Перейти к основному содержанию

6879 просмотров

Как Верховный суд будет защищать честных предпринимателей

Количество исков о признании сделок недействительными увеличилось в стране

Фото: Олег Спивак

В Казахстане выросло число исков о признании сделок недействительными – налоговые органы стараются сократить триллионные объемы «обнала». На практике первыми под удар попадали добросовестные контрагенты фирм-однодневок. Верховный суд внес поправки, позволяющие защитить законопослушных предпринимателей. 

5 марта 2020 года председатель Верховного суда РК Жакып Асанов сообщил, что из нормативного постановления ВС №4 от 29 июня 2017 года «О судебной практике применения налогового законодательства» исключены пункт 4 и третий абзац пункта 6. Данные нормы позволяли гражданским судам признавать сделки недействительными только на основании отсутствия у поставщиков материальных активов. 

Теперь судьи должны более тщательно изучать представляемые сторонами доказательства. И принимать во внимание, что бизнесмен, не сдавший отчет по имуществу, земле и транспорту, мог, например, взять перечисленные активы в аренду или субаренду, а рабочую силу привлечь по аутсорсингу. 

Всех под одну гребенку 

Статью 215 «Лжепредпринимательство» исключили из Уголовного кодекса РК 3 июля 2017 года.Законодателям пришлось пойти на этот шаг, поскольку чаще всего налоговые недоимки взимались с добросовестных контрагентов лжепредприятий, в то время как их учредители уходили от уголовной ответственности. Несколькими днями ранее в том же году Верховный суд принял нормативное постановление №4. На основании этого документа суды стали признавать недействительными сделки с поставщиками, которые не обладают достаточными материальными ресурсами. 

Вынесенные решения повлекли доначисление больших сумм НДС и КПН для их контрагентов. Таким образом, указанные нововведения изменили формы борьбы с незаконным обналичиванием. Если прежде на сомнительных поставщиков заводили уголовные дела, то после изменений стали подавать иски к их контрагентам без проведения уголовного расследования. 

Как утверждают предприниматели, в результате ситуация обострилась – сегодня финансовые санкции с еще большей строгостью применяют не к мошенникам, а к действующему бизнесу, обрекая его на разорение и банкротство. Финансовый директор кызылординской нефтесервисной компании FracJet Аслан Орынгалиев утверждает, что по вине налоговых органов предприятие со штатной численностью 300 человек оказалось на грани банкротства. Руководство фирмы всерьез задумывается уйти на рынок России, забрав с собой остатки оборудования и костяк коллектива. 

«Идя к нам на проверку, налоговые органы знали, что проверять нечего, так как ранее мы исключили НДС из зачета и расходы из вычетов по КПН по сделкам с сомнительными фирмами. Фискалы самовольно расширили свои полномочия и доначислили сотни миллионов тенге. Мы пытались оспорить их действия в суде, но к нам не прислушались. Одно решение о признании сделки недействительной уже принято, дальше все пойдет по накатанной», – сетует Орынгалиев.

С точки зрения директора карагандинского ТОО «Казтрансметалл» Кирилла Саверского, агрессивное поведение органов госдоходов ведет к «экономике землекопов»: в будущем из представителей бизнеса останутся только недропользователи, потому что фирмы, производящие готовую продукцию, не смогут удержаться на плаву. «Наша ситуация отличается от остальных: нам доначислили 50 млн тенге при факте признания сделок действительными. Мы подали иски к нашим контрагентам о взыскании выплаченных средств. У нас есть 15 судебных актов, где сказано, что сделки состоялись, документы оформлены в соответствии с требованиями бухгалтерского и налогового учета, поэтому возврат в нашу сторону недопустим», – рассказывает владелец фирмы, производящей железобетонные изделия широкого профиля. 

«Обнал» растет 

Незаконное обналичивание, самым распространенным способом которого является заключение фиктивной сделки, остается востребованной услугой на теневом финансовом рынке Казахстана. По оценке бизнес­-омбудсмена Рустама Журсунова, в 2016 году сумма подозрительных обналиченных средств составляла 1 трлн 170 млрд тенге, в 2017-­м – 1 трлн 580 млрд, в 2018-м – 2 трлн 410 млрд, в 2019­-м – 2 трлн 760 млрд. Основные факторы высокого спроса на наличные – уход от налогов, необходимость давать взятки, отмывание нелегальных доходов (от экономических преступлений или запрещенной деятельности). 

По данным Комитета государственных доходов Минфина РК, в 2017 году налоговые органы подали к предпринимателям 653 иска о признании сделок недействительными, в 2018-­м – 888, в 2019­-м – уже 3436. Больше всего обращений в суд по итогам трех лет направил ДГД по Карагандинской области – 1927, меньше всего – ДГД по Атырауской области – 27. Из общей массы заявлений (4977) в пользу налоговых органов суды вынесли 3173 решения, в пользу предпринимателей – только 497. При этом на рассмотрении в 2019 году находились 1088 исков. Из ответа Комитета финансового мониторинга на запрос «Курсива» следует, что в 2019 году по статье 216 УК РК «Совершение действий по выписке счета-­фактуры без фактического выполнения работ, оказания услуг, отгрузки товаров» было зарегистрировано 269 уголовных дел, прекращено – 711 (25 – по нереабилитирующим основаниям, 686 – по реабилитирующим). 

По статье 245 УК РК «Уклонение от уплаты налога и (или) других обязательных платежей в бюджет с организаций» в том же году было зарегистрировано 86 уголовных дел, прекращено – 401 (36 – по нереабилитирующим основаниям, 365 – по реабилитирующим). Увеличение количества прекращенных дел в ведомстве связывают с изначальной переквалификацией преступлений со статьи 215 «Лжепредпринимательство», а также с повышением порогов для привлечения к уголовной ответственности. 

На базе предположений 

Основные претензии со стороны бизнеса к фискальным органам связаны с тем, что последние зачастую аргументируют судебные иски о фиктивности сделок лишь предположениями, которые базируются на отсутствии активов у поставщика и малочисленности его персонала, объясняет юрист Ботагоз Садуова. И несмотря на это, суды в основной массе случаев удовлетворяют их иски со ссылкой на нормативное постановление ВС №4. 

«Предположения налоговых органов о невозможности выполнения работ и оказания услуг не должны являться основанием для признания сделок недействительными в условиях гражданского судопроизводства. Поскольку подобные подозрения исследуются в порядке уголовного судопроизводства по признакам, предусмотренным статьей 216 УК РК», – комментирует Садуова. 

Судья судебной коллегии по гражданским делам ВС РК Нуржан Кайыпжан полагает: чтобы уберечь добросовестных предпринимателей от негативных сценариев, необходимо более четко регламентировать порядок подачи исков о признании сделок недействительными. 

«От бизнес-­сообщества исходит большое недовольство по поводу действий органов госдоходов. В прошлом году мы создали рабочую группу по спорным налоговым вопросам. Предлагали принять вневедомственное рабочее пособие и предусмотреть отдельную главу в Налоговом кодексе РК, которые бы определили алгоритм действий при подготовке и предъявлении исков. Прежде чем обращаться в суд, налоговики должны располагать приговором или постановлением суда», – сказал Кайыпжан. 

Сначала комиссия, потом суд 

После отмены отдельных пунктов нормативного постановления ВС №4 уполномоченный по защите прав предпринимателей Казахстана Рустам Журсунов предложил создать на базе территориальных департаментов госдоходов комиссии по предварительному рассмотрению исков о признании сделок недействительными. По его мнению, благодаря подобному фильтру добросовестные предприниматели перестанут получать судебные повестки. 

«Сейчас пилотный проект внедряется в Карагандинской области. Выработан следующий алгоритм работы комиссии. Налоговый орган предоставляет в региональную палату «Атамекен» сведения о субъектах бизнеса, в отношении которых планируется подача исков. На заседании комиссии каждый субъект отдельно представляет доказательства реальности совершенных сделок. Такой механизм предлагается масштабировать на все регионы страны», – пояснил «Курсиву» бизнес-­омбудсмен. 

Еще одним новшеством станет создание реестра добросовестных отечественных бизнес-­партнеров. Сервис должен аккумулировать сведения из различных баз данных и предоставлять полную информацию о предпринимателях Казахстана. Информацию из него можно будет использовать для оценки рисков взаимоотношений с контрагентами. Кроме того, будет внедрен принцип должной осмотрительности, предполагающий повышение бдительности предпринимателей при выборе контрагента. Предприниматели предложение о создании специальных комиссий восприняли настороженно. На их взгляд, государственным органам следует, прежде всего, неукоснительно соблюдать законодательство – часть 3 статьи 77 Конституции РК, часть 2 статьи 158 ГК РК, статью 8 НК РК. 

«Предпринимателя обязуют представлять документальные подтверждения. Мы расцениваем это как незаконное проведение документальной проверки без предписания. То есть комиссия будет в нарушение норм Налогового кодекса РК проводить проверку бухгалтерских документов по сделкам, которые считает сомнительными. Более того, наделение ее членов правом решать, была сделка или нет, создает коррупционные риски», – считает директор ТОО «Парасат Сервис» Ескендир Койайдаров. 

ДГД по Карагандинской области сообщает: спецкомиссия уже рассмотрела материалы с общей суммой оборота 2,3 млрд тенге в отношении 27 налогоплательщиков. Из последних лично на заседание явились только двое. Решение комиссии: иски по всем материалам направить в суд. В ближайший месяц из-­за режима ЧП комиссия работать не будет.

banner_wsj.gif

14197 просмотров

Что происходит с бизнесом в Казахстане в карантинных зонах

У МСБ, особенно работающего в сфере услуг, практически нет запаса прочности 

Фото: Офелия Жакаева

Режим ЧП в стране и карантин в Нур-Султане и Алматы нарушили привычные торговые и производственные связи на всех уровнях. Люди в ожидании худшего жестко ограничили потребности.

Клиентов и партнеров внутри страны и на внешних рынках теряют 90% казахстанских компаний – вне зависимости от размеров. Как показывают опросы бизнеса – а их сейчас, чтобы оперативно вырабатывать меры для смягчения экономических последствий, проводят и НПП «Атамекен», и советник президента экономист Олжас Худайбергенов, – у казахстанского МСБ, особенно работающего в сфере услуг, практически нет запаса прочности.

Что показал опрос советника президента

На анкету, размещенную Олжасом Худайбергеновым, ответили более 600 предпринимателей. Вопросы касались сферы деятельности компании, уровня падения продаж, проблем наемного персонала, доступности кредитования и вероятности закрытия бизнеса. Вот некоторые выдержки из опроса.

Сат Берниязов, питомник газонных трав, 25 работников: «Осенью обанкротимся, если не найдем источник финансирования до мая».

Медет Рахимбаев, IT-бизнес, разработчик облачного HR-сервиса по управлению талантами: «Мы находимся в той зоне, где клиент думает отказаться от нас, чтобы выжить. Мы не в зоне жизненно важных расходов».

Саид Султанов, полный спектр геологоразведочных работ, 92 сотрудника, половина отправлена в отпуск: «Доступ к кредитам только в теории, на деле это крайне сложный, дорогой, невыгодный, долгий и унизительный процесс. Часть бизнеса закроется через два месяца». 

Раис Исмаилов, производитель отделочного профиля, закрыл продажи, 25 человек из 30 отправлены в отпуск за свой счет: «КПН за 2019 год явно не смогу заплатить в сроки до 10 апреля, пенсионный и социальный налог за февраль тоже пока не платил».

Константин Горожанкин, сервис продажи билетов «Тикетон», 52 сотрудника, 3 уволены: «Доступа к кредитам в банках нет. Аналитик делал обзвон всех банков – до 15 апреля не дают. Личными связями добился кредитов под 18%. 7 лет собирал команду по крупицам, жаль будет ее потерять».

Зерап Мурзахметов, ювелирная сеть Serebroff, 40 ювелирных салонов по Казахстану, общее число партнеров – 200 человек: «После девальвации 2015 года образовалась огромная кредиторская задолженность, которую и так еле погашал. Планировали в этом году выйти из долгов, но нет…».

Юрий Пааль, ресторатор, закрыта вся сеть, без работы остались 64 человека: «Бизнес разорится, если карантин продлится более месяца».

Жасулан Асанулы, сеть фитнес-клубов, 250 сотрудников, все отправлены в отпуск с минимальной заработной платой: «Пробовали брать кредиты, но не давали даже в более благоприятное время».

Большая часть представителей малого бизнеса, принявших участие в опросе, работает в сфере услуг (образовательные центры, кафе и кофейни, химчистки). Они признаются, что смогут продержаться, не увольняя сотрудников, от силы месяц, и это в лучшем случае. Многие закрылись, потому что уже сейчас, не имея доходов, не в состоянии оплачивать аренду простаивающих помещений. 

Производители просят помощи

По данным НПП «Атамекен», с 12 по 23 марта в штаб по оценке ущерба, понесенного бизнесом, обратились представители 7 932 компаний. 52% из них работают в Алматы и Нур-Султане. Крупный бизнес представляют 185 компаний, средний – 1 002. 85% обращений – от малого бизнеса. 65% из них работают в сфере услуг, в торговле – 23%, производством заняты 12%.

В числе крупных компаний – производители электротехники, мучных и кондитерских изделий, сельскохозяйственных машин, химических реактивов, строительных материалов. Средние компании производят одеж­ду, продукты питания, спецтранспорт и строительные материалы. Мелкие предприятия работают в производстве и переработке сельхозпродукции, производят мебель, текстиль, картон. Типичные для всех проблемы – срыв поставок импортного сырья, вынужденное сокращение штата сотрудников, потребность в поддержке фонда оплаты труда и реструктурировании кредитных выплат.

В обрабатывающей промышленности из числа обратившихся в штаб работают 193 компании. Их общий штат составляет 40 645 работников, 8 тыс. из них могут попасть под сокращение. 90 компаний испытывают проблемы из-за нарушения графика поставок сырья и комплектующих. 80 компаний имеют займы в общей сумме в 145 млрд тенге, 5 компаний – займы в сумме $482,5 млн. 

По статистике обращений 58% компаний в силу обстоятельств вынуждены нарушать договорные обязательства. 54% отправляют сотрудников в бессрочный отпуск или переводят на неполный рабочий день. 60% имеют обязательства по аренде, 53% производителей заявили о критичном удорожании сырья, 45% не могут решить проблемы с доставкой сырья на производство.  20% не могут выплачивать зарплату, 19% сокращают штат работников, 4% не могут оплачивать услуги, в том числе коммунальные.

Меры поддержки, которые, по мнению производителей, способны укрепить положение компаний: 26% надеются на кредитное пополнение оборотных средств; 24,5% ждут налоговые каникулы, снижение ставки НДС и стоимости аренды; 22,4% высказались в пользу введения временного понижающего коэффициента на электроэнергию; 20,4% полагаются на инструменты субсидирования; 6,6% предпринимателей рассчитывают на внедрение временного понижающего коэффициента на услуги магистральной железнодорожной сети.

Как производители характеризуют свое положение

«Курсив» связался с некоторыми представителями производственного бизнеса Казахстана. Как заявил Игорь Проценко, директор мебельной компании ТорнадоPlus, производство работает на склад. Текущие контракты с крупными партнерами-недропользователями и строительными компаниями заморожены. Ресурсы компании на исходе, обязательства по налогам и зарплате закрыты, но наступает срок погашения кредита и выплаты очередной, мартовской зарплаты 45 работникам. Несмотря на падение тенге, цена продукции ТорнадоPlus не повышалась, хотя стоимость сырья растет. Например, металл подорожал на 10%, ламинированная плита и фурнитура – на 15%.

Проценко говорит, что в Алматы заморожены контракты на покупку мебели для ряда строительных объектов на общую сумму 220 млн тенге. Если учитывать, что строительство все равно придется завершать, государство могло бы в марте-апреле купить мебель у производителей напрямую, минуя процедуру конкурса. «Сбыт критически важен, без него производство не имеет смысла», – резюмирует Игорь Проценко.

Кадырсеит Айханов, директор ТОО «3ЕS-Инжиниринг», выпускающего экономичные светильники, также главной проблемой называет продажи. Компания предлагает свой продукт на условиях лизинга. Оплатив часть стоимости товара, клиенты далее платят производителю из сэкономленных на электроэнергии средств.

Все заключенные к моменту кризиса контракты заморожены, констатирует Айханов. Виной тому – отправленные на удаленную работу сотрудники и вынужденные каникулы в учебных заведениях. Заказчики придержали исполнение контрактов, ссылаясь на то, что с этими изменениями урезаны бюджеты на энергопотребление.

Запас комплектующих у «3ЕS-Инжиниринг» достаточен для трех месяцев работы. Повышать цену на продукцию компания пока не намерена. На время карантина работники старше 60 лет отправлены в отпуск с сохранением зарплаты.

Марат Баккулов, генеральный директор Алматинского вентиляторного завода (АВЗ), отмечает, что каждое серьезное падение курса национальной валюты увеличивает спрос на его продукцию. Доля валютного импорта в сырье, используемом заводом, не превышает 20%, в основном это электродвигатели российского производства. Металлы, которые используются в производстве вентиляторов, на бирже немного подешевели. Значительная часть рабочих контрактов заключена в твердой валюте. Чтобы обеспечить бесперебойную работу предприятия во время карантина, работникам из числа живущих в Алматы организовали жилье рядом с заводом.

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif