Перейти к основному содержанию

1544 просмотра

Обвиняемому в убийстве у «Древнего Рима» грозит 20 лет лишения свободы

Он не согласен с позицией прокурора

Фото: Shutterstock.com

В Караганде проходят судебные прения по делу об убийстве у ресторана «Древний Рим», передает корреспондент Kursiv.kz. 

По версии следствия, ночью 31 января 2019 года имели место три поэтапные групповые драки – в самом ресторане, возле фонтана и за его воротами. Изначально причиной конфликта послужило то, что подвыпившие гости требовали продолжения музыкальной программы, но получили от хозяев отказ. Поскольку силы были неравны, посетители вызвали по телефону подмогу. Среди приехавших оказался Рахымжан Жансеит. В последующем его ранили ножом в подколенную артерию и легкое. От обильной кровопотери 23-летний мужчина скончался. 

Из выступления прокурора Адиля Даутова следует, что первая драка произошла примерно в 04:00. Торгом Малхасян, Сохак Малхасян, Армен Хачатрян из хулиганских побуждений нанесли телесные повреждения потерпевшим Нурдаулету Егеубаю, Адильхану Бакиеву и Аргыну Омиргазы

Вторая драка произошла в 04:20. Торгом Малхасян, Сохак Малхасян, Арман Оганнисян, Тигран Степанян, Нарек Гурурян из хулиганских побуждений нанесли телесные повреждения Ернуру Сагатулы и Аргыну Омиргазы. 

Третья драка произошла примерно в 04:47, в ходе которой Юсиф Нурулу и Нарек Гурурян, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, применяли ножи, Торгом Малхасян – металлическую кочергу, Тигран Степанян – деревянную палку. Хачатур Оганнисян, Арман Оганнисян, Каир Надырбеков, Жасур Пиров, Давид Галкин, Болат Жумамратов, Илья Щурок, Васиф Нурулу из хулиганских побуждений нанесли телесные повреждения Ернуру Сагатулы. Последний также получил ножевые ранения от Нарека Гуруряна. Аналогичные травмы Гурурян причинил и Мадияру Хасену. Казбек Хасейнов и Айдос Усайынов получили ножевые ранения от Юсифа Нурулу. 

«Смерть Жансеита Рахымжана наступила от полученных ножевых ранений от Юсифа Нурулу. Потерпевший смог отползти в сторону от места драки, там от полученных ножевых ранений он скончался от потери крови. Вместе с тем Хачатур Оганнисян и Юсиф Нурулу после избиения потерпевших нанесли повреждения по автомашине, принадлежащей Мадияру Хасену, причинив материальный вред в размере 60 тыс. тенге», – констатировал государственный обвинитель. 

На основании собранных по делу доказательств прокурор попросил суд признать Юсифа Нурулу виновным в совершении убийства и хулиганства с применением оружия по предварительному сговору и назначить ему 20 лет лишения свободы с отбыванием наказания в учреждении уголовно-исполнительной системы максимальной безопасности. Остальных 12 подсудимых признать виновными в совершении хулиганства с применением оружия по предварительному сговору и назначить шесть лет лишения свободы каждому с отбыванием наказания в учреждении уголовно-исполнительной системы средней безопасности. 

Представитель отца погибшего мужчины Гульден Хамитова поддержала обвинение частично. В связи с заглаживанием вреда потерпевшая сторона отказалась от материальных и моральных претензий к семи подсудимым: Сохаку Малхасяну, Торгому Малхасяну, Хачатуру Оганнисяну, Жасуру Пирову, Каиру Надырбекову, Армену Хачатуряну, Давиду Галкину и Васифу Нурулу. 

Кроме того, адвокат попросила суд отреагировать на то, что 11 друзей погибшего, которые также были признаны потерпевшими по делу, но отказались от претензий, оставили его в опасности. По ее словам, труп Рахымжана Жансеитова находился на улице в течение четырех часов. Полицейские, прибывшие на место спустя час после вызова, не смогли обнаружить его своевременно. 

В свою очередь, Юсиф Нурулу заявил о непричастности к убийству. Исходя из пояснений главного фигуранта уголовного дела, он нанес ножевые ранения нескольким потерпевшим, среди которых не было Рахымжана Жансеита. Однако на ноже, который он сам предоставил следствию, оказалась кровь только последнего. Также он обратил внимание на исчезновение фрагмента записи с камер наружного видеонаблюдения с 04:41 до 05:00. По мнению Юсифа Нурулу, собранных по делу доказательств недостаточно для признания его вины. 

К слову, вопрос об экстрадиции подозреваемого Нарека Гуруряна, который бежал из страны и сдался правоохранительным органам России, до сих пор не решен.

Напомним, массовая драка в ресторане «Древний Рим» получила широкий общественный резонанс. В Караганде несколько дней длились акции протеста с требованиями скорейшего поиска и наказания виновных. В социальных сетях и мессенджерах стали распространяться сообщения, которые стремились придать произошедшему характер межэтнического конфликта. В итоге уже 5 января местным департаментом полиции было открыто досудебное расследование по ст. 174 УК РК «Возбуждение социальной, национальной, родовой, расовой, сословной или религиозной розни». Данное дело было выделено в отдельное производство. 

Позже стало известно, что трехэтажное здание ресторана выставлено на продажу за 2,35 млн евро.

banner_wsj.gif

3876 просмотров

Что происходит с бизнесом в Казахстане в карантинных зонах

У МСБ, особенно работающего в сфере услуг, практически нет запаса прочности 

Фото: Офелия Жакаева

Режим ЧП в стране и карантин в Нур-Султане и Алматы нарушили привычные торговые и производственные связи на всех уровнях. Люди в ожидании худшего жестко ограничили потребности.

Клиентов и партнеров внутри страны и на внешних рынках теряют 90% казахстанских компаний – вне зависимости от размеров. Как показывают опросы бизнеса – а их сейчас, чтобы оперативно вырабатывать меры для смягчения экономических последствий, проводят и НПП «Атамекен», и советник президента экономист Олжас Худайбергенов, – у казахстанского МСБ, особенно работающего в сфере услуг, практически нет запаса прочности.

Что показал опрос советника президента

На анкету, размещенную Олжасом Худайбергеновым, ответили более 600 предпринимателей. Вопросы касались сферы деятельности компании, уровня падения продаж, проблем наемного персонала, доступности кредитования и вероятности закрытия бизнеса. Вот некоторые выдержки из опроса.

Сат Берниязов, питомник газонных трав, 25 работников: «Осенью обанкротимся, если не найдем источник финансирования до мая».

Медет Рахимбаев, IT-бизнес, разработчик облачного HR-сервиса по управлению талантами: «Мы находимся в той зоне, где клиент думает отказаться от нас, чтобы выжить. Мы не в зоне жизненно важных расходов».

Саид Султанов, полный спектр геологоразведочных работ, 92 сотрудника, половина отправлена в отпуск: «Доступ к кредитам только в теории, на деле это крайне сложный, дорогой, невыгодный, долгий и унизительный процесс. Часть бизнеса закроется через два месяца». 

Раис Исмаилов, производитель отделочного профиля, закрыл продажи, 25 человек из 30 отправлены в отпуск за свой счет: «КПН за 2019 год явно не смогу заплатить в сроки до 10 апреля, пенсионный и социальный налог за февраль тоже пока не платил».

Константин Горожанкин, сервис продажи билетов «Тикетон», 52 сотрудника, 3 уволены: «Доступа к кредитам в банках нет. Аналитик делал обзвон всех банков – до 15 апреля не дают. Личными связями добился кредитов под 18%. 7 лет собирал команду по крупицам, жаль будет ее потерять».

Зерап Мурзахметов, ювелирная сеть Serebroff, 40 ювелирных салонов по Казахстану, общее число партнеров – 200 человек: «После девальвации 2015 года образовалась огромная кредиторская задолженность, которую и так еле погашал. Планировали в этом году выйти из долгов, но нет…».

Юрий Пааль, ресторатор, закрыта вся сеть, без работы остались 64 человека: «Бизнес разорится, если карантин продлится более месяца».

Жасулан Асанулы, сеть фитнес-клубов, 250 сотрудников, все отправлены в отпуск с минимальной заработной платой: «Пробовали брать кредиты, но не давали даже в более благоприятное время».

Большая часть представителей малого бизнеса, принявших участие в опросе, работает в сфере услуг (образовательные центры, кафе и кофейни, химчистки). Они признаются, что смогут продержаться, не увольняя сотрудников, от силы месяц, и это в лучшем случае. Многие закрылись, потому что уже сейчас, не имея доходов, не в состоянии оплачивать аренду простаивающих помещений. 

Производители просят помощи

По данным НПП «Атамекен», с 12 по 23 марта в штаб по оценке ущерба, понесенного бизнесом, обратились представители 7 932 компаний. 52% из них работают в Алматы и Нур-Султане. Крупный бизнес представляют 185 компаний, средний – 1 002. 85% обращений – от малого бизнеса. 65% из них работают в сфере услуг, в торговле – 23%, производством заняты 12%.

В числе крупных компаний – производители электротехники, мучных и кондитерских изделий, сельскохозяйственных машин, химических реактивов, строительных материалов. Средние компании производят одеж­ду, продукты питания, спецтранспорт и строительные материалы. Мелкие предприятия работают в производстве и переработке сельхозпродукции, производят мебель, текстиль, картон. Типичные для всех проблемы – срыв поставок импортного сырья, вынужденное сокращение штата сотрудников, потребность в поддержке фонда оплаты труда и реструктурировании кредитных выплат.

В обрабатывающей промышленности из числа обратившихся в штаб работают 193 компании. Их общий штат составляет 40 645 работников, 8 тыс. из них могут попасть под сокращение. 90 компаний испытывают проблемы из-за нарушения графика поставок сырья и комплектующих. 80 компаний имеют займы в общей сумме в 145 млрд тенге, 5 компаний – займы в сумме $482,5 млн. 

По статистике обращений 58% компаний в силу обстоятельств вынуждены нарушать договорные обязательства. 54% отправляют сотрудников в бессрочный отпуск или переводят на неполный рабочий день. 60% имеют обязательства по аренде, 53% производителей заявили о критичном удорожании сырья, 45% не могут решить проблемы с доставкой сырья на производство.  20% не могут выплачивать зарплату, 19% сокращают штат работников, 4% не могут оплачивать услуги, в том числе коммунальные.

Меры поддержки, которые, по мнению производителей, способны укрепить положение компаний: 26% надеются на кредитное пополнение оборотных средств; 24,5% ждут налоговые каникулы, снижение ставки НДС и стоимости аренды; 22,4% высказались в пользу введения временного понижающего коэффициента на электроэнергию; 20,4% полагаются на инструменты субсидирования; 6,6% предпринимателей рассчитывают на внедрение временного понижающего коэффициента на услуги магистральной железнодорожной сети.

Как производители характеризуют свое положение

«Курсив» связался с некоторыми представителями производственного бизнеса Казахстана. Как заявил Игорь Проценко, директор мебельной компании ТорнадоPlus, производство работает на склад. Текущие контракты с крупными партнерами-недропользователями и строительными компаниями заморожены. Ресурсы компании на исходе, обязательства по налогам и зарплате закрыты, но наступает срок погашения кредита и выплаты очередной, мартовской зарплаты 45 работникам. Несмотря на падение тенге, цена продукции ТорнадоPlus не повышалась, хотя стоимость сырья растет. Например, металл подорожал на 10%, ламинированная плита и фурнитура – на 15%.

Проценко говорит, что в Алматы заморожены контракты на покупку мебели для ряда строительных объектов на общую сумму 220 млн тенге. Если учитывать, что строительство все равно придется завершать, государство могло бы в марте-апреле купить мебель у производителей напрямую, минуя процедуру конкурса. «Сбыт критически важен, без него производство не имеет смысла», – резюмирует Игорь Проценко.

Кадырсеит Айханов, директор ТОО «3ЕS-Инжиниринг», выпускающего экономичные светильники, также главной проблемой называет продажи. Компания предлагает свой продукт на условиях лизинга. Оплатив часть стоимости товара, клиенты далее платят производителю из сэкономленных на электроэнергии средств.

Все заключенные к моменту кризиса контракты заморожены, констатирует Айханов. Виной тому – отправленные на удаленную работу сотрудники и вынужденные каникулы в учебных заведениях. Заказчики придержали исполнение контрактов, ссылаясь на то, что с этими изменениями урезаны бюджеты на энергопотребление.

Запас комплектующих у «3ЕS-Инжиниринг» достаточен для трех месяцев работы. Повышать цену на продукцию компания пока не намерена. На время карантина работники старше 60 лет отправлены в отпуск с сохранением зарплаты.

Марат Баккулов, генеральный директор Алматинского вентиляторного завода (АВЗ), отмечает, что каждое серьезное падение курса национальной валюты увеличивает спрос на его продукцию. Доля валютного импорта в сырье, используемом заводом, не превышает 20%, в основном это электродвигатели российского производства. Металлы, которые используются в производстве вентиляторов, на бирже немного подешевели. Значительная часть рабочих контрактов заключена в твердой валюте. Чтобы обеспечить бесперебойную работу предприятия во время карантина, работникам из числа живущих в Алматы организовали жилье рядом с заводом.

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif