674 просмотра
674 просмотра

Как и зачем в Казахстане снимают сериалы

Рассказываем, кто в республике производит соответствующий контент и для кого

Фото: Илья Ким 

После бума казахстанских веб-сериа­лов, раскачавших ютуб-аудиторию и собравших многомиллионные просмотры, тема производства сериального контента стала трендовой. Кто производит отечественные сериалы и для кого – в репортаже «Курсива». 

Сельский бэкстейдж  

На съемки комедийного сериала «Сельский учитель», которые проходят в 100 километрах от Алматы, мы едем в выходной. За окном мелькают великолепные горные пейзажи, ядовито-зеленые растения и редкие маковые поля. Все рестораны у дороги, в которых раньше в это время гремела музыка и готовились к очередной свадьбе, грустно пусты, у памятников батырам тоже никого. Ковид. Зато у старенькой школы в селе Кастек Жамбылского района хоть какое-то оживление – там работает съемочная группа из Алматы.  

После майских праздников в поселок приехала команда из 40 человек, поселилась в местных домах, но приходит туда только поспать: целый день ребята на работе – снимают историю о молодом учителе, которого ссылают преподавать в аул. 

И он, разумеется, справляется с задачей. Несмотря на то, что все события должны разворачиваться вокруг школы, компания Satti Media старается снять нескучно, запланированы даже погони на авто. Но сейчас почти все съемки в интерьере, весь день группа практически не выходит из здания – у них очень напряженный график, нет даже времени погулять по окрестностям, пофотографировать ягнят, которые бегают здесь за спортивной площадкой, переброситься парой фраз с местной детворой, посидеть на солнце и насладиться сельской пасторалью. 

«Пожалуйста, никому не мешайте и, главное, режиссера не беспокойте», – предупреждают нас.

А хочется побеспокоить. Ведь режиссер – женщина, а таких у нас мало. Самал Смагулова и правда очень занята, объясняет актерам-школьникам, что делать, а потом говорит кому-то: «Давай еще дубль, но только больше никаких «короче», понял?» И правильно, снимают-то на казахском, как почти 80% отечественных телевизионных сериалов.  

«С детьми-то можно поговорить?» – спрашиваем мы, увидев среди учеников актера из веб-сериала «Сержан Братан» Ербола Альмухана. «Нет, только после девяти вечера, извините, у нас 20 сцен сегодня, мы должны двигаться по графику».

Теперь мы, кажется, понимаем, что значат слова продюсера и директора Satti Media Шолпан Батыр­баевой, когда она говорит «мы – продакшн, который не срывает сроки».  

Остается наблюдать. В плейбэке какая-то дежурная сцена, но то, что происходит вокруг, – драматургия в чистом виде. За окнами школы, например, видно мусульманское кладбище. Странное ощущение. 

«У вас перерыв?» – спрашиваем пробегающего мимо Ербола. «Да, но только на пять минут». Минуту он дарит нам – рассказывает, что ему 21 год, однако из-за того, что выглядит младше, может играть подростка. По сюжету он обжора, весельчак и любимый всеми парень, дома его любят, потому что младший, а в школе – за то, что веселый. «А по вечерам здесь что делаете?» – интересуемся мы. «Готовимся на завтра, роли учим и в телефонах висим, что еще делать?»  

kak-i-zachem-v-kazaxstane-snimayut-serialy-5.jpg

У съемочной команды в школе две локации. одна из них – спортзал, где гримируют, гладят костюмы, пьют чаи, кстати, с тортом (у кого-то на площадке день рождения) и коротают время. Гульмире Жакилиной (тоже известной благодаря нашумевшему веб-сериалу «Сержан Братан») разглаживают подол платья, причем прямо на ней. Спрашиваем: «Вы же татешка из Сержана?»

«Да, – смущенно улыбается она. – Вчера летела в самолете, все узнают, просят сфотографироваться, даже неловко. И это не только казахстанцы, но, кажется, и наши гости, например, вчера грузин какой-то подошел. Очень удивилась. С другой стороны, приятно, конечно. Я снялась в 10 популярных на ТВ сериалах, и только после первого сериала в ютубе меня узнают», – хохочет она.

Актриса рассказывает, что здесь играет местную жительницу, шуструю сноху, которая всегда знает, где, что и почему происходит, она всегда самая активная участница всех событий в ауле.  

Гульмира признается, что теперь у нее часто просят автографы, в директ пишут слова благодарности: «За работу, образ и то, что показала всех женщин, которые верны своим мужчинам, несмотря ни на что. Иногда, правда, и критикуют, пишут: «Извините, Сержан братан достоин лучшего, вы – старая!» Я в шоке от таких комментариев». 

«В сериалах трудно сниматься? Это истощает?» – интересуемся мы. «Ну как… Везде есть свои сложности, в веб-сериале мне было сложнее, там моей героине пришлось пить спиртное и лежать в постели с мужем. Я говорю режиссеру: «Я же намаз читаю». Он: «И что? Я тоже! Это же кино». Пришлось согласиться на сцену, но был только один дубль. 

Я думаю, ну что ж, ты – Гульмира, а та – это Жанара, ты – другой человек».  

Культурный код 

Первые современные сериалы казахстанского производства появились вслед за отечественными кинофильмами, которые стали пользоваться спросом. 

С 2011 года телеканалы начали активно сотрудничать с продакшн-студиями. С тех пор хоть и прошло 10 лет, но казахстанские сериалы все еще существуют благодаря государству – на бюджетные деньги снимается около 50 сериалов в год. Большинство каналов в Казахстане – государственные, да и население в стране по ТВ-меркам небольшое, а тех, кто смотрит телевизор, еще меньше. Соответственно, реклама не приносит тех бюджетов, на которые можно снять сериал. Вот и не спешат независимые инвесторы в сериальный бизнес. 

Тем не менее производители казахстанских сериалов считают, что снимать свое нужно обязательно.

«Это не пустая трата средств, это защита информационного и культурного пространства страны, – говорит продюсер Шолпан Батырбаева. – Если у нас не будет своего контента, его быстро заменит контент извне, а ведь это идеологически и стратегически важные вещи. Государство должно иметь свой независимый контент, особенно если речь идет о продукте для подрастающего поколения. Лично мы в каждый свой сериал закладываем некий месседж, послание, если хотите, культурный код, который дает некую модель поведения. Например, мы показываем, как воспитывать детей или какие отношения должны быть между родными».  

Такого же мнения придерживается и глава продюсерского центра BAS Production, выпус­тившего очень популярные сериалы: «Патруль» (у него уже шесть сезонов), «Саке» (история об акиме-коррупционере очень понравилась интернет-аудитории), «103», «ВУЗеры» и другие.

«Не нужно относиться к сериалу просто как к развлекательному материалу, это еще и мощный идеологический инструмент, – говорит генеральный продюсер BAS Production Акылбек Дос­жанов. – Это дополнительная возможность для пиара страны, ее творческих ресурсов, ее экономики. К примеру, в турецких сериалах всегда показан бизнес, их девелоперские и строительные компании, курорты и т. д. 

В корейских сериалах представлено все: их хорошо оснащенные медицинские центры, включая те, где делают пластические операции, они ненавязчиво рекламируют свою медицину, технику, косметику, культуру, музыку, певцов». 

По мнению Акылбека Дос­жанова, даже казахстанская K-pop-группа «91» у нас быстро стала популярной не только потому, что ребята талантливы, но и потому, что несколькими годами ранее у нас массированно показывали корейские сериалы.

«Разве нет? Люди полюбили эту культуру, – рассуждает Акылбек. – Казахам тоже нужна такая популяризация. Нам есть что популяризировать, будь то наша потрясающая природа или люди, которые доказали всему миру, что мы можем. Это и творческая молодежь, и спортсмены, и даже наши школьники, которые на мировых математических олимпиадах завоевывают первые места». 

«К тому же мы не просто снимаем сериалы, мы создаем рабочие места, – говорит Шолпан Батырбаева. – У нас постоянно работают 50–60 человек, которым мы платим заработную плату, плюс мы поддерживаем других участников рынка: покупаем еду у кейтеринговых компаний, платим за локации, снимаем в аренду дома и гостиницы, покупаем билеты и т. д.».  

