Перейти к основному содержанию

Антикоррупционщики надеются ввести в Казахстане ответственность за незаконное обогащение

Попытка ввести эту норму в декабре 2019 года не увенчалась успехом

Фото: Shutterstock

Агентство Республики Казахстан по противодействию коррупции продолжит попытки ввести в гражданском праве страны ответственность за незаконное обогащение госслужащих, заявила 20 апреля директор Административно-правового департамента этого ведомства Айгуль Базарбаева.

В ходе брифинга в понедельник Базарбаева подчеркнула, что ведомство продолжает работать над внесением в гражданское законодательство страны нормы о незаконном обогащении чиновников, несмотря на то, что попытка провести ее в декабре прошлого года в законопроекте по вопросам совершенствования антикоррупционной политики потерпела фиаско.

«Эта инициатива не была поддержана и была исключена в ходе согласования законопроекта. В настоящее время данный вопрос рассматривается среди заинтересованных госорганов. Думаю, по мере принятия политического решения мы вернемся к этому вопросу», – сказала Базарбаева.

Она уточнила, что подобную норму казахстанские борцы с коррупцией пытаются внедрить в законодательство страны в течение 15 лет, и пояснила, что ее можно внедрить только в гражданском законодательстве, поскольку уголовное право Казахстана опирается на презумпцию невиновности.

Соответственно, лицо, в отношении которого возникают подозрения в связи с разницей его доходов и расходов, при уголовном преследовании не обязано доказывать свою невиновность. Зато гражданское право предполагает обязанность обвиняемых объяснить эту разницу.

Исходя из этого, антикоррупционное ведомство в декабре прошлого года пыталось предложить ввести гражданско-правовую ответственность за незаконное обогащение.

Алгоритм действия этой нормы, по словам представителя Агентства, был следующий: чиновник, который уличен в наличии разницы между его доходами и расходами, обязан в определенный срок доказать законность происхождения своего спорного имущества, в случае если у него это не получается, налоговые органы обязаны были подать иск в суд о взыскании указанной суммы.

При этом предполагалось, что лицо, допустившее эту разницу и не объяснившее происхождение сумм, превышающих его официальные доходы, увольнялось бы с госслужбы по отрицательным мотивам. На таких лиц также предполагалось распространить запрет на возвращение на госслужбу в течение трех лет. Однако этот механизм, как было сказано выше, не был поддержан на уровне согласования между госорганами.

Между тем в рамках внесенного в мажилис законопроекта сохранилась норма о расширении перечня субъектов коррупционных правонарушений квазигосударственного сектора.

«Согласно действующему законодательству, в квазигосударственном секторе к субъектам коррупционных правонарушений отнесены только лишь лица, осуществляющие управленческие функции. Мы, исходя из того, что сфера госзакупок является одной из самых коррупциогенных, предложили расширить этот круг руководителями структурных подразделений, которые занимаются непосредственно осуществлением госзакупок, осуществляют подбор проектов, финансируемых из госбюджета и из нацфонда», – пояснила суть этой нормы Базарбаева. 

banner_wsj.gif

676 просмотров

Министры на пересчет

«Курсив» изучил биографии членов правительства РК

Фото: Shutterstock

Усредненный представитель казахстанского кабинета министров чуть моложе 50 лет, с 91% доли вероятности – мужчина (женщин в правительстве всего две – это министр информации и общественного развития РК Аида Балаева и министр культуры и спорта РК Актоты Раимкулова).

Так 64% представителей кабмина – это уроженцы городов. Из горожан больше всего тех, кто родился в крупнейшем городе страны – Алматы. Таких шесть человек: Алихан Смаилов, Ерлан Тургумбаев, Актоты Раимкулова, Бахыт Султанов, Магзум Мирзагалиев и, вероятно, Ерулан Жамаубаев. Последний в своей официальной биографии локального места рождения не указывает, отмечая лишь Казахстан. К алматинцам можно также отнести и министра информации Аиду Балаеву, которая хоть и родилась селе Жамбыл Алматинской области, до начала 2000-х годов проживала в бывшей столице Казахстана и училась в одной школе со своим предшественником Дауреном Абаевым.

Условное второе место в правительстве Казахстана делят между собой уроженцы Шымкента и ставшего столичным Нур-Султана, бывшего Целинограда. Шымкент представляют министр обороны Нурлан Ермекбаев и министр юстиции Марат Бекетаев, столицу Казахстана – премьер-министр Аскар Мамин и министр национальной экономики Руслан Даленов. 

Если смотреть на нынешний состав правительства в региональном разрезе, то окажется, что явно доминирующее положение занимают представители четырех южных областей Казахстана – 15 человек из 22 членов кабинета министров. Остальные регионы представлены одним-двумя членами правительства. Есть среди министров и уроженец России. Это министр цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Аскар Жумагалиев, который родился в Оренбургской области.

Любопытный факт: среди министров немало детей медицинских работников. Пойти по стопам своих отцов могли не только нынешний министр здравоохранения Елжан Биртанов, но и первый заместитель премьер-министра Алихан Смаилов, министр торговли и интеграции Бахыт Султанов и министр национальной экономики Руслан Даленов.

Почти все представители казахстанского кабмина имеют высшее образование по двум-трем специальностям. Для трети правительства первым образованием стало инженерное. Диплом экономиста (это может быть как первое, так и второе образование) есть у десяти членов казахстанского правительства, восемь человек являются дипломированными юристами. Причем трое попадают в обе эти группы, то есть имеют диплом и юриста, и экономиста. У троих членов кабмина есть педагогическое образование, еще двое – обладатели дипломов философского факультета.

ministry-na-pereschet111.jpg

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png