Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


7444 просмотра

Черешня стала новым экспортным брендом Узбекистана

«Курсив» разбирался в тонкостях успеха аграриев соседней страны

Фото: Shutterstock.com

За несколько лет Узбекистану удалось войти в четверку крупнейших экспортеров черешни в мире.

От Сеула до Лондона

В мае текущего года в лондонских магазинах впервые появилась черешня из Узбекистана. На самом крупном оптовом рынке Лондона пятикилограммовую коробку узбекской черешни можно было купить за £35 (около 3,3 тыс. тенге за килограмм). Розничная цена заморского продукта в столице Туманного Альбиона составила £9,99 за килограмм (4,8 тыс. тенге). Незадолго до этого узбекскую черешню начали продавать в Шанхае, а также в магазинах Южной Кореи. В прошлом году география поставок расширилась на страны Ближнего Востока – Египет, ОАЭ. До конца года Узбекистан планирует получить добро на экспорт черешни от карантинных служб Японии, Вьетнама, Таиланда, Иордании и Марокко.

По оценкам отраслевых экспертов, гектар хлопка приносит $25–50 прибыли, гектар пшеницы – $150, а продукты садоводства – от $600 до $3500 с гектара в зависимости от вида. Именно поэтому в стране было решено стимулировать выращивание абрикосов, персиков, винограда, черешни, дынь – в общем, всего того, чем издревле славится узбекская земля. И значительная часть продукции должна уйти на экспорт.

Есть еще ягоды в столицах

Прилавки стран СНГ узбекская черешня завоевала давным-давно. В советские годы главным поставщиком черешни были предприимчивые жители Ферганской долины: там ягода поспевает раньше, чем в других районах Узбекистана.

Экспорт в страны дальнего зарубежья начался только в 2012 году. Объем экспорта тогда составил 5 тыс. тонн. Первую партию узбекской ягоды закупила Южная Корея, с тех пор поставки не прерываются и к списку импортеров добавляются все новые страны. Согласно данным ресурса EastFruit.com, только в 2016 году было экспортировано узбекской черешни на сумму более $50 млн. В 2017 году страна экспортировала 32 тыс. тонн черешни, а в 2018 году – 34 тыс. тонн.

Официальные данные не слишком разнятся с оценками независимых экспертов. По данным компании «Узбекозиковкатхолдинг», с конца апреля по начало июня 2017 года на экспорт ушло 18,9 тыс. тонн черешни на сумму $44,23 млн, а за тот же период прошлого года – 24,5 тыс. тонн черешни на сумму более $103,96 млн. С учетом того, что поставки ведутся и в другое время года, к тому же есть и «серый» вывоз, всего в прошлом году Узбекистан отправил за рубеж около 45–50 тыс. тонн черешни. Для сравнения: ближайший конкурент – Турция – стабильно отгружает на экспорт от 65 до 80 тыс. тонн черешни ежегодно.

По оценкам аналитического портала EastFruits.com, в 2019 году объемы экспорта черешни из Узбекистана могут вырасти приблизительно на 10%, достигнув 50–55 тыс. тонн. Для сравнения: по данным на 1 июля 2019 года из Узбекистана было экспортировано 17 тыс. тонн черешни, 8,3 тыс. тонн персиков, 50 тыс. тонн абрикосов и 15 тыс. тонн сливы. Ожидается, что по-прежнему как минимум две трети экспортируемой черешни будет попадать на рынок России, преимущественно не напрямую, а через Казахстан и Кыргызстан.

Впрочем, на самом деле экспорт может и упасть: как сообщал в интервью Кun.uz начальник управления по переработке сельскохозяйственных продуктов и развития инфраструктуры Минсельхоза РУз Саидкарим Махмудов, неблагоприятные погодные условия (лето выдалось дождливым) могут сократить урожай до 50%. Но все равно планы у чиновников амбициозные. Только в Китай должно быть поставлено 20 тыс. тонн черешни. Пробная партия черешни была доставлена в Поднебесную в мае текущего года. В частности, китайцы планируют реализовать узбекскую черешню на площадке популярного китайского интернет-магазина Tmall.

Рахмат господину Трампу

Стоит отметить, что поставки узбекской черешни в Китай начались на фоне торговой войны КНР с США. Буквально пару лет назад американцы полностью доминировали на рынке Поднебесной. В 2018 году, по данным Reuters, их доля упала до 80%, а в этом году – до 38%. Их место постепенно занимают поставщики из Узбекистана, доля которого, по прогнозам, к концу года может составить 50% (стартовав с нуля).

По словам эксперта агропромышленного портала Agromart.uz Акмалхона Олимхонова, первое место в мире по объему экспорта черешни занимает Чили, на втором – США, а на третьем – Турция. Узбекистан по итогам 2018 года оказался четвертым.

«Конкурентных преимуществ у узбекской продукции несколько. У нас она поспевает быстрее, и мы можем поставить раньше, чем другие. Это с середины мая до конца июня. Турецкая и американская черешня поспевает через 15–20 дней», – отмечает Олимхонов.

Эксперты полагают, что ягода из Узбекистана выигрывает также и по вкусовым качествам, и по цене, в том числе за счет низкой стоимости рабочей силы. На китайском рынке продукция из Узбекистана в мае – июне 2019 года продавалась вдвое дешевле американской: около 70–80 юаней за килограмм, а американская – около 160 ($22,6).

Как и у конкурентов, узбекская черешня доставляется покупателям автотраспортом – в страны СНГ, самолетами – в дальнее зарубежье. Минусом является отсутствие доступа к морским коммуникациям. Но черешня – продукт нежный, и ее все экспортеры стараются доставлять побыстрее.

Главное – подготовить почву

Как рассказал «Курсиву» эксперт агропромышленного портала Agromart.uz Акмалхон Олимхонов, в стране созданы благоприятные условия для экспортеров сельскохозяйственной продукции. В частности, предельно упрощены экспортные процедуры. Все данные по экспорту можно занести в режиме онлайн, отменено требование регистрации экспортных контрактов в банке.

«Сейчас за один час можно отправить продукцию на экспорт, нет никаких проблем», – отмечает он.

Далеко не вся черешня продается за рубеж. Сейчас в садах страны выращивается около 200 тыс. тонн черешни, в прошлом году этот показатель составлял 170 тыс. тонн. Планируется, что к 2021 году в республике будет собрано 250 тыс. тонн черешни, из них на экспорт пойдет 100 тыс. тонн. То есть по мере увеличения производства доля экспорта должна вырасти с примерно 25% до одной трети от урожая.

За ростом экспорта стоят инвестиции в сектор. За последние три года в агропромышленный сектор было вложено $750 млн. Например, в Наманганской области осуществляется проект Uzbek cherry стоимостью $45 млн, где до конца текущего года общая площадь интенсивных садов черешни достигнет 1 тыс. гектаров. Всего в Узбекистане площадь, выделенная под садоводство, составляет 269,5 тыс. гектаров. Из них 118 тыс. гектаров (44%) – яблоневые сады.

Отлетай, подорожало

Быстрое наращивание интенсивных садовых полей, развитие агрокластеров и упрощение экспортных процедур позволили нарастить экспорт черешни в десятки раз в течение 5–6 лет. Но весной 2018 года правительство решило пойти на новую меру поддержки отрасли и ограничило минимальную экспортную цену черешни $4. Чиновники опасались, что иначе фермеры будут вынуждены отдавать ягоду посредникам за бесценок. В результате цена у производителей для торговых компаний на внутреннем рынке составила около 50–60 центов за килограмм.

Независимые экономисты и бизнесмены раскритиковали введение пороговой цены. Основатель крупнейшей в стране сети супермаркетов Korzinka.uz Зафар Хашимов на своей странице в Facebook подчеркнул, что частные компании имеют право продавать свою продукцию по своим ценам.

«Разумеется, государство вправе устанавливать общие правила процедуры экспорта, назначать и устанавливать правила валютного, тарифного и налогового регулирования, все это уже имеется. Но почему-то опять государство рвется устанавливать цены… Приведу один пример. В прошлом году (в 2018 году. – «Курсив») был очень хороший урожай черешни. Садоводы были в восторге, предвкушая щед­рый сезон. Но тогда государство запретило экспорт черешни по цене ниже чем $4 за килограмм. Но внешняя конъюнктура цен на черешню была совсем другой. Я лично купил черешню в российском супермаркете по цене 190 рублей за килограмм, или $3. То есть черешня в Москве в рознице стоила $3, а наши чиновники не разрешали экспортировать ее по цене ниже $4», – заметил Зафар Хашимов.

В результате из-за того, что черешня после созревания не может храниться долго, узбекским фермерам пришлось реализовывать большую часть свежего урожая на внутреннем рынке по 5–7 тыс. сумов, то есть меньше чем $1. Более того, по словам бизнесмена, сложившейся ситуацией воспользовались перекупщики из кавказских стран, которые скупали черешню по $0,5–0,8 и организовывали перевозку продукции в соседние страны окольными путями, вывозили товар в Кыргызстан и Казахстан, а оттуда везли товар в Россию или перепродавали там же, но уже по ценам на порядок выше.

В конце лета государство отменило порядок регулирования экспортных цен.

Маржинальный плод

Экономист из Ташкента на условиях анонимности в беседе с «Курсивом» отметил, что некоторые чиновники в правительстве все еще не оставляют попытки контролировать экспортные потоки и прошлогодний случай с установлением порога экспортных цен – яркое тому подтверждение.

«Это приводит к падению цен на рынке до минимума, а компании, имеющие связи в нужных местах, скупают товар по дешевке и вывозят его на экспорт, получая сверхприбыли! Доходило до того, что разрешение на экспорт тех или иных плодоовощных продуктов получали только определенные компании», – отмечает эксперт.

По его словам, все, что требуется сейчас от государства, – это не мешать частному сектору, тем же фермерам самостоятельно принимать решения, что выращивать, куда, кому и по каким ценам продавать свой товар.

«Только таким образом мы можем создать по-настоящему рыночную экономику, к которой должны прийти в конечном итоге», – резюмирует экономист из Ташкента.

Сохранение мер господдержки аграрного сектора и реализованные правительством меры по либерализации доступа на внешние рынки плюс невмешательство в ценовую политику стали оптимальным рецептом стимулирования экспорта. По крайней мере, на рынке черешни. Если этот тренд сохранится, то ягода будет приносить все большую прибыль стране. По данным Госкомстата РУз, в прошлом году Узбекистан отправил на экспорт 1,23 млн тонн плодоовощной продукции, выручив за нее $874,5 млн. Экспорт 50 тыс. тонн черешни может принести Узбекистану более $200 млн.


1443 просмотра

Что происходит с ювелирной отраслью Казахстана

И как она устроена в регионах страны

Фото: Sofia Zhuravetc

Рост цены на золото – мировая тенденция, считают эксперты. И кардинально повлиять на стоимость драгоценного металла на уровне одного государства, даже если оно входит в десятку стран по производству золота, невозможно.

По мнению ювелиров, себестоимость изделий made in Kazakhstan правительство могло бы регулировать. Впрочем, проблем в данной отрасли действительно немало, например жесткая конкуренция и контрабанда золотых изделий. По словам экспертов рынка, для того чтобы быть уверенным в качестве золотого ювелирного изделия, можно обратиться в Пробирную палату, а при покупке обращать внимание на наличие пробы. Но и здесь, как отмечают спикеры «Курсива», есть свои подводные камни. 

В соседнем с РК государстве ювелиры получили право самостоятельно ставить пробы на производимые изделия. Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев 17 мая подписал указ о мерах по ускоренному развитию ювелирной отрасли. Пойдет ли на такой шаг казахстанское правительство, отечественным ювелирам неизвестно. Пока, говорят они, Казахстан, занимающий 15-е место в мире по запасам золота, не принимает мер по развитию ювелирной отрасли, которая находится в зачаточном состоянии.

Ювелирные украшения становятся дорогим удовольствием для казахстанцев

Менеджеры павлодарских салонов говорят о стабильном подорожании золотых изделий. При этом они не советуют рассматривать цепочки, серьги и часы из драгоценного металла в качестве инструмента для инвестирования.

На фоне роста стоимости драгоценного металла на мировом рынке и нестабильности национальной валюты происходит удорожание ювелирных изделий в Казахстане. За год цена по стране увеличилась в среднем на 5,8%, или до 16,9 тыс. тенге/гр. По данным портала Energyprom.kz, по сравнению с другими регионами наибольший рост цен на золотые украшения наблюдается в Павлодаре (+26,5%, до 17,5 тыс. тенге/гр), Алматы (+19,6%, до 15,2 тыс. тенге/гр) и Шымкенте (+17,3%, до 15,7 тыс. тенге/гр). По данным этого рэнкингового агентства, в Павлодаре цена за грамм золота на начало 2017 года  составляла 11,6 тыс. тенге, 2018 года – 12,5 тыс. тенге.

Представители ювелирных магазинов Павлодара отмечают, что во многом она зависит от ситуации на российском рынке, так как в основном украшения поставляются с заводов РФ. Однако они не считают, что в этом году произошло резкое и максимальное по стране подорожание ювелирных изделий из драгметаллов.

«Дело в том, что по всему Казахстану поставщики золотых изделий практически одни и те же. Маржинальность у нас невысокая. Мы ищем другие способы ее сохранить или нарастить. Например, отказались от расчетов по картам Kaspi Red, чтобы не накручивать цену еще на 15% и не терять покупателя», – рассказала «Курсиву» менеджер салона «Успех» Наталья Ковалева.

В настоящее время золотые изделия реализуются в салоне за 22 тыс. тенге за грамм. Но с учетом постоянно действующих скидок окончательная цена составляет 17 тыс. тенге за грамм. 

«В целом золото дорожает в течение многих лет и постепенно переходит в категорию роскоши для населения. Таким оно было в советское время», – считает собеседница издания.

В свою очередь менеджер ТОО «Золотой мир» рассказала «Курсиву», что свои ценники здесь не меняли год. 

«Средняя цена за грамм золота остается в пределах 20-22 тыс. тенге. Изменения коснулись лишь скидок – они сократились на 5%. В итоге покупатели платят 18 тыс. тенге», – говорит собеседница издания. 

В ювелирном салоне «Скирда» сообщили, что в настоящее время ценовой диапазон на грамм золота в изделии составляет от 15 до 30 тыс. тенге. 

«Учитываются такие факторы, как страна производства украшения, репутация предприятия, сложность работы, качество, популярность модели», – отметила менеджер Елена.

В этом торговом доме продают продукцию российских заводов и собственного изготовления. 

Впрочем, как подчеркивает сотрудница салона, несмотря на стабильное повышение цены на украшения, они не являются предметом для инвестиций. В торговых точках реализуется, как правило, товар массовый. И далеко не каждое ювелирное украшение при реализации оправдывает вложения. 

«Конечно, не последнюю роль играет вес изделия, если говорить о долгосрочной перспективе. Но надо учитывать, что если вы решите сдать в ломбард украшение с бриллиантом, то ценность камня учитываться не будет», – говорит Елена.

Она добавила, что стоимость ценного украшения формируется за счет эксклюзивности, имени его создателя. Но в Павлодаре не торгуют Cartier или BVLGARI. «Даже если вы обладатель уникального экземпляра, то на него еще необходимо найти покупателя, который оценит его по достоинству», – отметила менеджер. 

В то же время сотрудники салонов отмечают, что представители молодого поколения нашли замену золоту, которое так ценили их мамы и бабушки. Девушки уже не носят семейные украшения, предпочитая менее дорогие варианты. Например, бижутерию из необычных материалов, которую можно чаще обновлять и приобретать в больших количествах. 

Автор StockImageFactory.com_.jpg

Автор StockImageFactory.com

Золотой бизнес

Наблюдавшийся после подорожания золота в Шымкенте ажиотаж, когда горожане активно скупали золотые изделия на базарах, спал. Повышенный интерес к драгоценным изделиям быстро сменился застоем в торговле ювелирными изделиями. По утверждению реализаторов, они начали терять доходы.

«Золотых» базаров в Шымкенте шесть. На одном из них уже много лет торгует ювелиркой Амина Торгаутова. По словам продавца, после подорожания золота она начала терять доходы.

«Раньше я продавала в день хотя бы одно золотое украшение, а сейчас могу по три-четыре дня сидеть без продаж, – рассказала «Курсиву» Амина Торгаутова. – В месяц мой оборот составляет примерно 200 тыс. тенге. На эту сумму я покупаю у поставщика золотые изделия, но не сразу, а постепенно».

Поставщики работают по-разному. Есть такие, кто привозит драгметалл и торгует сам. Но в основном предпочитают продавать. Если отдают сразу за наличку, то грамм такого золота будет стоить дешевле на 200–300 тенге. Под реализацию – дороже на ту же сумму. Сами продавцы накидывают на каждый грамм до 1200 тенге. Но по факту зачастую они продают свой товар дешевле: это базар, и здесь уместен торг.
 
О том, какие расходы несут торговцы, рассказала одна из продавцов Марина Саметова: «Это оплата за место, которая конкретно на нашем базаре составляет 22 тыс. тенге. Еще 5 тыс. тенге мы платим за хранилище, плюс 9 тыс. тенге – патент, налоги. С 2018 года в отделе стандартизации ставим клеймо «Барыс», которое также стоит по-разному – от 122 до 262 тенге на изделие».

По словам реализаторов, золото проверяют на соответствие заявленной пробе, весу. Но бывает и так, что изделие не проходит проверку, и тогда его невозможно продать. «Если изделия признаны несоответствующими, то все, не попадаешь. А ведь за него уже, как правило, уплачены деньги», – поделилась Амина Торгаутова. 

Между тем некоторые недо­б­­росовестные торговцы обманывают покупателей, пользуясь их неосведомленностью насчет клейма. Ведь такие клейма ставят не только в Казахстане, но и в других странах, в том числе и в России. И их могут продать покупателю дороже – как российское золото.

«Дороже стоит желтое, а красное золото дешевле. Турецкое тоже из дешевых. Но есть золото 750-й пробы, где содержание драгоценного металла составляет 75%. Оно производится в Дагестане в селе Кубачи. Кубачинское золото стоит дороже», – говорит Амина Торгаутова.
 
Как правило, золотыми ювелирными изделиями на шымкентских базарах торгуют только женщины. Чтобы получить за свой товар как можно больше прибыли, некоторые покупают кольца и сережки с дешевыми камнями, а затем вставляют в украшения бриллианты. 

Продавцы признают: торговля драгизделиями сейчас идет очень слабо. Поэтому на фоне общего спада продаж золота некоторые реализаторы могут продать товар в рассрочку до трех месяцев особо доверенным и постоянным клиентам либо пришедшим по рекомендации. 

В 2017 году на шымкентских базарах грамм золота стоил от 10 до 11,8 тыс. тенге за грамм. В 2018-м его стоимость доходила до 12,5 тыс. тенге. В 2019-м – от 14,5 до 18 тыс. тенге. Причем в ювелирных магазинах грамм золота может обойтись на 5 тыс. дороже, нежели на базаре. 

Законом установлено, что на территории РК не допускается реализация ювелирных изделий без наличия пробирного клейма, а также оттиска именника, проставляемого субъектом производства ювелирных и других изделий на всех собственных ювелирных и других изделиях. В настоящее время на проведение испытаний ювелирных изделий аккредитованы лаборатории АО «Национальный центр экспертизы и сертификации» и АО «Казахювелир», ТОО «Пробирная оценочная палата Standart».

Золотая конкуренция

В Карагандинской области на ювелирном рынке большая конкуренция. Цены варьируются от 12,5 до 18 тыс. тенге за грамм золота. Чем, кроме цены, привлекают покупателей, когда происходит спад и пик продаж, «Курсиву» рассказали владельцы ювелирных салонов и мастерских. 

По данным статистики, в Карагандинском регионе за год цена золота выросла на 4,7%. В сентябре прошлого года средняя стоимость ювелирных изделий составляла 13 937 тенге за грамм, в 2019 году достигла 14 591 тенге. Если в списке по росту цен на золото Караганда занимает серединные позиции, то на сереб­ро – верхние. В целом за грамм благородного металла здесь просят 1321 тенге. По сравнению с прошлым годом стоимость увеличилась на 6,4%. В областном центре одно предприятие по производству ювелирных изделий. Ювелирных мастерских поисковики выдают больше двух десятков, а салонов и бутиков по продажам в каждом крупном торговом центре можно насчитать от 10 до 20. 

По словам владелицы и директора одного из популярных ювелирных салонов Караганды Айгуль Мукановой, цены на российское золото, которое пользуется наибольшим спросом, далеки от среднестатистических. Начинаются они в салонах и магазинах от 18 тыс. тенге за грамм и увеличиваются в зависимости от наличия у изделия алмазной огранки фианитов и драгоценных камней. 

«Это цены на хорошее качественное российское золото от заводов – лидеров рынка, с которыми мы работаем. На такое золото основной спрос. Большой скачок цен был в августе, унция взлетела, заводы нас предупредили. Еще цена на российское золото находится в зависимости от рубля, потому что закуп в основном идет в рублях», – пояснила бизнесвумен. 

Влияет на этот рынок и сезонность. Осенью и в середине зимы продаж практически нет. Пользуются драгоценные украшения спросом летом, в период свадеб, и в большие праздники – 8 Марта, Новый год и в День влюбленных. Как отмечает Айгуль Муканова, популярным подарком в последнее время стали золотые монеты, приуроченные к памятным датам, которые выпускают Нацбанк Казахстана, Сбербанк России, и золотые слитки от трех граммов и выше. 

«Люди понимают, что в цене не падает только золото. Поэтому мы продаем еще и золотые слитки, которые могут храниться как золотой запас семьи. Дарят, как правило, такой презент мужчине, который золото не носит, но слиток оценит», – говорит собеседница. 

Директор ювелирной мастерской «Лал» Линор Поляков на этом рынке уже 17 лет. Ювелир подтверждает, что самое популярное среди покупателей российское золото. Вот только не редкость, когда за него выдают металл более низкого качества, к примеру, из Узбекистана или Китая. По его словам, такое золото можно купить в магазинах по 14 тыс. за грамм. Ломбарды Караганды продают его по цене от 12,5 до 14,5 тыс. тенге.  По мнению собеседника, цены варьируются от того, что на рынке много контрабандного золота, которое ввозится в страну, не облагаясь налогом. А законодательство в свою очередь очень лояльно к поставщикам и реализаторам такого товара. 

«Сейчас есть закон, который запрещает без пробы госстандарта продавать изделия, но если вы пройдете по магазинам, найдете сплошь и рядом товар без госстандарта. Проверки есть, но они ничем не грозят, санкций нет. На контрабандное золото цена гораздо ниже. На официальное выше, а официальное золото – это примерно 10% от общего объема», – делится Линор Поляков. 

Он добавляет: конкурировать с низкой ценой можно только качеством и мастерством. Несмотря на ситуацию на рынке, остается спрос на авторские ювелирные украшения, стоимость которых может превышать цену готового изделия в несколько раз. Например, только изготовление мужской печатки может обойтись в 200 тыс. тенге, не считая материала. При этом, по мнению Линора Полякова, выполнить индивидуальный заказ на должном уровне в Караганде могут лишь 10–15 человек, которые, как правило, работают без рекламы, с постоянными клиентами. 

«Конкуренция в Караганде очень большая. На одной из своих точек продаж в торговом центре я насчитал 14 ювелирных в радиусе 200 метров. Выдерживать конкуренцию здесь можно только качеством. Можно использовать рекламу на радио и телевидении, но в этом деле лучше всего работает «сарафанное радио», – резюмировал предприниматель.

Автор Kwangmoozaa.jpg

Автор Kwangmoozaa

Кайсар Жумагалиев, глава Лиги ювелиров Казахстана:

«Мы, казахстанские производители, давно не можем конкурировать с теми же россиянами или турками. К себестоимости отечественного изделия нужно плюсовать еще 24%. Из них половина – налог на добавленную стоимость, который ювелир должен заплатить государству при покупке у него аффинажного золота, и вторая часть – НДС при реализации готового изделия.

Такие законодательные нормы увели практически всех производителей в тень. Ведь с прошлого года, когда ввели НДС, никто из ювелиров не берет сырье на нашем аффинажном заводе. Хотя, согласно отчетам, золотые изделия в Казахстане производят. Из чего, спрашивается? Государство видит, что происходит такая ситуация, но ничего не предпринимает. Лига ювелиров неоднократно обращалась в правительство с просьбой отменить НДС, но ситуация осталась на прежнем уровне.

Все, кто состоит в Союзе ювелиров, – а это более 50 компаний, – предпочли бы работать официально. Никто не хочет прятаться от налогов, укрываться. Но мы не можем этого делать. Ведь если закупаться в «Тау-Кен Алтын» (аффинажный завод в Казахстане. – «Курсив»), то бессмысленно вообще заниматься золотом.

Нонсенс: Казахстан, занимающий 15-е место в мире по запасам золота, не принимает мер по развитию ювелирной отрасли, которая находится в зачаточном состоянии. Ведь ювелирные изделия – это товары экспортного направления с высокой добавленной стоимостью. Мы распахиваем свои двери для всех, но при этом создаем нашим производителям жесткие условия даже у себя дома. У нас сегодня только 1% от всех продаваемых в стране ювелирных украшений произведен в Казахстане. 99% объема – это поставки из других стран.

В 2016 году мы разработали «Дорожную карту развития ювелирной промышленности Казахстана». Там мы прописали все наши предложения, основанные на опыте других стран. Это и ввоз оборудования для производства ювелирных изделий по нулевой ставке, и отмена таможенных пош­лин на ввоз мелких драгоценных камней, и усиление ответственности за незаконный оборот золота. Сегодня за это правонарушение предусматривается лишь штраф  1 млн тенге. Ну, разве это деньги для ювелирки? Предпринимателю легче заплатить штраф и продолжать работу.

В этом году разработанной дорожной карте исполняется три года. Но за это время она не только не реализована, но даже и не утверждена в правительстве. Она все кочует из одного госоргана в другой, все это время находится на согласовании. Так сложилось, что сейчас развитие ювелирной промышленности в Казахстане в большей степени зависит даже не от внешних экономических факторов, а от политических решений.

Например, создание Евразийского ювелирного бюро по продвижению ювелирных изделий на рынки третьих стран. В Бишкеке на II форуме ювелиров мы отстояли идею организовать это бюро на территории МФЦ «Астана». Мы могли бы аккумулировать всех производителей евразийского пространства здесь, у нас, вырабатывать единые стандарты, открывать специальные торговые площадки международного уровня. Наше предложение поддержали партнеры из других стран. Однако дело не находит понимания у чиновников, которые могут принимать такие решения. Тогда как создание такого бюро на территории МФЦА однозначно привлекло бы потенциальных инвесторов, новые технологии, рынки сбыта.

Или вот другой пример. Уже более восьми месяцев мы бьемся, чтобы на территории СЭЗ «Астана – новый город» дали разрешение построить ювелирную фабрику. Это могло бы дать фору, ведь внутри этой экономической зоны нет НДС. Если построить там предприятие, то можно было бы экспортировать свою продукцию в Европу, страны Средней и Центральной Азии. И это выгодно всем, потому что у нас себестоимость была бы ниже. У нас ведь сейчас и рабочая сила дешевле, чем в той же Турции. И вот итог: мы сдали документы и все ходим, обиваем пороги, согласовываем, слушаем обещания.

Все упирается опять же в нормотворческие инициативы и, главное, желание властей изменить ситуацию. Если будут в стране благоприятные экономические условия для развития ювелирной отрасли, то это сразу отразится и на налогооблагаемой базе, и на ценах. Возьми мы хотя бы 20% казахстанского рынка в оборот, то по налогам сравнялись бы с нефтяным сектором».

123412412.jpg

Свой знак качества

17 мая 2019 года президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев подписал указ о мерах по ускоренному развитию ювелирной отрасли. Ювелирам разрешили самостоятельно ставить пробы на изделия.

Согласно указу главы Узбекис­тана с 1 июля отечественным производителям, имеющим лицензию на производство ювелирных изделий, разрешается самостоятельно опробовать и проставлять на производимые ими ювелирные изделия оттиски знака пробы установленного образца без обязательного государственного опробования. При этом на изделие должно проставляться зарегистрированное персональное клеймо производителя, сообщает Газета.uz.

Указом определено, что розничная торговля ювелирными изделиями не является объектом сбора за право розничной торговли отдельными видами товаров. Кроме того, предприниматели в рамках старательской деятельности смогут добывать драгоценные и полудрагоценные камни для обеспечения производителей ювелирных изделий.

Коммерческим банкам и производителям ювелирных изделий предоставлено право приобретать у Навоийского и Алмалыкского ГМК золото и серебро в виде мерных пластин, а также гранул весом от 5 г и выше за национальную валюту. 

С 1 июня 2019 года государство будет покрывать процентные расходы по кредитам коммерческих банков в нацвалюте, выданным для закупа драгоценных металлов, в части, превышающей ставку рефинансирования Цент­робанка, но не более 5% по кредитам. На эти цели из бюджета будет выделено до 40 млрд сумов в 2019-2020 годах.

До 1 июля 2022 года освобождается от налога на добавленную стоимость и акцизного налога оборот по производству и реализации драгоценных металлов и отечественных ювелирных изделий, а ввозимые в Узбекистан драгоценные и полудрагоценные камни – от таможенных платежей (за исключением таможенных сборов).

До конца 2020 года правительству поручено организовать с участием предпринимателей в каждом регионе не менее двух, а в Ташкенте – не менее десяти современных ювелирных торгово-производственных центров, включающих полный цикл от производства до реализации готовых ювелирных изделий.

Марина Попова, Азамат Миндет, Ольга Сивоха

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

duster-kaptur_240x400.gif

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций