Перейти к основному содержанию

5869 просмотров

Как в Казахстане удешевили энергию солнца и ветра

Благодаря зональным аукционам ВИЭ удалось снизить тарифы на солнечную и ветровую энергию, а также на электроэнергию гидроэлектростанций

фото: shutterstock.com

Осенью в Казахстане впервые пройдет проектный аукцион в области возобновляемых источников энергии (ВИЭ). Это новая форма размещения проектов ВИЭ, когда государство впервые привяжет дислокацию генерирующей станции к конкретному региону. Развитие ВИЭ – один из действенных механизмов внедрения зеленой экономики.

Зональные аукционы ВИЭ – механизм, который уже апробирован в Казахстане. Благодаря ему удалось существенно снизить тарифы на солнечную и ветровую энергию, а также на электроэнергию гидроэлектростанций. В случае зональных аукционов инвесторы сами выбирали регионы, где они намерены работать. С помощью нового, проектного, аукционного механизма Министерство энергетики РК намерено решать не только ценовой вопрос, но и проблему насыщения электроэнергией именно тех сегментов внутреннего рынка, где в ближайшие годы ожидается энергодефицит.

Энергия аукциона

Аукционные торги по отбору проектов ВИЭ начались в республике в прошлом году и сразу продемонстрировали свою эффективность. За две сессии 2018 года – весеннюю и осеннюю – зональный метод аукциона позволил отобрать более 30 проектов ВИЭ суммарной мощностью 858 МВт при выставленной мощности в 1 гигаватт. Напомним, что схема была следующей: государство озвучивало мощности генерации, которые общая энергосистема готова принять от возобновляемых источников, а инвесторы, в свою очередь, озвучивали размер тарифа, при котором проект мог нормально развиваться, и желательную дислокацию своих проектов. Основным критерием для победы в таком аукционе становилась наименьшая цена, по которой инвестор готов был поставлять в общую систему вырабатываемую на своих мощностях электроэнергию.

Отбор через аукцион ВИЭ-объектов, которым позволят влиться в единую энергосистему страны, позволил решить острый вопрос стоимости киловатт-часа – зеленый тариф в разы (а по некоторым объектам – в десятки раз) превышал тарифы на традиционных источниках. Директор департамента по возобновляемым источникам энергии Министерства энергетики Казахстана Айнур Соспанова при подведении итогов зональных аукционов отметила, что стоимость возобновляемой энергетики в стране распределяется на каждого потребителя электроэнергии, и при планировании выработки объемов энергии от ВИЭ одна из ключевых задач – несильно нагрузить конечного потребителя. «У нас и так достаточно энергоемкая экономика, поэтому мы стремимся не нагружать конечного потребителя – как крупные компании, так и физлиц.

Аукционный механизм позволил снизить тарифы возобновляемой энергетики – так же, как и в других странах, которые внедрили этот механизм», – пояснила г-жа Соспанова. Она призналась, что в Минэнерго накануне первых аукционов не ожидали сильного снижения, предполагая лишь небольшой сдвиг цен вниз в связи с уменьшением стоимости технологий в ВИЭ. Однако в ходе проведения аукционов средневзвешенное снижение тарифов по ветро- и гидроэлектростанциям составило 12%, по солнечным – 35%, при этом были проекты по ветро- и гидроэлектростанциям, которые снизили тариф на 23%, а по «солнцу» – почти вполовину.

«Аукционный механизм также позволил отбирать те проекты, которые готовы к подписанию долгосрочных 15-летних контрактов. Эти проекты имеют четкие обязательства: в определенный срок ввести объект в эксплуатацию и ответить своими деньгами, если не будут исполняться обязательства», – заявила г-жа Соспанова, подводя итоги торгов 2018 года.

Министр энергетики Канат Бозумбаев на одной из последних отчетных встреч с населением еще раз подчеркнул возможности аукционного отбора по снижению стоимости электроэнергии. Глава Минэнерго заметил: если раньше инвесторы, готовые открывать солнечные электростанции, говорили о необходимости фиксации тарифов на уровне 34 тенге за киловатт-час, то при проведении аукционов эти же самые участники рынка снизили свой тариф до 18 тенге.

«Куда девалась эта разница – всем же понятно, поэтому ничего лучше и понятнее для установления справедливой рыночной цены, чем онлайн-аукцион, не придумано – никто никому не позвонит, не надавит, – заявил министр энергетики. – Тариф в 18 тенге – это, грубо говоря, 4 цента. А самая эффективная цена на солнечную энергию сейчас в Саудовской Аравии, в ОАЭ – около 2 центов, в Чили – 3 цента. Мы уже рядом с этими ценами, нам нужно улучшать свое законодательство, повышать инвестпривлекательность, риски снижать, волатильность курса снижать. Наверное, тоже до 2,5 центов дойдем в ближайшие годы», – предположил он.

Честная игра

Противники аукционного метода есть – например, начальник юридического управления ТОО «Astana Solar» Асия Нурабаева напоминает, что это предприятие открывалось под постановление правительства от 2014 года.

Постановление предусматривало: те производители солнечной энергии, которые купят кремниевые батареи Astana Solar, получат гарантированный тариф на производство 37 МВт на 15 лет вперед.

«Однако этот объем в силу долгих процедурных вопросов не был в полной мере реализован. А при внесении в закон изменений, связанных с введением аукционных торгов, была предусмотрена норма, которая фактически приостановила действие этого постановления, – говорит г-жа Нурабаева. – Между тем во многих странах государство оказывает существенную поддержку именно местным производителям в секторе возобновляемой энергетики. В США и в Германии введены импортные пошлины на продукцию китайских производителей, в России установлен высокий уровень локализации – свыше 70%. Для Казахстана это новая отрасль, и здесь тоже нужна аналогичная поддержка», – убеждена она.

В Минэнерго этой убежденности не разделяют: Канат Бозумбаев напоминает, что упомянутый гарантированный для потребителей продукции Astana Solar тариф был закреплен постановлением правительства на уровне 70 тенге за киловатт-час – и такой тариф экономика страны просто не потянет. Более того, г-н Бозумбаев отметил, что в Казахстане аукционный механизм внедрен в том числе для того, чтобы не было возможности «продавливать» постановления правительства под ту или иную компанию. Что касается защиты рынка комплектующих ВИЭ от иностранных производителей, то министр также не видит в этом необходимости, поскольку собственного производства, в отличие от той же России, в Казахстане пока просто нет.

«Пусть участвуют в аукционах, дают конкурентную цену. Вот тогда может встать другой вопрос: если те производители солнечной энергии, которые работают с продукцией Astana Solar, смогут давать конкурентную цену, мы можем в правилах проведения аукционов по типу госзакупок сделать какие-нибудь преференции для отечественного производителя», – говорит глава Минэнерго. Это возможно, чтобы проводить поэтапную локализацию производства солнечной электроэнергии. Но если мы будем пытаться таким топорным методом казахстанское содержание увеличивать, поддерживая один завод, это будет достаточно сложно», – подчеркнул он.

Не только цена, но и место

Сейчас государство задумалось над вопросом, как с помощью развития аукционной системы ВИЭ насытить отдельные энергодефицитные регионы. Специалисты Минэнерго отмечают, что сейчас дефицита электроэнергии в стране нет. По долгосрочным прогнозам, в Казахстане будет наблюдаться профицит электроэнергии до 2025–2027 годов – если поддерживать традиционные мощности и вводить новые угольные станции. Однако такой путь развития противоречит задаче по доведению доли ВИЭ в общем объеме производства электроэнергии до 3% к 2020 году, 6% – к 2025 году и до 10% – к 2030 году. Поэтому уже сейчас Минэнерго нужно заботиться не только о снижении цен на продукцию ВИЭ-станций, но и об их дислокации.

По мнению Каната Бозумбаева, строить дополнительные мощности необходимо на юге и в центре страны. Сейчас в республике работают 74 объекта ВИЭ суммарной мощностью 679 МВт, до конца года планируется ввести в эксплуатацию еще 10 объектов ВИЭ. С учетом новых станций суммарная мощность объектов ВИЭ по итогам 2019 года составит 967 МВт, в 2020 году количество ВИЭ планируется довести до 95 станций (1483 МВт), в 2021 году – до 119 (это 2100 МВт). В сентябре этого года планируется провести аукцион на 255 МВт, в том числе: солнечные электростанции – 80 МВт, ветровые электростанции – 100 МВт, гидроэлектростанции – 65 МВт и биоэлектростанции – 10 МВт.

При этом мощность 50 МВт в рамках аукциона будет отведена станции в Туркестанской области, которую построят в рамках первого проектного аукциона. В этом случае государство уже само определило, где строить ВИЭ, а участники проектного аукциона соревнуются в предложении меньшего тарифа на определенном им участке.

banner_wsj.gif

Как пандемия коронавируса влияет на рынок газа в мире

И что могут выиграть простые потребители  

Фото: Shutterstock

Газовая отрасль, по сравнению с нефтяной, не так сильно пострадала от пандемии Covid-19. Спрос на газ остается устойчивым, поскольку его в основном используют для производства электроэнергии и в коммунально-бытовых целях. Нефть же, главным образом, является сырьем для выпуска транспортного топлива. Но и рынок газа не избежал снижения цен и уровня потребления газа. Этому способствовали сразу несколько факторов, среди которых аномально теплая зима в Европе, вспышка коронавируса в Азии и рост предложения со стороны производителей сжиженного попутного газа (СПГ). 

Экспорт просел 

Эпидемия коронавируса привела к снижению экономической активности и сокращению промышленного производства в Китае, что, соответственно, уменьшило потребление энергоресурсов. Только в январе потребление природного газа в этой стране сократилось на 31,6 млрд куб. м, что на 1% ниже показателя за январь прошлого года. Крупные китайские компании-импортеры углеводородного сырья объявили о форс-мажоре и попросили своих поставщиков отсрочить доставку ресурсов. Аналогичное послание от своего китайского партнера, компании PetroChina, в начале марта получил национальный оператор газа – КазТрансГаз (КТГ). В результате экспорт казахстанского газа в Китай был снижен на 25%. 

Тем не менее министр энергетики РК Нурлан Ногаев заявил, что «даже при этом сокращении у нас уровень транспортировки почти на том же уровне, который был в прошлом году». За 2019 год республика экспортировала в КНР около 7,5 млрд куб. м природного газа. В этом году планировала увеличить поставки до 10 млрд куб. м, что должно было принести стране $2 млрд валютной выручки. 

В прошлом году в Казахстане было произведено 33,1 млрд куб. м товарного газа, из них свыше 14 млрд было продано на внутреннем рынке, около 19,5 млрд - отправлено на экспорт (доля национального оператора составила чуть больше 8,8 млрд куб. м, что на 10% меньше по сравнению с предыдущим годом). 

В нацкомпании КазМунайГаз, чьим дочерним предприятием является КТГ, снижение экспортных объемов экспорта газа объясняют тем, что в России, Кыргызстане и Узбекистане уменьшили закупки казахстанского газа, сделав выбор в пользу других поставщиков. 

В то же время, благодаря увеличению средней стоимости – с $179 за 1 тыс. куб. м в 2018 году до $200 в 2019-м, общая выручка от продажи газа выросла на 13,6%, превысив 874 млрд тенге. При этом только на транспортировке газа КТГ заработал свыше 209 млрд тенге, рост составил почти 50%. 

В мире 

В глобальном масштабе сейчас обострилась борьба за рынки сбыта и ценообразование между крупными экспортерами природного газа и СПГ. На фоне замедления экономической активности из-за коронавируса в январе–феврале этого года темпы роста импорта сжиженного газа со стороны Китая снизились до 2,3%. Это произошло в том числе из-за увеличения внутреннего производство газа, а также потому что в период низких цен 2019 году китайские компании закупили 13 млн тонн СПГ. 

Индия, еще один крупный потребитель газа, в конце марта приняла меры для предотвращения распространения Covid-19 в стране - в результате местные компании объявили форс-мажор по своим обязательствам на закупку газа. Невостребованный в Азии товар производители сжиженного газа перенаправили в Европу, где уже в прошлом году наблюдался дисбаланс спроса и предложения, и стоимость газа упала более чем на 40%. Рост мирового предложения СПГ в 2019 году составил рекордные 13%, или 40 млн тонн. В 2020 году ожидается увеличение предложения сжиженного газа на 8,5%, или на 30 млн тонн. 

По итогам отопительного сезона 2019-2020 гг. запасы газа в европейских хранилищах достигли рекордно высоких уровней - около 57 млрд куб. м. При этом за первые два месяца этого года более чем на треть выросли объемы импорта СПГ. Предполагается, что к концу лета резервы в хранилищах вырастут до максимального уровня - около 103 млрд куб. м. На рынке может образоваться излишек газа в объеме 45 млрд куб. м, что безусловно будет оказывать давление на цены. 

Тем временем обилие предложения на рынке вынуждает производителей сокращать поставки. В 2019 году Норвегия уменьшила объем экспорта газа на 7,2 млрд куб. м. В январе и феврале этого года поставки были снижены до минимального уровня с 2015 года. 

Сократились поставки газа и из России. Если в 2019 году Газпрому удалось экспортировать около 200 млрд куб. м, то в марте этого года из-за обилия предложения на рынке и мягкой зимы в Европе компания снизила поставки на 18%. Резкое падение цен на мировом рынке газа, в том числе и в Европе, заставило Газпром пересмотреть предварительные прогнозы на 2020 год и снизить стоимость своего товара с $200 до $175 за 1 тыс. куб. м. При этом российская компания защищена долгосрочными контрактами и пока сохраняет долю на европейском рынке на уровне 36%. 

Однако основным поставщиком газа на европейском рынке, похоже, вскоре станут США, опередив Катар и Россию. В январе американские производители увеличили экспорт сжиженного газа в Европу почти на 97%. В феврале поставки выросли до рекордных 144 млн куб. м газа в сутки. 

Рекордный рост предложения на рынке газа в конечном счете приводит к рекордному снижению его стоимости. При этом текущие цены на мировом рынке газа едва покрывают операционные и транспортные расходы как американских газовых компаний, так и Газпрома. Международное рейтинговое агентство Fitch Ratings прогнозирует, что в ближайшие два года цены останутся на текущих низких уровнях. По мнению аналитиков агентства, в 2020 году стоимость газа на крупнейших европейских хабах Title Transfer Facility (TTF) и National Balancing Point снизится с $194,2 до $123,6 за 1 тыс. куб. м, а на американском Henry Hub – с $88,3 до $65,3 за 1 тыс. куб.м.

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif