Перейти к основному содержанию

20727 просмотров

Кто виноват в дефиците бензина в Казахстане?

10 октября Бакытжан Сагинтаев уволил вице-министра энергетики Асета Магауова и поручил главе фонда «Самрук-Казына» Умирзаку Шукееву отстранить заместителя председателя правления АО «Национальная компания «КазМунайГаз» Данияра Берлибаева

Кто виноват в дефиците бензина в Казахстане?

Кто виноват в дефиците бензина в Казахстане?

Во вторник 10 октября премьер-министр Казахстана Бакытжан Сагинтаев уволил вице-министра энергетики Асета Магауова и поручил главе фонда «Самрук-Казына» Умирзаку Шукееву отстранить от занимаемой должности заместителя председателя правления АО «Национальная компания «КазМунайГаз» Данияра Берлибаева. Оба уволенных курировали рынок ГСМ в республике и были признаны ответственными за ситуацию с дефицитом бензина марки АИ-92 в сентябре-октябре этого года.

Между тем, из объяснений руководителей, отстраненных от занимаемых должностей чиновников – министра энергетики Каната Бозумбаева и председателя правления АО «НК КМГ» Сауата Мынбаева – на заседании правительства 10 октября следовало, что и Асет Магауов и Данияр Берлибаев если и должны нести какую-то ответственность за ситуацию с девяносто вторым, то солидарную с рядом других ведомств и субъектов рынка, а не персональную. Премьер-министр «уговорам» обоих руководителей насчет солидарной ответственности внял и пообещал министру энергетики, что будет ходатайствовать об объявлении выговора Канату Бозумбаеву перед президентом. А выговором Сауату Мынбаеву заняться всё тому же Умирзаку Шукееву.

«Я принимаю следующее решение: в связи с тем, что дисциплинарные меры воздействия в отношении членов правительства принимает президент страны, я сегодня вношу на имя главы государства представление об объявлении выговора министру энергетики Канату Алдабергеновичу Бозумбаеву, – сказал Бакытжан Сагинтаев. – По вице-министрам – это моя прерогатива, поэтому я относительно вице-министра энергетики Асета Магауова принимаю решение: освободить от занимаемой должности. По «КазМунайГазу» – как премьер-министр и как председатель совета директоров АО «Самрук-Казына», Умирзак Естаевич (Шукеев. – «Къ»), я даю Вам поручение принять меры по наложению дисциплинарного взыскания в виде выговора председателю правления КМГ за ненадлежащее исполнение обязанностей. А также принять меры по прекращению полномочий заместителя председателя правления нацкомпании Данияра Берлибаева за ненадлежащее исполнение возложенных обязанностей», – отрезал премьер.

Поставщики подвели ПНХЗ, ПНХЗ подвел Магауова

То, что премьер-министр на заседание правительства, скорее всего, уже шел с созревшим решением уволить людей, курирующих ситуацию на рынке ГСМ, было очевидно. Как очевидно и то, что его в этом мнении укрепил министр энергетики Канат Бозумбаев, вступивший с главой правительства во время заседания в следующую дискуссию:

– Я сразу хочу сказать, слово «дефицит» использовать не совсем правильно. Дефицита в стране нет, – сказал Канат Бозумбаев в ответ на требование премьера разъяснить ситуацию с 92-м в Казахстане.

Премьер удивился такому ответу:

– Канат Алдабергенович, если в стране дефицита нет, откуда очереди тогда на заправках?

– Попытаюсь разъяснить сейчас, – попытался продолжить министр. Но глава правительства сам попытался ему кое-что разъяснить.

– Народ же не поймет – если нет дефицита, а очереди тогда откуда? – заявил Бакытжан Сагинтаев.

– Я попытаюсь, если разрешите, – вставил глава минэнерго.

– Пожалуйста, – ответил премьер, окончательно в эту минуту, похоже, принявший для себя решение не только относительно увольнений, но и насчет выговоров.

При всей неловкости ситуации, министр энергетики достаточно внятно изложил суть слагаемых нынешней ситуации. Вкратце она была такова: в мае руководство Павлодарского нефтехимического завода попросило перенести сроки остановки ПНХЗ с июня на октябрь, в примерно одни сроки с Атырауским заводом. Оставлять осенью страну на довольствие одного Шымкентского НПЗ было делом рискованным, но в минэнерго решили, что игра стоит свеч: ремонт ПНХЗ нужен был, помимо текучки, еще и для запуски новых мощностей в рамках модернизации. Для этого запуска заводу все равно пришлось бы приостанавливать свою работу, вот руководство производства и решило совместить эти мероприятия для того, чтобы не останавливать завод дважды.

Проблема в том, что ПНХЗ подвели поставщики, не поставившие ему вовремя необходимое оборудование, в связи с чем Павлодар и предложил сдвинуть сроки ремонта. В итоге же мощностей Павлодарского завода в октябре катастрофически не хватает для того, чтобы если не решить проблему дефицита, то хотя бы сгладить.

«Проведение ремонта ПНХЗ и его модернизация в ранее намеченные сроки позволили бы сгладить сентябрьскую динамику снижения запасов бензина, кроме того, эффект модернизации обеспечил бы дополнительную выработку 92-го бензина по 35 тысяч тонн в месяц или 100 тысяч тонн за июль-сентябрь», – признал глава минэнерго. То есть, вместо нынешних остатков, которые, по словам Каната Бозумбаева, «на нефтебазах или в пути» составляли по состоянию на 9 октября 138 тысяч тонн, в распоряжении Казахстана было бы на 100 тысяч тонн выработанного еще в июле-сентябре в Павлодаре топлива. И продолжающий наращивать октябрьским производством этот объем ПНХЗ.

Антимонопольщиков наконец-то сломали

Тут возникает резонный вопрос – а чем минэнерго собиралось заполнять неизбежно возникающую осенью брешь в балансе ввиду остановки на ремонт сразу двух заводов – Атырауского и Павлодарского? Импортом российского ГСМ – по сведениям Каната Бозумбаева, совокупные запасы по 92-му бензину по состоянию на 1 июня 2017 года составляли 292 тысячи тонн, то есть что-то около месячного объема, потребляемого в Казахстане. В минэнерго рассчитывали, что примерно тот же объем остатков «доживет» до сентября-октября, и с его помощью можно будет благополучно пережить ремонты АНПЗ и ПНХЗ.

Но действительность оказалась куда заковыристей: во-первых, летом потребление Аи-92 в Казахстане оказалось больше обычного. ЭКСПО тому причиной или что другое – не суть важно, потому что одновременно с увеличением внутреннего спроса начал пересыхать импортный ручеек. Нет, в отличие от авиакеросина россияне нам в продажах не отказывали – они просто увеличили цену девяносто второго с $517 до $573 за тонну. Теперь наложите на это изменение курса доллара с 314 до 340 тенге – и получите нынешний ценовой коридор Аи-92 на пистолете АЗС, по 150-155 тенге за литр.

Проблема в том, что продавать иссякающий в стране девяносто второй сети АЗС по такой цене летом не могли: антимонопольная структура министерства национальной экономики предписывала сетям реализовывать имеющиеся у них остатки по прежней (147-148 тенге за литр) цене. И хозяева АЗС импортировать бензин по новой цене не торопились: во-первых, это гарантированные проблемы со сбытом – кто у тебя купит литр за 155 тенге, если твой сосед торгует его остатками по 148 тенге? Во-вторых, у сетей имелись вполне обоснованные опасения в том, что продажа ГСМ по его новой цене приведет к возбуждению в отношении их административных дел со стороны антимонопольщиков.

«Касательно импорта – у нас были вполне согласованные планы, но в сентябре нас Комитет по регулированию естественных монополий, защите конкуренции и прав потребителей оштрафовал на 500 миллионов тенге, – говорит глава правления КМГ Сауат Мынбаев. – Нас обвинили в том, что мы находимся в сговоре с крупными участниками, занимая всего 15% рынка, при этом мы полагали, что нужно принимать во внимание не только себестоимость на заводах, но и по какой цене импортируется бензин из России. Но в России бензин в пересчете стоит 220 тенге, у нас – 150. Будет кто-нибудь завозить этот бензин? Мы, понятно, остановились. Не только мы, все крупные сети остановились. Вот и дефицит», – заявил он на заседании правительства.

Лед тронулся, но увольнений это не отменило

В начале октября, по его словам, министерству энергетики и антимонопольщикам удалось найти договоренность о том, что сети АЗС теперь могут «в цене учитывать российскую составляющую».

«С этого момента импорт пошел, чтобы быть конкретным, в Астане у нас без ограничения отпускается бензин по талонам и по карточкам, и 20 литров на одного потребителя. Импорт подходит, 15 октября по Астане на своих заправках ограничение снимем», – утверждает Сауат Мынбаев.

А министр энергетики заявил, что ситуация стабилизирована не только в Астане.

«По состоянию на вчерашний день, благодаря отгрузкам с НПЗ была нормализована ситуация в Атырау, Алматы и в Кызылординской области, – сказал Канат Бозумбаев 10 октября. – По Актюбинской, Мангистауской и Жамбылской областям еще низкий остаток, данные вопросы будут урегулированы путем отгрузок нефтепродуктов до конца текущей недели. Заводам рекомендовано производить приоритетную отгрузку в адрес АЗС с низким уровнем запасов. Таким образом при ожидаемом потреблении 92-го по республике в октябре на уровне 280-288 тысяч тонн и производстве 160 тысяч тонн внутри объем импорта будет где-то от 100 до 120 тысяч тонн. Производство 92-го в ноябре и в декабре составит соответственно 236 и 266 тысяч тонн, с понижением доли импорта до 20%», – заключил он.

Но премьер свое решение относительно увольнений уже принял и, озвучивая его, дал понять, что это делается в назидание всему составу казахстанского кабмина.

«Обращаю внимание всех министров – вы несете полную персональную ответственность за состояние дел во вверенных вам отраслях, вам даны все необходимые полномочия и возможности, перекладывание ответственности на других не принимается – отвечаете персонально», – закрыл этот вопрос Бакытжан Сагинтаев.

7384 просмотра

Инвестиции в казахстанские нефтяные месторождения оказались под вопросом

Слишком дорого и рискованно

Фото: Elnur

Одним из значимых событий уходящего года в нефтегазовой отрасли стали отказы концерна Shell и «НортКаспиан­Оперейтинг Компани Н.В.» (НКОК) от разработок нефтяных месторождений Хазар и Каламкас-море, расположенных в казахстанском секторе Каспийского моря. 

Напомним, на эти месторождения были возложены большие надежды. Ожидалось, что реализация проекта не только даст возможность увеличить общие показатели по добыче нефти в республике, но и привлечет крупные инвестиции в отрасль. 

Слишком дорого 

О том, что компании не собираются приступать к осуществ­лению проекта, стало понятно после того, как НКОК и «Каспий Меруерты Оперейтинг Компани Б.В.» (КМОК) отменили проведение общественных слушаний по материалам предварительной оценки воздействия на окружающую среду к технико-­экономическому обоснованию обустройства месторождений Каламкас-море и Хазар. Мероприятие было запланировано на 1 октября 2019 года в Актау.  

КМОК является совместной операционной компанией по выполнению нефтяных операций в рамках соглашения о разделе продукции (СРП) на контрактной территории «Жемчужина», где основная доля в 55% принадлежит концерну Shell. 

В службе по внешним связям Shell Kazakhstan «Курсиву» пояснили, что концерн принял решение не продолжать совместную разработку проекта «Каламкаc-море – Хазар». 

«Это обусловлено сложной экономикой проекта. Shell применяет строгие инвестиционные критерии при принятии решений касательно капитальных проектов. Данный проект был признан недостаточно конкурентным по отношению к другим проектам в глобальном портфеле инвес­тиций концерна», – ответили в компании на вопрос издания. 

Позже пресс-служба Министерства энергетики РК распространила информацию о том, что ведомство получило официальные уведомления от НКОК и Shell о выходе из проектов «Каламкас-море и Хазар», что их решение связано «с низкой рентабельностью этих проектов на фоне высоких капитальных затрат». 

«В декабре 2018 года между республикой и участниками Северо-Каспийского проекта было подписано соглашение в отношении месторождения Каламкас-море, в котором между сторонами была достигнута договоренность о том, что в случае непредставления на утверждение плана освоения до конца октября 2019 года месторождение Каламкас-море будет добровольно возвращено респуб­лике», – пояснили в ведомстве. 

Месторождения вернут 

В Минэнерго сообщили, что в скором времени должна быть начата процедура по возврату прав недропользования по месторождению Каламкас-море в собственность государства. 

«По завершении этого процесса республикой может быть рассмотрен вопрос о привлечении других инвесторов в проект. Новые контракты будут основаны на текущем налоговом законодательстве, а не на условиях соглашения о разделе продукции», – говорилось в сообщении. 

Аналогичная процедура намечается и по месторождению Хазар, если все участники проекта решат отказаться от разработки данного участка. При этом инвестиции, вложенные в реализацию проекта, являются невозмещаемыми. 

«Компания Shell на данный момент инвестировала в реализацию проекта «Хазар» порядка $900 млн в виде геологоразведочных и сейсмических работ, бурения оценочных скважин. И все это будет передано респуб­лике на безвозмездной основе», – отметили в Министерстве энергетики РК. 

Напомним, нефтегазовое месторождение Хазар входит в контрактную территорию «Жемчужина». Помимо Shell (55%) долю в проекте имеют АО «НК «КазМунайГаз» (25%) и «Оман Ойл» (20%). 

Месторождение Каламкас-море должно было разрабатываться в рамках Северо-Каспийского проекта консорциумом нефтегазовых компаний. Доли в проекте распределены следующим образом: КМГ – 16,88%, Eni (Италия) – 16,81%, ExxonMobil (США) – 16,81%, Shell (Великобритания) – 16,81%, Total (Франция) – 16,81%, CNPC (Китай) – 8,33%, и Inpex (Япония) – 7,56%. 

По некоторым данным, извлекаемые запасы этих двух месторождений превышают 80 млн т нефти, а стоимость их сов­местного освоения должна была составить более $4 млрд. 

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance