Перейти к основному содержанию

1 просмотр

Что сделает Казахстан с затонувшими кораблями на Каспии

Из-за кладбища кораблей судам приходится идти по длинному маршруту

Фото:Mammadova_Ul/Shutterstock

В казахстанском секторе Каспия есть несколько опасных для судоходства районов. Самые сложные из них – это район 200 и 214. Здесь находится самое большое в этом море кладбище затонувших кораблей. Ранее этот район использовали вооруженные силы бывшего СССР – суда служили мишенями. Чтобы обогнуть его, суда вынуждены делать большой крюк, проходя расстояние в два раза больше.

«На одном из совещаний в управлении природопользования мы предложили идею – сделать канал через этот район, расчистить его. Например, объявить тендер, и я думаю, что судоходные компании с радостью все очистят, ведь они несут огромные расходы, когда обходят этот район стороной», – рассказал в интервью «Курсиву» заместитель руководителя РГУ «Морская администрация портов Актау и Баутино» Комитета транспорта министерства по инвестициям и развитию РК Асылбек Тенизбаев.

Но проблема в том, что за несколько десятилетий эти суда превратились в искусственные рифы – сюда идет на нерест рыба. В министерстве индустрии и инфраструктурного развития РК в ответ на запрос «Курсива» отметили, что в соответствии с данными, представленными Министерством обороны РК, обследование всех затонувших объектов в море проведено, уточнены их координаты. 

«Поскольку затопление в Каспийском море судов, использовавшихся при СССР в качестве мишеней для военных стрельб, осуществлялось вне расположения судоходных маршрутов, и данные объекты не создают угрозу безопасности мореплавания, принятие мер по их подъему не требуется», –говорится в ответе министерства индустрии и инфраструктурного развития РК на запрос «Курсив».

Среди судов, которые были подняты со дна моря и утилизированы –  азербайджанское промыслово-транспортное судно «Саринский рыбак», которое затонуло на входе в Урало-Каспийский канал в ноябре 2001 года, и российский танкер «Аракс», севший на мель недалеко от села Курык в 2017 году. Первое утилизировали в 2015 году, работы обошлись бюджету в 305 млн тенге. «Аракс» очистили от нефтеотходов и пустили на металлолом в 2018 году, из областного бюджета были выделены 39 млн тенге.   

«Оставшиеся объекты не создают угрозу безопасности судоходства, в связи с чем отсутствует экономическая целесообразность их поднятия. При этом их месторасположения ограждены навигационными знаками», – значится в сообщении МИИР.

Где владельцы?

В Тупкараганском заливе уже больше двадцати лет близ побережья затоплены множество судов – эти понтоны, баржи, катера не имеют владельцев. Правда, они не создают угроз судоходству.

«К нам обращались с просьбой разрешить утилизировать то или иное судно, но не было документов для подтверждения владения этим судном. Если мы разрешим утилизировать какое-нибудь ржавое судно, то завтра может объявиться владелец и сказать, что у меня там был корабль на ходу, но он исчез. Ответственность будем нести мы», − добавляет заместитель руководителя учреждения.

По закону утилизировать судно можно только через пять лет с момента его регистрации как бесхозного. Пока не было зарегистрировано ни одного судна, стоящего в казахстанском секторе Каспия. Что касается иностранных судов, которые в разное время садились на мель у берегов Казахстана, то судовладельцы (даже если они и были) не спешили сами утилизировать свои корабли. В итоге все работы проводились за счет бюджета.

«В настоящее время проводится работа по ратификации Найробийской международной конвенции 2007 года «Об удалении затонувших судов», которая позволит установить финансовое обеспечение ответственности судовладельца за своевременное удаление затонувшего или севшего на мель судна, любой его части, включая объекты, находящиеся на борту такого судна», – говорится в ответе на запрос.

Затонувшие клады

Ровно 100 лет назад в Тубкараганском заливе, где сейчас расположен порт Баутино и еще несколько причалов иностранных судоходных компаний,  разыгралась битва, в которой участвовал не только надводный, но и подводный флот. До сих пор остается загадкой, как две подводные лодки смогли пройти через достаточно мелководный Северный Каспий к берегам полуострова Мангышлак.

«Никаких затонувших подводных лодок в заливе нет. Две участвовали в бою между белогвардейцами и большевиками в 1919 году, но они ушли. При этом участвовали они номинально, так как не смогли сделать ни одной торпедной атаки из-за того, что там очень небольшая глубина. Но зато на дне залива лет двадцать назад было множество кораблей – более 150, среди них были даже суда XX века.  Нам довелось принять участие в строительстве в те годы причалов в заливе, мы ныряли и видели эти корабли. Часть из них была засыпана при строительстве причалов, другие вытащили и утилизировали», – рассказал дайвер Алексей Оськин.

В 90-ые годы со дна залива достали даже колесный пароход «Карл Маркс», долгое время он стоял на берегу, но о его дальнейшей судьбе никто не знает.

2526 просмотров

Что не так с поправками в закон о защите прав потребителей в Казахстане

Рассказывает председатель общественного объединения «Гарант» Жаслан Айтмаганбетов

Фото: Shuttertock

Официально в Казахстане 208 неправительственных организаций занимаются защитой прав потребителя, в их числе 55 общественных организаций.

Я в этой сфере с 2005 года и могу уверенно заявить, что из них добросовестное отношение к делу показывают не больше 15. Причина простая: нет денег, общественная нагрузка дивидендов не приносит. 

Мы, общественники, не можем нормально зарабатывать на небольших делах, и потребители не могут оплачивать сумму, достаточную, чтобы их интересы представляли профессионалы. Со старым законом мы могли через суд взыскивать затраты, потом эту возможность отменили. В сегодняшнем проекте мы не видим никакой финансовой поддержки общественных объединений. 

Кто же будет вести основную работу? Мой анализ поправок показывает, что главными проводниками прав потребителей разработчики поправок видят саморегулируемые организации (СРО). Это новый термин, за которым скрываются все те же предприниматели, которые объединяются для защиты своих интересов. Именно они наделяются правом досудебного рассмотрения споров. Получается, что нас, общественные организации, кто все эти годы проделал 90% всей профильной работы и накопил большой опыт, просто отодвигают. И с этим не согласны все мои коллеги со всех областей Казахстана.

Если оценивать предлагаемые поправки в целом, то я вынужден отметить: много лишнего, второстепенного, уже прописанного в законах. Хотя есть и то, что порадовало. Например, предлагается ужесточить наказание для предпринимателей, скрывающих информацию о себе. По закону таблички с данными должны быть на каждом торговом месте, но где вы такое видели?

А без этих данных у обманутого покупателя не принимают материалы для судебного разбирательства. Он может обратиться в администрацию, в полицию, в налоговую – везде ему отказывают под предлогом сохранения налоговой тайны. Мы пять лет предлагаем решить эту проблему, и лучше было бы просто обязать госорганы делиться такими данными, но и маленький шаг к решению проблемы – тоже хорошо.  

Нет заслуженного внимания к системе приобретения товаров через интернет-магазины. Сейчас у нас покупатель – добросовестный, но самый уязвимый участник этой системы. Он получает товар только после внесения всей оплаты и часто видит в посылке вовсе не то, что хотел. Самый циничный пример – кусок хозяйственного мыла вместо айфона, купленного со скидкой. Периодически регион захлестывает вал мошенничества с разными товарами: тапочки вместо модельных ботинок, например. Раскручивать эту цепочку в обратном направлении, чтобы найти мошенника, нет смысла: на посылке указан несуществующий адрес, сайт уничтожен, а люди обмануты.

У нас принято обвинять граждан в незнании законов о защите потребителей. А каково столкнуться с тем, когда незнанием или вольной трактовкой закона грешит судья? У меня много отказов в принятии к рассмотрению исков в области финансовых, туристических, медицинских услуг. И везде одна аргументация: это не относится к потребительским правам. Виной тому – вольная трактовка закона, который и в самом деле можно понимать как удобно. Мне кажется, что в первую очередь надо все законы пересмотреть на предмет такой двусмысленности. Может, с обретением категорической формы законы заработают так, как надо.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif