Перейти к основному содержанию
95202 просмотра

Пустышка из кубышки: иностранные инвесторы не нашли нефть на казахстанском перспективном месторождении

Компания OVL добивалась доступа к казахстанской нефти с 1995 года, однако подписала первоначальное соглашение о сотрудничестве в углеводородном секторе с «КазМунайГазом» лишь в 2005 году

Фото: shutterstock.com

Во вторник издание The times of India опубликовало статью, посвященную неудачному проекту компании заграничного инвестиционного подразделения государственной корпорации «Нефть и природный газ» (ONGC). Журналисты ссылаются на слова управляющего директора OVL, ONGC Videsh Ltd (OVL), «НК Верма» (NK Verma), который заявил, что компания выходит из казахстанского проекта Сатпаев. В тот же день пресс-служба «Узбекнефтегаза» сообщила, что OVL заинтересована в инвестпроектах геологоразведки в Узбекистане.

Издание также сообщает, что в апреле 2011 года OVL купила 25% нефтяного блока Сатпаев. Она заплатила Казахстану $13 млн в качестве суммы подписания и дополнительно $80 млн в качестве разовой платы за уступку АО «НК «КазМунайГаз». Нефти, обещанной после предварительных данных оценки блока, обнаружено не было. Пробурив две скважины и не обнаружив коммерческих углеводородов, OVL решила выйти из контракта. Тем более истек срок продления первой фазы разведки.

Сатпаевский разведочный блок, расположенный в казахстанском секторе Северного Каспия, занимает площадь 1481 кв. км при глубине воды четыре-девять метров.

«OVL заинтересовалась в доле в блоке, поскольку он расположен в непосредственной близости от крупных разведанных месторождений в Северном Каспии. Предполагалось, что у него есть две перспективные области, на которых, по оценкам, около 256 млн тонн ресурсов нефти и природного газа. Он находится около четырех крупных разведанных месторождений», – пишет издание.

Также индийское СМИ сообщило, что во время подписания контракта, чтобы получить 25%-ную долю в блоке, OVL осуществила минимальные инвестиции в разведку в размере $165 млн и дополнительные расходы в размере $235 млн. Интерес OVL был основан на предполагаемой максимальной добыче в 287 тыс. баррелей в сутки из структур Сатпаева и Сатпаева Восточного. При этом компания имела возможность увеличить свою долю еще на 10% в случае коммерческого открытия.

Осложнили ситуацию задержки и перерасход средств. В 2014 и 2015 годах OVL планировала пробурить две разведочные скважины на Сатпаеве, но монтаж буровой установки был отложен, а бурение началось только в июле 2015 года.

OVL добивалась доступа к казахстанской нефти с 1995 года, однако подписала первоначальное соглашение о сотрудничестве в углеводородном секторе с «КазМунайГазом» в феврале 2005 года. В списке меморандума в качестве объектов взаимного интереса был не только участок Сатпаев, но и участки Махамбет, Шагала и Шаттык. Однако соглашение тогда не было заключено. Официальная Астана перспективные участки видит в качестве штучного товара.

В то время Казахстан определил блоки Сатпаев и Махамбет в Каспийском море в качестве площадей, в которых 50% акций могут быть предоставлены OVL.

Однако в 2007 году казахстанская сторона сократила долю предложения до 25% при условии, что OVL объединится со стальным бароном Лакшми Митталом, владельцем сталелитейного комплекса в Карагандинской области.

Первоначальное соглашение для OVL и его партнера Mittal Investment Sarl о приобретении 25%-ной доли в Сатпаеве было подписано во время государственного визита президента Казахстана Нурсултана Назарбаева в Индию в январе 2009 года.

Но в ноябре 2009 года Миттал вышел из проекта, и впоследствии OVL решила взять на себя всю долю.

Отметим, что, когда контракты уже были подписаны, в 2014 году Казахстан предлагал ONGC совместно разработать морской нефтяной блок Абай, из которого перед этим вышла норвежская государственная компания Statoil ASA. Однако вкладываться в разведку одновременно на двух участках индусы не рискнули, поскольку результат был неизвестен. Чуть раньше из казахстанских проектов ушла американская нефтяная компания ConocoPhillips, продав свои 8,4% в проекте разработки Кашагана. Более того, на эту долю в Кашагане претендовала ONGC Videsh Ltd., которая в 2013 году предлагала купить ее за $5 млрд.

Разочаровавшись в казахстанской нефти и оценив широкомасштабные реформы, проводимые под руководством президента Узбекистана Шавката Мирзиёева, направленные на развитие бизнеса и поддержку иностранных инвесторов, Индия решила попытать счастья у наших соседей. С выходом из блока Сатпаев OVL теперь будет участвовать в 40 проектах в 19 странах, таких как Вьетнам, Мьянма, Россия, Сирия, Египет, Ливия, Нигерия, Судан, Бразилия, Колумбия, Венесуэла и Куба.

Справка

Oil and Natural Gas Corporation Limited (ONGC) – крупнейшая индийская государственная нефтегазовая корпорация. Занимает 402-ю строчку в рейтинге Fortune Global 500, добывает 77% сырой нефти и 81% природного газа Индии. Является крупнейшей коммерческой организацией в Индии. Была организована индийским правительством 14 августа 1956 года. 74,14% акций корпорации контролируются государством.
 

banner_wsj.gif

1072 просмотра

Как пандемия повлияла на трафик бизнес-джетов в Казахстане

Эксперты пророчат рынку чартерной и деловой авиации более быстрое восстановление, чем регулярному авиасообщению

Фото: Олег Спивак. Коллаж: Вадим Квятковский

Изменения на казахстанском рынке частных самолетов стали заметны в начале весны.

«В марте мы ощутили значительное снижение перевозок. Обычно в этот период клиенты летают на отдых и в деловые поездки. В марте большая часть рейсов была отменена, так как почти все бизнес-мероприятия были перенесены в связи с распространением коронавируса», – сообщил «Курсиву» директор Air Charter Service в Казахстане Евгений Галкин.

Air Charter Service – крупный игрок мирового рынка чартерной авиации, основные направления деятельности компании – это бизнес-авиация, групповые пассажирские и грузовые авиа­перевозки. В то же время, отмечают в компании, именно на март – на те дни, когда был объявлен режим чрезвычайного положения, – пришелся рост заказов на перелеты, поскольку многие постоянные клиенты бизнес-джетов эвакуировали себя и свои семьи частными рейсами в Казахстан из-за границы.

Период оживления оказался коротким: в апреле, когда в республике действовал режим ЧП, все чартерные рейсы внутри РК были запрещены, рассказывают в казахстанском представительстве Air Charter Service. Исключение составляли перевозки пациентов в критическом состоянии и пассажиров, у которых была государственная аккредитация (например, представителей строительных компаний, возводящих стратегические объекты).

Возможность путешествовать частными самолетами за границу сохранилась, но только у иностранных граждан, которые имеют право улететь из Казахстана в другую страну. Другими словами, пока возможно выполнение исключительно репатриационных рейсов. Та же Air Charter Service в Казахстане организовывала, например, эвакуацию граждан Узбекистана и США. Эвакуация граждан Казахстана из-за границы частными рейсами также возможна, но представители отрасли отмечают, что репатриационные рейсы требуют индивидуального согласования с государственными органами по противодействию COVID-19 и организуются крайне сложно.

Набор мер предосторожности на частном авиарейсе в период пандемии, рассказывает Евгений Галкин, выглядит так:

«Стало нормой спрашивать у пассажиров актуальный тест на коронавирус, пассажиры в свою очередь спрашивают отрицательный тест на COVID у всех членов экипажа. После каждого рейса происходит обязательная обработка салона самолета, специальными средствами обрабатываются все поверхности кресел и панелей».

На официальном сайте одного из участников казахстанского рынка частных авиаперевозок, компании Astana Business Aviation, представлен перечень направлений, популярных у их клиентов, и расценки на такие перелеты. Перелет на Мальдивы и обратно обойдется в сумму от $85 тыс., а путешествие из Нур-Султана в Москву с возвращением – от $33 тыс. В Air Charter Service, комментируя вопрос о стоимости чартерных перевозок в период пандемии, отметили, что цены заметно снизились, так спрос на услуги авиакомпаний сократился: «Мы видим значительную конкуренцию среди авиаперевозчиков. В среднем тарифы авиакомпаний снизились на 15–20%».

kak-pandemiya-povliyala-na-trafik-biznes-dzhetov-v-kazaxstane0001.jpg

Авиаперевозчик, который работает на рынке чартерной и деловой авиации уже 30 лет, рассчитывает, что летом и осенью 2020 года пассажиры будут чаще выбирать чартерные рейсы и таким образом компании удастся восполнить снижение перелетов, которое наблюдалось в апреле и мае текущего года. Евгений Галкин прогнозирует:

«Мы полагаем, что часть пассажиров сократит свои расходы и снизит частоту полетов на бизнес-джетах. К сожалению, еще часть клиентов перестанет заказывать частные самолеты. Но при этом появятся люди, которые раньше не рассматривали для себя перелеты на бизнес-джетах, но у них были на это деньги, а сейчас крайне актуальным становится вопрос заботы о здоровье. Очевидно, люди будут опасаться летать вместе с 150 пассажирами в замкнутом пространстве, так как в этом случае риск заражения COVID-19 значительно выше. За последние два месяца у нас были заявки от клиентов, которые впервые заказали частный борт в связи с вынужденными обстоятельствами в отсутствие регулярных рейсов».

Похожие выводы на основании опроса своих клиентов делает Private Jet Card Comparisons – своего рода гид по предложениям от компаний, специализирующихся на частных авиаперевозках. Если до пандемии коронавируса 46% респондентов ожидали, что увеличат количество летных часов, которые они проведут в бизнес-джетах, то после пандемии их число сократилось. Но 33% респондентов по-прежнему планируют чаще летать на частных самолетах в 2020-м, чем годом ранее. Для еще трети постоянных клиентов частной авиации объем потребления таких услуг останется на прежнем уровне. 37% продолжат пользоваться услугами чартерной и деловой авиации, но реже, и только 3% заявили, что откажутся от такого способа передвижения.

И даже спад в бизнесе не станет поводом для отказа от частных авиаперелетов, показывают ответы участников исследования Private Jet Card Comparisons на вопрос «Что, скорее всего, повлияет на ваши частные поездки в течение следующих шести месяцев?». 77% выбрали вариант «снижение потенциального воздействия коронавируса», который означает как раз использование бизнес-джетов. И только 22% поставили в приоритет «опасения по поводу личных активов или продаж компании и ее прибыли по сравнению со стоимостью полета в частном порядке».

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png