Перейти к основному содержанию

12516 просмотров

Установлен памятник самолету, который летал только из Москвы в Алма-Ату

Полет длился всего 2 часа

фото: автора

В Жуковском открыт памятник Ту-144. Сверхзвуковой пассажирский авиалайнер, который еще называли «советским Конкордом», летал только по одному регулярному маршруту – Москва-Алма-Ата и делал это меньше года. Полеты начались 1 ноября 1977 года, а прекращены были 1 июня 1978 года. Билет в одну сторону стоил 84 рубля – заметно дороже, чем перелеты по этому же маршруту на других самолетах (60 рублей). Ту-144 перевозил всего 80 человек, но в весьма комфортабельных условиях. В салоне самолета, летевшего на высоте 15-16 км со скоростью до 600 м/с пассажирам подавали коньяк и бутерброды с черной икрой.

Самым продолжительным беспосадочным рейсом для ТУ-144 должен был стать маршрут Москва-Хабаровск (6 250 км). Но к этому расстоянию самолет оказался не готов, поэтому полетел в Алматы.

1_37.jpg

«К тому времени самолет, который имел достаточную дальность для полетов в Хабаровск, еще не был готов. Промежуточный самолет, на котором стояли двигатели Кузнецова, мог долетать только до Алматы, Ташкента, Фрунзе, Новосибирска, но выбрали все-таки Алматы», - рассказывает Алексей Амелюшкин, который был инженером по эксплуатации на Ту-144, а сейчас выступает в роли хранителя этих самолетов.

В том числе и его усилиями сохранившиеся машины не распилены на металлолом, а становятся частью выставочных экспозиций – как это произошло с лайнером СССР-77115, который с 2007 года выставляется на МАКСе и неизменно привлекает толпы любопытных. Ажиотаж, который Ту-144 вызвал на авиасалоне, подтолкнул к решению установить один из сохранившихся сверхзвуковых пассажирских лайнеров в Жуковском.

2_37.jpg

Машина, которая при регистрации имела бортовой номер СССР-77114, была выпущена в 1981 году и служила летающей лабораторией – сначала для исследования радиационной обстановки в верхних слоях атмосферы в интересах института медико-биологических проблем, затем – для американской программы по создания сверхзвукового пассажирского самолета 2-го поколения. Последний полет авиалайнер выполнил в 1999 году. А потом, оказавшись в частных руках, был почти продан в США, вспоминает летчик-испытатель Валерий Ваньшин, инициатор установки Ту-144 в Жуковском. Но перегон самолета в Штаты оказался невозможен – двигатели принадлежали не частной организации, а военным.

3_36.jpg

Самолет ржавел на аэродроме и после долгих переговоров его все-таки безвозмездно передали городу Жуковский. Установить самолет решили на въезде в город - на пересечении Туполевского шоссе и улицы Туполева. Деньги на проект собирали через пожертвования в благотворительный фонд «Легенды авиации».

«Очень помог аэропорт Жуковский – выделил средства на покраску самолета, это 8 миллионов рублей. Большие суммы собрали ЦАГИ, НИИП им.Тихомирова. Просто отдельные люди переводили деньги. Три ветерана было – за 90 лет им, летчики-испытатели, заслуженные летчики СССР. Они по одному приходили, независимо друг от друга и не зная друг о друге – вот у меня 100 тысяч, у меня 130 тысяч рублей - возьмите. Я им говорю – давайте СМИ позовем, расскажем про вас. Не надо-не надо, говорят – родные узнают», - вспоминает замгенерального директора ФГУП «ЦАГИ» Андрей Войтюк.

ВОЙТЮК.jpg

Самолет должен стать не просто памятником – скорее, музеем Ту-144. В следующем году здесь планируют восстановить салон и сделать лестницу для подъема на борт. В перспективе – еще и подъемник для маломобильных посетителей. Пешеходная зона возле памятника будет оформлена в виде стилизованной взлетной полосы, в этой же зоне хотят установить небольшой павильон-музей.

5_18.jpg

Уже сейчас Ту-144 стал достопримечательностью Жуковского – таксисты сразу стали строить маршруты так, чтобы по пути из аэропорта Жуковский проехать именно здесь.

4_29.jpg

Материал подготовлен при поддержке аэропортов Алматы, Жуковский и авиакомпании «Уральские авиалинии»

 

banner_wsj.gif

4253 просмотра

Что происходит с бизнесом в Казахстане в карантинных зонах

У МСБ, особенно работающего в сфере услуг, практически нет запаса прочности 

Фото: Офелия Жакаева

Режим ЧП в стране и карантин в Нур-Султане и Алматы нарушили привычные торговые и производственные связи на всех уровнях. Люди в ожидании худшего жестко ограничили потребности.

Клиентов и партнеров внутри страны и на внешних рынках теряют 90% казахстанских компаний – вне зависимости от размеров. Как показывают опросы бизнеса – а их сейчас, чтобы оперативно вырабатывать меры для смягчения экономических последствий, проводят и НПП «Атамекен», и советник президента экономист Олжас Худайбергенов, – у казахстанского МСБ, особенно работающего в сфере услуг, практически нет запаса прочности.

Что показал опрос советника президента

На анкету, размещенную Олжасом Худайбергеновым, ответили более 600 предпринимателей. Вопросы касались сферы деятельности компании, уровня падения продаж, проблем наемного персонала, доступности кредитования и вероятности закрытия бизнеса. Вот некоторые выдержки из опроса.

Сат Берниязов, питомник газонных трав, 25 работников: «Осенью обанкротимся, если не найдем источник финансирования до мая».

Медет Рахимбаев, IT-бизнес, разработчик облачного HR-сервиса по управлению талантами: «Мы находимся в той зоне, где клиент думает отказаться от нас, чтобы выжить. Мы не в зоне жизненно важных расходов».

Саид Султанов, полный спектр геологоразведочных работ, 92 сотрудника, половина отправлена в отпуск: «Доступ к кредитам только в теории, на деле это крайне сложный, дорогой, невыгодный, долгий и унизительный процесс. Часть бизнеса закроется через два месяца». 

Раис Исмаилов, производитель отделочного профиля, закрыл продажи, 25 человек из 30 отправлены в отпуск за свой счет: «КПН за 2019 год явно не смогу заплатить в сроки до 10 апреля, пенсионный и социальный налог за февраль тоже пока не платил».

Константин Горожанкин, сервис продажи билетов «Тикетон», 52 сотрудника, 3 уволены: «Доступа к кредитам в банках нет. Аналитик делал обзвон всех банков – до 15 апреля не дают. Личными связями добился кредитов под 18%. 7 лет собирал команду по крупицам, жаль будет ее потерять».

Зерап Мурзахметов, ювелирная сеть Serebroff, 40 ювелирных салонов по Казахстану, общее число партнеров – 200 человек: «После девальвации 2015 года образовалась огромная кредиторская задолженность, которую и так еле погашал. Планировали в этом году выйти из долгов, но нет…».

Юрий Пааль, ресторатор, закрыта вся сеть, без работы остались 64 человека: «Бизнес разорится, если карантин продлится более месяца».

Жасулан Асанулы, сеть фитнес-клубов, 250 сотрудников, все отправлены в отпуск с минимальной заработной платой: «Пробовали брать кредиты, но не давали даже в более благоприятное время».

Большая часть представителей малого бизнеса, принявших участие в опросе, работает в сфере услуг (образовательные центры, кафе и кофейни, химчистки). Они признаются, что смогут продержаться, не увольняя сотрудников, от силы месяц, и это в лучшем случае. Многие закрылись, потому что уже сейчас, не имея доходов, не в состоянии оплачивать аренду простаивающих помещений. 

Производители просят помощи

По данным НПП «Атамекен», с 12 по 23 марта в штаб по оценке ущерба, понесенного бизнесом, обратились представители 7 932 компаний. 52% из них работают в Алматы и Нур-Султане. Крупный бизнес представляют 185 компаний, средний – 1 002. 85% обращений – от малого бизнеса. 65% из них работают в сфере услуг, в торговле – 23%, производством заняты 12%.

В числе крупных компаний – производители электротехники, мучных и кондитерских изделий, сельскохозяйственных машин, химических реактивов, строительных материалов. Средние компании производят одеж­ду, продукты питания, спецтранспорт и строительные материалы. Мелкие предприятия работают в производстве и переработке сельхозпродукции, производят мебель, текстиль, картон. Типичные для всех проблемы – срыв поставок импортного сырья, вынужденное сокращение штата сотрудников, потребность в поддержке фонда оплаты труда и реструктурировании кредитных выплат.

В обрабатывающей промышленности из числа обратившихся в штаб работают 193 компании. Их общий штат составляет 40 645 работников, 8 тыс. из них могут попасть под сокращение. 90 компаний испытывают проблемы из-за нарушения графика поставок сырья и комплектующих. 80 компаний имеют займы в общей сумме в 145 млрд тенге, 5 компаний – займы в сумме $482,5 млн. 

По статистике обращений 58% компаний в силу обстоятельств вынуждены нарушать договорные обязательства. 54% отправляют сотрудников в бессрочный отпуск или переводят на неполный рабочий день. 60% имеют обязательства по аренде, 53% производителей заявили о критичном удорожании сырья, 45% не могут решить проблемы с доставкой сырья на производство.  20% не могут выплачивать зарплату, 19% сокращают штат работников, 4% не могут оплачивать услуги, в том числе коммунальные.

Меры поддержки, которые, по мнению производителей, способны укрепить положение компаний: 26% надеются на кредитное пополнение оборотных средств; 24,5% ждут налоговые каникулы, снижение ставки НДС и стоимости аренды; 22,4% высказались в пользу введения временного понижающего коэффициента на электроэнергию; 20,4% полагаются на инструменты субсидирования; 6,6% предпринимателей рассчитывают на внедрение временного понижающего коэффициента на услуги магистральной железнодорожной сети.

Как производители характеризуют свое положение

«Курсив» связался с некоторыми представителями производственного бизнеса Казахстана. Как заявил Игорь Проценко, директор мебельной компании ТорнадоPlus, производство работает на склад. Текущие контракты с крупными партнерами-недропользователями и строительными компаниями заморожены. Ресурсы компании на исходе, обязательства по налогам и зарплате закрыты, но наступает срок погашения кредита и выплаты очередной, мартовской зарплаты 45 работникам. Несмотря на падение тенге, цена продукции ТорнадоPlus не повышалась, хотя стоимость сырья растет. Например, металл подорожал на 10%, ламинированная плита и фурнитура – на 15%.

Проценко говорит, что в Алматы заморожены контракты на покупку мебели для ряда строительных объектов на общую сумму 220 млн тенге. Если учитывать, что строительство все равно придется завершать, государство могло бы в марте-апреле купить мебель у производителей напрямую, минуя процедуру конкурса. «Сбыт критически важен, без него производство не имеет смысла», – резюмирует Игорь Проценко.

Кадырсеит Айханов, директор ТОО «3ЕS-Инжиниринг», выпускающего экономичные светильники, также главной проблемой называет продажи. Компания предлагает свой продукт на условиях лизинга. Оплатив часть стоимости товара, клиенты далее платят производителю из сэкономленных на электроэнергии средств.

Все заключенные к моменту кризиса контракты заморожены, констатирует Айханов. Виной тому – отправленные на удаленную работу сотрудники и вынужденные каникулы в учебных заведениях. Заказчики придержали исполнение контрактов, ссылаясь на то, что с этими изменениями урезаны бюджеты на энергопотребление.

Запас комплектующих у «3ЕS-Инжиниринг» достаточен для трех месяцев работы. Повышать цену на продукцию компания пока не намерена. На время карантина работники старше 60 лет отправлены в отпуск с сохранением зарплаты.

Марат Баккулов, генеральный директор Алматинского вентиляторного завода (АВЗ), отмечает, что каждое серьезное падение курса национальной валюты увеличивает спрос на его продукцию. Доля валютного импорта в сырье, используемом заводом, не превышает 20%, в основном это электродвигатели российского производства. Металлы, которые используются в производстве вентиляторов, на бирже немного подешевели. Значительная часть рабочих контрактов заключена в твердой валюте. Чтобы обеспечить бесперебойную работу предприятия во время карантина, работникам из числа живущих в Алматы организовали жилье рядом с заводом.

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif