Перейти к основному содержанию

336 просмотров

Более двух триллионов тенге направят компании на экологические нужды

Проект Экологического кодекса представлен в мажилисе парламента

Фото: Shutterstock

Крупнейшие промышленные предприятия должны будут первыми перейти на принцип наилучших доступных технологий (НДТ) в экологической сфере, сообщил министр экологии, геологии и природных ресурсов Магзум Мирзагалиев. Об этом он рассказал на презентации проекта Экологического кодекса (ЭК) и соответствующих поправок в законодательство в мажилисе парламента 3 февраля.

Министр отметил, что по итогам 2019 года фактические выбросы в атмосферу составили 2,4 млн тонн. Основные источники – это крупные промышленные объекты, автотранспорт и частные жилые дома. На электроэнергетику приходится 900 тыс. тонн выбросов, горно-металлургический сектор – 700 тыс. тонн, нефтедобычу – 500 тыс. тонн, транспорт и сельское хозяйство – 300 тыс. тонн.

«Наблюдается ежегодный прирост выбросов, и если не предпринимать никаких мер, то по прогнозу в 2030 году фактические эмиссии загрязняющих веществ составят 3,6 млн тонн, то есть они могут вырасти в 1,5 раза за 10 лет», – сказал Мирзагалиев.

Министр отметил, что новый Экологический кодекс направлен на принятие превентивных мер для недопущения негативного воздействия на окружающую среду.

Проект ЭК базируется на 10 принципах: предотвращения, исправления, предосторожности, пропорциональности, «загрязнитель платит», устойчивого развития, интеграции, доступности экологической информации, общественного участия, экосистемного подхода.

«Реальной возможностью улучшить экологическую ситуацию является внедрение наилучших доступных технологий. Для этого промышленные предприятия пройдут экологический аудит, в рамках которого будут определены технологии, использование которых позволит снизить объемы выбросов. Для действующих крупных загрязнителей переход на так называемый НДТ предлагается сделать поэтапным. На первом этапе планируется перевод на НДТ 50 крупнейших предприятий из нефтегазовой, горно-металлургической, химической и электроэнергетической отраслей, на которые приходится 80% всех выбросов страны», – сказал министр.

По его словам, будут разработаны отраслевые справочники НДТ на основе комплексного экологического аудита в период до конца 2023 года. С 2024 по 2025 год на основе справочников НДТ планируется выдача комплексных экологических разрешений. Предприятия будут внедрять НДТ в соответствии с программой экологической эффективности в течение 10 лет. При этом предприятия, внедрившие НДТ, будут освобождены от платы за эмиссии.

«В случае же, если они не переходят на НДТ, то ставки платы за эмиссии будут расти. Соответственно, это не столько запретительная мера, сколько мотивационный или побудительный механизм», – сказал Мирзагалиев.  

По его словам, в Европе объемы выбросов оксида серы в результате перехода на НДТ снизились на 94%, оксида азота – на 69%, пыли и твердых частиц – на 94%.

По предварительным данным, за 2019 год плата за эмиссии предприятиями составила около 96 млрд тенге. Кроме этого, в 2019 году компаниями направлено на природоохранные мероприятия около 145 млрд тенге.

«В совокупности составляет более 240 млрд. Учитывая, что период внедрения НДТ составляет до 10 лет, потенциально накопленные предприятиями средства на модернизацию производств для целей внедрения НДТ составят более двух триллионов тенге. Мы считаем, что данных средств будет достаточно для внедрения технологии», – резюмировал Мирзагалиев.

6873 просмотра

Как выглядит дом Джеффа Безоса за $165 миллионов

Напольное покрытие его особняка, который глава Amazon купил у Дэвида Геффена, когда-то принадлежало Наполеону

Фото: Jimbartsch

Последние несколько лет оптимистично настроенные девелоперы из Лос-Анджелеса занимались строительством вычурных жилых домов из стекла с «конфетными комнатами», площадками для вертолетов и дорожками для боулинга. Все делалось с расчетом на то, что сверхбогатые покупатели смогут себе это позволить. Однако, судя по последним сделкам на сумму свыше $100 миллионов, самые взыскательные покупатели ищут на рынке недвижимости Лос-Анджелеса нечто иное – историю.

Исполнительный директор компании Amazon.com Inc. Джефф Безос заплатил $165 млн (рекордную сумму для района) за квинтэссенцию поместий старого Голливуда – особняк в григорианском стиле, построенный загадочным Джеком Уорнером, когда-то занимавшем пост президента компании Warner Bros.

im-153909.jpg

Последним хозяином поместья был известный в мире шоу-бизнеса импресарио Дэвид Геффен (ныне на заслуженном отдыхе). Сам Геффен в 1990 году заплатил за этот дом $47,5 млн, что также стало тогда рекордной суммой.

По данным информированного источника, в этой сделке с поместьем Уорнера посредники не участвовали.

Помимо поместья Уорнера Bezos Expeditions – зонтичная компания Безоса, владеющая газетой The Washington Post и его благотворительным фондом, также заплатила $90 млн за пустой участок в Лос-Анджелесе, ранее принадлежавший сооснователю Microsoft Полу Аллену, умершему в 2018 году.

Так что же именно можно купить за $165 млн в 2020 году?

Построенный в 1930-х годах особняк Уорнера площадью 13 600 футов пестрит работами известных американских художников. Более того, внутри есть даже напольное покрытие, которым когда-то владел Наполеон. Разумеется, там также предусмотрены бассейн и поле для гольфа на девять лунок (не совсем ясно, входили ли в стоимость сделки произведения искусства).

«Ни одна из резиденций сильных мира сего ни до, ни после не превосходила по своему размеру, великолепию и утонченности поместье Джека Уорнера в Энджело Драйв в районе Бенедикт Кэньон», – пишет в своей книге The Legendary Estates of Beverly Hills ветеран рынка недвижимости Лос-Анджелеса Джефф Хайланд. «Это не просто дом, это настоящий частный музей», – отмечает он.

IM.jpg

На ремонт дома Геффен потратил $45 млн, включая $20 млн на ландшафтный дизайн, о чем он рассказал The Wall Street Journal в 2006 году.

За последний год было заключено несколько крупных сделок с недвижимостью, однако они выбиваются из общей ситуации на переживающем спад рынке элитной недвижимости в США.

Новый дома Безоса – один из четырех особняков, которые с начала 2019 года были проданы в Лос-Анджелесе за сумму свыше $100 млн. Три из этих четырех домов – это настоящее голливудское наследие.

Первый из домов – Spelling Manor, особняк в районе Холм­би Хиллз с 14 спальнями и 27 комнатами, построенный телевизионным продюсером Аароном Спеллингом и его супругой Кэнди Спеллинг. До последнего времени дом принадлежал дочери владельца «Формулы-1» Петре Экклстоун, но в июле прошлого года поместье было продано за $119,75 млн – на тот момент это был новый рекорд для Лос-Анджелеса.

im-154006.jpg

Экклстоун, которая сама приобрела особняк всего через неделю после того, как увидела его впервые, потратила не один миллион долларов на серьезный ремонт – он занял 12 недель и потребовал участия 500 рабочих. Расположившийся на участке в пять акров особняк площадью 56 500 квад­ратных футов (это больше площади Белого дома) имеет две дорожки для боулинга, винный погреб и комнату для дегустаций, а также тренажерный зал и салон красоты. Кроме того, в поместье есть бассейн, теннисный корт, английский сад и большая круглая парковка на 100 машин с фонтаном.

По данным информированного источника, недвижимость приобрел покупатель из Саудовской Аравии.

В конце прошлого года медиамагнат Лаклан Мердок, сын Руперта Мердока, приобрел собственный кусочек истории Лос-Анджелеса в виде гигантского дома в стиле шато, который появлялся в телевизионном шоу The Beverly Hillbillies под названием «поместье Клампетт». Мердок является сопредседателем холдинга News Corp, которому принадлежит компания DowJones&Co., издатель The Wall Street Journal.

Поместье, которое на самом деле называется «Чартвелл», раскинулось на 10 акрах земли. Оно принадлежало покойному медиамиллиардеру Джеральду Перенсио и было спроектировано архитектором Самнером Сполдингом в 1930-х годах во французском неоклассическом стиле. Наиболее интересными особеннос­тями дома стали большой бальный зал, теннисный корт и уникальный винный погреб на 12 тыс. бутылок.

Еще одной сделкой на сумму свыше $100 млн на рынке недвижимости Лос-Анджелеса в прошлом году стала продажа в Малибу дома, принадлежавшего вице-председателю NBC Universal Рону Мейеру. По словам риелторов, ценность объекта обусловлена дизайном авторства Чарльза Гватми и локацией – дом расположен недалеко от пляжа.

im-154005.jpg

В этом доме есть собственная библиотека, домашний кинотеатр и тренажерный зал.

Тренд на девятизначные суммы сделок с недвижимостью в Лос-Анджелесе зародился в 2016 году – тогда за $100 млн был продан особняк Playboy Mansion – дворец вечеринок, принадлежавший Хью Хефнеру.

im-154014.jpg

Особняк был выкуплен наследником компании – производителя кексов Twinkies Дареном Метропулосом, жившим по соседству и мечтавшим объединить оба поместья.

Несмотря на свою репутацию, особняк был широко известен в риелторском сообществе как исторический дом, нуждающийся в ремонте. Построенный в 1920-х годах, он оформлен в готическом стиле Тюдор, имеет 29 комнат, теннисный корт и бассейн.

В рамках сделки новый владелец получил лицензию на зоопарк, а также самого Хефнера, которому, согласно договору купли-продажи, разрешалось жить в доме всю оставшуюся жизнь.
Мистер Хефнер умер в 2017 году.

Несмотря на эту череду крупных сделок, девелоперам из Лос-Анджелеса еще предстоит преодолеть отметку в $100 млн с новыми домами.

Особняк «Миллиардер» был построен бизнесменом Брюсом Маковским для продажи. В октябре прошлого года этот дом был приобретен за $94 млн. В «Миллиардере» предусмотрен лифт, отделанный крокодиловой кожей, автомобили и мотоциклы на $30 млн, «конфетная стена», вертолет на крыше (исключительно декоративный) и огромный открытый киноэкран, поднимающийся позади впечатляющего бассейна длиной 85 футов.

«Если у вас есть «конфетная стена», ее можно скопировать. Землю же скопировать нельзя», – говорит Маурисио Умански, основатель компании Agency, которая является одним из игроков на местном рынке элитной недвижимости.
 

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif