Перейти к основному содержанию

1 просмотр

Черешня стала новым экспортным брендом Узбекистана

«Курсив» разбирался в тонкостях успеха аграриев соседней страны

Фото: Shutterstock.com

За несколько лет Узбекистану удалось войти в четверку крупнейших экспортеров черешни в мире.

От Сеула до Лондона

В мае текущего года в лондонских магазинах впервые появилась черешня из Узбекистана. На самом крупном оптовом рынке Лондона пятикилограммовую коробку узбекской черешни можно было купить за £35 (около 3,3 тыс. тенге за килограмм). Розничная цена заморского продукта в столице Туманного Альбиона составила £9,99 за килограмм (4,8 тыс. тенге). Незадолго до этого узбекскую черешню начали продавать в Шанхае, а также в магазинах Южной Кореи. В прошлом году география поставок расширилась на страны Ближнего Востока – Египет, ОАЭ. До конца года Узбекистан планирует получить добро на экспорт черешни от карантинных служб Японии, Вьетнама, Таиланда, Иордании и Марокко.

По оценкам отраслевых экспертов, гектар хлопка приносит $25–50 прибыли, гектар пшеницы – $150, а продукты садоводства – от $600 до $3500 с гектара в зависимости от вида. Именно поэтому в стране было решено стимулировать выращивание абрикосов, персиков, винограда, черешни, дынь – в общем, всего того, чем издревле славится узбекская земля. И значительная часть продукции должна уйти на экспорт.

Есть еще ягоды в столицах

Прилавки стран СНГ узбекская черешня завоевала давным-давно. В советские годы главным поставщиком черешни были предприимчивые жители Ферганской долины: там ягода поспевает раньше, чем в других районах Узбекистана.

Экспорт в страны дальнего зарубежья начался только в 2012 году. Объем экспорта тогда составил 5 тыс. тонн. Первую партию узбекской ягоды закупила Южная Корея, с тех пор поставки не прерываются и к списку импортеров добавляются все новые страны. Согласно данным ресурса EastFruit.com, только в 2016 году было экспортировано узбекской черешни на сумму более $50 млн. В 2017 году страна экспортировала 32 тыс. тонн черешни, а в 2018 году – 34 тыс. тонн.

Официальные данные не слишком разнятся с оценками независимых экспертов. По данным компании «Узбекозиковкатхолдинг», с конца апреля по начало июня 2017 года на экспорт ушло 18,9 тыс. тонн черешни на сумму $44,23 млн, а за тот же период прошлого года – 24,5 тыс. тонн черешни на сумму более $103,96 млн. С учетом того, что поставки ведутся и в другое время года, к тому же есть и «серый» вывоз, всего в прошлом году Узбекистан отправил за рубеж около 45–50 тыс. тонн черешни. Для сравнения: ближайший конкурент – Турция – стабильно отгружает на экспорт от 65 до 80 тыс. тонн черешни ежегодно.

По оценкам аналитического портала EastFruits.com, в 2019 году объемы экспорта черешни из Узбекистана могут вырасти приблизительно на 10%, достигнув 50–55 тыс. тонн. Для сравнения: по данным на 1 июля 2019 года из Узбекистана было экспортировано 17 тыс. тонн черешни, 8,3 тыс. тонн персиков, 50 тыс. тонн абрикосов и 15 тыс. тонн сливы. Ожидается, что по-прежнему как минимум две трети экспортируемой черешни будет попадать на рынок России, преимущественно не напрямую, а через Казахстан и Кыргызстан.

Впрочем, на самом деле экспорт может и упасть: как сообщал в интервью Кun.uz начальник управления по переработке сельскохозяйственных продуктов и развития инфраструктуры Минсельхоза РУз Саидкарим Махмудов, неблагоприятные погодные условия (лето выдалось дождливым) могут сократить урожай до 50%. Но все равно планы у чиновников амбициозные. Только в Китай должно быть поставлено 20 тыс. тонн черешни. Пробная партия черешни была доставлена в Поднебесную в мае текущего года. В частности, китайцы планируют реализовать узбекскую черешню на площадке популярного китайского интернет-магазина Tmall.

Рахмат господину Трампу

Стоит отметить, что поставки узбекской черешни в Китай начались на фоне торговой войны КНР с США. Буквально пару лет назад американцы полностью доминировали на рынке Поднебесной. В 2018 году, по данным Reuters, их доля упала до 80%, а в этом году – до 38%. Их место постепенно занимают поставщики из Узбекистана, доля которого, по прогнозам, к концу года может составить 50% (стартовав с нуля).

По словам эксперта агропромышленного портала Agromart.uz Акмалхона Олимхонова, первое место в мире по объему экспорта черешни занимает Чили, на втором – США, а на третьем – Турция. Узбекистан по итогам 2018 года оказался четвертым.

«Конкурентных преимуществ у узбекской продукции несколько. У нас она поспевает быстрее, и мы можем поставить раньше, чем другие. Это с середины мая до конца июня. Турецкая и американская черешня поспевает через 15–20 дней», – отмечает Олимхонов.

Эксперты полагают, что ягода из Узбекистана выигрывает также и по вкусовым качествам, и по цене, в том числе за счет низкой стоимости рабочей силы. На китайском рынке продукция из Узбекистана в мае – июне 2019 года продавалась вдвое дешевле американской: около 70–80 юаней за килограмм, а американская – около 160 ($22,6).

Как и у конкурентов, узбекская черешня доставляется покупателям автотраспортом – в страны СНГ, самолетами – в дальнее зарубежье. Минусом является отсутствие доступа к морским коммуникациям. Но черешня – продукт нежный, и ее все экспортеры стараются доставлять побыстрее.

Главное – подготовить почву

Как рассказал «Курсиву» эксперт агропромышленного портала Agromart.uz Акмалхон Олимхонов, в стране созданы благоприятные условия для экспортеров сельскохозяйственной продукции. В частности, предельно упрощены экспортные процедуры. Все данные по экспорту можно занести в режиме онлайн, отменено требование регистрации экспортных контрактов в банке.

«Сейчас за один час можно отправить продукцию на экспорт, нет никаких проблем», – отмечает он.

Далеко не вся черешня продается за рубеж. Сейчас в садах страны выращивается около 200 тыс. тонн черешни, в прошлом году этот показатель составлял 170 тыс. тонн. Планируется, что к 2021 году в республике будет собрано 250 тыс. тонн черешни, из них на экспорт пойдет 100 тыс. тонн. То есть по мере увеличения производства доля экспорта должна вырасти с примерно 25% до одной трети от урожая.

За ростом экспорта стоят инвестиции в сектор. За последние три года в агропромышленный сектор было вложено $750 млн. Например, в Наманганской области осуществляется проект Uzbek cherry стоимостью $45 млн, где до конца текущего года общая площадь интенсивных садов черешни достигнет 1 тыс. гектаров. Всего в Узбекистане площадь, выделенная под садоводство, составляет 269,5 тыс. гектаров. Из них 118 тыс. гектаров (44%) – яблоневые сады.

Отлетай, подорожало

Быстрое наращивание интенсивных садовых полей, развитие агрокластеров и упрощение экспортных процедур позволили нарастить экспорт черешни в десятки раз в течение 5–6 лет. Но весной 2018 года правительство решило пойти на новую меру поддержки отрасли и ограничило минимальную экспортную цену черешни $4. Чиновники опасались, что иначе фермеры будут вынуждены отдавать ягоду посредникам за бесценок. В результате цена у производителей для торговых компаний на внутреннем рынке составила около 50–60 центов за килограмм.

Независимые экономисты и бизнесмены раскритиковали введение пороговой цены. Основатель крупнейшей в стране сети супермаркетов Korzinka.uz Зафар Хашимов на своей странице в Facebook подчеркнул, что частные компании имеют право продавать свою продукцию по своим ценам.

«Разумеется, государство вправе устанавливать общие правила процедуры экспорта, назначать и устанавливать правила валютного, тарифного и налогового регулирования, все это уже имеется. Но почему-то опять государство рвется устанавливать цены… Приведу один пример. В прошлом году (в 2018 году. – «Курсив») был очень хороший урожай черешни. Садоводы были в восторге, предвкушая щед­рый сезон. Но тогда государство запретило экспорт черешни по цене ниже чем $4 за килограмм. Но внешняя конъюнктура цен на черешню была совсем другой. Я лично купил черешню в российском супермаркете по цене 190 рублей за килограмм, или $3. То есть черешня в Москве в рознице стоила $3, а наши чиновники не разрешали экспортировать ее по цене ниже $4», – заметил Зафар Хашимов.

В результате из-за того, что черешня после созревания не может храниться долго, узбекским фермерам пришлось реализовывать большую часть свежего урожая на внутреннем рынке по 5–7 тыс. сумов, то есть меньше чем $1. Более того, по словам бизнесмена, сложившейся ситуацией воспользовались перекупщики из кавказских стран, которые скупали черешню по $0,5–0,8 и организовывали перевозку продукции в соседние страны окольными путями, вывозили товар в Кыргызстан и Казахстан, а оттуда везли товар в Россию или перепродавали там же, но уже по ценам на порядок выше.

В конце лета государство отменило порядок регулирования экспортных цен.

Маржинальный плод

Экономист из Ташкента на условиях анонимности в беседе с «Курсивом» отметил, что некоторые чиновники в правительстве все еще не оставляют попытки контролировать экспортные потоки и прошлогодний случай с установлением порога экспортных цен – яркое тому подтверждение.

«Это приводит к падению цен на рынке до минимума, а компании, имеющие связи в нужных местах, скупают товар по дешевке и вывозят его на экспорт, получая сверхприбыли! Доходило до того, что разрешение на экспорт тех или иных плодоовощных продуктов получали только определенные компании», – отмечает эксперт.

По его словам, все, что требуется сейчас от государства, – это не мешать частному сектору, тем же фермерам самостоятельно принимать решения, что выращивать, куда, кому и по каким ценам продавать свой товар.

«Только таким образом мы можем создать по-настоящему рыночную экономику, к которой должны прийти в конечном итоге», – резюмирует экономист из Ташкента.

Сохранение мер господдержки аграрного сектора и реализованные правительством меры по либерализации доступа на внешние рынки плюс невмешательство в ценовую политику стали оптимальным рецептом стимулирования экспорта. По крайней мере, на рынке черешни. Если этот тренд сохранится, то ягода будет приносить все большую прибыль стране. По данным Госкомстата РУз, в прошлом году Узбекистан отправил на экспорт 1,23 млн тонн плодоовощной продукции, выручив за нее $874,5 млн. Экспорт 50 тыс. тонн черешни может принести Узбекистану более $200 млн.

904 просмотра

В Восточном Казахстане обещают завершить инфраструктурные и социальные долгострои

Уже в этом году

Фото: Ирина Осипова

2020 год для Восточного Казахстана должен стать годом оправданных надежд. В регионе обещают завершить инфраструктурные и социальные долгострои. 

Восток кормит обещаниями

Во-первых, это долгожданный для усть-каменогорцев Иртышский мост, который монтируют вот уже более пяти лет. Большую стройку обещали подвести к финалу в 2016, 2018, 2019 годах. Дедлайн в очередной раз перенесен, теперь – на весну 2020 года. Согласно информации акима Усть-Каменогорска Жаксылыка Омара, до сих пор не завершены работы по обустройству съездов, пока нет нового асфальта. И по документам мост не сдан приемочной комиссии. Хотя все восемь полос открыты для движения.

На последней сессии областного маслихата выяснилось, что акимат региона снял более 447 млн тенге с данного проекта. По словам акима ВКО Даниала Ахметова, это связано с тем, что «мы боимся давать подрядчику, он весь в судах, идут специальные процедуры». Речь о судебных исках, поданных городским отделом ЖКХ, пассажирского транспорта и автомобильных дорог к ТОО «Мостостроительный отряд №25 им. Рязанова». Горакимат требует от строителей законсервировать уже открытый объект, вернуть его заказчику, а с ним и последний аванс – 92 млн тенге. Одну из самых крупных мостростроительных компаний предлагают признать недобросовестным участником госзакупок.

Что касается положения подрядчика, то, исходя из данных справочника судебных решений, ТОО «Мостостроительный отряд №25 им. Рязанова» действительно находится в затруднительном положении. Накопились долги перед субподрядчиками, поставщиками цемента, партнерами за оказание услуг по осуществлению лабораторного контроля стройматериалов.

Во-вторых, в следующем году хеппи-эндом должна закончиться скандальная история строительства в Усть-Каменогорске Межрегионального центра подготовки кадров для машиностроительной отрасли на 700 мест. Проведено техническое обследование центра, на финишной прямой – работы по созданию ПСД. Объект стоимостью около 4 млрд тенге, из-за которого в тюрьму сели экс-вице-министр образования Саят Шаяхметов, генподрядчик Алексей Тутубалин и директор ТОО «Дирекция строящихся объектов образования и науки РК» Александр Пак, теперь станет физико-математической школой.

Об этом во время брифинга в Службе центральных коммуникаций заявил глава региона. Обещано, что новое образовательное учреждение станет лучшим, преподавать туда пригласят самых талантливых педагогов. Для учителей намерены построить дом на сто квартир. 

Единственное, что вызывает сомнения в этой истории, – сроки. Дело в том, что техобследование было обещано провести еще в середине 2018 года. Согласно условиям конкурса, на это победителям было отведено два месяца. С того времени прошло уже 16 месяцев. Исходя из уровня системных нарушений, допущенных при строительстве – а именно обвала перекрытия в одном из корпусов, претензий экспертов к качеству использованных материалов, – средства на завершение строительства будут исчисляться сотнями миллионов тенге. Учитывая, что ПСД еще не прошло госэкспертизу, нет точной суммы на завершение строительства, к тому же бюджет следующего года уже практически сверстан, открытие физматшколы может быть перенесено с 2020-го на последующие годы.

Долгая история

Отдельную главу хотелось бы посвятить событиям, которых в 2020 году восточноказахстанцы очень ждут, но не дождутся. Самым главным чаяниям жителей областного центра – улучшению экологической обстановки в городе – не суждено воплотиться в реальность. Это стало ясно после того, как в ноябре в областном маслихате был утвержден проект Стратегии развития Усть-Каменогорска до 2050 года. 

Данный документ хоть и носит декларативный характер, но в нем обозначены главные стратегические пункты развития города. И самое важное в данном аспекте значение имеют планы и перспективы гигантов металлургической промышленности. Все они – ТОО «Казцинк», АО «УМЗ», АО «УК ТМК» – продолжат наращивать объемы, развивать новые направления. К сожалению, о техническом перевооружении, установке новых экологически безвредных установок, котлов в документе ничего не написано. Нет таких пунктов и в проекте Комплексного плана мероприятий по оздоровлению окружающей среды ВКО на 2019–2022 годы, разрабатываемого специалистами Центра экологической безопасности.

Во время своего выступления перед журналистами республиканских СМИ Даниал Ахметов вскользь упомянул о том, что компания «Казцинк» разрабатывает беспрецедентную экологическую программу. До тех пор, пока документ не пройдет госэкспертизу в Министерстве экологии, геологии и природных ресурсов РК, информация о ней будет недоступна.

Несмотря на многочисленные обещания, не закончат в следующем году строительство скандально известного Центра ядерной медицины в Семее. Казахстанцам, нуждающимся в радиотерапии, все также придется за свой счет ездить на лечение в другие страны. Долгострой с 15-летней историей для Восточного Казахстана стал памятником коррупции и бюрократии. За несколько лет недостроенный центр стал объектом рассмотрения в 16 различных уголовных и гражданских делах. 

В этом году, когда в Верховном суде, казалось бы, поставили точку в этой истории и принудили подрядчиков демонтировать дефектную систему жидких радиоактивных отходов, исполнить это решение некому. Генподрядчик признан банкротом, директор субподрядной организации, устанавливавшей систему ЖРО, находится в международном розыске. А взять и просто вынести оборудование ЖРО стоимостью около двух миллиардов тенге невозможно, так как вопрос его принадлежности также решается в суде. Только после того, как будут решены все юридические проблемы данного дела, начнется разработка, обсуждение вопросов финансирования.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance