Перейти к основному содержанию

1507 просмотров

Появится ли в Казахстане реестр осужденных коррупционеров?

Эксперты высказали свое мнение

Фото: Shutterstock.com

Предложение Transparency Kazakhstan о создании публичного реестра осужденных все еще в стадии рассмотрения: отношение к нему неоднозначное как со стороны чиновников, так и экспертов.

Предложение от Transparency Kazakhstan по созданию открытого списка лиц, осужденных за уголовные коррупционные преступления, ушло в Агентство по делам государственной службы и противодействию коррупции еще в декабре прошлого года.

В список было предложено включить такие данные осуж­денных, как фотография, ФИО осужденных, номер и наименование статей Уголовного кодекса, по которым они были осуждены, год, когда был вынесен приговор, характер наказания (штраф, общественные работы, ограничение свободы, условный срок, лишение свободы, конфискация имущества), а также примечание, какие должности этим лицам запрещено занимать пожизненно и какой деятельностью они не имеют права заниматься.

В общественном фонде предполагали, что такой черный список будет размещен на сайтах АДГСПК и Национального бюро по противодействию коррупции и станет одним из инструментов борьбы с коррупцией. В апреле 2019-го Данияр Сабирбаев, будучи тогда главой департамента антикоррупционной политики агентства, заявлял: к концу года сопротивление некоторых госорганов по формированию такого реестра будет преодолено, и список выйдет в свет. Однако во время августовской онлайн-конференции на портале BNews он признал, что противодействие появлению такого реестра до сих пор достаточно сильно.

«Мы взяли в работу это предложение, но это достаточно серьезный шаг – сделать такой реестр, – говорит Сабирбаев, теперь уже руководитель департамента добропорядочности Агентства по противодействию коррупции Республики Казахстан. – По мнению многих людей, в том числе представителей государственных органов, это чрезмерно. Чрезмерно, потому что мы нарушаем чуть ли не конституционные права осужденных: человек, совершивший преступление, уже получил соответствующее наказание – или заплатил штраф, или сел в тюрьму, а теперь мы рассматриваем фактически дополнительную меру наказания», – добавил он.

Сабирбаев считает, что вопрос создания реестра требует общественного обсуждения как со стороны юристов, так и со стороны гражданского общества. Агентство по противодействию коррупции готово провести общественные слушания по этому вопросу. 

По словам исполнительного директора Transparency Kazakhtan Ольги Шиян, аналоги предлагаемого реестра коррупционеров действуют в Германии, России и Кыргызстане и помогают обеспечить общественный контроль за исполнением запрета на занятие определенных должностей экс-чиновниками, имеющими судимость за коррупцию.

«Мы считаем, что такой реестр позволит наглядно оценить реальные результаты по искоренению коррупции и недопущению повторного трудоустройства осуж­денных за коррупцию на госслужбу, – говорит Шиян. – Кроме того, публичный список покажет как гражданам Казахстана, так и иностранцам, что борьба с коррупцией в стране идет, невзирая на должности».

Адвокат Джохар Утебеков сом­невается в том, что создание такого реестра является первоочередным шагом в борьбе с коррупцией.

«У нас огромное количество известных госдеятелей осуждено, включая двух премьеров бывших (Акежан Кажегельдин и Серик Ахметов. – «Курсив»), куда уже дальше в плане публичности? Мы и так знаем всех их в лицо – бывших премьеров, акимов, министров, вице-министров. Что изменилось-то от этого? Теперь получим возможность знать в лицо всех – и кто-то думает, что в этот реестр люди будут активно заходить и просматривать его?» – говорит Утебеков.

Первоочередными задачами в деле борьбы с коррупцией адвокат считает внедрение всеобщего декларирования в стране и выполнение 20-й статьи Конвенции ООН по борьбе с коррупцией, которая предполагает активное уголовное преследование чиновников за доходы, которые они не могут обосновать. С точки зрения профилактики коррупционной преступности, эти меры дают наибольший эффект в других странах, отмечает Утебеков. 

Не ждать слишком многого от появления реестра советуют и российские юристы (в России с прошлого года действует публичный реестр утративших доверие чиновников). По мнению управляющего партнера коллегии адвокатов «Старинский, Корчаго и партнеры» Владимира Старинского, основное практическое назначение такого реестра – закрыть обратную дорогу на госслужбу попавшимся на коррупции, поскольку наконец систематизированы разрозненные прежде сведения о мотивах увольнения госслужащих.

«А вот с точки зрения превентивной составляющей ждать от такого реестра слишком многого не стоит – коррупции от этого меньше не станет», – резюмирует эксперт.

3503 просмотра

В Казахстане ужесточены требования к иностранным работникам

Основная причина – квалификация экспатов часто не соответствует заявленной

Фото: Shutterstock/Vitalliy

В Казахстане на 40% сокращена квота на привлечение иностранной рабочей силы (ИРС) – с 49 тысяч в 2019 году до 29 тысяч в 2020-м. В Министерстве труда и социальной защиты населения РК считают, что «принятие квоты позволит защитить внутренний рынок труда от неквалифицированной иностранной рабочей силы, трудоустроить больше казахстанских кадров».

В конце прошлого года Минтруда и Генеральная прокуратура РК проверили предприятия, привлекающие иностранную рабочую силу: соблюдают ли те трудовое и миграционное законодательство. Результат инс­пекции за месяц – 930 фактов нарушений в 95 компаниях. 

«Среди них значительную часть составили нарушения касательно выполнения иностранными сотрудниками работы, не соответствующей выданному разрешению, и расхождения полученного образования с занимаемой должностью», – сообщил президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев на декабрьском заседании Нацио­нального совета общественного доверия.

Сокращение квоты на привлечение рабочей силы не единственное изменение, предложенное Минтруда. Теперь предприятия численностью персонала свыше 250 человек, где работает более 30 иностранцев, будут регулярно проверяться, а инспекторы по труду смогут оперативно реагировать на любые нарушения, в том числе диспропорции в оплате труда и социально-бытовых условиях.

Конфликт из-за зарплаты

За последние три года проверки выявили 474 факта диспропорции в оплате труда иностранных и казахстанских работников – эти данные были озвучены в ноябре прошлого года на заседании правительства по вопросам регулирования трудовых отношений. Тогда же на пресс-конференции в правительстве министр труда и социальной защиты населения Биржан Нурымбетов сообщил, что в мажилисе находится законопроект, в соответствии с которым дополнительно налагается обязанность и ответственность на работодателей по созданию равных бытовых условий для работников.

Неравные условия стали причиной крупного трудового конфликта в июне 2019 года на месторождении Тенгиз. Речь идет о столкновении иностранных и казахстанских работников компании Consolidated Contracting Engineering&Procurement S.A.L. Offshore (CCEP). Это подрядная организация ТОО «Тенгизшевройл» (ТШО), которая вела строительно-монтажные работы на проекте будущего расширения (ПБР).

Позже Нурлан Ногаев (на тот момент – аким Атырауской области, сейчас министр энергетики РК. – «Курсив») на совещании с руководителями крупных неф­тяных компаний региона и их подрядчиками сообщил, что причиной инцидента стали неравные условия труда; на предприятиях нарушаются сроки выплаты заработной платы, оплаты за привлечение работников к сверхурочным работам. «Не может в одном коллективе за одну и ту же работу кто-то получать $300, а кто-то – $3000. Люди все видят», – сказал тогда Ногаев. Он также подчеркнул, что если работодатели не хотят добровольно изменить ситуацию, то у власти «хватит сил и средств, чтобы привести все в соответствие с законом».

Где больше иностранцев?

Именно в нефтегазовых проектах, реализуемых иностранными недропользователями, задействовано большинство экспатов. В июле 2019 года на совещании по развитию нефтегазового машиностроения теперь уже экс-министр энергетики РК Канат Бозумбаев сообщил, что только на реализацию ПБР на Тенгизе привлечено 5 тыс. иностранных специалистов. Для сравнения: всего на проекте трудятся 53 тыс. человек.

Помимо этого на основном производстве занято около 4,9 тыс. работников, из них около 600 – иностранные кадры.

На Кашаганском проекте, в «Норт Каспиан Оперейтинг Компани Н.В.» и ее подрядных организациях занято свыше 10,2 тыс. человек, из которых около 800 – привлеченные из-за границы работники.

На освоении Карачаганакского месторождения, то есть в «Карачаганак Петролиум Оперейтинг Б. В.» и ее подрядных предприятиях, работают более 18,4 тыс. человек, почти 2 тыс. из них – иностранные работники.

Во всем Казахстане, по данным Минтруда на 1 ноября 2019 года, более 2,2 тыс. работодателей получили около 21 тыс. разрешений на привлечение иностранной рабочей силы. 816 разрешений выдано по первой категории, то есть на позиции руководителей и их заместителей, 4,6 тыс. – по второй категории, для руководителей структурных подразделений. Большая часть разрешений была выдана по категориям «специалисты» и «квалифицированные рабочие».

Самое большое число экспатов прибыло из Китая – 4,4 тыс. человек. Наемных сотрудников из Узбекистана – 2,3 тыс., Индии – 1,8 тыс., Турции – 1,8 тыс., Великобритании – 1,4 тыс.

11_19.png

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance