1080 просмотров

В Казахстане начали выпускать титановые медицинские имплантаты

После 30 операций проект перейдет к стадии коммерциализации

Фото: Ирина Осипова

Ученые Восточного Казахстана завершили трехлетние научные исследования по созданию первых отечественных медицинских имплантатов из титана и редкоземельных металлов. Межтелевые кейджи – детали, заменяющие межпозвонковые диски, успешно вживили двум пациентам в НИИ травматологии и ортопедии Нур-Султана (НИИТО).

Создание медицинских имплантатов – это один из десятка проектов НИОКР, реализуемых в ВКО на базе Восточно-Казахстанского государственного технического университета им. Серикбаева. 

По информации проректора по научной работе и инновациям вуза Олега Гавриленко, общий объем финансирования всех проектов в течение трех лет – более 5 млрд тенге. Из них 1,8 млрд – деньги Министерства образования и науки РК, которые были потрачены на покупку оборудования для ученых, инженеров, научно-исследовательские работы, опытно-конструкторские разработки. Остальные средства – более 3 млрд тенге – были выделены непосредственно промышленными предприятиями, участвующими в проектах НИОКР, на их «производственную» часть. Среди них: Ульбинский металлургический завод (УМЗ), Усть-Каменогорский титано-магниевый комбинат, Казцинк, Усть-Каменогорский завод промышленной арматуры.

В настоящее время Казахстан закупает медицинские имплантаты из Германии, Польши, России, Китая. Отличие продукции made in Kazakhstan от зарубежной заключается в том, что казахстанские инженеры делают детали с учетом индивидуальных особенностей конкретного пациента, новаторских предложений специалистов НИИТО.

«Например, межпозвонковые кейджи мы делаем не такими, как зарубежные. У нас они более пористые, по строению они похожи на решетку, и зубчики у них не косые, а ровные. По словам наших партнеров из НИИТО, имплантаты именно такого вида будут лучше вживляться, сквозь отверстия будут проходить сосуды», – объясняет инженер-исследователь сектора прототипирования и 3D-принтинга Центра опережающего развития Veritas ВКГТУ Дмитрий Догадкин.

Дмитрий Догадкин показывает промышленный 3D-принтер.png

Сплав, из которого изготавливаются детали, заменяющие кости, называется BT6. Он состоит из титана, алюминия, ванадия. Первые вживленные кейджи были распечатаны на специальном промышленном 3D-принтере из сплава именно этого состава. Разработчики проекта предлагают пойти дальше и начать делать медицинские имплантаты из нового материала – сплава титана, ниобия и тантала. Он более биосовместим с человеческим организмом. Такой сплав уже был сделан на базе УМЗ, все металлы – «родом» из Восточного Казахстана.

Первый этап доклинических испытаний проходил на базе Национального центра биотехнологий. По информации специалистов НИИТО, тестирование проводили на кроликах. По результатам исследований после 30 и 60 дней имплантации ученые сделали вывод, что оба сплава не оказывают токсического действия на костную ткань. 

WhatsApp Image 2020-06-15 at 23.36.22 (2).png

Клинические испытания на людях начались месяц назад. Врачами НИИТО сделаны две операции по имплантации кейджей отечественного производства женщине 30 лет и мужчине 45 лет. Первые результаты показали, что вживление прошло успешно. Чтобы проект перешел от испытаний к стадии коммерциализации, необходимо провести 30 таких операций.

По словам Олега Гавриленко, проект по созданию медицинских имплантатов имеет хороший коммерческий потенциал. Это связано с высокой потребностью в таких операциях, необходимостью импортозамещения. В рамках проекта созданы не только межпозвонковые кейджи, но и титановые стабилизирующие системы для позвоночника, дентальные имплантаты (зубные протезы), эндопротезы локтевых, тазобедренных суставов, реконструктивные пластины для разных костей, винты. Ученые научились наносить на крупные протезы танталовое напыление, которое помогает им быстрее вживляться в организм.

banner_wsj.gif

302 просмотра

В Казахстане официальные показатели безработицы не меняются с июля 2018 года

Пострадавшие из-за ЧП и карантина в статистику так и не попали

Фото: Офелия Жакаева

Власти стараются не называть безработными миллионы тех, кто фактически потерял работу во время режима ЧС, действовавшего с 16 марта по 11 мая. 

Те, кто остались без работы во время режима ЧС и карантина в Казахстане, полноценно в статистику так и не попали. Единственным ориентиром, позволяющим предположить реальное количество людей, чьи доходы в это время сократились практически до нуля, являются данные по выплате 42 500 тенге. Основанием для получения этой суммы была как раз временная или постоянная потеря работы.

Претендовали на меру поддержки более 8 млн человек при общем официальном числе занятых в стране 8,8 млн человек. Реально соцвыплату смогли получить 4,6 млн. Хотя в числе тех, кто получил выплату, были и не нуждавшиеся в ней, а подавшие заявку «интереса ради», а среди тех, кто не получил, – реальные безработные, все-таки именно количество получателей показывает относительно релевантные данные о тех, кто остался без работы. 

Число официальных безработных увеличилось среди прочего и благодаря упрощению требований к претендентам на соцвыплату. Государство позволило получить 42 500 тенге и тем, кто ранее не работал официально и впервые уплатил единый совокупный платеж (ЕСП) в размере одного месячного расчетного показателя 2778 тенге. Напомним, что ЕСП предназначен для физических лиц, которые оказывают услуги или продают что-либо со своего подсобного хозяйства и получают доход в размере менее 1175 МРП (3,3 млн тенге) в год, обходясь без наемных работников. 11 мая на итоговом заседании госкомиссии по обеспечению режима ЧС президент Касым-Жомарт Токаев сообщил, что более 40% получивших 42 500 тенге – это люди, впервые уплатившие ЕСП. Доказательством служит и увеличившееся количество индивидуальных пенсионных счетов вкладчиков в ЕНПФ – с 10,1 млн на 1 апреля до 10,9 млн на 1 мая. 

4,2 млн «временно вне занятости»

На заседании правительства в начале июня министр труда и социальной защиты населения Биржан Нурымбетов сообщил, что в марте – апреле в республике «временно осталось вне занятости» 4,2 млн человек. Больше всего пострадали работники сферы торговли и услуг в крупных городах. Тут стоит отметить, что официальный уровень безработицы не менялся с III квартала 2018 года, замерев на отметке 4,8%. В I квартале 2020 года уровень безработицы составил 442,4 тыс. человек при общей численности рабочей силы 9,2 млн человек (учитываются лица от 15 лет). 

В мае, по оценке Минтруда, число «временно оставшихся вне занятости» работников снизилось с 4,2 до 1,146 млн человек. В июне должно сократиться до 1,063 млн человек, а в июле – и вовсе до 514 тыс. человек, вернувшись если не на уровень I квартала 2020 года, то хотя бы к относительно близким цифрам. Минтруда прогнозирует, что в декабре число безработных будет составлять 565 тыс. человек, а уровень безработицы – 6,1%.

«Мы думаем, что с июля на рынке труда мы стабилизируем ситуа­цию, и до конца года уровень безработицы составит 6,1%», – сказал Нурымбетов. 

По данным на 29 июня (информация снова от министра труда и соцзащиты), в центрах занятости в целом на учете состояли 320 тыс. человек, из них 181 тыс. зарегистрированы в качестве безработных.

«На сегодня безработное население без доходов и возможности работать мы оцениваем в 735 тыс. человек», – сказал Нурымбетов «Курсиву».

Получение взамен зарплаты соцвыплаты в размере 42 500 тенге, по данным Комстата, практически не отразилось на среднедушевых номинальных денежных доходах населения – в апреле они выросли по сравнению с мартом на 5,7% и достигли 110 тыс. тенге. Но у Минтруда, правда, другие цифры.

«По оценке наших экспертов, среднедушевой доход населения в апреле составил 59 тыс. тенге», – сообщил Нурымбетов. 

Сработает ли старое оружие против новой напасти

Для создания новых рабочих мест правительство собирается пустить в ход инструменты из старого арсенала. В частности, речь идет о Государственной программе развития продуктивной занятости и массового предпринимательства на 2017–2021 годы «Енбек». Только по программе «Енбек», объем финансирования которой должен составить 176 млрд тенге, в этом году планируется охватить 600 тыс. человек: прямо по вакансиям трудоустроят 280 тыс. человек, просубсидировано будет 211 тыс. рабочих мест, 58 тыс. человек будут обучены различным специальностям, а 51 тыс. человек будут обучены предпринимательству. Из упомянутых 600 тыс. уже можно вычесть 184 тыс. человек, которые были трудоустроены по программе в январе – мае. 

Другой программой, которая привлечет безработных, станет «Нурлы жол». С ее помощью предполагается трудоустроить 200 тыс. человек. Программы «Цифровой Казахстан» и «Нурлы жер» помогут найти работу еще 50 тыс. и 47 тыс. казахстанцев соответственно. По программе «Дорожная карта занятости – 2020» планируется трудоустроить 255 тыс. человек, в том числе 58 тыс. – в жилищно-коммунальном хозяйстве, 46 тыс. – в благо­устройстве. Средняя зарплата работников, по данным Минтруда, составит 90 тыс. тенге.

Нынешний кризис высвободил не работников строительной отрасли, как это было, например, в 2008 году, а сотрудников фитнес-клубов, развлекательных центров и кинотеатров, а работу им государство по старинке предлагает в дорожном строительстве или ЖКХ. И это с высокой вероятностью создаст диспропорцию на рынке труда. К тому же и небольшие зарплаты вряд ли смогут привлечь работников из сферы услуг, потерявших работу в карантин, отметил директор центра прикладных исследований «Талап» Рахим Ошакбаев. По его мнению, существующие официальные данные о безработице в Казахстане далеки от реальности.

«Совершенно очевидно, что официальный уровень безработицы не отражает реальность. В него никто не верит, включая само правительство и самого министра труда», – сказал он «Курсиву». 

Два года назад Минтруда должно было привести свою статистическую методологию в соответствие с последними рекомендациями Международной организации труда, но, как отметил Ошакбаев, есть большие сомнения в том, что это реально было сделано. Косвенным подтверждением он назвал тот факт, что безработица долгое время остается на уровне ниже 5%.

«Кроме того, все мы знаем, что другие показатели – занятости, доходов – тоже могут быть искажены. Сравните их с тем, что фактически АСП (адресная социальная помощь. – «Курсив») получили 2,2 млн человек, с теми 4,4 млн человек, кто получил 42 500 тенге. Соответственно, это люди, которые потеряли доходы, и это совершенно не коррелирует со статистическими показателями безработицы и доходов», – сообщил Ошакбаев, назвав статистику по рынку труда «сильно искаженной».

В соседней России государство стимулирует бизнес сохранять рабочие места в пострадавших от карантинных мер отраслях льготными, под 2%, кредитами на выплату зарплаты. Максимальный объем кредита ограничен суммой в шесть минимальных размеров оплаты труда на сотрудника (422 852 тенге по курсу Нацбанка на конец июня, федеральный МРОТ в РФ –12 130 рублей). Ощутимая оговорка: если предприятие в течение года сохранит 90% персонала, то государство погасит за бизнес и кредит, и проценты по нему. Подобная мера, отметил Ошакбаев, могла бы сработать и в Казахстане, сократив число «временно оставшихся вне занятости».

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg