Перейти к основному содержанию

739 просмотров

Лишь каждый пятый карагандинцец находит работу на ярмарках вакансий

Соискателей не устраивает зарплата, работодателей – их квалификация

Коллаж: Вадим Квятковский

По данным статистики, сегодня в Карагандинской области работают 649,7 тыс. человек, из них 595,6 тыс. – по найму. Это примерно половина от численности населения региона, которая составляет 1,37 млн человек. Сотрудники мелких предприятий в среднем ежемесячно зарабатывают 169,1 тыс. тенге, средних и крупных – 182, 3 тыс. тенге. 

По сравнению с прошлым годом уровень безработицы в регионе снизился всего на 0,2%, составив 4,4%. Нетрудоустроенными здесь официально числятся 30 тыс. человек, 2,5 тыс. из них живут в Караганде.  

Между тем остается неизвестным точное количество самозанятых. Пока удалось вывести из тени лишь фрилансеров при помощи единого совокупного платежа, который позволяет осуществлять предпринимательскую деятельность без регистрации ИП. За первое полугодие 2019 года его плательщиками стали 1480 жителей региона. 

Рабочий дефицит 

Электронная биржа труда Карагандинской области выдает более 7 тыс. открытых вакансий. 40% из них приходится на подсобных рабочих, 11% – на охранников, далее по списку – водители категорий В, С, Е, машинисты погрузчиков, автокрановщики, 

Как говорят специалисты, в регионе почти всегда открыты вакансии мерчендайзеров, менеджеров попродажам и учителей. Острый дефицит не первый год сохраняется и по рабочим специальностям. 

«Работодатели сейчас в основном ищут специалистов «скрещенных» профессий: не просто сварщика, а сварщика-монтажника, слесаря-сантехника. Но соискатели, которые приходят, не соответствуют этим требованиям.Чтобы решить эту проблему, мы устраиваем краткосрочные курсы переобучения, где безработные могут получить дополнительную квалификацию. Правда, успешно проходят их около 60%, следовательно, трудоустроить удается только часть», – говорит представитель центра занятости Караганды Айдос Естемесов.

Он отмечает, что дело не только в новых требованиях к работникам – нередко спрос и предложение не сходятся в размере заработной платы.  Например, сварщикам предлагают 100-120 тыс. тенге за месяц работы, рабочим строительных специальностей – 90-100 тыс. тенге, водителям Кам­АЗов, манипуляторов – 120 тыс. тенге. Работать за такую зарплату соглашаются немногие. 

Также существует проблема с трудоустройством людей старше 50 лет. Работодатели не горят желанием брать на работу сотрудников предпенсионного возраста, несмотря на их квалификацию и опыт.  Этой категории соискателей в основном предлагают вакансии сторожей, вахтеров, гардеробщиков, медрегистраторов с зарплатой 60-80 тыс.  тенге в месяц.  

Высокая зарплата – низкий спрос   

В свою очередь директор рекрутингового агентства Ольга Панфилова отмечает на рынке труда острую нехватку высококвалифицированных специалистов – разработчиков программного обеспечения, инженеров, проектировщиков. Их готовы трудоустроить большие промышленные предприятия, а также крупные фирмы самого разно­образного профиля. 

По ее мнению, дефицит возник из-за тенденции обучаться по специальностям, которые можно получить в наиболее короткие сроки. 

«Самые востребованные специалисты, которые мыслят системно, вкладывают очень много в свое образование. На них очень высокий спрос. И зарплата таких специалистов, к примеру, разработчиков, может доходить до $10-15 тыс. Не хватает их потому, что сейчас все скачут по верхам, квалификацией не занимаются – таких кандидатов 90%», – высказала мнение Ольга Панфилова. 

В списке дефицитных специальностей также значатся дефектоскописты, геодезисты, геологи и минерологи. Эти специалисты требуются в несколько компаний области, в некоторых из них вакансии открыты уже полгода. 

2640 просмотров

Что не так с поправками в закон о защите прав потребителей в Казахстане

Рассказывает председатель общественного объединения «Гарант» Жаслан Айтмаганбетов

Фото: Shuttertock

Официально в Казахстане 208 неправительственных организаций занимаются защитой прав потребителя, в их числе 55 общественных организаций.

Я в этой сфере с 2005 года и могу уверенно заявить, что из них добросовестное отношение к делу показывают не больше 15. Причина простая: нет денег, общественная нагрузка дивидендов не приносит. 

Мы, общественники, не можем нормально зарабатывать на небольших делах, и потребители не могут оплачивать сумму, достаточную, чтобы их интересы представляли профессионалы. Со старым законом мы могли через суд взыскивать затраты, потом эту возможность отменили. В сегодняшнем проекте мы не видим никакой финансовой поддержки общественных объединений. 

Кто же будет вести основную работу? Мой анализ поправок показывает, что главными проводниками прав потребителей разработчики поправок видят саморегулируемые организации (СРО). Это новый термин, за которым скрываются все те же предприниматели, которые объединяются для защиты своих интересов. Именно они наделяются правом досудебного рассмотрения споров. Получается, что нас, общественные организации, кто все эти годы проделал 90% всей профильной работы и накопил большой опыт, просто отодвигают. И с этим не согласны все мои коллеги со всех областей Казахстана.

Если оценивать предлагаемые поправки в целом, то я вынужден отметить: много лишнего, второстепенного, уже прописанного в законах. Хотя есть и то, что порадовало. Например, предлагается ужесточить наказание для предпринимателей, скрывающих информацию о себе. По закону таблички с данными должны быть на каждом торговом месте, но где вы такое видели?

А без этих данных у обманутого покупателя не принимают материалы для судебного разбирательства. Он может обратиться в администрацию, в полицию, в налоговую – везде ему отказывают под предлогом сохранения налоговой тайны. Мы пять лет предлагаем решить эту проблему, и лучше было бы просто обязать госорганы делиться такими данными, но и маленький шаг к решению проблемы – тоже хорошо.  

Нет заслуженного внимания к системе приобретения товаров через интернет-магазины. Сейчас у нас покупатель – добросовестный, но самый уязвимый участник этой системы. Он получает товар только после внесения всей оплаты и часто видит в посылке вовсе не то, что хотел. Самый циничный пример – кусок хозяйственного мыла вместо айфона, купленного со скидкой. Периодически регион захлестывает вал мошенничества с разными товарами: тапочки вместо модельных ботинок, например. Раскручивать эту цепочку в обратном направлении, чтобы найти мошенника, нет смысла: на посылке указан несуществующий адрес, сайт уничтожен, а люди обмануты.

У нас принято обвинять граждан в незнании законов о защите потребителей. А каково столкнуться с тем, когда незнанием или вольной трактовкой закона грешит судья? У меня много отказов в принятии к рассмотрению исков в области финансовых, туристических, медицинских услуг. И везде одна аргументация: это не относится к потребительским правам. Виной тому – вольная трактовка закона, который и в самом деле можно понимать как удобно. Мне кажется, что в первую очередь надо все законы пересмотреть на предмет такой двусмысленности. Может, с обретением категорической формы законы заработают так, как надо.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif