Перейти к основному содержанию

1 просмотр

Глава МОН прокомментировал буллинг в учебных заведениях

А также признал нехватку квалифицированных школьных психологов

Фото: Shutterstock

Министр образования и науки Асхат Аймагамбетов во время пресс-конференции в правительстве прокомментировал проблему агрессивного поведения среди школьников и студентов казахстанских учебных заведений.

«Проблемы буллинга, психического здоровья (детей), воспитательной работы очень актуальны. Мы, к сожалению, ежедневно в новостях читаем очень много о таких случаях. И проблема суицида, к сожалению, имеет место быть», - сказал Аймагамбетов.

Министр отметил, что в новой государственной программе развития образования и науки до 2025 года предусмотрен ряд комплексных мероприятий, направленных на решение этих проблем:

«Вообще решение проблемы буллинга, суицидов — это вопрос, который касается не только школы, учителей, но это в целом всего общества, родителей. Мы иногда видим случаи, когда дома очень строго относятся к детям, нет доверительных отношений, нет хорошего взаимодействия между школой, семьей, ребенком. А из-за этого страдают дети. Мы будем по всей стране реализовывать единую программу по превенции суицида».

Вместе с тем Аймагамбетов признал проблему нехватки психологов в школе.

«Нам необходимо повышать квалификацию школьных психологов. К сожалению, у нас обеспеченность психологами не на достаточном уровне, психологов не хватает. Те психологи, которые есть, нуждаются в методической поддержке. В целом, социально- психологическая служба у нас будет укреплена», - заключил министр.

1269 просмотров

Вузы Узбекистана получат финансовую свободу

И сами будут устанавливать плату за обучение

Фото: Павел Носачев

С 2020 года высшие учебные заведения Узбекистана начнут поэтапный переход на самофинансирование. Подписанное президентом Мирзиёевым постановление дало вузам право самостоятельно устанавливать стоимость контрактного обучения, а также поощрять талантливых студентов и преподавательский состав.

По статистике, в высшие учебные заведения Узбекистана поступают лишь 7-9% всех выпускников школ. Для сравнения: в России этот показатель составляет 74%, а в Южной Корее – 96.

«Не отвечающей структурным изменениям на рынке труда» назвал систему вузовского обучения в стране Шавкат Мирзиёев в одном из своих выступлений. Эксперты в сфере рекрутинга с президентом Узбекистана согласны.

«Образование сильно отстает от основ современного ведения бизнеса. Оно не в состоянии быстро адаптироваться под меняющиеся условия нынешних реалий. Самому подготовиться по отдельным дисциплинам в наше время куда более эффективно при поиске работы, нежели обучаться в вузах», – говорит hr-специалист кадрового агентства Person Hunters Дарьяна Кадыш.

По ее оценке, на узбекистанском рынке труда большой дефицит технических кадров, при этом рынок перенасыщен финансистами, экономистами, юристами и филологами. 

От квот к госзаказу

Существующая система набора абитуриентов в Узбекистане построена на квотах на поступление в вуз. Квоты устанавливает государство исходя из потребностей экономики. Причем регламентируется количество как бюджетных, так и контрактных мест в учебных заведениях. 

Цель реформы – сделать высшую школу доступнее. Для этого государство предоставляет учебным заведениям экономическую самостоятельность. Систему квотирования заменяет госзаказ – за счет него по-прежнему будут готовить то количество студентов, которое необходимо для нужд экономики. А вот число коммерческих студентов и размер платы за обучение вузы теперь определяют сами. 

В Средней Азии по количеству вузов Узбекистан занимает второе место после Казахстана. В республике 113 высших образовательных учреждений. Только за последние два года в Узбекистане было создано 35 новых вузов, открыто обучение по 100 направлениям бакалавриата и 94 специальностям магистратуры. Высшие учебные заведения в РУз имеют только два источника поступления денег. Бюджет покрывает около 30–40% расходов высших школ, остальные траты финансируются за счет студентов-платников. 

Стоимость обучения для бакалавров в разных вузах варьируется от 10 до 14 млн сумов в год ($1–1,4 тыс.) на очном отделении. Заочники платят около 6 млн ($633) в год. Для сравнения: во втором квартале 2019 года среднемесячная заработная плата в Узбекистане, по данным Госкомстата, составляла 2,09 млн сумов ($220). 

В 2019 году спрос на высшее образование в РУз превысил предложение почти в 10 раз. Из 1,06 млн абитуриентов отбор прошли чуть более 100 тыс. человек. Это при том, что квота на поступление в вузы постоянно повышалась. 

Росло и число поступающих по контракту. Если в 2017-2018 учебном году их было 75% от общего числа студентов, то в 2018-2019 году уже 78%. 

Безымянный_113.png

«Маяки» за партой

Финансовая автономия позволит вузам не только устанавливать размеры платы за обучение, но и определять надбавки и материальное поощрение работников для привлечения высококвалифицированных специалистов. 

Самофинансирование вызовет обострение конкуренции на рынке труда преподавателей высокой квалификации – такое предположение, анализируя реформы в системе высшего образования Узбекистана, сделал Владимир Варнавский, профессор Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук им. Е. М. Примакова.

«Повышение качества преподавания в вузах – главный залог успеха в деле подготовки кадров высшей квалификации на отдаленную перспективу. Будет высококвалифицированный профессорско-преподавательский состав – повысится и качество выпускников», – уверен Варнав­ский.

В то же время он считает необходимым дополнительное законодательное регулирование вопроса, чтобы «найти оптимальное соотношение между самостоятельностью вузов в финансовых вопросах и степенью государственного контроля за уровнем заработных плат работников, чтобы не получилось резкого перекоса в оплате труда как между учебными заведениями, так и внутри них за счет субъективизма руководства учреждений».

Учебные заведения смогут поддерживать материально не только сотрудников, но и одаренных студентов. В разговоре с журналистом «Курсива» эксперт международной некоммерческой организации Buyuk kelajak («Великое будущее»), доцент Университета мировой экономики и дипломатии Улугбек Хасанов отметил, что такие учащиеся «должны служить маяками, их всячески нужно поощрять, так как с них берут пример в учебе и общественной жизни остальные студенты, слушатели и будущие абитуриенты». 

Как в Китае

Одна из главных задач преобразований – реформирование процесса обучения и усовершенствование материально-технической базы высшей школы. Теперь вузы смогут сами расходовать деньги на внедрение инновационных форм и методик образования, переподготовку и повышение квалификации кадров, закупку компьютерных программ, организацию учебных и научных лабораторий. Учреждения смогут самостоятельно закупать расходный и лабораторный материалы, а также издавать книги, журналы и учебную литературу. 

Работу, которая не касается образовательного процесса – ремонт, уборка зданий, содержание компьютерной техники и оказание юридических услуг, теперь можно будет отдать на аутсорсинг. 

«Даже в Китае, где высшая школа субсидируется из госказны, университеты разрабатывают и предлагают междисциплинарные учебные программы и курсы, вводят специальности инновационного характера на платной основе, куда охотно идут как китайские, так и иностранные студенты, – прокомментировал Улугбек Хасанов. – Поэтому и в нашем случае узбекистанским вузам давно пора применять такие модели». 

Под присмотром государства

Демократизация в системе высшего образования не означает, что государство полностью уходит из жизни учебных заведений – оно сохранит конт­роль, несмотря на реформы. У вузов сохраняется обязанность согласовывать с профильными министерствами и ведомствами параметры приема студентов-контрактников, стоимость их обучения, открытие новых направлений бакалавриата и магистратуры. 

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance