Перейти к основному содержанию

827 просмотров

«Один путь» казахстанской нефти – в Китай

Казахстан намеревается постоянно наращивать объемы нефтедобычи, а Китай может стать основным потребителем казахстанских углеводородов

Фото: shutterstock.com

Увеличение нефтедобычи в Казахстане уже в ближайшей перспективе приведет к тому, что основным потребителем казахстанских углеводородов станет Китай, при этом Россия останется крупнейшим транзитером казахстанской нефти. Такая диверсификация, продиктованная экономическими соображениями, способна еще и повысить безопасность поставок нефти на зарубежные рынки в условиях нарастающих антироссийских санкций со стороны США.

Свою готовность наращивать транспортировку нефти в китайском направлении еще на прошлой неделе подтвердили два основных участника этого процесса – национальная компания «КазМунайГаз» и Китайская национальная нефтегазовая корпорация CNPC. В ходе казахстанско-китайского бизнес-форума в столице Казахстана управляющий директор по транспортировке нефти АО «Национальная компания «КазМунайГаз» Нуртас Шманов напомнил, что вся необходимая базовая инфраструктура для обеспечения экспорта нефти в направлении Китая уже построена: нефтепровод Атасу – Алашанькоу сегодня имеет мощность 20 млн тонн в год, с момента его пуска в 2006 году нефтепровод экспортировал в сторону КНР более 100 млн тонн нефти.

«Также имеются определенные политические договоренности по увеличению этих объемов, вместе с тем реализация этих поручений глав государств требует дополнительных инвестиций в транспортную инфраструктуру для поставки западно-казахстанской нефти в Китай, – сказал г-н Шманов. – Почему я говорю «западно-казахстанской» нефти? Поскольку на сегодня в Китай экспортируется нефть только из Актюбинского и Кумкольского регионов, а западно-казахстанская нефть – понятие более широкое, охватывающее все западные регионы республики», – добавил он.

нефть_0.jpg

Отметим, что в настоящее время основная часть «западно-казахстанской нефти» транспортируется по российским маршрутам. Скажем, основная часть жидких углеводородов, добываемых на месторождении Карачаганак, поставляется на экспорт через трубопроводную систему КТК «Тенгиз – Новороссийск», также небольшие объемы карачаганакской нефти реализуются через трубопровод «Атырау – Самара». А нефть месторождения Кашаган, которое, по расчетам Астаны, со временем станет флагманом казахстанской нефтедобычи, идет в трубу Каспийского трубопроводного консорциума. Никто не говорит о том, что часть этих потоков будет одномоментно повернута в сторону КНР (да и физически сделать это сиюминутно просто невозможно), однако есть как минимум две причины для разворота на Восток.

Первая причина очевидна и никак не привязана к текущей геополитической ситуации: Казахстан намеревается постоянно наращивать объемы нефтедобычи, и возможности российского направления будут исчерпаны очень скоро. Напомним, что в 2010 году Министерство нефти и газа Казахстана, возглавляемое тогда Сауатом Мынбаевым, заявляло о планах добывать к 2020 году 130 млн т нефти, связывая это в первую очередь с добычей на Кашагане.

С тех пор немало воды утекло – капризный Кашаган запустился и дважды вставал на «ремонт», однако же в настоящее время потихоньку начинает вживаться в отведенную ему роль лидера отрасли. В итоге уже в этом году Минэнерго планирует добыть более 86 млн т нефти с ростом до 104 млн т к 2025 году. При этом через Россию транзитируется в среднем порядка 64–65 млн т нефти в год с перспективой увеличения этого показателя до 69 млн т – и о намерениях расширять прокачку сверх этого объема никто пока не заявлял.

То есть в скором времени настанет пора, когда придется искать альтернативные российским пути экспорта нефти – и китайское направление здесь подходит идеально: при существующей мощности трубы Атасу – Алашанькоу в 20 млн т в прошлом году объем перевалки углеводородов по этой нитке составил всего 12,3 млн т, что на 2,2 млн т больше результатов 2016 года. Имеющийся профицит мощностей можно заполнять постепенно, пропорционально увеличению нефтедобычи – но это если не сработает вторая, геополитическая причина поворота нефтепотоков.

Антироссийские санкции со стороны Штатов транзита казахстанской нефти по территории России пока не касаются, и вряд ли коснутся, учитывая участие западных, в том числе и американских, компаний в нефтедобыче на территории Казахстана. Тут риск связан больше с ответными мерами, предпринимаемыми Кремлем в отношении западных компаний – сценарий, когда Москва за заморозку счетов своих банков увеличит тариф на прокачку нефти с месторождений, в которых сидят американские ExxonMobil (Кашаган и Тенгиз) или Chevron (Тенгиз), сбрасывать со счетов не стоит.

Торговые и санкционные войны только начинают набирать обороты, и какие формы они примут в итоге, предсказать сложно. Так что разворот нефтепрокачки в сторону Китая будет не то что не опротестован, а вполне может получить молчаливое одобрение Кремля, который в этом случае получит дополнительные висты для переговоров с тем же Евросоюзом по поставкам нефти и дружбе против Штатов. Тот же г-н Шманов, комментируя на бизнес-форуме потенциальные возможности увеличения поставок казахстанской нефти в Китай, заявил, что «с точки зрения политической координации вопросы в случае с нашими странами уже решены, и нам остается только реализовывать имеющийся потенциал, конкретные проекты». И, судя по его словам, дело остается только за техническим исполнением этих проектов.

«Надо сказать, что в рамках программы «Один пояс – Один путь» в мае прошлого года КМГ и CNPC договорились о конкретных шагах, это по реверсу нефтепровода Кенкияк – Атырау, – уточнил представитель КМГ. – Там проектные возможности и сам проект уже согласованы, будет реверсирован нефтепровод с направления Кенкияк – Атырау в обратном направлении Атырау – Кенкияк, что позволит транспортировать западно-казахстанскую нефть в направлении КНР», – пояснил он.

Есть, правда, еще коммерческие вопросы ценообразования нефти на границе, в Алашанькоу и тарифов на транспортировку, которые должны быть согласованы обеими сторонами и от решения которых зависит конкурентоспособность этого маршрута, с запада Казахстана до границы с КНР.

«И здесь надо сказать, что обе стороны – и китайская, и КМГ –  проявляют гибкость в решении этих вопросов, уверен, что в дальнейшем они будут решаться на обоюдовыгодной основе, – подчеркнул г-н Шманов. – Также построенная нефтепроводная система позволяет транзитировать нефть в КНР из Российской Федерации. Мы несколько лет назад начали транзит нефти российского происхождения с 7 млн т, сегодня достигнут уже объем в 10 млн т на китайском направлении. Я думаю, там еще имеются возможности и потенциал», – добавил он.

В свою очередь, заместитель директора Китайской национальной нефтегазовой корпорации CNPC Цинь Вэйчжун, структура которого является участником разработки Кашагана, в разговоре с «Къ» отметил, что в числе приоритетов компании – та самая диверсификация экспорта нефти.


725 просмотров

Пустышка из кубышки: иностранные инвесторы не нашли нефть на казахстанском перспективном месторождении

Компания OVL добивалась доступа к казахстанской нефти с 1995 года, однако подписала первоначальное соглашение о сотрудничестве в углеводородном секторе с «КазМунайГазом» лишь в 2005 году

Фото: shutterstock.com

Во вторник издание The times of India опубликовало статью, посвященную неудачному проекту компании заграничного инвестиционного подразделения государственной корпорации «Нефть и природный газ» (ONGC). Журналисты ссылаются на слова управляющего директора OVL, ONGC Videsh Ltd (OVL), «НК Верма» (NK Verma), который заявил, что компания выходит из казахстанского проекта Сатпаев. В тот же день пресс-служба «Узбекнефтегаза» сообщила, что OVL заинтересована в инвестпроектах геологоразведки в Узбекистане.

Издание также сообщает, что в апреле 2011 года OVL купила 25% нефтяного блока Сатпаев. Она заплатила Казахстану $13 млн в качестве суммы подписания и дополнительно $80 млн в качестве разовой платы за уступку АО «НК «КазМунайГаз». Нефти, обещанной после предварительных данных оценки блока, обнаружено не было. Пробурив две скважины и не обнаружив коммерческих углеводородов, OVL решила выйти из контракта. Тем более истек срок продления первой фазы разведки.

Сатпаевский разведочный блок, расположенный в казахстанском секторе Северного Каспия, занимает площадь 1481 кв. км при глубине воды четыре-девять метров.

«OVL заинтересовалась в доле в блоке, поскольку он расположен в непосредственной близости от крупных разведанных месторождений в Северном Каспии. Предполагалось, что у него есть две перспективные области, на которых, по оценкам, около 256 млн тонн ресурсов нефти и природного газа. Он находится около четырех крупных разведанных месторождений», – пишет издание.

Также индийское СМИ сообщило, что во время подписания контракта, чтобы получить 25%-ную долю в блоке, OVL осуществила минимальные инвестиции в разведку в размере $165 млн и дополнительные расходы в размере $235 млн. Интерес OVL был основан на предполагаемой максимальной добыче в 287 тыс. баррелей в сутки из структур Сатпаева и Сатпаева Восточного. При этом компания имела возможность увеличить свою долю еще на 10% в случае коммерческого открытия.

Осложнили ситуацию задержки и перерасход средств. В 2014 и 2015 годах OVL планировала пробурить две разведочные скважины на Сатпаеве, но монтаж буровой установки был отложен, а бурение началось только в июле 2015 года.

OVL добивалась доступа к казахстанской нефти с 1995 года, однако подписала первоначальное соглашение о сотрудничестве в углеводородном секторе с «КазМунайГазом» в феврале 2005 года. В списке меморандума в качестве объектов взаимного интереса был не только участок Сатпаев, но и участки Махамбет, Шагала и Шаттык. Однако соглашение тогда не было заключено. Официальная Астана перспективные участки видит в качестве штучного товара.

В то время Казахстан определил блоки Сатпаев и Махамбет в Каспийском море в качестве площадей, в которых 50% акций могут быть предоставлены OVL.

Однако в 2007 году казахстанская сторона сократила долю предложения до 25% при условии, что OVL объединится со стальным бароном Лакшми Митталом, владельцем сталелитейного комплекса в Карагандинской области.

Первоначальное соглашение для OVL и его партнера Mittal Investment Sarl о приобретении 25%-ной доли в Сатпаеве было подписано во время государственного визита президента Казахстана Нурсултана Назарбаева в Индию в январе 2009 года.

Но в ноябре 2009 года Миттал вышел из проекта, и впоследствии OVL решила взять на себя всю долю.

Отметим, что, когда контракты уже были подписаны, в 2014 году Казахстан предлагал ONGC совместно разработать морской нефтяной блок Абай, из которого перед этим вышла норвежская государственная компания Statoil ASA. Однако вкладываться в разведку одновременно на двух участках индусы не рискнули, поскольку результат был неизвестен. Чуть раньше из казахстанских проектов ушла американская нефтяная компания ConocoPhillips, продав свои 8,4% в проекте разработки Кашагана. Более того, на эту долю в Кашагане претендовала ONGC Videsh Ltd., которая в 2013 году предлагала купить ее за $5 млрд.

Разочаровавшись в казахстанской нефти и оценив широкомасштабные реформы, проводимые под руководством президента Узбекистана Шавката Мирзиёева, направленные на развитие бизнеса и поддержку иностранных инвесторов, Индия решила попытать счастья у наших соседей. С выходом из блока Сатпаев OVL теперь будет участвовать в 40 проектах в 19 странах, таких как Вьетнам, Мьянма, Россия, Сирия, Египет, Ливия, Нигерия, Судан, Бразилия, Колумбия, Венесуэла и Куба.

Справка

Oil and Natural Gas Corporation Limited (ONGC) – крупнейшая индийская государственная нефтегазовая корпорация. Занимает 402-ю строчку в рейтинге Fortune Global 500, добывает 77% сырой нефти и 81% природного газа Индии. Является крупнейшей коммерческой организацией в Индии. Была организована индийским правительством 14 августа 1956 года. 74,14% акций корпорации контролируются государством.
 

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

С начала 2016 года количество банков в Казахстане фактически сократилось с 35 до 28. Некоторые эксперты говорят, что скоро в стране останется не более 5-7 банков. Как Вы оцениваете эту тенденцию?

Варианты

simfonicheskoe_kino_240x400.gif

Цифра дня

50
место
занял Казахстан в мировом рейтинге военной мощи

Цитата дня

 

Я считаю, у нас много банков. Часть финансовых институтов имеют нишу, которая недостаточно устойчива, поэтому при любых внешних шоках, они не смогут их абсорбировать и будут вынуждены искать партнеров, просить у них помощи, так как маловероятно, что регулятор даст им поддержку, поскольку они не являются системнозначимыми.

Елена Бахмутова
глава Ассоциации финансистов Казахстана

Спецпроекты

_lstv.jpg