На заработках 

Продюсер кинокомпании «Большая Восьмерка», шоумен Даут Шайхисламов говорит, что, когда телеканалы только начали заказывать сериалы, гонорары были вполне неплохие. 

В 2011–2012 годах они выпустили на «31 канале» сериал «Городские легенды» (это необычные истории о жителях Алматы), но, когда проект стал успешным, рынок наводнила турецкая и корейская продукция. 

Телеканалы начали покупать зарубежные старые сериалы на 60–70% дешевле стоимости казахстанских проектов, и «иностранцы» гарантированно давали высокий рейтинг.

«Но ведь в отличие от корейцев и турок мы снимали все с нуля, это нельзя сравнивать. За предложенные тогда деньги работать было неинтересно, и мы ушли», – объясняет Даут.  

kak-i-zachem-v-kazaxstane-snimayut-serialy-6.jpg

В 2018 году они вернулись на рынок сериалов и сделали два рейтинговых сезона комедийного проекта «Женатики» (о молодых семейных парах), причем рейтинги были выше, чем у всех – местных и иностранных сериалов, показанных на 31 канале.  

«Сегодня заработать на производстве сериалов можно, но ровно столько, чтобы не работать бесплатно», – говорит Даут. Создательница одного из самых успешных казахстанских сериалов «Келинжан» слова коллеги подтверждает. «Да, я зарабатываю больше, чем если бы я работала на канале, но это не такие большие деньги, – считает продюсер и директор GGCINEMA Гульнур Мамасарипова. – Чтобы снять, к примеру, на эти средства полнометражный фильм, мне, наверное, пришлось бы делать по три-четыре сериала в год и делать это как минимум лет пять, при этом не есть и не одеваться».  

«Я не жалуюсь, я зарабатываю, но мне приходится делать не один проект, а сразу несколько, – говорит Акылбек Досжанов. – Я мечтаю снимать один хороший сериал, который мы долго и тщательно готовили бы, а не несколько коротких сериалов одновременно».  

Казахстанский актер, кинопродюсер, глава компании Golden Man Media Максим Акбаров уверен, что сегодня о существенных заработках в сериальном бизнесе речь не идет. А ведь он делал три совершенно разных сериала – от ТВ до веб. Его самый впечатляющий опыт – это съемки 12-серийного сериала о летчиках «Далы кырандары» («Степные ястребы») при участии министерства обороны. 

«Мы прожили два месяца на авиабазе, провели уникальные съемки на военных самолетах, к примеру, нам дали возможность установить камеры внутри и снаружи истребителя Су-30 СМ. Мы поднимали в воздух военно-транспортный самолет С-295 и снимали два самолета, летящих позади. Увы, все эти потрясающие съемки были скорее исполнением мечты – снять кино о летчиках. На проекте мы ничего не заработали, да и рейтинги были хоть и выше среднего, но не такие, как мы ждали», – объясняет Акбаров.

Также они не получили особой прибыли и на «Аферистах», снятых для телеканала КТК. Хотя история о том, как дед больного мальчика организовывает банду аферистов, прошла с неплохим рейтингом. «Мы стараемся сделать качественно, поэтому нам самим денег почти не остается».  

«Наш заработок зависит от проекта и конкретного заказчика, – говорит Шолпан Батырбаева. – На одних сериалах мы зарабатываем, на других совсем нет. Но мы их все равно берем, чтобы просто держать в рабочем тонусе нашу основную группу и обеспечить ее работой. В этом случае мы считаем, что работаем ради опыта и портфолио». 

Особенности жанра 

Директор основного производителя казахстанских веб-сериалов Salеm Social Media Александр Аксютиц (он ушел с поста во время подготовки материала) говорит, что в их компании средняя стоимость одной 15–20-минутной серии 12-серийного сериала – около 2,5 млн тенге (примерно $5,8 тыс.). По его мнению, это минимальная сумма для производства одной серии и это намного дешевле, чем то же самое на ТВ.

«Недавно на сайте Министерства информации РК были обнародованы суммы, которые выделяются для производства ТВ-сериалов, это около 8 млн тенге за серию ($18,6 тыс.)», – говорит Аксютиц. 

«Это неверная информация, это вы нам льстите, – не соглашается Гульнур Мамасарипова. – Эти цифры ниже. И потом, сериал сериалу рознь».  

В одном из выпусков ютуб-программы «Серийный продюсер», автором которой является казахстанский продюсер Николай Пак, говорится о коридоре от $6 тыс. до $12 тыс. за серию. В той же России бюджеты от $200–400 тыс. за серию, а на Украине – от $35 тыс. до $100 тыс. Одни казахстанские продюсеры говорят о комфортной цене от $5–6 тыс. за одну серию, другие – о не менее чем 5 млн тенге ($11,6 тыс.) за 20-минутный эпизод.  

«Очень много зависит от жанра, – считает Даут Шайхисламов. – Одно дело, когда ты снимаешь городской сериал и ничего особенного для съемок не требуется, другое дело, например, фильм о спорте. Сейчас мы работаем над 15-серийным спортивно-мотивационным сериалом о хоккеистах для телеканала «Хабар». И нам придется тратиться не только на обмундирование, но и на профессиональных дублеров, которые хорошо катаются на льду, на обучение наших актеров элементарным навыкам вроде стояния на льду. Плюс мы должны учесть аренду ледовой арены, которая летом обычно не функционирует, а ведь она должна быть не одна, а в Талдыкоргане, Павлодаре, Алматы. Это все сказывается на бюджете проекта». 

По его словам, новый сериал Barys Generation, который должен выйти в эфир в будущем октябре, это легкий, мотивирую­щий, позитивный (хотя и не юмористический) сериал о юных хоккеистах (16–18 лет), которые мечтают попасть в главный хоккейный клуб Казахстана. Там будет не только хоккейный мир, но и окружающая спортсменов жизнь, в которой есть и дружба, и любовь, и юмор, и победы, и поражения.  

Денежный вопрос 

«Производство сериалов в Казахстане – это сложный и высокорисковый бизнес, в котором 98% зависит от человеческого фактора, и это такой вид деятельности, когда даже у больших профессионалов могут быть неудачи», – признается Шолпан Батырбаева.

Она говорит, что у каналов даже существуют штрафы за низкие рейтинги, а вот поощрения за особо успешные кейсы не предусмотрены.  

Максим Акбаров считает, что для отечественного ТВ суперкачество – необязательная категория. Здесь не столько важны технически безупречные сериалы, снятые, например, на кинокамеру с привлечением лучших специалистов, сколько попадание в аудиторию. Гульнур Мамасарипова как раз из тех, кто с «Келинжан» попала в самое сердце своей таргет-группы. 

«Я сама не знаю, в чем причина успеха этого сериала, – признается Гульнур. – «Келинжан» – это история одной семьи из аула, которая строится вокруг взаимоотношений свекрови со своей невесткой. Но оказалось, что их жизнь, их проблемы и радости близки миллионам. Проект прошел с очень высоким рейтингом на канале «Хабар», а на ютубе у каждой серии сейчас по три миллиона просмотров. Мы собираемся снимать третий сезон, ведь зрители просят».  

По мнению продюсера Максима Акбарова, одной из проблем создания хороших ТВ-сериалов является законодательно закрепленная схема финансирования. Как правило, это два транша. Первый – 30% и второй – 70%, который выплачивается уже спустя один-два месяца после выхода сериала в эфир. При этом весь сериал, по сути, снимается за свой счет. У некоторых каналов три этапа финансирования.  

Они могут выплатить деньги производителям на этапе съемок не один раз, а два, но основная сумма выплачивается тоже после выхода в эфир и подписания всех отчетов и документов. «Согласитесь, это нерабочая схема, – говорит Акбаров. – У нас были средства, чтобы запуститься, а у других? Съемки – это дорогостоящий процесс, который требует финансирования в момент его осуществления. Если не хватает денег, ты экономишь на всем, это сказывается на качестве».  

Хотя сложностей в сериальном бизнесе много, все продюсеры в один голос твердят: их главная проблема – отсутствие серьезного финансирования. «Дайте нам больше денег и эфирного времени – и вы увидите качественный результат», – обещают они. 

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook и Telegram


Материалы по теме


Читайте в этой рубрике

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

kursiv_instagram.gif

Читайте свежий номер