Перейти к основному содержанию

1136 просмотров

Минфин предлагает перенести сроки уплаты транспортного налога

Также предлагается объединить налог на имущество и земельный налог

Фото: Shutterstock

О нововведениях в налоговое законодательство по местным налогам рассказал на брифинге в СЦК и.о. директора департамента налоговой методологии комитета государственных доходов министерства финансов Даулет Жарылгасинов.

«Проектом Закона по вопросам налогообложения для обеспечения своевременного поступления в бюджет четвертого уровня предлагается перенести срок уплаты налога на транспортные средства с физических лиц с 31 декабря налогового периода на 1 апреля года, следующего за отчетным налоговым периодом», – сказал он.

Этим же проектом закона предлагается объединить налог на имущество и земельный налог без изменения элементов налога (объект обложения, налоговая база, ставки, порядок исчисления и уплаты. – «Курсив»). 

При этом для собственников многоквартирных жилых домов предусматривается отменить земельный налог в связи с незначительностью суммы налога и значительными затратами на администрирование, большим количеством объектов и сложностью расчета.

В целом, по его словам, по состоянию на 01.11.2019 года в целом по республике в бюджет поступило 290,8 млрд тенге местных налогов. В сравнении с аналогичным периодом прошлого года поступления увеличились на 20,2 млрд тенге. 

В разрезе регионов значительные поступления наблюдаются по Атырауской области – 41,5 млрд тенге. На втором месте – город Алматы с 37 млрд тенге. Замыкает тройку лидеров город Нур-Султан – 30,1 млрд тенге.    

Количество транспортных средств, являющихся объектами обложения налогом на транспортные средства, по состоянию на 01.10.2019 года, составило 3 906 518 единиц, из них 3 669 714 единиц принадлежит физическим лицам и 236 804 единицы – юридическим лицам.

Количество плательщиков по налогу на имущество и земельному налогу в целом составило около 7,3 млн, в том числе по налогу на имущество – 3,8 млн, по земельному налогу – 3,4 млн плательщиков

3410 просмотров

Что не так с поправками в закон о защите прав потребителей в Казахстане

Рассказывает председатель общественного объединения «Гарант» Жаслан Айтмаганбетов

Фото: Shuttertock

Официально в Казахстане 208 неправительственных организаций занимаются защитой прав потребителя, в их числе 55 общественных организаций.

Я в этой сфере с 2005 года и могу уверенно заявить, что из них добросовестное отношение к делу показывают не больше 15. Причина простая: нет денег, общественная нагрузка дивидендов не приносит. 

Мы, общественники, не можем нормально зарабатывать на небольших делах, и потребители не могут оплачивать сумму, достаточную, чтобы их интересы представляли профессионалы. Со старым законом мы могли через суд взыскивать затраты, потом эту возможность отменили. В сегодняшнем проекте мы не видим никакой финансовой поддержки общественных объединений. 

Кто же будет вести основную работу? Мой анализ поправок показывает, что главными проводниками прав потребителей разработчики поправок видят саморегулируемые организации (СРО). Это новый термин, за которым скрываются все те же предприниматели, которые объединяются для защиты своих интересов. Именно они наделяются правом досудебного рассмотрения споров. Получается, что нас, общественные организации, кто все эти годы проделал 90% всей профильной работы и накопил большой опыт, просто отодвигают. И с этим не согласны все мои коллеги со всех областей Казахстана.

Если оценивать предлагаемые поправки в целом, то я вынужден отметить: много лишнего, второстепенного, уже прописанного в законах. Хотя есть и то, что порадовало. Например, предлагается ужесточить наказание для предпринимателей, скрывающих информацию о себе. По закону таблички с данными должны быть на каждом торговом месте, но где вы такое видели?

А без этих данных у обманутого покупателя не принимают материалы для судебного разбирательства. Он может обратиться в администрацию, в полицию, в налоговую – везде ему отказывают под предлогом сохранения налоговой тайны. Мы пять лет предлагаем решить эту проблему, и лучше было бы просто обязать госорганы делиться такими данными, но и маленький шаг к решению проблемы – тоже хорошо.  

Нет заслуженного внимания к системе приобретения товаров через интернет-магазины. Сейчас у нас покупатель – добросовестный, но самый уязвимый участник этой системы. Он получает товар только после внесения всей оплаты и часто видит в посылке вовсе не то, что хотел. Самый циничный пример – кусок хозяйственного мыла вместо айфона, купленного со скидкой. Периодически регион захлестывает вал мошенничества с разными товарами: тапочки вместо модельных ботинок, например. Раскручивать эту цепочку в обратном направлении, чтобы найти мошенника, нет смысла: на посылке указан несуществующий адрес, сайт уничтожен, а люди обмануты.

У нас принято обвинять граждан в незнании законов о защите потребителей. А каково столкнуться с тем, когда незнанием или вольной трактовкой закона грешит судья? У меня много отказов в принятии к рассмотрению исков в области финансовых, туристических, медицинских услуг. И везде одна аргументация: это не относится к потребительским правам. Виной тому – вольная трактовка закона, который и в самом деле можно понимать как удобно. Мне кажется, что в первую очередь надо все законы пересмотреть на предмет такой двусмысленности. Может, с обретением категорической формы законы заработают так, как надо.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif