контрактным обязательствам недропользователи выделяют средства на социальное и инфраструктурное развитие регионов, в которых они ведут добычу. И теперь они могут перечислять эти средства в местный бюджет, а местное население может участвовать в бюджетном процессе.

Если вернуться к вопросу о внебюджетных фондах, то компании по-прежнему вправе перечислять деньги на инфраструктурное развитие не в бюджет, а напрямую подрядчику, например для строительства школы, а уже готовый объект передается местной власти. Эта информация раскрывается в отчетах ИПДО и недропользователями, и акиматами. Кроме отчетов ИПДО, информацию по каждой компании в отдельности можно посмотреть на портале Единой государственной системы управления недропользованием РК.

К сожалению, в некоторых областях по-прежнему используются фонды-посредники, например фонд «Парыз» в Восточно-Казахстанской области. И хотя в отчетах ИПДО указаны цели перечисления средств в этот фонд, сам фонд не отчитывается. 

– Основным документом инициативы является ежегодный национальный отчет. Кто его составляет? Кто аудирует? Как на сегодняшний день оценивается исполнение Казахстаном своих обязательств по ИПДО?

– Национальный отчет по ИПДО составляется так называемым независимым администратором. Это аудиторская компания, которая выбирается в ходе конкурса при проведении государственных закупок. Кодекс о недрах требует от компаний, чтобы они предоставляли отчетность, предусмотренную стандартом Инициативы прозрачности добывающих отраслей, подтвержденную аудитором. Данные получателей – государственных органов, получающих платежи от недропользователей, должны подтверждаться проверкой, проведенной в Министерстве финансов РК Счетным комитетом по каждому плательщику. 

К сожалению, это еще одна проблема, так как мы не каждый год имеем такое заключение Счетного комитета, и вопрос, проводил ли Счетный комитет проверку данных по каждому недропользователю, остается открытым.

13 августа началась повторная валидация Казахстана – оценка прогресса исполнения обязательств по ИПДО. Полтора года назад наш прогресс был назван значимым (meaningful), тогда как высшей оценкой является удовлетворительный прогресс (satisfactory). Прогресс по 13 требованиям был признан удовлетворительным, еще по 7 требованиям прогресс превышал необходимый, то есть по ним мы, можно сказать, добровольно взяли на себя повышенные обязательства. Но 9 требований не выполнили в достаточной мере, а по одному – квазифискальным расходам – прогресс назвали неудовлетворительным.

Казахстану дали рекомендации по 10 исправительным мерам, и сейчас оценивается, насколько мы их выполнили. 
Достаточно серьезной проблемой было раскрытие информации по требованиям, связанным с деятельностью государственных компаний – квазифискальных. Стандарт требует раскрытия не просто суммы дивидендов, а любых политик, правил и практик денежных отношений между государством и его дочерними компаниями. Учитывая, что между «дочками» «КазМунайГаза» и правительством имеются два посредника – сам «КазМунайГаз» и «Самрук-Казына», такие отношения очень сложны для понимания денежных потоков. А что касается квазифискальных расходов, похоже, здесь нет единого понимания таких расходов у правительства, компаний, НПО и независимого администратора. Такие расходы могут включать участие компаний в строительстве социальных объектов, как в свое время КМГ строил государственный музей. Они также включают недополученные компанией доходы, если она продает сырье по сниженным ценам на внутреннем рынке. Это очень важная для казахстанцев статья расходов компаний, ясность которой помогла бы нам понять, уходят ли деньги на сегодняшние имиджевые мероприятия или же способствуют развитию и оставляют какие-либо блага будущим поколениям.

Другие вопросы касаются поставок сырой нефти, доходов от транспортировки полезных ископаемых компанией КТЖ. Также валидатора волнует вопрос, может ли участвовать гражданское общество в процессе, насколько свободно мы можем обсуждать вопросы, связанные с процессом ИПДО, имеются ли какие-либо препятствия. Именно на этом вопросе мы заостряем внимание на национальной конференции по ИПДО.

– 17 июня 2019 года на Глобальной конференции ИПДО в Париже был утвержден новый стандарт ИПДО-2019, согласно которому страны-участницы (в число которых входит и Казахстан) обязаны полностью раскрывать положения контрактов на недропользование, заключенных с 1 января 2021 года. Как отреагировала казахстанская сторона на эту новацию? Будет ли это правило иметь, что называется, «обратную силу», то есть будут ли раскрыты положения контрактов, заключенных в 1990-х – начале 2000-х годов?

– Надо сразу сказать, что директор департамента недропользования МИИР, который также является национальным координатором по ИПДО в Казахстане, Руслан Баймишев входит в состав международного правления ИПДО. Он участвовал в обсуждении этого новшества и в принятии нового стандарта. Наше правительство было информировано о предполагаемых изменениях еще зимой, но заявлений с категорическим несогласием не последовало.

Вопрос раскрытия контрактов несколько раз поднимался представителями гражданского общества на заседаниях НСЗС, но каждый раз встречал отказ со стороны в первую очередь представителей «Казэнерджи». Поэтому есть опасения, что «обратной силы» не будет, хотя конечно, это вопрос активного обсуждения, и надеюсь, что на конференции участники уделят ему внимание. 

На конференции в Париже старший советник президента компании Total Стивен Дуглас отметил, что положение о конфиденциальности в контрактах осталось со старых времен и уже является неким анахронизмом. Необходимо задать себе вопрос, зачем до сих пор нужно это положение, чаще всего оно абсурдно. 

Хотелось бы надеяться, что нам удастся убедить и правительство, и компании раскрыть информацию об уже заключенных контрактах.
 

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций