Перейти к основному содержанию

1739 просмотров

Почему пчеловодство в Костанайской области оказалось на грани выживания

Им не хватает полей и денег

Фото из личного архива Сергея Петрова

Ориентированной на экспорт отрасли в Костанайской области нет места для развития. До критического уровня снизились посевные площади медоносных сельскохозяйственных культур в регионе. В этом году пчеловоды решили не ждать милости от аграриев, а объединиться и засеять травы самостоятельно.

Пусто – не густо

Аграрная Костанайская область практически лишилась кормовой базы для пчел. Не редкость, когда из-за жесткой засухи уже в начале лета весь травостой сохнет и пчеловодам приходится менять месторасположение пасеки, иногда 10 раз за сезон. Каждый такой переезд сопряжен с дополнительными расходами и рисками. Ведь площадей под медоносные культуры крестьянские хозяйства отводят все меньше. Об этом председатель регионального филиала ОЮЛ «Национальный союз пчеловодов Казахстана «Бал-Ара» Сергей Петров рассказал первому вице-министру сельского хозяйства Айдарбеку Сапарову, посетившему регион с рабочим визитом. Пасечник не просит субсидий от государства. Как оказалось, ему, да и всем пчеловодам области, нужны поля гречихи, которых сегодня практически нет.

«Ситуация у нас сейчас критическая. Мы бегаем с ульями по всей области в поисках медоносных полей. Область славится своим майским медом, мы его собираем в лесах и на гречишных полях. Но гречиху посадило только ТОО «Олжа-Агро», и то самоопыляемую, ей не нужны наши пчелы. Что касается донника, он есть, но когда он цветет, животноводы начинают его тут же косить», – пояснил Сергей Петров.

По словам Айдарбека Сапарова, этот вопрос должен решаться внутри области и согласно плану диверсификации посевных площадей. А по официальным данным, в текущем году подсолнечником засеяли 52 тыс. га, гречихой – 6,5 тыс. га, горчицей – 19 тыс. га. Четыре года назад гречихи было на 1 тыс. га больше, а подсолнечника – на все 40 тыс.

По словам первого заместителя акима Костанайской области Гауеза Нурмухамбетова, вопрос взят на контроль. Ведь теперь мед относится к категории экспортно-ориентированных товаров. Предполагается, что в следующем году гречихи на полях будет больше. Но она нужна уже сегодня.

Сеем сами

Пчеловоды решили больше не уговаривать фермеров высаживать медоносные культуры, а сеять их самостоятельно. В этом году Сергей Петров и его коллеги из Национального союза пчеловодов Казахстана «Бал-Ара» в Костанайской области решили рискнуть и посеяли фацелию, донник и козлятник на полях Карабалыкской опытной станции. Если результат получится хорошим, затраты оправдаются, площадь посевов увеличат уже в следующем году.

«В нашей аграрной области мы вынуждены заниматься земледелием. Пока посеяли на 80 га именно те травы, которых нам не хватает. Намерены в этом году собрать здесь не только мед, но и семена, чтобы на следующий год увеличить посевную площадь», – рассказал «Курсиву» Сергей Петров.

Вообще, пчеловоды намерены на местном уровне организовать полный производственный цикл. Тогда каждый бортник уже зимой будет знать, где поставить свою пасеку. И не только. Ведь для развития отрасли одних полей с кормовыми культурами недостаточно. Например, давно нет системы управления этой отраслью, ликвидированы племенные и матковыводные хозяйства. Ветеринария не занимается поставками лекарств и профессиональным лечением пчел. Пчеловоды говорят, что давно приходится рассчитывать только на свои силы, а значит, методы работы надо менять.

С чего начать?

Сергей Петров видит выход из кризисной ситуации во взаимодействии участников отрасли. Разобщенность сегодня является помехой. По данным управления сельского хозяйства и земельных отношений Костанайской области, в ОЮЛ «Национальный союз пчеловодов Казахстана «Бал-Ара» от региона входят всего три человека, тогда как неофициально пчеловодством в регионе занимается около тысячи человек.

«Мы только первый год работаем в составе Национального союза пчеловодов. Приглашаем других присоединиться к нам, но пока нас лишь трое, еще 10 человек готовят документы. Многие хотят посмотреть, что у нас получится. Если все будет хорошо, готовы вступить. Что касается членских взносов, то разговор идет о 30 кг меда в год с каждого члена союза», – добавил пчеловод.

По данным управления сельского хозяйства, в конце 90-х годов в Костанайской области разведением пчел занимались почти 10 тыс. человек. Отрасль была развита, а бизнес считался прибыльным и популярным. Сегодня ситуация изменилась. В лидеры вышла Восточно-Казахстанская область.

Сергей Петров рассказал «Курсиву», что сам работает с пчелами со студенческой скамьи, тогда он начал помогать пчеловоду-соседу. Теперь его пасека с нескольких пчелосемей выросла до 50. За это время значительно выросли расходы. Например, стоимость пчелосемьи возросла с 7,5 тыс. до 17 тыс. тенге. Сказывается на бюджете изменение цен на автозапчасти, бензин.

«Ушли из бизнеса те, кто работал только ради прибыли. Мы еще в прошлом году продавали 1 кг меда за 1400 тенге, теперь это невозможно. Цена на продукт тоже меняется, сейчас она составляет 1800–2000 тенге. Но мед пользуется спросом. У меня прошлогодние запасы еще полтора месяца назад закончились», – пояснил он.

По информации Министерства сельского хозяйства, в настоящее время в Казахстане производят около 12 тыс. т меда, до 1990 года пчеловодство было развито, общий объем производства доходил до 60 тыс. т. Сегодня самый большой спрос на продукт в Китае и США. Жители этих стран, по данным Всемирной федерации пчеловодческих ассоциаций, ежегодно потребляют 1 кг меда. Среднестатистический казахстанец – 50 г меда и 36 кг сахара.

7607 просмотров

Кому помешал экспорт живого скота из Казахстана

Намерение Минсельхоза вызвало протест со стороны мелких крестьянских хозяйств и даже некоторых мясокомбинатов

Фото: Shutterstock

О готовности проекта решения по введению эмбарго на экспорт стало известно в понедельник, 20 января. Главный аргумент Минсельхоза – из-за вывоза живого скота за рубеж на внутреннем рынке образовался дефицит поголовья для отечественных откормочных площадок и сырья для мясокомбинатов. В итоге, по информации директора департамента производства и переработки животноводческой продукции МСХ РК Еркебулана Ахметова, мощности этих предприятий оказались загружены всего на 50% – и их решили загрузить за счет закрытия границ, заодно решив проблему с ценами. «Массовый экспорт живого скота для дальнейшей переработки и перепродажи создал основу для спекулятивного роста цен на мясную продукцию», утверждают в аграрном ведомстве.

Производители против

Мясной союз РК имеет прямо противоположную позицию. Аргументация председателя правления отраслевого союза Асылжана Мамытбекова строится на следующих цифрах. В год в Казахстане забивают 2 млн голов скота, а экспортируют в живом виде 160 тыс. голов крупного рогатого скота, то есть меньше 10% от общего количества забоя. По мнению Мамытбекова, ни на цены, ни на загрузку эта доля критически повлиять не может. 

Второй аргумент Мясного союза – соотношение экспорта и импорта мяса в стране в 2019 году. Отраслевая ассоциация оперирует следующими данными: Казахстан экспортировал в прошлом году 63 тыс. т мяса, из них примерно половина – это проданный за рубеж живой скот в пересчете на убойный вес. Импортировала же республика 26,7 тыс. т говядины, баранины, конины и свинины суммарно, причем экспорт превышал импорт по всем видам мяса. По оценке Мясного союза, обеспеченность внутреннего рынка мясом составляет сейчас 102%.

«Мы экспортируем мяса больше, чем импортируем, о каком дефиците может идти речь? – недоумевает Мамытбеков. – Разговоры о том, что у нас страдает поголовье оттого, что вывозится живой скот, тоже не имеют под собой оснований: у нас в 2011 году, когда экспорт был нулевой, поголовье казахской белоголовой в стране было всего 111 тыс. голов, на сегодня, когда экспорт развернут, ее поголовье 350 тысяч».

В не меньшем недоумении от инициативы минсельхоза директор ТОО «Мясная Индустрия» Кайыржан Наурызгалиев – он уверен, что в рыночной экономике может быть только один принцип: кто платит фермеру максимальную цену, тот и получает скот.

«Будет платить Китай – пусть покупает Китай, будет платить Узбекистан – пусть он покупает. Будет платить наш отечественный мясокомбинат – мы будем сдавать туда», – говорит директор откормочной площадки из ЗКО. Глава крестьянского хозяйства «Тлеу» и ответсек «Фермерского центра» Актобе Александр Мандрыкин предполагает, что попытки директивно увеличивать предложение на рынке будут иметь обратный эффект: запрет приведет к сокращению доходов производителя скота, соответственно, уменьшится и предложение им своей продукции, в конечном счете цены на мясо только вырастут.

Переработчики за, но не все

На вопрос о том, кто поддержал проект запрета на вывоз живого скота, Еркебулан Ахметов ответил: на площадке НПП «Атамекен» была выработана консолидированная позиция предприятий, имеющих отношение к отрасли. Фактически это мнение владельцев большинства откормочных площадок и мясокомбинатов, в особенности из южных регионов страны. Именно оттуда в первую очередь вывозится скот в Узбекистан. Соседняя республика – главный импортер казахстанского живого скота; взрывной рост экспорта пришелся на 2018 год, в денежном выражении он тогда увеличился более чем в 30 раз.

Считать позицию переработчиков консолидированным мнением отрасли не совсем корректно, замечает Наурызгалиев. Ведь за высказываются 94 мясокомбината, за вычетом ТОО «Актеп», а против – 20 тыс. фермеров, непосредственно выращивающих скот.

В настоящее время нормативно-правовой акт, который преду­сматривает введение запрета, находится на согласовании в правительстве, то есть пока в действие он не вступил. Ввести запрет предполагается на полгода, но при этом, по словам директора департамента производства и переработки животноводческой продукции МСХ РК Еркебулана Ахметова, у минсельхоза будет возможность запрет продлевать. «Мы посмотрим, как запрет повлия­ет на ситуацию: будем анализировать и оценивать, а потом принимать решение», – заверил Ахметов.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance